Багровый оттенок счастья

      Юта с детства питал ненависть к клану Со, всем его представителям и в особенности к наследнику — Со Ёнхо. Этому учили его родители, говорили на каждом шагу учителя и убеждали, что соперников нужно истребить, задавить и изжить со света. И Юта старался, во всём превосходя сверстников из своего клана, он рвался в бой. Он внимательно впитывал каждое слово отца, пытаясь во всём походить на него и заслужить уважение старейшин. Почему-то Юта никогда не стремился узнать причину вражды между самыми сильными кланами, лишь вскользь помня, что когда-то давным-давно родные брат с сестрой поссорились и каждый создал свой клан, отдаляясь от идеала некогда дружной семьи.       Юта видел за свои девятнадцать лет клан Со лишь трижды и каждый раз что-нибудь провокационное случалось, будто даже воздух пропитывался враждой людей. Юта помнит, как на крупное торжество, устраиваемое ежегодно впервые увидел Ёнхо. Накамото тогда только исполнилось девять, в то время как Со уже было тринадцать. Юта уверен, что это был единственный раз когда он боялся своего соперника и не мог вымолвить и слова, наблюдая за Ёнхо снизу вверх. Юта помнит, как взрослые, напившись, начали ругаться между собой и подстрекать своих детей на поединок на катанах. Накамото помнит свой страх, тяжесть оружия в руках, насмешливый взгляд Со и своё первое поражение. Помнит, как Ёнхо выбил катану у него из рук и повалил на землю, прижав своим телом, навалился сверху, лишив возможности хоть как-то освободиться. Унижение.       — Молодой господин, вас ждут.       Мысли прерывает внезапно появившийся слуга, склонив голову в почтительном поклоне перед Накамото. Юта кивает и поправляет кимоно, бросив последний взгляд в зеркало перед выходом из своей обители. Сегодня назначена деловая встреча со всеми кланами Долины Солнца, что бывает крайне редко и лишь в экстренных ситуациях. Детали собрания перед ним не раскрыты, но Юта очень надеется, что в этот раз он покажет себя с лучшей стороны перед отцом.

