Entirely Out of Spite

Адепт Сяо, также известный как Охотник на демонов, исключительно хорош в своём деле. Эта бессмысленная мысль приходит к Аяксу пока он стоит в стороне, дожидаясь эффекта исцеляющей еды и наблюдая за тем, как Сяо истребляет противников. Скорость и грация движений адепта приводят его в совершенный восторг. В оригинальной игре Сяо был одним из многих персонажей, которых Аякс не получил из-за необходимости задонатить, поэтому он не знаком с его стилем боя и сильными сторонами. Всё, что он знает о Сяо, — кусочки историй персонажей, связанных с Чжун Ли. Чёрт возьми, он принял неверное решение, пропуская баннер Сяо. Потому что тот прыгает все выше и выше, будто законы гравитации на него не действуют. Затем стремительно падает, со всполохом света вонзая копье в незадачливых митачурлов, создавая вокруг ударную волну. «Система, — мысленно зовёт Аякс. Челюсть у него отвисла, он наверняка выглядит как полный идиот, но блин… — Его можно просканировать?» Характеристики Сяо моментально появляется в системном окне и глаза Аякса лезут на лоб. «Твою ж мать! Да откуда нахрен такие цифры?» Аякс неимоверно гордится базовыми показателями Силы, Ловкости и Телосложения Тартальи, но они не идут ни в какое сравнение с характеристиками Сяо — те в прямом смысле зашкаливают, намного превосходя тот уровень, которого Аякс смог бы достичь за всю жизнь, как бы упорно он ни тренировался. А его уровень… «Да какого хрена? Две тысячи тридцать первый уровень?! Система! Это точно? Ты уверена? Разве такое возможно?!» В оригинальной игре максимальный уровень персонажа девяностый, так что же это за херня? «Системное сканирование не допускает ошибок,» — звенит в его голове голос Системы. Аякс уверен, что если бы могла, Система закончила бы предложение обиженным фырканьем. — «Ограничений по уровням нет. Потраченное время и приложенные усилия — решающие критерии.» Исчерпывающий ответ. Поскольку Сяо является бессмертным Адептом, в его распоряжении всё время мира, чтобы наращивать свою силу. Разница между смертными и богами становится еще более очевидной. Часть Аякса теперь задается вопросом, на что способен Чжун Ли со своим Сердцем Бога. Хмммм. Тем временем, с монстрами покончено. Сяо наносит последний удар: вспышка темно-зеленого света срывается с острия его копья, когда оружие вонзается в митачурла. С громким ревом монстр падает на землю, дергаясь в конвульсиях, и, наконец замирает. Кровь растекается под ним, пачкая истоптанную траву. Аякс оценивает масштаб окружающей бойни и тихо присвистывает. — Ух ты. Круто ты их отделал. Моя искренняя благодар… ах! Острие копья замирает в миллиметре от его горла и Аякс с неудовольствием косится на оружие, скрестив руки на груди. — От тебя несет Бездной, — шипит Адепт. С такого близкого расстояния Аякс может рассмотреть замысловатую резьбу и светящиеся жутким зеленым светом глаза на темной деревянной маске Сяо. — Зачем ты сюда явился? Бездна? О чем он вообще? — Тихо, тихо, похоже, мы друг друга недопоняли! — Аякс поднимает ладони вверх в универсальном примирительном жесте. — Во-первых, я понятия не имею, что еще за Бездна. Во-вторых, я здесь в отпуске! Раздается знакомый автоматический голос: «Разблокирован новый побочный квест: Следы Тартальи (1) Цель: на пути к разгадке прошлого Тартальи, узнайте больше о Бездне. Награда за удачное прохождение: +10 БИ; Последствия провала: -10 БИ» Так, стоп. Я должен узнать что?! Сяо хмыкает. — Ты из Фатуи, не так ли? — Он кивает в сторону маски Тартальи, прикрепленной к волосам Аякса. — Сильно сомневаюсь, что хоть кто-то из вас не слышал о Бездне, особенно воин вроде тебя. И, повторюсь, тебя окружает её аура. — С чего ты взял, что я во… ладно, ладно, не мог бы