Секреты сумерской розы

Суматоха, накрывающая город перед праздниками, казалась особенно раздражающей перед днём всех влюблённых. Ладно бы ещё цветы на каждом углу (кошмар всех аллергиков), натянутые над головами разноцветные ленты, от которых рябило в глазах, даже щебет влюблённых парочек и нытьё тех, кто не отыскал себе зазнобу, бесили капитана Кэйю не так сильно, как тот факт, что ровно всё тоже самое буйствовало и в самом Ордо Фавониус. — Капитан, — запыхавшийся юный рыцарь с несчастным лицом вытянулся по струнке в приветствии, отыскав его на полпути в Мондштат из Спрингвейла. — Рядовой Николас, разрешите доложить! Кэйя с рассвета был на ногах (да и до этого спал в лучшем случае часа четыре): командовал отрядом зачистки, уберегая торговцев от столь опасных сейчас срывов поставок, попутно пытаясь решить дисциплинарные проблемы с личным составом (никто не хотел толком работать в праздники, вот неожиданность) и ещё кучу всего по мелочи. И сейчас он мечтал только об одном — успеть заскочить по пути в штаб и в Долю Ангелов — перехватить какой-нибудь снеди и — в идеале — Дилюка. Из-за дурацкого праздника они оба были чертовски заняты всю эту неделю, и Кэйя до ноющей боли меж рёбрами — соскучился. — Докладывай, — кивнул капитан, цепко разглядывая юнца, явно настроенного помешать его планам, — Что у вас там стряслось? Мальчишка глубоко вдохнул, набираясь храбрости. — Мисс Барбара обратилась в Ордо Фавониус за помощью и просит оградить её от… э… слишком зарвавшихся фанатов… Пока ничего удивительного не прозвучало. Младшая сестрёнка действующего магистра была весьма мила и очень популярна, немудрено, что на праздник она тонула во внимании своих поклонников. Обратись она за помощью к самой Джинн — всю эту толпу бы уже как ветром сдуло. — Отправьте любого свободного рыцаря, — выразительно поднял бровь Кэйя, дав знак продолжить их разговор на ходу. — А ещё лучше пару. —... Госпожа Донна утверждает, что со склада пропала дюжина упаковок с цветами и требует срочно отыскать воров и найти пропажу, — продолжил с ещё более несчастным видом Николас, засеменив следом. — Так… — нахмурился Кэйя, начиная догадываться, что обеденный перерыв ему сегодня не светит. — Это всё? Юный рыцарь замер и обречённо помотал головой. — В патрулях не хватает людей… мы не справляемся, за новые поручения даже некому взяться… А вот этот упаднический настрой уже был Кэйе не по нутру. — Филипп? — На больничном, травма руки. — Митчел? — Взял выходной, он собрался сделать Ириссе, своей девушке, предложение… — Как мило. Кристофф? — Он… — Николас запнулся, втягивая голову в плечи. — Расстался с Лавандой и сейчас слишком пьян, чтобы заступить на службу… — Тц, бездна их задери, — выругался себе под нос Кэйя, вступив на каменный мост, ведущий в город. — Филиппа вызывай в патруль, нам нужны его глаза, а не руки; Кристоффу передай, что если через полчаса я найду его в таверне, то поручу его репутацию Лизе, и больше ни одна женщина в этом городе на него не посмотрит, а затем бери Митчела и отправляйтесь разгонять фанатов, предложение можно сделать и в любой другой день. — Да, сэр, — с тенью ужаса на лице отсалютовал Николас. — А Вы?.. В любой другой день Кэйя бы юнцу посочувствовал, но, увы, не сегодня. — А я опрошу мисс Донну и займусь пропажей. Ты уж не подведи. Николас умчался вперёд, а Кэйя на миг поднял вопрошающий (ну за что мне всё это?) взор к небу и шагнул в город. В цветочной лавке, разумеется, был ажиотаж. В день всех влюблённых букеты отрывали с руками, а особенно буйные, но нерасторопные кавалеры были готовы драться за последний увядший бутон сумерской розы, что по каким-то неведомым причинам была на пике популярности в этом году, но совершенно не была готова расти в прохладном и ветреном климате Мондштата, а потому стоила на рынке довольно дорого. — Ах, это настоящий кошмар, — причитала Донна не отрываясь от работы и ловко складывая букетик из нежных сесилий. — Я отлучилась буквально на минуту, чтобы налить воды, и в спешке не заперла склад, а когда вернулась… Девушка всхлипнула и быстро утёрла глаза тыльной стороной руки, при этом опасно взмахнув ножницами. — Сколько всего цветов пропало? — осведомился Кэйя, поспешно изобразив на лице сочувствие. Донна сморщила лоб, припоминая. — Я как раз достала шесть упаковок сумерской розы и четыре свёртка сесилий, чтобы сделать букеты, но кроме них было что-то ещё… такой кавардак, господин Кэйя, ума не приложу, кто мог пойти на такую подлость! Донна закрепила лентой букет, швырнула ножницы на стол и, не выдержав, заплакала. Кэйя вздохнул и полез во внутренний карман за платком. — Ну-ну, дышите глубже, мисс. Чем больше деталей вы вспомните, тем быстрее мы сможем отыскать преступника и ваши