Моё сердце остановилось

      Проснулась Ринго рано. И только встав, она сразу же поняла: сегодня тот день, когда цветными искрами вспыхнет фейерверк её счастья. Умывшись, Ринго накинула красное платье с белыми рюшками по подолу и укуталась в кофту, а потом подхватила с тумбочки небольшую коробку с шоколадными конфетами и прижала её к груди, чувствуя, как колотится сердце. Губы растянулись в стороны в широкой улыбке, а пальцы подрагивали от нетерпения.       Сегодня Ринго намерилась подарить конфеты Лену, надеясь, что тот поймёт всё предельно правильно.       Повизгивая от нетерпения и предвкушения, она скатилась вниз по лестнице, держа светло-жёлтую коробочку, перевязанную золотой лентой. Ладони чувствовали, как внутри о картонные стенки легонько, почти невесомо стукались шоколадные конфеты. Те были немножко корявыми, да и глазурь сбоку на паре штук подтекла, но Ринго считала их своим главным творением за все её четырнадцать лет, её маленьким шедевром. Конфеты, вылепленные ей в виде округлых сердечек, стояли внутри ровным строем, а на их верхушках красовались нарисованные тёмной глазурью бабочки, яблоки и бананы.       Солнце только-только поднялось над горизонтом и светило маленьким бело-жёлтым кругом, а облака разбегались в стороны. Едва ли не вприпрыжку Ринго шагала к раскидистому дубу, под которым она и условилась встретиться с Леном. Встречу она назначила ещё неделю назад и каждый день кидалась к календарю, радостно зачёркивая ещё одну клеточку. Для Лена дни, может, и текли как обычно, но Ринго каждый из этих семи проживала так, будто внутри взрывались и разлетались красными бабочками сотни фейерверков. А, может, взрывались и яблочные торты, кто знает.       — Ринго-Ринго молодец, Ринго-Ринго ум-ни-ца, — негромко напевала она на простенький мотив, и широко улыбалась. А стоило представить улыбку Лена, аккуратную и обворожительную, как на душе расплывалось тепло, искрящееся, как озеро под солнцем.       А солнце только-только поднялось над горизонтом и светило маленьким бело-жёлтым кругом, лёгкие облака разбегались в стороны. Перебежав через небольшой мостик, мимолётно коснувшись деревянных перил, Ринго бросилась к дубу.       Лена ещё не было. Бережно опустив коробочку с конфетами на сухую землю, девочка вскинула руки вверх и потянулась, а потом улеглась на прохладную траву, поджав к себе ноги. Раскинув руки в стороны и крепко зажмурившись, Ринго растопырила пальцы и нырнула ими в зелёную траву, чувствуя, как холодные капли росы скатываются на ладони. Красные волосы разметались во круг головы, по бокам от макушки топорщились два маленьких хвостика, подвязанные белыми бантиками, а короткая чёлка разъехалась в стороны, открывая круглый лоб. Роса холодила голые голени и впитывалась в красный подол юбки. Маленькие птахи затеяли звонкие прерывистые трели, звеневшие то близко, то совсем далеко, как ответ.       — Ого, отдыхаешь? — весело сказали прямо над Ринго, и она раскрыла глаза, удивлённо вскинув брови.       Лен скрестил руки, глядя на неё с любопытной улыбкой. Верхняя губа его приподнялась, открывая белые зубы. Ринго ойкнула, рывком поднялась с травы и подтянула к себе ноги, а потом хихикнула, одёрнув подол. Качнув головой, Лен опустился рядом, тоже подтянул ноги к груди и сложил локти на коленях, опустив на них голову. Его чёлка съехала набок, а взгляд был таким весёло-очаровательным, что Ринго опустила глаза и закрыла лицо ладонями, отчаянно пытаясь не дать себе глупо разулыбаться.       — У меня важная новость, — заявила она, растопырив пальцы и глядя на Лена сквозь них.       — Внимательно слушаю, — серьёзно ответил Лен, важно кивнув.       — Я…       Ринго осеклась, увидев, как изменился взгляд Лена. Отняв руки от лица, она удивлённо подняла брови, следя за его глазами — сосредоточенными и сведёнными к одной точке.       — Не двигайся, — предупредил Лен, подняв голову, а на его губах заиграла загадочная улыбка.       Он вытянул руку руку и аккуратно коснулся пальцем плеча Ринго. Вопросительно пискнув, она медленно повернула голову и увидела у себя на правом плече маленькую бабочку. Та была вся лимонно-жёлтая, с видневшимися на крыльях линиями узоров, а сами крылья, тонкие и прозрачные, были насквозь просвечены солнцем.       — Бабочка, — выдохнула Ринго, изумлённо моргая, — так рано…       — Ага, — согласился Лен и ловко подцепил пальцем маленькие лапки. Бабочка неуверенно замерла, словно решая, улететь её или ещё можно безопасно походить по красному рукаву-фонарику, а потом подвигала крыльями.       