ты убрать эту штуку от моей шеи, пожалуйста? — Не лги мне, смертный, — если бы мог, Сяо убил бы его взглядом на месте, — Я наблюдал за тобой последние пару дней и прекрасно знаю, на что ты способен. Я в состоянии узнать воина, когда вижу его. Итак, спрашиваю еще раз: Зачем. Ты. Здесь? — Я не лгал! — ворчит Аякс, отодвигаясь от копья, чтобы немного отдышаться, от этого движения бок пронзает тупая боль. Похоже, целебная еда не справилась со своей задачей. — Я понятия не имею, что такое Бездна, и я здесь в отпуске на две недели! Не по своей воле, между прочим! Если бы мог, давно бы уже вернулся в гавань Ли Юэ! Аякс застыл на месте, пока Сяо прищурился, пытаясь понять не врет ли он. Спустя несколько напряженных мгновений, Сяо наконец опускает копье. — Ты действительно ничего не знаешь, — усмехается он, и презрительно дергает подбородком, отчего Аякс обижено морщится, как недовольный кот — Как бы то ни было, я слежу за тобой, так что попытайся не создавать проблем. — Постой, постой, раз уж ты так много знаешь о Бездне, не можешь рассказать мне, что эт… А, ты исчез. Ну разумеется. Сяо просто растворился в воздухе, только что был тут, а в следующую секунду его уже и след простыл. Аякс оглядывается. Вокруг тихие, безмятежные луга, усеянные постепенно истаивающими телами мертвых монстров. Засунув руки в карманы, он уныло пинает ближайший камень. Черт возьми, вот и попытался разузнать хоть что-то о Бездне. «Обновление статуса!», — с мелодичным звоном появляется системное окно — «Отношения с Сяо: +20 С-баллов». Ну кто бы, блять, сомневался! Настроение окончательно испорчено, бок сводит от боли, и Аякс решает вернуться в «Ваншу», переодеться и залечить раны. К тому же, было бы неплохо продумать свои дальнейшие действия. Хорошо, что он не забывает призвать немного воды и смыть кровь. Он не собирается пугать хозяйку Голдет и остальных постояльцев.

_____________________

Постоялый двор «Ваншу» — потрясающее воображение здание, постоенное на массивном скальном основании над Тросниковыми островами. Крышу гостиницы укрывает золотая крона огромного дерева, дарящая прохладную тень усталым путникам, путешествующим между Ли Юэ и Мондштадтом. Постоялый двор, безусловно, самое высокое рукотворное сооружение в этой части Ли Юэ. Согласно архитектурному замыслу, учитывающему особенности рельефа, на каждом этаже устроены обзорные площадки, позволяющие любоваться фантастическим видом. Говорят, что в ясные дни отсюда можно увидеть гору Цинцэ и пик Цинъюнь. Разумеется, чем выше расположен номер, тем он роскошнее и дороже. Для Аякса денег не пожалели, и все две недели отпуска он мог наслаждаться заслуженной роскошью. Теперь же, когда каждый шаг отдается жгучей болью в раненом боку, ковыляя по бесконечным лестницам, он проклинает благие намерения подчиненных. — Добро пожаловать на постоялый двор Ваншу! Чем я могу… ох, господин Чайлд! Что с вами? Вы в порядке? — Здравствуйте, госпожа Голдет, — Аякс слабо улыбается ей, придерживая бок рукой. Простите за беспокойство. Случайно столкнулся с монстрами к югу отсюда, ничего серьезного, просто нужно немного отлежаться. (И по новой накачаться лечебной едой, как только действие первой порции закончится.) — Монстры! Так близко к гостинице? — Госпожа Голдет выглядит встревоженной. — Мы немедленно свяжемся с миллелетами для разбирательства. От имени гостиницы приношу вам самые искренние извинения. Мы с радостью предоставим вам всё необходимое для лечение. — Всё в порядке, не беспокойтесь, — отвечает Аякс. — Скорее всего, миллелиты там ничего не найдут, с монстров уже уничтожил какой-то Адепт. И сразу же исчез. — Адепт? — Хотя тон госпожи Голдет мягкий, с оттенком замешательства и удивления, что-то в ее