Inside Infinity

Пробуждение. Такое сладкое, дурманящее разум. Долгожданное. Чередой вспышек в голове зажглись сотни образов, воспоминаний. Настолько ясных, что ненависть запульсировала в висках. Кривая улыбка украсила бледное лицо, в глазах загорелся недобрый огонёк. Неестественный смех прокатился по округе, заставляя детишек сжаться. — Сатору? Что с тобой? Голубые глаза вспыхнули пламенем, обжигая волной мурашек. А после и тела детей, отброшенных разящим ударом воздуха. Дерево за спиной загорелось. Оглядевшись, проклятие застыло. Взглянув на руки, на догорающих перед собой, дух заметил: — Я что, в теле ребёнка? Вот же чёрт. Подняв глаза к небу, он задумался. «Маги… я их чувствую. Их слишком много. В этом теле я не смогу убить всех…» Идея, пришедшая в голову так неожиданно и сумасбродно, показалась ему гениальной: «Отдам контроль. Пусть разбирается сам…»

***

Ноги совсем не держали. Нужно было бежать, скрываться. Огонь мог привлечь внимание, не говоря уже о шуме, вероятно, поднявшемся за это время. Стоять и ждать своей участи было нельзя. Отступив на шаг, Сатору сорвался на бег. Он бежал, не помня дороги. Казалось, за каждым углом его уже поджидали, но закоулки были пусты. Никто не встречался на пути маленького убийцы, что доставляло ещё больше угрызений совести. Добежав до старой мастерской, мальчик пролез внутрь через небольшой лаз в стене, про который узнал от мальчишек во дворе. Мальчишек, которых уже нет в живых. Забившись в самый дальний угол, Годжо обхватил себя руками. Сердце продолжало бешено колотиться, заглушая все звуки. Поверить в случившееся было невозможно. «Нет-нет-нет, я этого не делал, я никого не убивал…» — вторил он себе мысленно, спрятав лицо в коленях. «Я не мог, это не я…» — Конечно, не ты. Это сделал я. Голос, раздавшийся из ниоткуда, заставил мальчика замереть. Быстро сообразив, что он доносится из него самого, юный маг поднялся на ноги. Ощупав своё лицо, он едва не вскрикнул от боли. — Засунешь свои пальцы мне в рот ещё раз, останешься без них насовсем. Обернувшись, Сатору заметил пыльное зеркало, стоявшее тут с незапамятных времён. Он не узнал собственного отражения. На него смотрел не просто восьмилетний мальчик. Это был злобный дух с чёрными полосами на лице, второй парой глаз и уродливым ртом, проявившимся на щеке, подобно язве. — Что ты такое? — проговорил он, растерянно рассматривая себя в зеркале. — Тебя не учили не таскать в рот всякую дрянь? — рассмеялся дух, наводя ещё больше жути. — Палец… Вспомнив причину случившегося, Годжо схватился за голову. Неужели это нелепая случайность привела к гибели друзей? К тому, что теперь ему нужно скрываться и делить тело с уродливым проклятием, насмехающимся над его горем? Собрав всю оставшуюся смелость, Сатору с вызовом глянул на отражение. — Кто ты? Что тебе нужно? — Неужто не слышал обо мне? Занятно. Я Двуликий, пацан. И у тебя большие проблемы. — Это же просто легенда. Ты давно мёртв. Мальчик не понимал, верить ли этому существу. Двуликий действительно был просто байкой, злым и страшным проклятием, которым пугали непослушных детей. — Как видишь, живее всех живых. Короля проклятий сложно убить. — Твоя сила была в том омерзительном пальце? — смекнул мальчишка, сдвинув брови. — А ты не так глуп, как кажется. — Зачем ты убил их? Ты в моём теле. Значит, будешь слушаться. Двуликий разразился смехом. Взяв под контроль руку, он сжал горло мага и произнёс властным голосом: — Сосудом