Встречи, что не случались, и одна, которая была на самом деле

Снова шёл дождь. Город укутался сизо-серым маревом, помрачнел, и его оживляли только свет фар и блики реклам. Лань Ванцзи смотрел сквозь стекло, забыв о работе. В груди растекалось странное чувство, мешало дышать, и он впервые не мог сконцентрироваться на своих обязанностях. Попытавшись вздохнуть глубже, он взглянул на экран ноутбука, где был развёрнут новый договор, но опять перевёл глаза на окно. Соседнее офисное здание с большими ярко освещёнными окнами застыло так близко. Лань Ванцзи мог видеть, как там — в «Юньмэн Цзян», кажется, — работают люди. По стёклам всё бежали и бежали капли, и сквозь водяную занавесь мир становился размытым, нечётким, как акварельный рисунок. Но всё же Лань Ванцзи заметил, как в офис в другом здании вбежал юноша в яркой, вызывающе алой куртке. Длинные тёмные волосы его намокли, словно он презирал капюшоны и зонты как факт. Ванцзи невольно залюбовался. Давно уже он не видел никого настолько живого, настолько яркого. Работа в «Гусу Лань» поглощала всё его время, не в правилах семьи было откровенно наслаждаться жизнью. А этот юноша… Он курьер? Лань Ванцзи не признался бы никому и никогда, но он часто завидовал подобным людям. Если бы дядя только узнал об этом, осуждающие нотации он читал бы не меньше пары часов, пока голос его не начал бы хрипеть. Лань Ванцзи казалось, что такие люди, как этот яркий юноша, не привязаны к общим точкам отсчёта, свободны, могут в любой момент покинуть офис, забыть об отчётах, о непогоде, обо всём, что кажется им несущественным. Он не мог проникнуть в их образ мысли, ощущая себя громоздким и скучным, лишь серой глыбой камня, мимо которой, искрясь и переливаясь, промчалось вдруг легчайшее облако. У юноши была столь живая мимика, что Лань Ванцзи позволил себе фантазировать ещё. Представлять себе голос, интонации, с которым этот незнакомец произносит фразы. А тот как раз рассмеялся и подхватил папку с документами прямо из рук хорошенькой секретаря. И вот — уже уносится прочь. *** Усталое августовское солнце почти не грело. Близилась осень. Лань Ванцзи покинул здание «Гусу Лань», чтобы съесть ланч под деревьями маленького сквера, как будто хотел увидеть листву ещё зелёной, прежде чем она пожелтеет и осыплется вниз, обращаясь прахом. Он как раз проходил мимо хорошо просматривающегося стеклянного холла «Юньмэн Цзян», когда его взгляд будто сам собой замер на знакомой фигуре. Длинноволосый юноша на этот раз был одет в чёрное, и только алая куртка оказалась беззаботно зацеплена за петлю верхней ручки рюкзака. Юноша о чём-то говорил с охранником, и тот смеялся. Лань Ванцзи смотрел сквозь отливающее лиловым стекло, не в силах отвести взгляд, пока юноша не кивнул собеседнику и не отправился к лифтам пружинящей лёгкой походкой. *** Ванцзи с того дня часто думал о незнакомце. Кто он? О чём мечтает? Чем живёт? Учится ли, подрабатывая курьером, чтобы потом занять скучную должность в «Юньмэн Цзян», или на самом деле хочет продолжать жить вот так беззаботно? Видит ли он, как осень затапливает и душит город, чувствует ли себя в ловушке? Или свободен, совершенно свободен? Лань Ванцзи вскоре начал чувствовать себя так, точно знает этого юношу целую вечность, но всё ещё не мог вообразить, как на самом деле звучит его голос, смех. Он так часто видел его в соседнем здании, что каждый такой момент называл встречей. Встречей, которой никогда не случалось на самом деле. И всё же он, казалось бы, успел узнать и открытый характер, и склонность улыбаться ярко и солнечно, и манеру поправлять вечно встрёпанные волосы. Лань Ванцзи будто чувствовал, как этот облик отпечатывается