поведении настораживает, — А как он выглядел? — Хм, невысокий, примерно вот такой, — Аякс показывает рукой рост Сяо. — Темные волосы, носит маску с горящими глазами, вооружен нефритовым копьем. Невероятно высоко прыгает. Ещё он довольно… резок? Велел мне не путаться под ногами, пока улаживал дела. Должен сказать, впечатление он производит неизгладимое! Не переставая болтать, Аякс внимательно следит за выражением лица Верр Голдет. От него не укрылись ни нахмуренные брови, ни сжатые в тонкую линию губы. Без сомнений, она знает Сяо. — Надо же, — говорит она. — Я передам миллелитам, чтобы они выразили благодарность Адепту, если вдруг встретят его. Она желает Аяксу хорошего дня, и он продолжает восхождение вверх по лестницам в свою комнату. Первое, что он делает, закрыв дверь, шипит Системе: — Могу я уже использовать целебную еду? «Время отката предмета «Лечебная еда» завершено. Начинаю применение опции «Лечебная еда», низкий уровень». Волна прохлады омывает Аякса, и через несколько секунд боль в боку полностью исчезает. Испустив вздох облегчения, юноша выпрямляется и поворачивает корпус, проверяя своё состояние. Никакой боли, все в порядке. Потрясающе. Он стаскивает с себя грязную одежду, бросает ее в угол и идет прямиком в душ. — Эй, Система, — зовет он, оттирая грязь и копоть со своей кожи, стараясь не задевать шрам на груди, — можешь еще раз пробежаться по пунктам, что там с этой Боевой Формой? Теперь, когда он в безопасности в своем номере, самое время разобраться с тем, что произошло, на случай, если он что-то упустил. «Боевая Форма — система, отслеживающая количество ударов, нанесенных Пользователем во время сражения. Суммируя нанесенный урон, система заполняет шкалу, позволяя Пользователю применить накопленную силу в бою. У персонажа Тарталья есть две Формы: Глаз Порчи и Форма Духа. После завершения битвы показатель шкалы сбрасывается.» — Я тренируюсь уже два месяца, а вижу ее только сейчас! Почему система Боевой Формы раньше не появлялась? Автоматический голос Системы отвечает: «Пользователь никогда не заполнял шкалу до необходимой отметки». Никогда не заполнял? «Значит, прошлые победы давались мне слишком легко, а теперь нужны противники посерьезнее?» Пора задуматься о смене боевого стиля или освоить стрелковое оружие? Будет ли это достаточно сложной задачей для заполнения шкалы? Да, и еще одно. — Хорошо, но какие способности дают эти Формы? В системном окне загораются строчки текста, а роботизированный голос сообщает: «Активация Глаза Порчи временно повышает показатели Силы, Ловкости и Телосложения, а также наделяет Пользователя способностью атаковать элетро элементом». Глаза Аякса распахиваются от удивления, и в следующий момент оказываются залиты стекающей по волосам мыльной пеной. — Подожди, ты сказала «электроатаки»? — кричит он, с трудом проморгавшись и отфыркиваясь от мыла. — С каких это пор Тарталья стал таким крутым? Этого не было в оригинальной игре! В оригинальной игре Тарталью было трудно победить из-за его силы. Он был быстр, имел огромный запас здоровья и жёстко бил. Любой слабый и недостаточно прокачанный персонаж вылетал с поля боя от одного удара. Но Тарталья использовал только гидро. Откуда вдруг взялось электро? — Эй, Система? А тебе не кажется, что ты слишком сильно меняешь сценарий? «Мир, в котором вы находитесь, не идентичен оригинальной игре Genshin Impact», — отвечает Система. — В текущую версию мира были внесены изменения для корректировки сюжетных несоответствий и улучшения пользовательского опыта. Пожалуйста, продолжайте усердно работать, чтобы полностью погрузиться в мир Genshin Impact 2.0!» Да что вы говорите. Ответ Системы не проясняет вообще ничего. (Кроме того, что последнее, чем