Ловец грёз

— Детка, может, всё-таки… — Нет. Пак Ёнми продолжает звенеть пряжкой мужского ремня, не обращая внимания на неуверенные попытки Феликса остановить её. Девичьи пальцы ловко расправляются с молнией и наконец подхватывают плотную ткань джинсов вместе с боксёрами. — Приподнимись. — Но в гостиной же ребята… Ёнми ухмыляется. Склоняет голову вбок и снизу вверх пристально разглядывает застывшего на краю кровати Феликса. Его щёки мило краснеют, и веснушки, кажется, проступают ещё ярче на заалевшей коже. Ли кусает нижнюю губу и косится на дверь в свою комнату так, словно ожидает, что прямо сейчас Минхо с Сынмином вломятся внутрь и застанут Феликса с расстёгнутыми штанами и Ёнми на коленях у его ног. — Значит, у тебя есть стимул быть сегодня потише, милый, — произносит Пак и сразу ловит его полный сомнения взгляд. — Но, может, мы просто подождём, пока они куда-нибудь уйдут? — Вы только закончили своё расписание на сегодня, так что в ближайший час они точно никуда не ретируются, а я хочу отсосать тебе уже больше недели, — отвечает Ёнми и использует один из самых грязных приёмов — надувает губы и заискивающе тянет. — Разве я мало ждала? Феликс тяжело вздыхает. Он никогда не мог отказать ей, не важно, чего бы это касалось: брендовой сумочки, дурацких парных тапочек или секса в экстремальных местах. И сегодняшний случай не был исключением. — Хорошо, детка, — улыбается Феликс и касается её волос, мягко оглаживая голову. — Можешь делать всё, что хочешь. Я буду тише. Ёнми счастливо улыбается и наконец стягивает с Ли джинсы вместе с боксёрами. Его член, выпущенный из оков ткани, уже твёрдый и истекающий смазкой, что подсказывает Пак — Феликс и без её уловок недолго бы ломался. Он уже жаждал всего, что она могла бы ему дать, и Ёнми до безумия обожала это в нём. Она обхватывает ладонью его ствол и широким мазком языка касается бордовой головки, не желая больше медлить. — Ах, блять, — Феликс стонет громко и крепко сжимает её волосы у корней. — Ты должен быть тише, — напоминает Ёнми, прежде чем облизать всю его длину до основания. — Мхм, точно, — низко шипит Ли и со всей силы впивается верхним рядом зубов в нижнюю губу. Пак хмыкает, наслаждается потерей его контроля и продолжает играть с возбуждённой плотью. Ёнми обводит языком проступающие вены, кружит у головки и мягко надавливает на уретру. Феликс сходит с ума. Он шумно дышит и поскуливает, не давая вырваться из горла оглушительным рычащим стонам. Его ладонь так сильно сжимает её волосы, что Ёнми почти чувствует онемение. — Детка, пожалуйста, — задыхаясь, выдавливает он, — прекрати издеваться. Она опять улыбается и послушно произносит: — Как скажешь, милый, — прежде чем насаживается ртом на его член, давая головке упереться в заднюю стенку горла. — А-ах, — не сдержавшись, громко стонет Феликс и тут же закрывает свободной рукой рот. Ёнми упивается его эмоциями. Её тело горит от осознания того, сколько удовольствия она ему приносит своими незатейливыми действиями. Ли подаётся бёдрами вперёд с каждым движением её головы, и Пак позволяет ему проникать так глубоко, как он хочет. — Я так скучал по тебе, — неожиданно сбивчиво произносит Феликс, пока звук его голоса приглушён ладонью. — Хочу выпроводить всех из общежития и… Ах, наконец доломать мою чёртову кровать с тобой. Теперь уже Ёнми стонет, представляя, сколько всего они могут устроить, если останутся одни в доме. Вибрация её голоса заставляет Феликса захныкать и задвигаться резче, и Пак начинает ещё усерднее работать ртом. Слюна обильно вытекает меж опухших губ, а глаза слегка слезятся оттого, как Ли врезается в заднюю стенку её горла. Ёнми чувствует, как тело ломит от желания забить на всё и запрыгнуть на его член, но она так хочет, чтобы Феликс расслабился от её ласк, что ничего не предпринимает, разрешая использовать свой рот так, как ему вздумается. Шипение вперемешку с тихим «да, блять, как хорошо» и «вот так». Пошлое хлюпанье слюны. Тяжёлое дыхание. Наконец Феликс вздрагивает. Рука, закрывающая его рот, падает вниз, и он несдержанно низко стонет, заставляя Ёнми задрожать от хриплого голоса, ласкающего её слух. Сперма изливается на язык, и Пак сразу глотает её, продолжая вылизывать член начисто. Облегчение пробирает до костей. Это именно то, чего она хотела так долго. Ёнми отрывается от него и мягко улыбается, когда перехватывает затуманенный удовольствием взгляд Феликса. Его губы покраснели от постоянных терзаний зубами, а румянец уже спустился на шею, делая Ли ещё более разбитым оргазмом. — Ну вот, а ты боялся, что нас услышат, — произносит Ёнми, и тут же… — Если Феликс уже кончил, то идите сюда — ужин привезли! — слышится голос Сынмина из гостиной. Феликс обречённо жмурит глаза, а затем с лёгким осуждением смотрит на неё. — Упс, — смеётся Ёнми, вскакивая на ноги. — Но зато, я думаю, они поняли намёк и после еды точно свалят из дома.