Химера. Предыстория.

      Снова неописуемо сильная головная боль, вызывающая осточертевший ещё после первого пробуждения тонкий гул, который сопровождал всё пробуждение. Не хотелось открывать глаза. Хотелось снова просто взять и уснуть, быть где-то в небытии. Каждый звук отражался так, будто бы изнутри наносят удары синхронно с этими звуками. Височные вены пульсировали, усугубляя состояние. Веки были неимоверно тяжёлыми, Алиса не была способна открыть их сразу. Лишь спустя пару болезненных попыток глаза, словно ржавые гермоворота, были раскрыты. Мутная пелена перед глазами была назойлива, и не горела желанием исчезать на первых же порах. Желаемое исчезновение пелены свершилось, будучи сопровождённым болезненным, выдавленным, утомлённым стоном.       Перед брюнеткой раскрылась не та картина, которую она запоминала перед тем, как заснуть. Тело очень скоро ощутило холод и влагу бетонной плиты под собой. Где-то в углу неизвестного помещения капала вода, падая на ржавчину с не особо слышимым звоном. Само помещение было окутано мраком, который подавлял мягкий свет старинной керосиновой лампы. Сам же свет исходил откуда-то с другого помещения, играя на полу своего рода комнаты заключения через решётку двери. - Проснулась, мышонок? - донёсся чуть тихий голос отца откуда-то сзади. - Как ты? Они так сильно ударили тебя, пока ты спала... Я уж боялся, что ты не проснёшься.       Алиса неспешно повернулась в сторону источника звука. Она увидела отца, который находился уже в соседней комнате заключения, но общался с только что очнувшейся через решётку. Приглядываясь, она начинала понемногу узнавать лицо своего родителя. Лицо было в крови: губа, как и нос, разбиты, а скула и лоб имели ссадину. При виде такой картины девушка встала на дрожащие ноги и с трудом добралась до той стены. Придвинув железную бочку под решётку, брюнетка с тем же трудом забралась на неё, после чего взялась за прутья решётки. - Я человек неверующий, но, видимо, мои молитвы о твоей жизни Всевышний услышал. - продолжил Ганс, после чего протянул ладонь меж решётками, после чего аккуратно стёр грязь с щеки своей дочери. - Всё хорошо. - тихо отвечала Алиса, не теряя серьёзности даже при ощущении тёплой отцовской ладони. - Нам надо выбираться. - Нет. За нами скоро вернутся. Если увидят, что тебя нет, они мне башку продырявят... Если сбегать, то только вместе. Так что нам пока остаётся только ждать. - Хорошо, но кто эти "они"? - "Красные", или как их там... Схватили нас, потому как я забылся, и повадками своими фашистскими их привлёк. - Не только ты. Я тоже от удара головой была сонливой, и, ну... - Понял. Об этом потом. Сейчас нам главное не привлекать лишнего внимания. Когда нас выведут, там и посмотрим. Будем действовать по ситуации.       Девушка кивнула в ответ на слова отца, а последний в свою очередь напоследок погладил её по голове, и только после этого он отстранился, сев где-то у стены или в углу. Этого Алиса уже не видела, да и поступила также. Села в угол, опираясь на стену, чтобы поэкономить силы, которых и так нету. Уроды, забрали всё снаряжение... Благо, они не притронулись к подсумкам. Из нагрудного она достала таблетки, которые нашла ещё в вагончике Дока. Почему-то она сочла нужным прихватить таблетки от головы. И сейчас она убеждается в том, что сделала это не зря. Она выпила сразу две, надеясь, что это как-то побыстрее поможет ей. Каждая минута, проведённая с головной болью, казалась ей десятком таких же минут. Алиса не знала, сколько времени прошло, но ей казалось, что боль утихла где-то через час-два, и ещё через неопределённое и никак не отслеженное время к ней заглянули. - А-а, не спишь уже? - прозвучал язвительный и противный голосок охранника, который после сказанного повернулся спиной к решётке. - Эй, зелень, тут и вторая проснулась! Давай тащи наручники, поведём их наконец.       