✧︎ 𝕙𝕖𝕒𝕕𝕔𝕒𝕟𝕠𝕟𝕤 𝕚𝕞𝕡𝕒𝕔𝕥 ✧︎

Его голос, словно густой мёд, обволакивал и дарил приятную сладость, когда Панталоне двигал губами, произнося не менее упоительные слова. Тебе очень нравился этот низкий звук, с которым мужчина сочинял красивые сказки о себе. Очевидно, он предпочитал представляться кем-то другим, хотя в этом не было значимости. Ведь иначе каждому свиданию на вечер необходимо бы было присваивать какой-то особенный ярлык продолжительных отношений из правды — ни лжи. И в вечере из баров, ресторанов под музыку узких улочек совсем не важно с кем тебе предоставится возможность находиться рядом. Вас объединяла цель в виде боязни одиночества, нежелания засыпать в одиночку в мягкой кровати, а после просыпаться под шум городской утренней жизни без тепла обнаженного тела рядом. Ты рассказывала ему свои мысли. Он посмеивался и отвечал, что ты слишком романтичная и во впечатлительная. Что ж, пускай. Главное его низкий смех, с которым он это говорил, вызвал улыбку. Именно благодаря ему ты приняла окончательное решение отдаться Предвестнику грядущей ночью. — Ты спишь с каждым, кто способен тебя рассмешить? — спрашивал мужчина, рассматривая, как твои тонкие пальцы поправляли декольте платья и украшения на шее. Ты не ответила, лишь отвела взгляд, оглядывая бар и проходящих мимо людей. За все то время, что Панталоне составлял тебе компанию, их становилось все меньше. Работяги уже были дома, а это значит, что настал твой черед определиться. Он сказал, что в городе проездом и, что на самом деле он из Снежной. Ты поверила, закрывая глаза, и добавила, что сама родилась не здесь. Он недоверчиво посмеялся, затем встал и предложил продолжить мнимые разговоры уже следующим утром. Пообещал приготовить утром венские вафли, если у тебя есть вафельница. Конечно же, её не было. Тогда Панталоне предложил яичницу, но в твоем холодильнике уже давно ничего съедобного не хранилось. Затем, улыбаясь, он сдался и вы договорились на кофе в постели с завтраком из поцелуев. Тебе очень нравилось, как его холодные глаза с интересом изучали город на пути к твоему дому, будто Предвестник не врал, что всего лишь проездом. Его незнание местности выдавало себя разными глупыми способами, но ты предпочитала отвечать на его вопросы загадками. Настойчиво продолжала игру, начатую в баре, хотя Панталоне уже забыл правила, где главное условие: никакой правды. Приглашение в твой дом расслабило Панталоне и, казалось, он смело начал полагать, будто вы почти знакомые. Он бродил по квартире, рассматривая предметы твоего странного интерьера и делая молчаливые выводы. Задавался ли Панталоне тогда вопросом о том, сколько мужчин побывало здесь до него? Возможно. Ответ бы его расстроил — он был первым. В фантазии вечернего гостя ты хотела быть роковой женщиной, но дрожащий бокал спешно налитого вина с пыльной полки выдавал всю твою нерешительность. Тогда Панталоне предложил выпить на брудершафт. Это успокоило нервы, ведь к тому, что последовало после, ты оказалась еще более неготовой, чем к обжигающему горло алкоголю. — Наверное, нам стоило запастись закуской, — сказал Предвестник, после легкого поцелуя со вкусом перебродившего винограда самых сладких сортов. — Мои губы тебя не устраивают? — продолжала кокетничать ты, хотя перед глазами мир начал кружиться, словно бесконечная карусель. Похоже, нервы действительно тебя подводили. Тогда, словно распознавая скованность, руки Панталоне оказались на сгибе талии и были теплее, чем когда мужчина прикасался к тебе в баре. В ответ ты обняла его шею и позволила поцеловать себя снова, ведь это именно то, чего не хватало. Губы ласково переплетались, смакуя вкус недорогого вина, который в одно мгновение заставил внутри что-то вспыхнуть. Странный очаг желания разгорался с каждым движением сильнее, и ты чувствовала, как