Месть бывает разной

      «Я проиграл? Хех, какая жалость. Меня победила какая-та кучка аутистов. Да и я, похоже сейчас выгляжу как кусок побитого дерьма» После мощного взрыва огромного робота, пилота управляющего им, неплохо так отбросило. Попутно тараня своим же телом препятствия, завершая весь полет сильным ударом об землю.       Икенумовец приоткрыл свой единственный глаз, дабы убедиться, что он еще не попал в пекло ада за свои деяния. Хотя он живет в аду уже на протяжение многих лет. А вместо терзающих чертей и демонов, его гложет собственная ненависть, разъедая душу и разум.       Каждое движение отдавалось в мозг неимоверной болью. Даже набрать в лёгкие воздух казалось тяжелым испытанием. Раны, покрывшие все тело, кровоточили. А некогда белое, как мрамор, тело покрыто гематомами. Но сейчас это уже неважно. Усугубляла и ситуация вокруг. От мощного взрыва окружение полностью было поглощено огнем. Если не убраться отсюда, то была неплохая перспектива сгореть заживо.       - У меня нет сил, - прохрипел Кирими. Он уже смирился со своей участью и готов принять свою судьбу. Если это его конец - так тому и быть. Ванитас полностью извратил его разум. И теперь на пороге смерти, Кирими смог очиститься и видеть плоды его мести. Сожалеет ли он о соединенном? Вряд ли. Всë же он и души этого хотели. Или все же нет? Взгляд постепенно затуманивался, а картина мира теряла свои очертания.        Но вдруг икенумовец почувствовал, что кто-то поднял его на руки. Кто это был Кирими разглядеть не мог, но он почувствовал как его уносят из этого пекла. Что-либо возразить он не мог, потому смирено отдался воле случаю и ждал дальнейших действий своего новоиспечённого спасителя. Не исключено, что его хотят где-то забить увесистым дрыном, дабы помучался перед смертью.       «Я так устал»       Все же Гоу надоела эта борьба с самим собой, потому он полностью расслабился и позволил своему разуму провалиться во тьму. В лучшем случае - он умрет от потери крови, а в худшем - выживет. Но к сожалению, или к счастью его спаситель надеялся на второй вариант, и сделает всë, чтобы так оно и было.

***

      Сколько прошло времени с того момента - не известно. День, два, а может и месяц? Также было не понятно куда уволокли раненого икенума. Кирими прекрасно понимал, что он не умер и даже взгрустнул от этой мысли, после того как стал приходить в сознание. Слишком хорошо он ощущал боль по всему телу. В голове гул, конечности все ломили даже от малого движения, точнее оставшейся три. Видимо, левую руку оторвало, когда его отбросило ударной волной. Взгляд не мог сфокусироваться и потому была видна лишь одна пелена. Можно было слегка разглядеть белый потолок и такие же стены. Судя по всему сейчас день. Оставив попытки осмотреться, Кирими закрыл глаз и вдохнул всей своей грудью. Он не знал, что делать дальше. Мысли постепенно собирались в единую картину. Кто-то его спас. Притащил в какое-то помещения, чтобы пострадавший мог восстановить свои силы. Гоу прекрасно чувствовал, что он весь перевязан и его раны обработаны, возможно даже есть швы. Кто такой заботливый решил помочь ему, и для чего? У него не осталось союзников, которые бы решились на это.       Вдруг, послышался скрип открывающейся двери и мягкий приближающейся шаг. Кирими приоткрыл глаз, но, как и предполагалось, он не может разглядеть кто это.       - О, очнулась рыба ебучая.       Гоу усмехнулся. Он не видел, но прекрасно помнил кто обладатель данного голоса. Где-то внутри него сейчас разжигался новый очаг ненависти от досады, что он не смог убить ненавистного ему Шинигами. Столько сил, столько жертв и все напрасно.       - Жаль. Я думал ты сейча гниёшь где-нибудь в аду, - Прохрипел лежавший. Надо же. Говорить и то тяжело давалось.       - Разочарую тебя, но даже там мы свидимся с тобой, - Сигукин одарил того надменным взглядом, попутно рассматривая шрамы и не открылась где-нибудь рана, после чего добавил: - Изранена псина, но еще рычать умудряешься.       - Что за тон, Сигма Наки? Твой враг лежит в полуживом состояние, а ты сразу в оскорбления. Знаешь ли, это может травмировать мою самооценку, - Наигранно обиделся Кирими. Он не против позлить своего собеседника, даже если тот позволит распустить себе руки. А что ему терять? Умереть он не боится. Получать помощь от кого либо не желает. А так, хотя бы немного потешится напоследок.       - Прибереги свой словесный понос для других слушателей. Сейчас ты не в том состояние, чтобы из себя крутыша корчить. - довольно спокойным тоном ответил обладатель крыльев, после чего тот направился к столику, открывая какие-то на нем стоявшие колбочки и смачивая вату. В комнате тут же распространился запах медикаментов.       «Этот кусок дерьма хочет помочь мне? Что за бред собачий? Или отравить?» - Гоу прислушался и направил свой замутнённый взгляд в сторону откуда исходил звук. Сигукин взяв бинты и какие-то мази, подошел к раненному, приложив пахучую ватку (будто она полностью пропитана водкой), к ране откуда сачился гной. Кирими зашипел. Он не думал, что боль может еще с большей силой отозваться в голове, хотя предполагал, что уже привык к ней. Но его меньше волновала боль, как тот факт, что ему пытаются помочь. Неважно с какой целью. Сама суть этой помощи была противна, и что ее оказывает, некогда убийца его семьи.       - Что ты делаешь, недоебыш херов? Сигукин проигнорив оскорбления в свой адрес, начал аккуратно разматывать бинты с головы раненого. Он знал, что на данный момент его больной не сможет сопротивляться и что-то сделать, потому спокойно ответил:       - Пытаюсь залечить твои болячки. Ты же разлагаешься на глазах. От тебя такая вонища, будто на тебя вылили кучу помоев, хотя я не далек от истины. Я заебался сюда ходить каждый день и обрабатывать твои раны. Лучше бы ты дальше в отключки был, не пришлось бы выслушивать твой скулеж. Так что, пожалуйста, заткнись и дай мне закончить дело.       Кирими вскипел. При всем своем желание, он бы сейчас врезал этому нахалу и выдавил его глаза. Этот ублюдок, оказывается, все это время вытаскивал его из того света, леча его. От подобных мыслей противно. Еще хуже от того, что сейчас раненый полностью беззащитен и кроме колких словечек ничего сделать не мог. Лучше дали бы ему сгореть заживо.       - Засунь свою добродетельность себе в жопу или своим друзьям. Сигукин усмехнулся, аккуратно снимая пропитанные кровью с перемешкой гноя, старые бинты, чтобы наложить новые. В данный момент оскорбления этой недорыбы его ничуть не задевало. Наоборот, его даже забавляло, что некогда такой серьезный противник, в таких отчаянных попытках пытается выставить из себя непоколебимого.       - Убери руки, сукин ты сын! - Рявкнул Кирими, скаля зубы. Чтобы немного успокоить оппонента, Сигма слегка надавил бинтом на рану. И это, как ни странно, помогло. Кирими опять зашипел от боли и наконец замолчал, закрыв глаз, позволяя делать с собой любые махинации его гостя. Видимо, понял, что бесполезно на данный момент размениваться любезностями.       Все происходило в нагнетающей тишине. Ни тот, ни другой не хотели начинать разговор первым. Да и о чем можно разговаривать со своим злейшим врагом? Но все же Кирими не понимал зачем он здесь и почему сейчас ему помогает Сигукин. Все это - словно бред сумасшедшего. Хотя Гоу и так не дружил с головой, если так можно выразиться, но он еще не настолько потерял рассудок. Но чтобы убедиться полностью, он все же решил начать диалог первым:       - Что это за место?       - Больница. Где конкретно, не буду говорить. Ты у нас VIP-персона, для тебя выделили целое здание для твоей реабилитации, - ответил Сигукин закончив с последним перевязкой, выкидывая грязные бинты в мусорный мешок.       - И почему такая честь? - усмехнулся икенум, прекрасно понимая почему его изолировали. Он не удивится, если обнаружит решетки, когда зрение восстановится.       - Потому что ты разрушил город. Из-за тебя пострадало куча народа. Много погибших и раненых.       - Хе-хе, тебе это, наверное, знакомо, да? Сигукин проигнорировал колкое высказявание в свою сторону, понимая на что ему намекают, потому продолжил:       - В итоге никто с тобой не хочет находиться рядом. Даже врачи отказывались в первое время лечить. Было решено тебя разместить отдельно. Тут везде охрана, так что не пытайся что-то выкинуть такого. Не они, так я вправлю тебе мозги, - Кирими не видел, но почувствовал, что его временная сиделка прожигает его взглядом. - Врачи все же прооперировали тебя, зашив глубокие раны и вправив несколько костей, после чего я вызвался быть "нянькой", пока ты не встанешь на ноги. За одно следить чтобы ты не натворил бед. Хотя многие были "за", чтобы тебя казнить. Но все же нам удалось уговорить и убедить людей.       - Что за ересь, - выдохнул Гоу. - Давай сразу к делу. Зачем я вам нужен? Если вы рассчитываете, что я буду восстанавливать город, то смело можете идти нахуй. Меня не волнует, что люди потеряли кров и жизни.       Сигма Наки молчал. Была ожидаемая реакция. Он смотрел на своего собеседника, словно изучая. Правильно ли он сделал, что оставил этого психа в живых и решил спасти в тот злополучный день? Да, был малый шанс, что Кирими решит одуматься, захочет исправить свои деяния и пойти по правильному пути. Но он был ничтожно мал. Все же его случай отличался от их с Бачикин, в какой-то степени. Но в тот день, когда Сигукин нашел издыхающее тело своего врага, он увидел на его лице нескончаемую скорбь и печаль, а не тот безумный взгляд, на котором читалось страстное желание уничтожить все живое. Жнец мог оставить всë, дав умереть безумнцу, тем самым замкнуть этот бессмысленный круг ненависти, ведь в тот момент душу Шинигами переполняла ярость к лежавшему. Взамен на злобу появилась сильное сожаление, ведь по сути, этот монстр появился из-за его собственной глупости. И тогда Сигма решил дать шанс, как когда-то дали и ему с Бачикин.       - Инициатором твоего спасения был я, - Чуть прищурив глаза, сказал обладатель крыльев. После этих слов Кирими был слегка удивлен данным заявлением, — Все же у меня и моих друзей есть маленькая надежда, что ты захочешь встать на путь не пропитанный кровью и жертвами. Никто не требует, чтобы ты стал "добреньким", по крайне мере, перестанешь творить дерьмо и сможешь жить.       Кирими сначала был в ступоре, потом захихикал, после чего смешок перерос в откровенный истеричный смех. Грудь болела от частых вздохов, но он не мог остановиться, словно ему рассказали смешной анекдот.       - Боже, я предполагал, что ты со своими друзьями - идиоты. Но не настолько же. У вас все радуга, пони, магия дружбы, - Немного успокоился раненый нумовец, после чего начал говорить более спокойным тоном, но с ноткой нарастающего раздражения: - С чего ты вообще взял, что я захочу менять свое мировоззрение? Как ты, кусок дерьма, смеешь вообще мне говорить такое, будто делаешь мне одолжение? Посмотрите на него, он позволил мне жить. Извиняюсь, что я оказался такой неблагодарной свиньей и не падую тебе в ножки. Не боишься, если я поправлюсь, то продолжу убивать людишек и не оставлю своих попыток, чтобы твои драгоценные друзьяшки передохли? И если будут жертвы - они будут на твоей совести, ведь ты решил тут покорчить из себя благородного рыцаря, который решил пощадить злодея. Отбрось это детские идеи. Я вам ни с чем не помогу, хоть усритесь, так что бессмысленно это все.       - Смерть будет наградой, - Уже усмехнулся крылатый. - Слишком легкий конец для тебя. Я и не жду, что ты решишь исправиться. Просто тебе дают время на обдумывание.       - Свои сопливые изречения можешь втирать другим дуракам, но не мне. Если честно этот недодиолог утомил обладателя рыбьей маски. Он только недавно очнулся, а его уже нагрузили подобными темами. На данный момент он хотел провалиться в небытие, чтобы не думать ни о чем, слишком устал.       - Проваливай. Можете оставить меня здесь гнить. Мне уже всë равно. - после чего Гоу полностью расслабился на кровати, чтобы провалитсья в царство морфея. Сейчас ему было плевать на себя и на собеседника. Он должен отдохнуть.       Бывший жнец прикрыл глаза, выдыхая, после чего прошел в сторону выхода. Сегодня насыщенный день, так что надо отдохнуть, ибо данный разговор измотал и его. Завтра он вернется сюда, хочет этого Кирими или нет, но он сделает все, чтобы эта рыбина жила. Нет, не чтоб представить его перед судом. Его судьба и так наказала. Где-то в душе Сигукин тешил себя, что это немного очистит его карму за прошлые грехи, хотя и понимал что это самообман. Но надежда умирает последней, так ведь? У него с Кирими личные счеты.