Сборник драбблов «Love ОтМетки»

Несказанное душит, царапает горло, оставляя после привкус металла в горле. Она ненавидит это, привкус заставляет её противно прокашляться. Девушка сидит в столовой школы, нервно жуя обед. Она сгорает со стыда уже несколько часов, сегодня не её день, да и, как она считала, эта жизнь вообще не её. Маринетт Дюпен-Чен никогда не везло. Сегодня она спалила завтрак, опоздала на двадцать минут на первый урок, провалила контрольную, что стояла вторым уроком, и вдобавок у девушки начались критические дни. Благо, ей вовремя сказала об этом Сезер, так что с последним обошлось без конфузов. Но несмотря на это, она умудрилась зацепиться за рюкзак Агреста, только уже здесь, пытаясь помочь, Аля навредила себе. Дело в том, что когда Маринетт засмотрелась на само совершенство — Адриана Агреста, Дюпен-Чен, спускаясь, не увидела последнюю ступеньку. Так что вышло новое недоразумение, центром которого оказалась Маринетт — когда она падала, то зацепила подругу. Как итог, Алья получила по носу, а после еще и разбила очки. Сейчас Сезер в медпункте на первичном осмотре, за ней должны приехать родители и решить, будут ли ехать в больницу. Маринетт написала Сезер уже более двадцати сообщений с извинениями, но шатенка оставила их без ответа, из-за чего Дюпен впала в состояние недо-депрессии еще больше. Аля знала, что блондин нравится подруге, более того, она подбивала ее на признание, но Маринетт лишь твердила, что она жалкая, и не хочет позориться еще больше. Так прошла уже половина семестра. Маринетт постоянно помогала Адриану скрытно, и её до сих пор не поймали, во всяком случае, она этого не слышала, да и, в принципе, её мало обсуждали, ведь на девушке чётко висел ярлык «мышь». Она уже даже не пыталась привлечь внимание красавчика Ареста. Тщетно. Он не заметит её. Никогда. Осталось смириться. Именно это Маринетт и сделала, но, конечно же, в своем духе. Она стала сталкером. Его личным сталкером, обезумевшей фанаткой, называйте, как хотите, все равно сути это не поменяет. Дюпен знала его расписание, с кем он дружит, чем увлекается. Она мониторила его страничку в Instagram, сохраняла фотки из Интернета, скупала все журналы с намеком на него. У неё был борд с фотками Агреста, отдельная витрина с его интервью, не иначе, той коллекции мог позавидовать любой магазин. У неё скачены рекламные видео с ним, а на обоях компьютера красовался он. Она одержима им, но лично бы ему это не сказала. Она стала маньячкой, полностью поехавшей на этом парне. Только представьте, какая у неё была истерика, когда Маринетт узнала, что сердце прекрасного блондина занято. Да еще и кем? Этой ужасной Лилой. Росси была мерзкой девицей, она гнилая внутри, постоянно лгала и манипулировала всеми, но другие этого словно не замечали. Дюпен — единственная видящая это лицемерие, даже Сезер считала Лилу вполне классной девчонкой. Подумать только! Удивительно, но даже Хлоя Буржуа раздражала её меньше, хотя ранее Дюпен-Чен готова была и убить эту напыщенную стерву, теперь вся её ненависть сконцентрировалась на одной только Росси. Особенно после подтверждения их с Адрианом отношений. Пнув пару раз стул, Маринетт снова садится за компьютер, она открывает страничку Лилы и в доказательство к таким противным новостям видит не менее отвратительные фотокарточки. Она начинает плакать, захлестывают эмоции, Дюпен-Чен не понимает, почему мир так жесток? Весь вечер новости только о «сладкой парочке» Агреста и Росси, к ночи у них появились первые общие фан-аккаунты, пересматривая работы которых, она плакала еще сильнее. Утром завидев себя в зеркале, она даже не удивилась, ведь опухшие красные глаза оказались вполне ожидаемыми после такого количества слез. Она натянула мешковатую одежду и поплелась в школу. Если бы Маринетт знала, что за более или менее спокойное утро получит такой подвох от жизни, то с удовольствием осталась бы дома. Сначала она думала, что делать проект в группе с Адрианом — подарок жизни, но ошибалась. В их дуэт вошли Кагами Цуруги, близкая подруга Адриана, и друг Маринетт — Лука Куффен, он стал самым простым и приятным из сложившейся компании. После того, как преподаватель разделил всех и дал темы для проекта, он попросил их рассесться в таком порядке на два занятия — сегодняшнее и следующее. Маринетт со страхом загнанного зверька отправилась к парте, где уже сидели в полуобороте Адриан и Кагами. Она положила сумку возле Луки, стараясь усесться поудобнее, что, к сожалению, не получалось. Кагами на такое поведение вскинула тонкую бровь: — У тебя нервоз? — спросила она — явно не понимает, что не так с «коллегой» по проекту. — Что? Н-нет! У мен-ня вс-се хорошо, вроде бы, то есть да, все нормально, — Маринетт не ожидала, что на неё вообще обратят внимание, выпалила какую-то чушь, за что мысленно уже стукнула себя несколько раз. Лука лишь нежно сжал её ладонь, он знал, как ей нравился Агрест, знал, что Дюпен-Чен нервничает, сидя напротив него. Маринетт была такой Маринетт. — Давайте обсудим, кто представляет группу, свою любовь будете разводить в другом месте, — процедил Агрест и взял листок в руки. — Нам с Маринетт не принципиально, поэтому решайте, — сразу же ответил Лука, на что получил взгляд голубоглазой, полный бесконечной благодарности. — Я могу, или ты хочешь? — уточнила Цуруги. — Не имеет никакого значения, — бросил блондин, чертя на листке четыре имени, — нам надо поделить, кто какую информацию будет готовить. Девушка настолько рада сидеть напротив блондина, что забыла слушать, о чем вообще идет речь. Если бы не Кагами, то она бы и не знала, что делать. Благо Лука прикрыл её зад, и очередной неловкой ситуации удалось избежать. Однако на перемене Мари настигла Лила, для которой Дюпен-Чен стала костью в горле, ведь именно она в группе с её бойфрендом, что по меркам Росси недопустимо, незаконно. Ситауцию спасли Кагами и Адриан, вышедшие из библиотеки с набором книг. Увидев бешеную Лилу, они неожиданно оказались возле Мари и заступились за нее. Первые пару секунд Маринетт не понимала ничего. Бабочки затуманили весь разум, он заступился за серую мышь — Маринетт Дюпен-Чен. Поверить только! Сказать, что Лиле не понравился такой исход ситуации — означает промолчать. Она буквально озверела. Холл школы наполнился криками Лилы, а через несколько минут донесся звук удара. Росси влепила Агресту пощечину и скрылась в одном из коридоров школы, о произошедшем здесь ранее напоминали только каблуки, что звучали эхом.