прямо внутри него. Он едва ли не превратился в сталкера, потому что вскоре, когда осень развернулась вовсю, уже не мог представить и дня, когда бы не выискивал юношу взглядом, не прикипал к нему глазами, едва заметив. И если выпадало несколько дней, когда тот не появлялся в офисном здании напротив, Лань Ванцзи чувствовал, что забывает, как и зачем вообще дышать. *** Снег появился в первую неделю декабря, неловкий и быстро обернувшийся слякотью. Только в сквере он ещё кое-где белел на траве. И всё же это была зима, и Лань Ванцзи ощущал её как угнетающую тяжесть. Эта пятница у него выдалась свободной. На самом деле брат начал что-то подозревать и заставил его взять полдня. И теперь Ванцзи вышел на улицу и замер, не понимая, что делать. Рядом приветливо играла огнями вывеска кофейни. Витрину уже украсили к подступающему европейскому Рождеству, ведь в центре встречалось так много иностранцев, и этот уютный свет будто звал к себе. Вот только Лань Ванцзи казалось, что он не имеет права переступить порог. Он позволил себе приблизиться ровно настолько, чтобы увидеть зал с несколькими столиками и диванчиками у стен. И внезапно сердце его застучало быстрее. Тот самый юноша подошёл к стойке, и бариста поставила перед ним бумажный стакан. Лань Ванцзи не заметил, как преодолел последние шаги, он толкнул дверь и в звоне колокольчика услышал: — Спасибо, то, что нужно. Он наконец услышал голос! В этот момент бариста заметила нового посетителя, улыбнулась приветливо: — Добрый день, что вам предложить? — Зелёный чай, — растерялся Лань Ванцзи. Он упустил момент и теперь не мог понять, куда скрылось его наваждение. Одно только успокаивало — дверной колокольчик больше не звякнул, значит, юноша не успел уйти. Но даже если не успел, что он, что Лань Ванцзи будет делать с этим? Как странно будет подойти и познакомиться. Перед ним поставили поднос с чайником и чашкой. Расплатившись и взяв его в руки, Ванцзи растерянно оглядел зал. Юноша, тот самый юноша сидел в дальнем углу, внимательно смотрел на экран смартфона, потягивая кофе через трубочку. Он впервые не улыбался, и лицо его, внезапно серьёзное, врезалось в память Ванцзи ещё сильнее. Он занял стол, откуда мог продолжать смотреть. На мгновение ему показалось, что вся его жизнь скоро станет заключаться лишь в этом. И боль захватила горло. Он на миг опустил взгляд. И вдруг услышал: — Господин из компании «Гусу Лань»?.. Юноша уже набросил всё ту же алую куртку на плечи. Удерживая бумажный стаканчик в пальцах, он щурился и чуть улыбался. — Д-да, — согласился Лань Ванцзи, чересчур ошеломлённый, чтобы ответить как-то иначе. — Разве уже так поздно? Рабочий день закончился? — юноша как будто смеялся над ним — и не совсем. Что-то за этим тоном было глубокое и серьёзное. — Для меня — да, — отозвался Лань Ванцзи. Ему отчаянно хотелось схватить за запястье и умолять остаться рядом хотя бы… хотя бы ненадолго. Поставив стаканчик, юноша подхватил чайник и осторожно наполнил чашку. Ванцзи принял её из его рук, и соприкосновение пальцами отдалось электрическим током. — Пусть этот чай согреет ваше сердце, господин из компании «Гусу Лань», и тогда ваша тоска развеется, — сказал юноша, словно прощаясь. — Как… как ваше имя? — не удержался Ванцзи. — Я — Лань Ванцзи… — и замер, подумав, что это было излишним. — Вэй Ин, — пожал плечами юноша, будто имя было всего лишь безделкой. Он бросил его и пошёл к дверям, улыбнулся баристе на прощание. И вот уже звякнул дверной колокольчик. — Вэй Ин, — повторил Лань Ванцзи, точно подобрал драгоценное сокровище. Сделал глоток, и дышать стало легче. Кажется, вместе с именем Вэй Ин оставил ему и надежду на что-то большее.