Куда поведут, интересно знать? Расстрел, "суд"? Хотя, зная "Красных", они скорее отправят обоих в расход, без особых церемоний. Хотя, если не пустили в расход сразу, наверняка у этих ребят на заключённых есть свои планы...       Руки Алисы и Бертольда скоро были закованы в наручники, что были отрегулированы на минимальный размер. Делается это для того, чтобы заключённые рыпались меньше при ощущении как минимум дискомфорта на запястьях. Как максимум - боли, или повреждённых связок рук.       Девчонку вели спокойно. Они не знали, что она может навредить. А вот бывшего ЧВК'шника вели, будто бы заключённого СИЗО: руки за спиной, туловище практически горизонтально. Видимо, перед "Красными" он сильно проявил свою буйность и опасность перед тем, как оказаться в комнате заключения. В таком случае не удивительно, что на его лице размазана его же кровь. Обоих очень скоро привели в помещение, которое подразумевалось кабинетом. Их поставили на колени рядом друг с другом. За столом сидел мужчина среднего телосложения. Он явно недавно вернулся на станцию, ведь он также был разодет в военное снаряжение. Алиса не возымела желания разглядывать его, но свежая кровь на рукавах и на нагрудной части бронежилета всё же ей бросилась в глаза. Кровь свежая, и только потому она могла думать о его недавнем приходе. Но точно ли он был в бою? Не запыхавшийся, не потрёпанный, абсолютно спокойный, как удав. — Так-так, диверсанты, значится... — Произнёс глава "Красных", неохотными и медленными шагами приближаясь к гостям. — Вы или рассказываете всё, о чём я спрошу, и вы погибаете без мучений, или я вас буду разрезать по кусочкам сначала девку, а потом уже и второго.       Он был явно не глуп. Почему-то он понимал, что мужчине дорога эта девчонка. Это наводило на мысль о том, что ему известна информация о них обоих, и кем они друг другу являются. — Нам попросту нечего говорить. —прорычал Бертольд, сплёвывая кровь, на что в ответ Алиса толкнула его в плечо своим плечиком, что дало ему знак: у неё созрел какой-то план. — О, хо-хо, вам обоим есть что рассказать. — Расплылся в улыбке любитель допросов, после чего посмотрел на Алису. — Начнём с тебя. Расскажи-ка, красавица, что тебе известно о поезде, который прибыл на днях? — Ваши враги. Спецотряд "Избранных", прибывшие для подкрепления здешних войск. Планируется нападение на ваши станции. — Явно врала Алиса, о чём знает только Бертольд. Точнее говоря, только он это понял. — Вот так, значится... — Приподнял бровь носитель балаклавы. — Хорошо, а вооружение такое же, как нашли у тебя? — Ага. Только моя пушка не сравнится с их. Я новобранец, прибыла туда месяц назад, и мне не выдадут того снаряжения, которое носят они.       "Красный" нахмурился. Ему не нравился такой расклад. — Оно и видно, что новобранец... Только идиот или новичок выдаст информацию о товарищах. Но об этом потом... Когда планируется наступление? — Не знаю. Моя задача была выполнять приказы, и потому я не располагаю большей информацией. — Хорошо... Теперь ты. Ты ответишь мне на этот вопрос? — также неспешно подошёл "Красный" к Бертольду. — Я вообще с другой группировки. Мне даже не известно, на какой они станции. — тоже начал врать Бертольд. — Хреновые из вас диверсанты... Буду вас пытать, раз не хотите быстрой смерти.       