бы ему хотелось заниматься — погружаться в этот мир. Ведь он не должен жить и чувствовать все эти вещи, когда должен был…) — А что насчет другой Формы? — снова спрашивает Аякс. — Форма Духа или как ее там? «Форма Духа — это…» Внезапно системное окно начинает мигать. Аякс быстро выключает воду. — Система? Эй, ты в порядке? В окне появляются ярко-красные символы. «Ошибка. В настоящее время информация заблокирована. Пожалуйста, завершите побочный квест: Следы Тартальи». Хм. Аякс вытирает голову полотенцем. Получается, что Форма Духа как-то связана с предысторией Тартальи. Возможно, даже с этой чертовой Бездной. Жаль, что рядом нет никого, кого можно было бы расспросить. Через две недели он вернется в гавань Ли Юэ и сможет выяснит все у Чжун Ли, но ответы-то хочется получить прямо сейчас. Единственный, с кем можно поговорить сейчас — это Сяо, но где его искать? Если бы только был способ выманить его… Аякс бросает полотенце на ближайший стул и достает из сумки свежую одежду. Пара повседневных брюк и голубая рубашка с длинным рукавом совсем не похожи на его повседневный городской наряд. Сейчас он больше больше напоминает прошлого Аякса, бедного студента. Ему нравится простая одежда, так удобнее. Он почти заканчивает приводить себя в порядок, когда в дверь постучали. — О, госпожа Голдет, — открыв дверь, Аякс видит на пороге хозяйку гостиницы с подносом в руках. — Я могу вам чем-то помочь? — спрашивает он, невольно принюхиваясь к ароматам, доносящимся от тарелок с супом, жаренным мясом с грибами и рассыпчатым рисом. — Снова здравствуйте, господин Чайлд. Раз уж вы отказываетесь от лечения, то может мне удастся соблазнить вас едой. Пожалуйста, примите это в качестве извинения за случившееся. Еда действительно пахнет потрясающе, и живот Аякса откликается голодным урчанием. В ответ на его смущение, Верр Голдет одаривает его легкой понимающей улыбкой. — О, полагаю, мой желудок не позволит мне отказаться, хоть вы и не обязаны были это делать. — Он принимает поднос и осторожно ставит его на ближайший стол. — Могу я еще что-нибудь для вас сделать? — спрашивает хозяйка, и когда Аякс вежливо отказывается, она кивает. — Пожалуйста, не стесняйтесь спрашивать, если вам что-нибудь понадобится. А теперь, с вашего позволения, я пойду узнаю нет ли новостей от миллелитов. При упоминании миллелитов в голову ему приходит внезапная идея. — Постойте, госпожа Голдет, у меня есть один вопрос, — спохватывается Аякс, пока она не ушла. — Вы сказали, что миллелиты передадут Адепту мою благодарность. Но мне бы хотелось сделать это лично, если есть такая возможность. Он э-эм., — Аякс потирает затылок и неловко улыбается, — он ведь действительно спас меня, но исчез прежде, чем я успел хоть что-то сказать. Он продолжает в том же духе и делает вид, что не замечает более пристальный, чем обычно, взгляд Верр Голдет. Она определенно пытается его раскусить. — Я слышала, что Адептам принято подносить музыку или еду, — наконец говорит женщина. Ее тон такой же непринужденный, как и раньше. Похоже, Аякс прошел тест на доверие. — Насколько я помню, они особенно любят миндальный тофу. Вопросов у Акса не осталось, поэтому он лишь солнечно улыбается и наклоняет голову в знак благодарности. — Спасибо, госпожа Голдет! Я буду иметь это в виду. Осторожно закрыв за хозяйкой дверь, Аякс подходит к подносу с угощением. Набросившись на еду, как голодный волк, он размышляет о словах Верр Голдет. Еда и музыка в качестве подношений. Сможет ли он привлечь внимание Сяо такими вещами? Может, при должной настойчивости, Адепта и удастся заманить на постоялый двор. Аякс смотрит на гитару, которую захватил с собой, и его губы растягиваются в широкой ухмылке. Это будет весело.

