Рандеву

На белом сложенном платке лежал кулон из янтаря. Для других людей это было обычной безделушкой среднего качества, но Беннету он казался настоящей драгоценностью. Приключенец заметил его случайно, когда зашел к Марджори за новыми перчатками. Янтарная подвеска так сильно напомнила ему о путешественнике, что Беннет просто не смог пройти мимо. Он уже давно искал идеальный подарок для Итэра, который мог бы передать его чувства. Беннет был… влюблен. Потому что не влюбиться оказалось невозможно. Путешественник — герой, знаменитость в Мондштадте и других регионах. Приключенец слышал о нем многое, слишком многое, и все рассказы были такими захватывающими и вдохновляющими, что его сердце уже тогда заранее предчувствовало — почетный рыцарь будет особенным человеком. Беннет постоянно вспоминал их первую встречу — златовласый незнакомец внезапно обратил внимание на его скромную персону, и все внутри сжалось от смущения и немого восхищения. Приключенец заикался и с трудом мог связать два слова, не переставая удивляться тому, что Итэр не испугался его патологической неудачи и решился приблизиться. Более того, путешественник был настроен очень дружелюбно. Мне нравится проводить с тобой время. Тогда они сидели на одуванчиковом поле, и впервые в жизни оно действительно было белым, а не куцым и облетевшим. Приключенец был уверен — все потому, что Итэр с ним рядом. Путешественник стал его своеобразным талисманом удачи. А потом он протянул ему компас — изящную вещицу ручной работы прямиком из Фонтейна. Корпус был сделан из особого металла, тонкого и прочного. Золотое покрытие добавляло ему шарма, магнитную стрелку украшали мелкие камушки красного и синего цвета, на шкале с делениями сверкали легкие узоры. Тонкий кожаный ремешок для более удобного использования завершал работу. О таком приспособлении мечтали все в Гильдии Искателей приключений. И Итэр подарил его Беннету. В тот момент он почувствовал себя смущенным, немного испуганным, удивленным и… счастливым. Из всех людей именно прославленный путешественник с кучей поклонников, друзей и влиятельных знакомых увидел в нем человека, со своими достоинствами и недостатками, а не ходячее бедствие, которое избегали практически все жители Мондштадта. Итэр был достоин самого лучшего, приключенец был в этом уверен. Когда он подарит путешественнику этот кулон, золотые глаза наверняка загорятся еще сильнее, словно два огонька. Возможно, ему будет трудно надеть подвеску самому, и тогда Беннет с удовольствием ему поможет — подойдет очень близко, обернет цепочку вокруг тонкой шеи и, когда Итэр приподнимет тяжелую косу золотых волос, застегнет. — Спасибо, — прошепчет путешественник, разглядывая кулон с мягкой улыбкой. А после посмотрит на Беннета и, возможно… может… оставит поцелуй на его щеке… — Нравится? — Голос Марджори раздался внезапно, заставив Беннета дернуться от смущения. Он налетел на стоявшую сбоку полку и чуть не снес часы. Торговка лишь покачала головой, понимая, что ругать посетителя просто нет смысла. Остановимся на том, что, по крайней мере, магазин цел. Мысленно досчитав до десяти, девушка сосредоточилась на заинтересовавшем его товаре. — Этот кулон мне привезли из Ли Юэ. Его создатель — довольно искусный мастер. Янтарные подвески очень прочные, и их часто дарят тем, кого глубоко уважают. Приключенец вздохнул. Безусловно, он очень уважал Итэра, но в то же время безнадежно любил. Беннет никогда не надеялся на взаимность — где он, а где великий путешественник! — но эти чувства рвались наружу и требовали выхода. Если он ничего не сделает — хотя бы не попытается ухаживать за Итэром, он никогда не сможет отпустить эту ситуациию. Мысли о возможном будут преследовать его. Лучше бы путешественник поскорее ему отказал, со вздохом подумал Беннет. Может, тогда он сможет подавить в себе это. — Сколько он стоит? — спросил приключенец без особой надежды. Скорее всего, он столько