После этих слов урод направился к двери, а за ним - и его подчинённые, как только подняли с колен пленных. Их снова ведут в неизвестном направлении... Но скоро оказались за пределом станции. Грубо говоря, был чёрный выход. Своего рода коридорчик, ведущий сразу на рельсы. Сам коридорчик был скрыт от посторонних глаз, так как располагался уже там, где находятся и ходят абсолютно все бойцы, в том числе и новобранцы. Сами рельсы находились уже под образовавшейся кучкой трупов. И вот тут как раз пара свеженьких лежат... Теперь-то ясно, почему глава "Красных" был в крови, но не выглядел так, будто вылез из боя! Он убил и ранее пойманных, возможно, невинных. Бертольд был насторожен, но не тем, что их окружали трупы. Их вот-вот прикончат, а Алиса ни черта так и не предприняла. У неё всё под контролем..? Настороженность внезапно исчезла вместе с таким же внезапным исчезновением света. — Что за нахрен?! — Ещё больше разозлился глава. — Живо проверьте, где там рабочие! Какого хера они опять за генератором не уследили?!        Подчинённые сразу же потеряли весь свой пафос, с которым сюда пришли. Теперь они - трусливые щенки, которые убегают от человека с ножом, при том сами имея наизготовке автоматы. Поспешно уходя, они оставляют своего лидера один на один с "диверсантами". Не видно ни зги... Лишь только через некоторое время "Красный" додумался зажечь зажигалку. И, сделав это, он осветил мягким светом зажигалки только Бертольда. — А где вторая?! — не менее злобно сквозь зубы процедил он, обращаясь к Бертольду.       Сам Бертольд был сначала в недопонимании. Лишь только когда он посмотрел на место, где ранее находилась Алиса, он понял, что та как-то умудрилась исчезнуть. — Я у тебя спрашиваю, урод, где эта мелкая-...       Он не успел договорить. С глухим звуком ему был нанесён удар арматурой в височную часть, и также глухо он упал замертво, роняя зажигалку, которая была поднята почти сразу же. Её зажгла уже Алиса, и Бертольд смотрел на нее уже с раскрытым от удивления ртом. — Как... — Начал он, но девчонка не позволила задать вопроса, перебив. — Потом расскажу. Нам надо встретить гостей. План такой: ты остаёшься связанный здесь, вплоть до прихода "Красных". Они без приказа тебя не пристрелят. Когда они спросят куда я делась, скажи им, что я убежала туда. — сказав это, брюнетка указала на кромешную тьму тоннеля.       Слыша за стеной идущих "Красных", Алиса открыла ключом наручники на руках отца, но оставила их призакрытыми на один зубец, чтобы Бертольд мог просто снять их со своих рук, дабы кинуться в бой, если сочтёт нужным. После своих действий девчонка скрылась в неизвестном направлении, утаскивая за собой труп командира. Зажигалку она погасила, чтобы её не было видно даже Бертольду. Когда же "Красные" вошли в помещение, они осмотрелись, надеясь найти того, кто уже спит непробудным сном. О чём они, конечно же, пока не знают, но его внезапное исчезновение вызывало подозрения. — Где командир? И девчонка? — спросил один из пятерых "красных". — Сам не знаю насчёт вашего капитана, но вот девчонка дала дёру в тоннель.       "Красные" переглянулись. Никто никому команды не давал, но трое отправились на разведку самостоятельно. Осталось двое, которые стояли напротив Бертольда. — Ну, что делать будем? — спрашивает один у другого. — Как "что"? — хмыкнул второй. — Этого - в расход, пока и он дёру не дал! — Не смей, команды же не было! — произносит первый, не позволяя товарищу поднять ствола. — Забыл что ли, как нашего пустили в расход следом за диверсантом, когда он его грохнул?! Также хочешь?! — Ай, ладно, хер с тобой. — отвечает упёртый, после чего взял свой автомат одной рукой за цевьё.       