_______________________________

Аякс ждёт до двух часов ночи, чтобы на цыпочках выбраться на балкон своего номера с гитарой на спине и корзиной, зажатой под мышкой. Он оглядывается вокруг. Фонари, освещающие веранду постоялого двора, уже погасли, и только луна ярко сияет на фоне миллиона звезд. Все постояльцы давно спят, вокруг царят тишина и покой. Идеально. Аякс забирается на перила, и так быстро, как только может, забирается на крышу гостиницы. Черепица гладкая и скользкая, удерживаться на ней нелегко, тем более одной рукой. Пару раз едва не сорвавшись и проклиная мешающую корзину, Аякс продолжает карабкаться выше, пока не находит ровное место, где можно устроиться поудобнее. Он отставляет корзину, берет гитару в руки и задумывается. Что же сыграть? И что намного важнее, что бы понравилось Сяо? Насколько он помнит, Сяо — серьезный и благородный Адепт, безоговорочно преданный Властелину Камня даже после его предполагаемой гибели. Если и посвящать Сяо какую-то песню, то это должно быть что-то торжественное, изящное и, возможно, печальное. «К черту все, — думает Аякс, — буду играть Desраsito». Уже к середине песни он чувствует на себе пристальный взгляд и сдерживает улыбку. Не давая затихнуть последнему аккорду Despacito, он переходит на Dynamite от BTS. А поскольку Сяо по-прежнему не показывается, Аякс начинает подпевать. Аякс не самый ужасный певец, но и не профессионал. Он попадает в ноты, держит ритм, и когда старается, звучит очень даже прилично. Но сейчас все наоборот. Вместо того, чтобы стараться, он делает прямо противоположное, позволяя голосу срываться на кошачий вопль, радостно выводя «Cause I–I-I'm in the stars tonight!» И едва успевает уклониться от копья, летящего ему в голову. — Господин Адепт! — сияет Аякс, прижимая гитару к груди. Сяо стоит в стороне, без маски, источая чистую, беспримесную ярость. — Ты в конец обезумел, смертный? — рычит Сяо и до побеления пальцев сжимает копье. Аяксу, вероятно, стоит начинать беспокоиться за свою безопасность. — Или ты просто хочешь свести счеты с жизнью? Тогда, считай, тебе повезло — за такую дерзость ты поплатишься головой! — Я думал, что Адепты милосердны и не убивают люд… ладно-ладно, только опусти копье, будь добр! Я не хотел проявлять неуважение! Ну, если только совсем чуть-чуть. Сяо, очевидно, чувствует это, потому что копье не опускает. — Тогда объясни, почему я должен пощадить твою никчемную жизнь после того, как ясно дал понять, чтобы ты не создавал проблем, но и дня не прошло, как ты устраиваешь этот безобразный шум среди ночи! — Я просто хотел поблагодарить тебя за то, что ты сделал утром! — заявляет Аякс. — Я слышал, что люди преподносят музыку Адептам, поэтому решил сыграть для тебя! — Ты называешь это музыкой? — задыхается от возмущения Сяо. — В жизни не слышал ничего отвратительнее. — Это музыка моего народа. — говорит Аякс с невозмутимым выражением лица. Да, под «народом» он имеет в виду зумеров, так что чисто технически он не лжет. — Но я искренне тебе благодарен. И я принес еще кое-что! Он открывает корзину, достает ложку и блюдо с миндальным тофу, волшебным образом уцелевшим во время подъема и передает их Сяо. — Спасибо, что пришел мне на помощь, господин Адепт. Не знаю, чем бы все закончилось, если бы ты не вмешался. Сяо хмыкает и внимательно смотрит на предложенное блюдо. Затем, к удивлению Аякса, рассеивает копье в воздухе и забирает протянутую тарелку. Аякс едва не плачет от радости. Его