* * *

      — Почему так много охраны? — шепотом спрашивает Юта у отца, вслед за ним направляясь к людям в ярко алых кимоно и вышитым на нём львом — символов дома Накамото. — Неужели будет война…?       — Вопросы потом. Следи за Со Ёнхо и держись ближе к дяде. Не нравится мне всё это собрание и большая спешка. — последнюю часть предложения глава клана уже шепчет сыну на ухо. — Держи руку на пульсе и не отпускай катану.       Юта покорно кивает и занимает своё место в углу просторной комнаты — ему не дозволено учавствовать в процессе обсуждения всех вопросов на собрании, но вот следить за происходящем никто не запрещал. Спустя некоторое время он замечает Ёнхо, сидящего по правую руку от своего отца и чувствует укол зависти, ведь ему бы тоже хотелось быть на ступень выше чтобы наконец-то помогать своему клану. В комнате раздались разгневанные крики самураев и через мгновение лязг катан стал не единственным источником шума.       Юта всё замечает как в замедленной съёмке, быстро вытаскивая катану из-за пояса и отражая первый удар подскочившего к нему человека в маске. В парне смешиваются страх и злость, руки впиваются в оружие сильнее, а голова незадачливого убийцы катится по полу, заливая кровью всё вокруг. Тонкие стены комнаты рушатся под многочисленными ударами катан и людей становится всё больше — Накамото уже не видит отца или хоть кого-то знакомого; всё застилает море чёрных кимоно, предсмертные крики умирающих и реки крови.       — Юта! — возглас, который отрезвил парня и он поспешно повернулся на голос, видя отца, пробивающегося к нему сквозь горы трупов. — Беги!       Юта не верит своим ушам и застывает, тут же поплатившись за мгновение слабости — чужое лезвие режет руку, а боли он не чувствует всё так же смотря на отца.       — Ты чего застыл? Очнись, принцесса! — Ёнхо вжимает в себя Накамото и пытается отбиваться ото всех мужчин сразу, закрывая своим телом младшего от острых клинков. — Юта?!       — Я не принцесса для тебя, Со. — шипит парень и разочарованно поджимает губы, зажимая рану на руке. — Что происходит, я не понимаю, почему они…       — Это называется свержение власти путём убийства всех представителей верховных кланов, Юта. Если не хочешь сдохнуть держись меня.       — Ещё чего, я лучше как раз таки сдохну чем буду слушать тебя. — с просыпающейся ненавистью выплевывает Юта и перехватывает руками катану, тут же отодвигаясь от Со. Рана даёт о себе знать болезненной пульсацией и менее ловкими движениями, которые Накамото годами оттачивал до идеала. — Отец?!       Ему никто не отвечает и Юта теряется, выискивая отца среди алых кимоно, не желая даже думать, что того могли убить. К такому его не готовили, ему сложно собраться и предпринять хоть что-то, начать быстрее думать в экстренной ситуации. Сквозь дыры в стенах свистят стрелы и Накамото падает на пол, замечая тело отца, неподвижно лежащего в стороне. Всё кончено.       Всё как в тумане. Юта кричит и, кажется, плачет. Его привычный мир рушится, картинка блекнет и дальше только Со Ёнхо. Он отрывками помнит, как тот схватил его и вытащил через запутанные коридоры в темноту улицы, где их ждали отнюдь не дружелюбные люди с факелами. Снова завязался бой, Ёнхо сажает его на лошадь и они куда-то скачут. Помнит преследование людей в масках, незнакомую брошенную деревушку и ночь в ветхой хижине на одной полусгнившей циновке с Ёнхо, пытающегося согреть его своим телом и обрывками второго кимоно. Снова в дороге, без воды и еды Юта теряет счёт времени, полностью положившись на волю неожиданного союзника, который так заботливо оберегал его от случайных наёмников.       — Раздевайся.       — Не хочу.       Ёнхо устало хмыкает и начинает самостоятельно раздевать Накамото, который не обращал внимания уже ни на что, тупо уставившись в одну точку.       — А я до последнего верил, что моя принцесса девушка. — очередная шутка от неунывающего Со и дрожь по всему телу у Юты. — Вода не такая уж и холодная, но приятного будет мало. Держись крепче.       Ёнхо с лёгкостью поднимает Накамото на руки и заходит с ним в воду.       — Я не жду, что ты будешь меня любить и восхвалять, но поцелуй-то принцессы уже заслужил? — Ёнхо подкидывает хворост в костёр и протягивает Юте запечёного кролика, снова улыбаясь.       — Ты хоть когда-нибудь затыкаешься? — Юта не принимает мяса и недовольно кутается в чужое кимоно, когда очередной порыв холодного ветра заставляет трястись. — Ты так и не сказал, зачем и почему вытащил меня оттуда.       — Отец меня учил всегда защищать членов семьи и быть надёжным тылом для братьев в тяжелое время.       — Брось, ты правда веришь в ту сказку? Мы не похожи ни капли и…       — Сколько бы времени не прошло и поколений не сменилось, ты всегда будешь членом моей семьи, Юта. У наших отцов было разное видение на вражду между кланами и пока они тянули с примирением, побочные кланы просто вырезали их всех. Просто решили проблему, тянувшуюся веками.       Юта молчит.       — Почему принцесса?       Прошло несколько недель и медленно, но верно Накамото привыкал. Привыкал к вечной болтовне Ёнхо, его постоянному присутствию рядом с собой, его вполне сносной стряпне и просто тому факту, что о нём заботятся.       — Не верил, что ты парень. Слишком нежные черты лица и такая маленькая… миниатюрная фигурка не тянут на грозного самурая, смекаешь? — Ёнхо вытирает пот со лба и снова замахивается, разрубая полено топором. — Слишком изящный и красивый. Почему-то думалось мне, что взрослые специально говорят будто ты парень, чтобы я не затащил тебя в постель и не заделал детей.       — А ты бы полез ко мне под юбку, будь я девушкой? — Юта улыбается и потирает затёкшую ногу, неосознанно отмечая про себя, что именно болтовня Ёнхо стала причиной улыбки и весёлого настроения.       — Я бы полез к тебе в штаны в любом случае. Вчера ж мне это удалось и не впервые за последнее время, кстати, м? — Ёнхо поигрывает бровями и прекращает работу, направляясь к сидящему в тени Юте. — Не хотел бы продолжить? У нас ещё много времени.       — Ты грязный. И вонючий. — Юта пытается отодвинуться от парня, но терпит крах и недовольно принимает крепкие объятия. — Давай ты закончишь с дровами и мы поедим, а?       — Конечно, принцесса. — урывая поцелуй с мягких губ Накамото, Ёнхо отстраняется и возвращается к своей работе, напевая незатейливую мелодию под нос.       Юта понимает, что это произошло слишком быстро, но будто так и должно было случиться изначально. На окраине империи вдали от кланов и властных самураев они вдвоём и окружает их лишь непроходимый лес, да горы. Домик и совместная жизнь под одной крышей сделала из них более, чем просто близких людей. Стёрлись границы, забылась никому не нужная вражда, уступив место уюту и очень трепетной любви.