Беседа двух "Красных" продолжалась. Они и не подозревали, что сзади них уже находится Смерть. Алиса. Она выхватила у "Красного" автомат, который он держал одной рукой. Не успел бедолага обернуться, как его прикладом тут же ударили в голову. Второй, оставшийся, уже поднимал ствол, чтобы в испуге уже нажать на курок и выстрелить в ненавистницу. Вот только к несчастью для "Красного" брюнетка оказалась намного ловчее, и из выхваченного калаша сделала выстрел первой. Она не выбирала куда стрелять, и потому попала в плечо. Раненый отшатнулся, но и передышки ему не дали. Он был также вырублен прикладом, как и его товарищ. — Ловко... — подметил Ганс, спустив наручники со своих рук. — Не зря ты время тянула, обучаясь у этих уродов. — Да, да. Только сейчас нам бы уйти, да побыстрее... — отвечала Алиса, собирая с только что убитых патроны, помимо которых искала и ещё что-то полезное.       Своему папе она отдала второй калаш и патроны к нему, которые были поделены напополам. Кроме этого она не нашла ничего. После Алиса направилась в сторону, куда шли разведчики, но откуда и не вернулись. Оба зря шли с осторожностью: ими скоро была увидена эта тройка "Красных". Ребята были разодраны в клочья мутантами, которых и след простыл. — Видимо, чисто... — сказала Алиса, почесав затылок, лишний раз оглядываясь и изучая обстановку более подробно — Оторвались, получается. — Выходит так. И всё же, каким образом ты это всё провернула? — спросил мужчина, сев на бортик. — Ну, раз тебе так интересно, давай расскажу... — начала девушка, сев рядом. - Нас когда вели на допрос, я видела генератор. У него бачок просвечивался, и я видела уровень топлива. Его было мало, и потому я уже понемногу рассчитывала время, которое надо было потянуть. Именно это мы и сделали, когда вешали этому уроду лапшу на уши. Ну, и генератор перестал работать. Остальную историю ты и сам знаешь. — Хитрая. — похвалил отец свою дочь. — Только было не факт, что этот генератор снабжал энергией ту часть. — Факт. — начала спорить Алиса. — Только эту историю рассказывать мне уже не интересно. Но там было не сложно догадаться. — Ладно, представим, что я поверил. — Усмехнулся Бертольд. — Ладно, нам надо двигаться дальше. По крайней мере, нам надо найти хотя бы временный ночлег. — Хм... А почему бы нам не добраться до "Избранных"? — Ты моей скорой смерти хочешь? — Нет, ну почему? Мы опять же можем приврать. Скажу, что будешь полезен, и знаешь их позиции, планы... Ты всё же со мной пойдёшь. Уж меня они послушают. — Любительница врать, да? Ну чтож, если я сдохну, то я достану тебя с того света. Ясно? — Так точно, командир! — передразнила серьёзность отца Алиса, усмехаясь. — Да и вообще, нам в любом случае ещё сюда возвращаться. Здесь ведь моё снаряжение осталось, и оно находится в кабинете этого урода. А лагерь находится относительно недалеко. — Ладно. Значит, выбора нет. И мне снова придется сидеть с закованными руками? — Нет, конечно нет, они будут просто связаны. — пожала девчонка плечами. — Но это, во-первых, не болезненный для запястий металл наручников, а во-вторых, их можно и разрезать. — Я это и без тебя знаю, пф. — Так где там засели уроды эти? — Ну, сейчас узнаем.       Сказав это, Алиса достала записную книжку командира "Красных". Изучение было недолгим, потому как информация излагалась чётко, без воды и тавтологии. К тому же, имелась карта, на которой были актуальные разметки лагерей "Красных", а также дальнейшие планы о нападениях. — Угу, получается, Чеховская, Пушкинская и Тверская... Эти станции во владении некого "Четвёртого рейха". Вот сюда-то наш лидер и держал путь. И он точно уже там. И Вернер тоже... — Угу. Ну что ж, тогда нам стоит выдвигаться, пока день на станции. Только этим напиши, что мы прибудем, а то огонь ведь откроют. Со станции "Красных" идём как никак. — Знаю, да. Я им по пути напишу.       Оба встали. Они отправились вдоль тоннеля, что вскоре должен был привести тех на Тверскую... Очередная ситуация уже позади. Предвкушение полноценного отдыха как никогда переполняло Алису. Наконец-то она нормально отдохнёт. Или нет..?