Призрак, стакан, мыло

Призрак, стакан, мыло. В ржавой раковине находился всего один предмет — стакан. Он выглядел даже не столько грязным, сколько таким, будто им не пользовались уже лет сорок. Прозрачные стенки его потемнели, но пока всё еще могли пропускать сквозь себя определенное количество света. К раковине подошла девушка. Несмотря на мрачную атмосферу, царившую в доме, она казалась радостной. Складывалось впечатление, что ничего на свете не сможет испортить ей настроения. Она улыбнулась, взяла стакан и принялась тереть его куском хозяйственного мыла. Она терла, и терла, и терла. Но мыло только оставляло неприятные разводы на его поверхности, при этом совсем не очищая грязь. Капли воды из-за сильного напора воды время от времени попадали девушке на лицо, но она будто и не замечала этого. Мне думается, что она и не могла ничего заметить. Или почувствовать. Конечно, я имею в виду физически. Если мы говорим про чувства как эмоциональные процессы, отражающие субъективное оценочное отношение к реальным или абстрактным объектам, то они у нашей уже знакомой незнакомки, безусловно, присутствовали. Каждый раз… каждый день, натирая стакан, она вдруг ощущала отчаяние. А кто бы не чувствовал? День ото дня безрезультатно мыть один и тот же стакан. Но для девушки это чувство было ново. Казалось, она никогда ничего подобного не испытывала. Но поговорим немного и про саму незнакомку. Выглядела она, пожалуй, достаточно впечатляюще. Её светлые волосы небрежно касались лопаток. Розоватое платье заканчивалось чуть ниже колен. На вид ей было не больше девятнадцати. На животе находилось небольшое пятно. Девушка размышляла, пытаясь понять, откуда же оно там появилось. Возможно, когда-то оно было ярко-красным, однако позже оно приобрело коричневатый оттенок. Девушка предпочитала о нем не вспоминать особо часто. Это навевало мысли, которых она старалась избегать. Первое время, когда это пятно только появилось, она постоянно смотрела в зеркало, стараясь понять, откуда же оно у неё. Но всегда почему-то слезы начинали появляться из глаз. И она оставила эти попытки. Ей пришла в голову ужасающая мысль. Мысль, пугающая до чертиков, вызывающая дрожь во всем теле. «Неужели? — думала она, — Такого ведь не может быть.» — её губы сжались. Она выглядела растерянной. Или потерянной. Или всё вместе. «Не могу ведь я…- она остановилась на мгновение, — быть мертвой.» Её охватила паника. «Мертва, — пронеслось у неё в голове, — я мертва!» Она произнесла это вслух. Слезы еще сильнее хлынули из глаз. Завтра она проснется в замечательном настроении. Выйдет из кладовки, в которой она почему-то проснулась! Видимо, прошлый денек был веселым! И направится на кухню, где будет пытаться отмыть стакан куском старого хозяйственного мыла, пока ей в голову не начнут приходить какие-то страшные мысли. Но это уже другая история. Или нет?