собственное дыхание заканчивалось в легких, пока Панталоне становился настойчивее, а его желание крепло, упираясь тебе в живот. Прикосновения к телу становились приятнее, отчего ты невольно начала расстегивать его красивую черную рубашку, словно стремилась добыть для себя чуть больше жара от этого холодного Предвестника из неизвестной ледяной страны. Поцелуй наполнялся страстью, пока вы медленно раздевались, оставляя одежду на пути, и двигались в спальню. Ты аккуратно помогала Панталоне с направлением, пока его руки ласкали и сжимали твоё нежное тело. Однако эти прикосновения быстро закончились, стоило вам достигнуть желанного места. Словно забыв о церемонности, Предвестник подхватил тебя, а после опрокинул на мягкую кровать. Со стоном ты упала на простыни, которые буквально поглотили изящный силуэт. Панталоне задержал взгляд на фигуре, извивавшейся в мягких объятиях. Смотрел на происходящее сверху вниз, тяжело дышал, и ты понимала, что мужчина желал увидеть твою инициативу. Поэтому, не позволяя ему ждать дольше положенного, ты села на край кровати и протянула пальчики, чтобы расстегнуть его черные брюки. Твердость настойчиво давала о себе знать, правда, они были еще не настолько плотно натянуты, чтобы Панталоне испытывал какой-либо дискомфорт от возбуждения. Расстегнув ширинку ты опустила бархатную ткань брюк и слегка облизнулась, поднимая голову на Панталоне. Он смотрел выжидающе, а его губы чуть приоткрывались от каждого вздоха, словно Предвестник хотел произнести очевидные слова, но в них не было нужды. Ты знала о чем тот мог просить: пухлые губы на его возбужденной головке и сладкое впечатление от маленького язычка, который ласкал бы всю продолговатую форму пульсирующего члена. Оттягивая тугую резинку трусов, ты обхватила ладонью основание и сделала пару скромных движений, чувствуя, как член твердел, пока сам Панталоне наслаждался происходящим. Он выгнул шею и издал удовлетворительный стон. Запах алкоголя еще чувствовался в воздухе от его дыхания, но это даже успокаивало. Значит, завтра всю происходящую смелость и откровенность движений можно списать на количество выпитого спиртного. Кажется, именно так прикрываются однодневные любовники, когда их спрашивают о том, как они провели ночь. Усмехнувшись своим неоднозначным выводам, ты нагнулась, а после кончиком языка прошлась от основания к головке. Предвестник сипло простонал, и его член напрягся сильнее. Это возбудило тебя, и поэтому ты поспешила продолжить внимать упоительным звукам мужского удовольствия, которые создавали влажные прикосновения твоего ротика. Чтобы получить желанный звук, ты повторила недавний опыт: прошлась еще раз, задерживая язык на головке, затем сделала небольшой круг, а после обхватила пульсирующую зону губами, чуть посасывая. Панталоне снова тяжело простонал, ощущая, как приятно ты ласкала его член, реагировавший на движения легким подергиванием. Словно чувствительность подводила его и он с трудом сдерживался, чтобы прямо сейчас не кончить. Но это было не так. Предвестник со скрипом набрал в легкие воздух, а после обратился к тебе: — Так и будешь дразнить меня? — Он опустил взгляд на твое чуть покрасневшее то ли от алкоголя, то ли от смущения лицо. Прикоснулся к раскрасневшейся щеке, и только теперь ты почувствовала то, насколько горячей была. Настолько, что его кожа казалась льдом. Градус возбуждения бил в голову, и ты усмехнулась, но отвечать не стала. Панталоне подобное поведение не понравилось и, издавая звук недовольства, он схватил твое запястье, которое сжимало член, а второй рукой сжал горло, с силой заставив тебя подняться. Но не для того, чтобы наказать, а чтобы снова толкнуть на кровать. Чтобы болезненный стон вновь сорвался с губ, и ты выгнулась от пронизывающих ощущений, едва не захлебываясь собственным голосом.