себя возомнил, малец? Как бы не так. Мне ничего не стоит подавить тебя и творить бесчинства даже в таком тощем теле. Так что советую следить за языком. Ты жив, пока мне это нужно. — От… отпусти… — прохрипел тот, пытаясь отнять руку другой, которой мог ещё двигать. — Я сказал отпусти! Детский крик и невидимая волна смели всё вокруг, от чего затряслись стены и крыша заброшенного здания. — Что ты сейчас сделал? Что это было? Король проклятий затих. Прокашлявшись, Годжо бросил взгляд на зеркало, осыпавшееся осколками. Чёрные полосы исчезли, закрылись даже вторые глаза. «Нужно убираться отсюда…» — подумал он и покинул мастерскую. Идти домой было страшно и опрометчиво, но мальчик рискнул. Если поймают, значит, так нужно. «По крайней мере, проклятие сгинет со мной…» Дом на удивление был пуст. Забравшись в кровать, мальчик зажмурился. — Что ты сделал там, в мастерской? Чужой голос, раздавшийся в голове, отогнал подступающий сон. — Пытался изгнать тебя, — ответил Сатору, даже не думая лукавить. — Как видишь, безуспешно. Тебе не удастся избавиться от меня. Уверенность проклятия не внушала ничего хорошего. Натянув одеяло до подбородка, мальчик устало вздохнул. — Это не просто порыв. Ты сдвинул пространство. Я почувствовал это. Как ты это сделал? — не унимался проклятый дух. — Я хочу спать. — Ты убил троих, и всё, что тебе хочется, это спать? Язвительный тон Двуликого был слишком явным, чтобы не заметить. — Ты уже убивал раньше. Как интересно… Годжо молчал. — Хорошо, что тебе хватило ума вернуться домой. Нас не заметили. Я бы почувствовал. — Боишься, что умрёшь вместе со мной? — Дурень. Таких пальцев двадцать. Я в любом случае смогу возродиться. — Кажется, ты только что проболтался. Мальчик улыбнулся. — Плевать. Некоторым магам это и так должно быть известно. Ты слишком мал и глуп, чтобы знать о моей мощи. — Если ты так силён, почему не берёшь меня под контроль? — Мне нужны ответы. Меня не должны обнаружить раньше времени. Похоже, что то, что ты используешь, скрывает меня от глаз других магов. Я в полной безопасности, чего не скажешь о тебе, малец, — злорадствовал тот. — Но если меня убьют, то умрёшь и ты, — напомнил Сатору, состроив серьёзное лицо. — Часть меня. Но ты прав. Я не хочу уходить, только вкусив новую жизнь. И тебе придётся подчиниться. — Размечтался. — У тебя нет выбора, — процедил сквозь зубы Двуликий, теряя терпение. — Что ты задумал? — Для начала спасти твою тощую задницу. Никто не подумает, что ты убил тех детей, а если найдётся свидетель, я сотру его с лица земли. Мальчик с содроганием вспомнил, что один из магов видел их дружную компанию, когда те пытались покинуть дом. — Остальное тебе знать необязательно. — Ты сказал, что таких пальцев двадцать. Думаешь, что заставишь меня их съесть? Проклятие расхохоталось. — Ты не выдержишь и двух. Для меня загадка, как ты ещё держишься. Я не знаю, что тебя окружает, но внутри ты мягкий и податливый. Защищая себя, ты защищаешь меня. Юный маг сжался от возмущения и бессилия перед древним проклятием. — Предлагаю сделку. Ты забудешь о том, что произошло. Груз вины падёт с твоих плеч. Также я не дам тебе умереть, если тебя попытаются убить. Взамен ты продолжишь жить так, словно ничего не было и будешь молчать. — Слишком просто, не находишь? — Не сомневайся. Рёмен Сукуна держит своё слово. — Ладно. Всё равно от тебя не отделаюсь. А теперь я хочу спать. Дьявольский оскал рассеял тьму. «Засыпай, маг, засыпай…»