моры за всю свою жизнь не видел. — Десять тысяч, — ответила Марджори. Беннет хотел уточнить, возможны ли скидки — все-таки он один из постоянных клиентов, но виноватый голос торговки ему подсказал, что она и так назвала цену ниже той, что была изначально. — У меня… у меня нет столько, — выдавил Беннет. Картинка с поцелуем медленно таяла в его голове, теперь она казалась чем-то недостижимым, практически невозможным. — Ладно тогда… Ничего страшного… — Приключенец попытался улыбнуться и сделать вид, что совсем не расстроился. В мире вообще было мало вещей, способных его расстроить, но все, что касалось Итэра и его влюбленности, входило в этот список. Марджори покачала головой и подошла к нему, снова задумчиво разглядывая кулон. — Возможно, у тебя есть что-то на продажу? — предположила она, пытаясь всячески разрешить возникшую ситуацию, как и полагается хорошей торговке. Приключенец знал, что у него нет ничего стоящего, но все равно стал рыться в карманах и сумке. 678 монет, немного овощей для сегодняшнего ужина, грязный платок, походная посуда… Ничего ценного или подходящего. Кроме… — Какая интересная вещица! — воскликнула Марджори, когда Беннет достал драгоценный компас из дальнего кармана сумки. Он боялся его потерять или сломать, но оставлять дома тоже не мог — компасам нужны путешествия и приключения. — Думаю, за него вполне можно отдать десять тысяч моры. Ну, или равноценную вещь. Янтарный кулон. Что-то внутри Беннета поникло. Марджори продолжала дружелюбно ему улыбаться, довольная тем, что смогла найти подходящее решение, но приключенцу оно не нравилось. Этот компас подарил ему Итэр. Он не хотел терять этот важный подарок. Даже если бы ему предложили все богатства мира, Беннет бы ни за что не отдал этот дар. Но что стоят драгоценности мира в сравнении с улыбкой путешественника? — Хорошо, — выдохнул он. Его сердце замерло, когда Марджори заботливо протерла компас тряпочкой и поместила рядом с другими изделиями. Теперь он лежал среди таких же изящных вещей, на самом видном месте. Затем торговка медленно подняла кулон и положила Беннету на ладонь. — Теперь он твой. … Площадь у статуи Анемо Архонта сегодня пустовала. Беннету это было только на руку — не хотелось никого видеть, с кем-то разговаривать, притворяться. Иногда он сильно уставал делать вид, что все в порядке. Компас значил для него слишком многое, потерять его — все равно что потерять кусочек сердца. Беннет стоял у каменной перегородки рядом с лестницей и смотрел на город сверху. Внизу, как обычно, тренировалась Айлин, Эмбер куда-то спешила по скаутским делам, Мона покупала книги. Приключенец взял цепочку и посмотрел на солнце через кулон. Он очень надеялся, что путешественнику понравится подарок, иначе все было зря. Янтарь переливался всеми цветами золота, так ярко, что жгло глаза. Очередной пойманный лучик на секунду ослепил Беннета, и тот яростно потер лицо, отчего отступил и наткнулся на камень. От неожиданности он выпустил кулон из рук, и тот каким-то неведомым образом перелетел за ограду, грозясь упасть в кусты рядом с тренировочным полем. Приключенец наблюдал за ним словно в замедленной съемке, пока падал назад. Беннет быстро оправился от падения и почти сразу вскочил на ноги — к таким падениям он был очень привычен. Гораздо больше его волновало, куда мог приземлиться кулон. Приключенец выглянул вниз, и на секунду ему показалось, что он спит. Прямо под ним стоял путешественник. Закатное солнце освещало всю его фигуру, отчего золотые волосы переливались на свету всеми оттенками, сильнее выделяя его силуэт. А в его руках светился янтарный кулон. Они будто были созданы друг для друга. Дыхание Беннета сбилось, а сердце грозилось выскочить из груди. Он готов был отдать свою жизнь, лишь бы увидеть улыбку путешественника. Итэр, не понимая, откуда упал кулон, поднял взгляд. Изумрудные глаза встретились с золотыми, и путешественник ему улыбнулся.