Затмение

– Вот и приехали. Дальше пойдём пешком, а байк оставим на парковке. – Шутишь? Ты обещал, что мы будем жить в деревне, а это больше похоже на парк развлечений. Я думал, что мы остановимся на берегу океана, в небольшом бунгало, а рядом с ним будет дикий пляж и минимум народа. – Именно так выглядят современные деревни в Пхукете. В наше время на одной ловле рыбы и креветок не проживёшь. Вот люди и создают такие парки развлечений для туристов. А теперь пойдём, я покажу тебе свой дом. Только... переноску с Кинга неси сам. У меня до сих пор мурашки по спине от его взгляда. В общем-то, мне тут нравится. Живописные места. Пальмы, клумбы, пруды с рыбками. Можно покормить карпов и козлов. На слоне, правда, я кататься не стал бы, а вот от пера павлина не отказался. – Вечером тут идут представления. Цирк, народные танцы, файер-шоу. Я покажу тебе всё, но сейчас нам нужно перейти вон тот мостик, пройти по лесу и спуститься с холма к океану. Там и будет мой дом. Так странно. Мы только что были в центре цивилизации, с магазинчиками, кафе и яркими огнями, и тут же оказались в диком лесу. – Будь осторожен. Здесь водятся змеи, а на побережье полно скорпионов. Укус одного насекомого не смертелен, да и змеи не все ядовитые. Но некоторые из них очень опасны. – А что вы делаете, если вас кусает ядовитая змея? Есть же противоядия какие-то? – Сначала нужно высосать яд, и если змея не особо ядовитая, то этого достаточно. – А если укусит… ну… в то самое место. Тоже нужно отсосать? – Какой же ты пошляк, Мэу! Между прочим, я рассказываю серьёзные вещи. – Так и я серьёзно спрашиваю. Это ты ржёшь над моими словами, как те мартышки с обезьяньей горы. – Ну, вот… мы пришли. Ничего себе! Какой огромный пляж! А вода такая чистая, что на дне можно разглядеть каждую песчинку. А эти редкие домики… – Это и есть настоящая деревня? – Тут живут старые рыбаки. Их дети работают в другой части деревни, обслуживая и развлекая туристов. А старики, как и прежде, ловят рыбу, креветок, мидий, и снабжают ими ресторанчики. Пойдём… Сейчас я покажу тебе место, где родился. Как тут спокойно. Только плеск волн, щелест листьев на пальмах и крики птиц в ветвях. Ветер от воды прохладный, и нет такой лютой жары и духоты, как в городе. – Это мой дом. Конечно, не отель лакшери, но жить можно. Правда, придётся навести тут порядок. Дом долго стоял бесхозным, и в нём собралось много пыли и грязи. Так что запасайся вёдрами с водой, веником, тряпками, и вперёд! Если честно, к такому меня жизнь не готовила. Я даже не помню, когда последний раз мёл полы веником. Но после уборки дом стал выглядеть намного привлекательнее. – Ты закончил с уборкой? – Я-то закончил. А где шлялся ты? – Вот… Соседи передали. Целая тележка нужных вещей. Тут есть циновка на кровать, москитная сетка, несколько лампочек, разная кухонная утварь и жаровня. Её мы поставим на улице под навесом. – И что мы в ней будем готовить? – А! Совсем забыл. Давний друг моих родителей, дедушка Каа угостил нас рыбой, которую только сегодня поймал, а его жена дала немного риса, специй и овощей. Заканчивай с уборкой, а я пока займусь приготовлением ужина. Какой запах… Запечённая на углях рыба с овощами и рисом удалась на славу. А ужинать на берегу моря, сидя под навесом в плетёном кресле очень необычно и до одури приятно. – Завтра съездим в город и заберём с почты наши вещи. Потом забежим на рынок и купим всё необходимое. А вечером будем развлекаться. Согласен? – Развлекаться? – Да! Я же обещал тебя сводить в деревню. А что тебя так удивило? – Мне кажется, все эти развлечения, о которых ты говорил, эм-м-м… как бы это сказать… Глупые, что ли. Ну какой смысл кататься на слоне или смотреть, как играют с огнём? – А как ты развлекался в своем мире? – О-о-о… Сейчас расскажу. Я ходил по клубам, пил пиво, играл в азартные игры и клеил милых кошечек. – А раньше? Ну, когда ты был юным? – Пил пиво, сидел ночами в казино и клеил кошечек. – А ещё раньше, в детстве? – Учился… Старая крыса Ну учил меня, как незаметно влезть в карман зеваке, показывал разные способы мухлежа в карточных играх, гонял по развалинам старых домов, чтобы я учился убегать от преследователей. – Значит, ты никогда не радовался жизни? – Почему не радовался? Мне нравилось гонять по ночным автострадам на байке. – Это всё не совсем то, о чём я тебе говорю. Ты никогда не наслаждался жизнью, как это делают дети, беззаботно и от души. Ты не пускал мыльные пузыри, не делал из бумаги фонарики. Ты не катался на каруселях и не плескался в воде, подражая дельфинам. – А какой в этом смысл? Это же глупо. – Ладно! Завтра я объявляю день глупостей. А сейчас мы идём спать. Ты ложись в доме. Только накрой кровать москитной сеткой и не выключай свет на террасе. Это отпугнёт диких животных. А я лягу в гамаке на улице. – Я тоже хочу спать в гамаке. – Но у нас только один гамак, и вдвоём с тобой мы там не поместимся. – А что если я сниму артефакт и стану котом? Ведь тогда нам хватит места? Как странно снова стать маленьким и ходить на четвереньках. Зато я могу спать рядом с Сунамом и чувствовать его нежную тёплую руку на своей голове. – Мне как-то не по себе… Что не так? Я всё тот же Мэу, которого ты хорошо знаешь, просто в образе кота. – Сейчас ты кот, но… я знаю, что это не так, и получается, что рядом со мной мужчина, которого я глажу по голове. И что? Эй, Сунам! Вспомни! Ты же гей. По-моему, ты мечтал, чтобы рядом с тобой был мужчина. – Меня не смущает, что ты мужчина. Просто ты очень красивый мужчина, который… Который мне…