переполняет чувство удовлетворения, похожее на то, которое он однажды испытал, выманив злющего кота из-под машины с помощью рыбных консервов. Конечно, кот всё время продолжал шипеть на него, пока ел угощение, но все же. У Аякса хватает ума подождать, пока Сяо прикончит хотя бы половину тарелки, прежде чем продолжить говорить. — Надеюсь, ты не будешь против назвать мне свое имя? Говорить каждый раз «господин Адепт» слишком долго. — Сяо, — следует краткий ответ. Ладно, пока все идет неплохо. По крайней мере, Сяо хотя бы ему отвечает. — Приятно познакомиться, Сяо! Ты можешь звать меня Чайлдом. Сяо снова хмыкает. — Тебе подходит. «Грубо». — Могу я спросить тебя еще об одной вещи? Сегодня утром ты сказал, что от меня несет Бездной. Что такое Бездна? При этих словах взгляд Сяо становится тяжелее. — Это то, о чем смертным знать не положено. Тебе лучше держаться от нее подальше. — И как я смогу держаться подальше, если даже не знаю, что это такое? — На неодобрительный взгляд Сяо Аякс пытается хитрить. — Хочешь, я сыграю что-нибудь на твой выбор, а взамен ты расскажешь мне об этой штуке поподробнее? Договорились? — Прекрати, — рычит Сяо, когда Аякс берет первые аккорды Toxic Бритни Спирс. — Если у тебя все, то убирайся. Смертным нельзя долго находиться рядом со мной из-за воздействия моего кармического долга. — Погоди секунду, я… и-и-и ты исчез. Снова. Ну супер. Аякс в раздражении проводит рукой по волосам. Блядство. Он почти разговорил Сяо. Скрестив руки на груди, юноша обиженно прикусывает губу. Если Сяо думает, что Аякс так просто отстанет, то его большой сюрприз. В этот момент Система решает о себе напомнить. «Обновление статуса!», — заявляет механический голос. — «Харизма +1. Отношения с Сяо, +3 С-балла». «Ну хотя бы не двадцать С-баллов! — думает Аякс, спускаясь с крыши. — И судя по тому, что Харизма прибавилась, Сяо не так уж и недоволен моей игрой!» Иногда важны даже маленькие победы.

____________________________

Новый распорядок дня на время пребывания на постоялом дворе Ваншу формируется довольно быстро. Утро Аякс проводит сражаясь с монстрами, днем либо осматривает подсказанные Чжун Ли руины, либо изводит Улыбчивого Янь Сяо просьбами научить готовить идеальную «Сельскую усладу» (потому что он не забыл про побочный квест для своего любимого персонажа), а вечером продолжает терзать гитару. Однажды, распахнув балконную дверь, он снова почувствовал на себе взгляд Сяо. И теперь, вместо того, чтобы карабкаться на крышу, Аякс играет на балконе. Судя по тому, что ощущение пристального взгляда не пропадает, его ночные выступления неизменно привлекают внимание. У Аякса вошло в привычку оставлять тарелку миндального тофу на маленьком столике, который он вытащил на балкон. И каждое утро тарелка оказывается пуста. Заканчивается восьмой день отпуска. Аякс плотно поужинал, и чувствуя себя восхитительно сытым и довольным, перекидывает ремень гитары через плечо, берет тарелку с миндальным тофу, и насвистывая веселую мелодию, открывает балконные двери. Сяо уже на месте. Устроился поудобнее в одном из кресел, которые Аякс поставил специально для него. Аяксу требуется пара секунд, чтобы прийти в себя от удивления. Отойдя от шока, он посылает Адепту яркую улыбку. — Сяо! — восклицает он, ставя тарелку на стол, прежде чем сесть. — Рад тебя видеть. Честно говоря, не ожидал, что ты появишься! В ответ Сяо лишь скрещивает руки и отводит взгляд. Аякс пожимает плечами, перехватывая