Ринго ухмыльнулась, скосив взгляд на жёлтые крылья бабочки и золотой кружок на них.       — Ты на неё похож, — весело шепнула она, замерев.       Лен вскинул брови, немного наклонив голову.       — Я? Это она на меня похожа.       Ринго захихикала, морща нос и прищуривая глаза. Осторожно, чтобы не спугнуть бабочку, она пододвинулась к Лену и протянула руку, спрашивая шёпотом:       — Можно?       — Да конечно, — так же тихо, едва двигая губами, ответил он и сделал сосредоточенное лицо.       Развернув ладонь, Лен согнул пальцы, и бабочка переминулась на тонких лапках, шевеля усиками. Ринго уставилась на неё во все глаза, разглядывая резной край, чёрные полоски и жёлтые, будто солнечные, крылья. Бабочка вдруг резко взмахнул ими и взлетела с ладони Лена, закружившись в воздухе. Она задержалась на пару мгновений, порхая около лиц ребят, а потом взвилась вверх. Крылья замелькали лимонно-жёлтыми пятнами на фоне ствола дуба, а потом растворились на фоне солнца.       — Нет, она похожа на тебя, — подытожил Лен, — такая же прыткая.       Он хмыкнул, пожав плечами, и состроил самое честное лицо. Уже совершенно не стесняясь, Ринго в голос фыркнула и несильно стукнула Лена в плечо.       — Ой, точно! Я же хотела… Так.       Она вскочила, подхватывая коробочку с конфетами, и помахала ладонью, прося Лена тоже подняться на ноги. Сердце вновь радостно заколотилось, часто-часто, как взмахи крыльев бабочки.       — Это очень важно, и я, я… В общем, я хочу, чтобы тебе понравилось, — сбивчиво заговорила Ринго, — и ты… Ох, Ками-сама…       — Не, всего лишь я, — весело вставил Лен.       Ринго гоготнула, снова потеряв суть того, о чём говорила. Встрепенувшись, она хлопнула себя ладонью по рту и привстала на носках.       — Всё, говорю! В общем…       Она вытянула руки с коробочкой вперёд, а сама наклонила голову, уставившись взглядом себе под ноги, на свежую траву. Пару секунд она ещё чувствовала, что держит коробочку, а потом её взяли из рук. Кусая губы, чтобы не улыбаться раньше времени, Ринго сосредоточенно рассматривала сведённые носки своих мягких туфель и всё не решалась поднять голову. Когда прошло несколько тихих мгновений, Ринго наконец подняла взгляд сначала на белые ботинки Лена, потом на его белую рубашку, а после и посмотрела в глаза, голубые-голубые, прикрытые светлыми ресницами. Лицо Лена поменялось два раза, а потом он взглянул на Ринго, обескураженно моргнув.       — Спасибо, — пробормотал он и вдруг неожиданно улыбнулся, обнажив зубы. В уголках его глаз собрались мелкие морщинки. — Надеюсь, вот эти сердечки значат то, что должны.       Ринго сжала в ладонях красные хвостики о бокам от макушки, сминая бантики, и закивала с невероятно довольной улыбкой, растянувшей губы.       — Теперь кокухаку можно не писать? — задорно спросила она, неотрывно глядя на Лена.       — Можешь не писать, — выдохнул он, покачав головой. А потом Ринго ощутила его руки на своей спине.       Сейчас внутри уж точно взорвался самый огромный фейерверк, рассыпавшийся золотыми искрами. Радостно запищав, Ринго обхватила Лена и крепко обняла в ответ, привставав на носки. Зажмурившись, она вцепилась пальцами в его плечи и покачалась в стороны, мурлыча Лену на ухо: «знал бы ты, какой ты хороший».       — Да я знаю, — усмехнулся он, ухватив Ринго за плечи и поставив перед собой. Несколько секунд они смотрели друг на друга: Лен несмело, глядя из-под ресниц, а Ринго совершенно радостно и будучи не в силах убрать с лица широченную улыбку. Склонив голову, Лен вдруг спрятал лицо в ладонях и тихонько заскулил, широко раскрыв глаза, а потом снова посмотрел на Ринго и с негромко попросил: — А ты можешь сказать это?       Она кивнула, уставив руки в бока, глубоко вдохнула и громко объявила:       — Ты мне очень нравишься. Даже больше, чем «очень».       Чувствуя, как щёки наливаются теплом, Ринго нетерпеливо вцепилась ладонями в подол платья, жадно глядя на Лена. Тот кивнул, переосмысляя её слова.       — А ещё я хочу...       Махнув рукой, Ринго решила не договаривать. Наспех забрав лохматые пряди за уши, она подалась вперёд, сложила губы бантиком и коснулась щеки Лена, а потом обхватила своё лицо руками и поморгала, довольно глядя на мальчика. Он поднял руку и осторожно коснулся пальцами щеки.       — Ты и правда как бабочка, — тихо сказал Лен, опустив взгляд и улыбнувшись краешком рта, — радость приносишь.