Особенное зелье

      Преподавательство давалось Северусу непросто, и за большую часть его нынешних проблем со студентами следовало благодарить… Всё верно — Поттера. Ведь проходить мимо хихикающих учениц и слышать что-то вроде: «А интересно, бельё у него по-прежнему такое же грязное? — было тем ещё удовольствием.       Снейп вспыхивал при этом, ужасно злился и не знал, как прекратить вопиющее неуважение к себе. Разве что ответными грубостями, излишней строгостью и изнурительной внеурочной работой. Толку, правда, не было, и больше всего на свете профессору хотелось бы отомстить единственному виновнику всех его бед — Джеймсу Поттеру. Да, это не принесло бы никакой пользы — он не снискал бы уважения среди подопечных и не заставил бы их забыть недавние события, но злоба на своего бывшего мучителя так и клокотала внутри, с каждым днём всё накапливаясь и накапливаясь.       Походка профессора Снейпа как и прежде была быстра и размашиста, будто он желал побыстрее дойти от пункта А до пункта Б, чтоб слишком долго не задерживаться в коридорах школы, на виду у всех. Он сутулился, потому что под строгой чёрной преподавательской мантией, под таким же сюртуком, застёгнутым на все пуговицы, слишком чётко угадывалась долговязость и худоба его фигуры. Да, Мейв любовно расшила всю его одежду элегантными и почти не заметными обережными узорами благородного тёмно-зелёного цвета, но и это, увы, не придавало Северусу уверенности в себе. Его чёрные волосы нынче были чисты — жена следила за этим, — но к концу рабочего дня всё равно становились растрёпанными, а уж длинный, крючковатый с горбинкой нос — отцовское наследство — и вовсе некуда было спрятать.       Словом, должность профессора с каждым днём становилась для Северуса всё более невыносимой пыткой, не соизмеримой с получаемой выгодой, и он даже подумывал о том, чтоб уволиться в конце учебного года и поискать более подходящую работу (хоть в том же Мунго), но этот наш маленький рассказ о другом.       В один из воскресных ноябрьских дней — это случилось ещё до рождения дочери — Северус Снейп шёл вдоль Косого переулка — за некоторыми компонентами зелий. Шёл, обтекаемый волшебным народом, но в какой-то момент уловил среди толпы знакомую ауру. Давно он не ощущал этих мощных потоков.       Люциус!       Снейп даже не знал, рад он встрече со старым другом или нет. Пожалуй, тот был единственным из всех школьных приятелей, который относился к Северусу с каким-то подобием теплоты и участия, и давнее письмо с решительным отказом служить Темному Лорду сейчас неприятно кольнуло совесть молодого преподавателя.       Малфой, всё такой же видный и статный блондин с горделиво-снисходительным выражением на красивом «породистом» лице, сдержанно улыбнулся при встрече и довольно учтиво поздоровался.       — Северус, дружище! Как давно мы с тобой не виделись! — отчеканил он, остановившись и взглянув снизу вверх так, что давно переросшему его Снейпу ещё больше захотелось ссутулиться.       — Здравствуй, Люциус, — немного смутился зельевар, но изо всех сил постарался не подавать виду. — Рад тебя видеть.       — Взаимно, — правый уголок тонких губ едва заметно дёрнулся в сдержанной полуулыбке. — Я слышал, ты у нас теперь профессор. Поздравляю.       Ответить Северусу было, пожалуй, нечем, и он просто кивнул, давая понять, что не имеет большого желания продолжать эту тему. Однако у Люциуса, похоже, были на сей счёт иные планы. Он едва слышно что-то прошептал, как бы невзначай шевельнул волшебной палочкой под дорогой дизайнерской мантией (Северус узнал глазоотводящие чары) и произнёс с самым серьёзным видом.       — Это замечательно. Нам очень нужен свой человек в Хогвартсе.       — Нам? — переспросил Северус, не поняв, о ком ведёт речь его собеседник.       — Нам, — повторил Люциус и пояснил, даже под чарами понизив голос до едва различимого шёпота. — Тёмному Лорду и тем, кто идёт за ним.       — Но я же всё изложил в письме, — процедил с досадой Северус, не желая разговаривать на эту давно закрытую для себя тему. — Если был резковат в словах, не злись, ты же знаешь, что изящная словесность никогда не была моей сильной стороной. Обидеть тебя я точно не хотел.       — Я прекрасно помню это, дружище, и вовсе не обижен, — Малфой манерно взмахнул тростью, которой пользовался при ходьбе для пущей элегантности, и добавил: — Но не уверен, что ты и впрямь написал там то, что думал. Ты ведь всегда был излишне зависим от женского пола, а это не слишком подобает настоящему мужчине…       — Я писал ровно то, что думал, мне никто не подсказывал, — чувствуя нарастающее раздражение, перебил его Северус: разговор всё больше напрягал его и разочаровывал. — Я не разделяю идей Тёмного Лорда, но до определённого момента просто хотел быть сильнее своих обидчиков. Было бы нечестным с моей стороны использовать ваше общество в личных целях.       — Нечестно и крайне рискованно, — согласился Малфой, с виду чуть смягчившись. — И за это я только ещё больше зауважал тебя. А ведь я всегда любил тебя почти как родного младшего брата. И потому вынужден настаивать. Ты действительно мог бы отомстить, и в этом нет ровным счётом ничего предосудительного. Выскочка Поттер достоин самой жестокой кары. К тому же, Северус, у тебя теперь есть жена, а скоро будет и ребёнок. Подумай об их судьбе…       — Ты угрожаешь? Или мне послышалось? — Снейп изо всех сил старался сохранять видимое спокойствие, но внутри всё поочерёдно то сжималось, то вскипало, и чтобы не сорваться, приходилось со стиснутыми зубами цедить каждое слово.       — Не угрожаю, братец, а всего лишь предупреждаю, — натянуто улыбнувшись, поправил его Малфой. — С Тёмным Лордом шутить не стоит. Очень тебе не советую. Чисто по-дружески.       Люциус ушёл, а хмурый и ошарашенный Северус так и остался стоять столбом посреди Косого переулка… 26.02.2023