гитару. Он касается пары струн, проверяя, не нужно ли их настроить. — Что это за инструмент? Ух ты. Сяо первым начинает разговор! Чем ещё этот день удивит Аякса? — Это гитара, — отвечает Аякс, ласково постукивая по деревянному корпусу. — Инструмент из Фонтейна, в остальном Тейвате ее пока плохо знают. Но когда-нибудь она станет очень популярна, вот увидишь! — Он играет несколько аккордов. — Хочешь, я могу сыграть что-нибудь, что тебе нравится. Если нет, я выберу на свой вкус. Не получив ответа, Аякс начинает играть. Когда последние ноты затихают, Сяо задает вопрос: — Ты все время играешь песни со своей родины. Для чего? — А? Потому что мне нравится играть, — честно отвечает Аякс. — И я хочу улучшить навыки. — Улучшить навыки, — недоверчиво повторяет Сяо. — Зачем Фатуи учиться лучше играть на этой гитаре? — Как грубо. Члены Фатуи такие же люди, у нас есть мечты и интересы, — язвит Аякс. Он перебирает струны, позволяя мягким звукам наполнять тишину. — Кроме того, я вообще-то не собираюсь вечно оставаться Фатуи. Нужно подобрать себе какое-нибудь другое занятие. Думаю, из меня бы вышел неплохой бард. Похоже, такого ответа Сяо не ожидал. — Бард? — медленно повторяет он. — А как же твой путь воина? Это будет пустой тратой твоего боевого мастерства. Аякс ухмыляется. Вы только посмотрите: корявенький, но все же комплимент от Адепта. Вечер становится все лучше и лучше. — Ладно, может, не просто бард, — соглашается он, — бард-искатель приключений. Днем искатель приключений, ночью бард. С приключениями у меня никаких проблем, осталось прокачать бардовские навыки. Сяо усмехается. — Нелепый ответ от нелепого человека. — Ой, да ладно тебе! Разве у тебя самого нет никаких увлечений, кроме того, чем ты занимаешься? О чем-то же ты мечтаешь, к чему-то же стремишься? Сяо бурчит что-то пренебрежительное, но все же берет ложку и начинает ковырять миндальный тофу, так что, похоже, вопрос Аякса его не задел. — Моя миссия — благородный долг, данный мне самим Властелином Камня. У меня нет времени на развлечения. Выполнение долга — мои мечтания и стремления. Этого достаточно. Дааа, ответ истинно верного адепта. И с чего Аякс ожидал услышать что-то другое. — А что насчет свободного времени? — продолжает провоцировать Аякс. Посмотри на Чжун Ли! У него миллион увлечений, своеобразных конечно, но тем не менее! — Адепты выносливее смертных. Нам не нужен отдых. — От взгляда, которым Сяо его одаривает, может скиснуть молоко. Теперь очередь Аякса закатывать глаза. — Физическая выносливость — это одно, а я про то, что нужно время от времени давать себе отдых, переключаться на что-то другое. Как долго ты уже исполняешь этот свой долг? — Более двух тысяч лет. — Две тысячи лет? — Аякс захлебывается воздухом. — И тебе ни разу не пришло в голову ненадолго прерваться, заняться чем-нибудь другим? Твой Архонт наверняка бы понял такое желание. Видимо, Аякс сказал что-то крайне неуместное, потому что выражение лица Сяо становится ледяным. — Что вы, смертные, можете знать об истинном чувстве долга и верности клятвам? На вас не давит тяжесть прошлого. Ваша жалкая натура непостоянна и эгоистична. Вы готовы отказаться от прошлого в угоду своим прихотям и нуждам, но Адепты помнят. — Он доедает остатки тофу и встает. — Я устал от этого разговора. Не говоря больше ни слова, Сяо исчезает, оставляя Аякса в замешательстве смотреть на место где он только что был. «Обновление статуса! Отношения с Сяо, +5 С-баллов».

__________________________

Он не хотел обидеть Сяо. Всего лишь лучше понять Адепта и его непреклонность в выполнении долга на протяжении тысяч лет. У Аякса и в мыслях не было предлагать Сяо изменить своим убеждениям. Но это уже не важно. Сяо воспринял все именно так и пришел в ярость. Этот раунд игры в «сапера» Аякс явно проиграл, о чем очень сожалел. Был ли он виновником взрыва эмоций Сяо, или нет, но слова, брошенные Адептом на прощание, стали для Аякса выстрелом в упор. Человеческая жизнь быстротечна, люди не живут одновременно прошлым и настоящим, как бессмертные существа. Но скорость, с которой люди взрослеют и меняются, не отменяет понимания важности долга и данных обещаний. Это не значит, что смертные не скованы своим прошлым. (Аякс понимает это лучше, чем кто-либо. Он бы хотел двигаться дальше, перестать мучиться сожалениями о своей преждевременной смерти, но оковы прошлой жизни не дают спокойно спать по ночам и мешют работать днем.) (Может, поэтому его так задели слова Сяо.) Аякс не совсем уверен, что делать дальше. Он может отказаться от идеи разузнать о Бездне от Сяо и просто наслаждаться остатком отпуска, но это его не устраивает. Он не хочет завершать их общение на такой ноте, поэтому следующим вечером снова выходит на балкон с тарелкой свежего миндального тофу. — Сяо? — нерешительно окликает Аякс. — Эй, мы можем поговорить? Тишина. Затем воздух как будто тяжелеет, Аякс чувствует, как волоски на коже встали дыбом, а по рукам пробежали мурашки. Это же чувство внимательного взгляда он испытывал раньше, во время игры на крыше и боя на Тростниковых островах. Аякс ждет еще пару секунд, а когда Сяо так и не показывается, откашливается. — Ладно, я не знаю, слышишь ты меня или нет, но я скажу. (Ложь; он прекрасно знает, что Сяо наблюдает). — Я хотел извиниться за прошлую ночь. Я наговорил лишнего и тебя это задело. Я обдумал твои слова, и, наверное, в какой-то степени ты прав. Мне трудно понять, каково это — быть связанным чем-то на протяжении тысяч лет, ведь моя жизнь минутный пустяк по сравнению с этим сроком. — Думаю, я привык к мысли, что жизнь ограничена и может оборваться в любой момент. Когда живешь со знанием, что тебе отпущено лет шестьдесят или семьдесят, а если ты в Фатуи — и того меньше, то желаешь использовать на полную катушку то немногое, драгоценное время, что тебе осталось, понимаешь? Попробовать все и почувствовать вкус жизни в полной мере. В прошлой жизни он полностью провалился в этом деле. И теперь он мертв. Мертв, мертв, мертв. Аякс сглатывает ком в горле и продолжает: — Люди смертны, и у нас нет времени вечно держаться за что-то, отказываясь ради этого от жизни. Потому что, как только наше время закончится, все мечты и печали так и останутся несбывшимися и неутоленными. Все возможности провести время с семьей, с младшими братьями и сестрой, вся радость, которую они могли бы пережить вместе: дни рождения, праздники, выпускные и свадьбы — все потеряно. Никогда больше он не услышит пение матери, голос отца, поддразнивания Тони, ворчание Антона, смех Тевкра. Если бы он только знал, что умрет в двадцать два года, он бы изо всех сил старался больше общаться с родителями. Возможно, они и дальше продолжали бы делать вид, что его не существует, но он хотя бы знал, что сделал все, что мог, чтобы сохранить эту связь в своей жизни. Аякс обязательно попрощался бы с ними. Но сейчас все это лишь пепел сгоревшей мечты, медленно оседающий на погасший костер его жизни. Аякс приходит в себя, спазм в горле не дает вдохнуть, сердце стискивает уже знакомая чертова боль (ноющая и горькая, наполняющая его до предела). — Поэтому я думаю, ты прав, говоря, что смертные эгоистичны. Мы эгоистично бережем то немногое драгоценное время, которое у нас есть. В глазах богов мы, должно быть, выглядим довольно легкомысленными, да? — Но, — Аякс сжимает кулаки, — это не значит, что мы нарушаем клятвы. Не значит, что мы не понимаем святости долга. Мы делаем все возможное, используя отведенное нам время, и судить об этом бессмертному, чья жизнь не утекает как песок сквозь пальцы, вряд ли справедливо. Воздух вокруг плотный и наэлектризованный, как перед грозой. Аякс вздыхает. Внезапно на него наваливаются усталость и опустошение. — В любом случае, прости, что отнял столько времени на бессвязную болтовню. Я оставлю тофу в качестве извинения. Хорошего вечера. Не произнося больше ни слова, Аякс возвращается в номер, с тихим щелчком закрывает балконные двери и ложится спать.