прекрасные цветы. — Ах, поскорее бы, — всхлипнула Донна, промакивая платком Кэйи слёзы. — Уже завтра спрос на цветы не будет таким, а я подведу наших лучших клиентов… даже мастер Дилю-юк (в голосе Донны прорезались почти истерически нотки) специально заказал эти розы к празднику! — Вот как? — оживился Кэйя. — Должно быть для оформления Доли Ангелов? — Я… я не знаю, — смутилась Донна, явно краснея уже не из-за одних только слёз. — Я должна буду извиниться и всё объяснить, если цветы так и не найдутся… Ох, милая влюблённая глупышка. Про бар, принадлежащий Дилюку, Кэйя уточнил не случайно. Парочки на день всех влюблённых обычно предпочитали иные заведения, под крышей Доли Ангелов же чаще собирались те, кому не слишком повезло в любви. Так что вряд ли Дилюк стал бы украшать барную стойку букетами дорогих сумерских роз. Как интересно. Под рёбрами сладко кольнуло. Конечно, они оба слишком взрослые (а кое-кто и слишком занудный) для подобных глупостей, вроде цветов и шоколада, но… вдруг? — Обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы вам помочь, — заверил пострадавшую Кэйя. — Позволите мне осмотреть склад? Донна кивнула и вытащила из кармашка фартука ключ. На складе и впрямь был погром, хоть и не вполне очевидно, что было делом рук таинственного вора (или пары воришек, вряд ли такую кучу цветов можно унести одному за столь короткое время), а что частью творческого предпраздничного беспорядка. В конце концов работы у цветочниц действительно было много, а времени, чтобы уследить за всем — мало. Следов элементальной энергии он не обнаружил (да и вряд ли обладатель глаза бога опустился бы до столь примитивной кражи), а вот на чахлом газоне рядом со складом красовался смазанный отпечаток подошвы весьма внушительного размера. Кэйя побродил вокруг, поспрашивал потенциальных свидетелей, внимательно осмотрелся, разматывая ниточку за ниточкой и разнюхивая, а как начали сгущаться сумерки, направился в Долю Ангелов — завершить (или опровергнуть) почти сложившуюся картину преступления. Свободных мест в баре практически не было, но для Кэйи нашёлся стул за барной стойкой. От аппетитных запахов засосало под ложечкой, заставив его вспомнить, что за сегодня он так толком и не поел. Заказав себе куриные шашлычки и (о, ужас) безалкогольный яблочный сидр, Кэйя огляделся. Новых цветочных украшений, разумеется, не было, разве что появились бутылки из-под вин, служившие теперь в роли подсвечников, что придавало некоторую романтику и уют атмосфере. Вынырнувший из подсобки с парой бутылок Дилюк на мгновение замер, увидев Кэйю, но этот миг промедления заметил бы лишь очень внимательный взгляд. Такой, как у Кэйи. — Добрый вечер, Люк, — вкрадчиво улыбнулся Кэйя, стянув зубами кусочек мяса со шпажки. Дилюк коротко угукнул в ответ, поставил бутылки под стойку и лишь после этого выпрямился, бросив оценивающий взгляд на стакан с сидром. — Всё ещё на службе? — не без удивления кивнул на безалкогольный напиток он. — Увы-увы, — картинно вздохнул Кэйя, — расследую одно маленькое, но чрезвычайно срочное дело. — Здесь? — хмыкнул Дилюк, доставая пару стаканов. — Представь себе. Прямо в праздничный день какой-то негодяй обокрал склад госпожи Донны. А ведь сегодня ей нужно выполнить кучу заказов на букеты. Иначе, чей-то праздник может оказаться испорчен. — Вот как, — слегка нахмурился Дилюк. — У тебя уже есть подозреваемый? — Отрабатываю основную версию, — широко ухмыльнулся Кэйя, стрельнув взглядом куда-то вглубь бара. — Нужна помощь? — понизил голос Дилюк, тоже взглянув в том направлении. Зря старался — в бар ввалилась небольшая, но очень шумная компания, так что кроме капитана кавалерии никто его не услышал. Стоило отдать Дилюку и его выдержке должное — если бы Кэйя не знал, что тот буквально заинтересованное в успехе дела лицо, восхитился бы его участливостью. Но Кэйя — знал, и это знание дразнило его щекоткой под рёбрами, подмывало задать вопрос прямо в лицо. Кэйя медленно облизнул губу, нахально блеснув глазом. — Кое в чём бы не помешала. Ему показалось, или за баром резко стало на пару градусов жарче? Дилюк фыркнул себе под нос и повернулся к новым гостям, чтобы принять заказ. Кэйя даже почти успел доесть, не без удовольствия наблюдая за тем, как Дилюк мешает коктейли, и, конечно, не упустил момент, когда тот нырнул под стойку, чтобы принести что-то из подсобки. Кэйя оказался у двери лишь мгновением позже, втиснувшись в полутёмное помещение за баром вслед за Дилюком. — Что ты творишь? — неискренне возмутился Дилюк, когда прохладные ладони скользнули по его пояснице. — Соскучился, — промурлыкал Кэйя, прильнув к горячему — даже сквозь костюм — телу. В этих коротких тайных объятиях было что-то жизненно-важное. Дилюк сдался, шумно выдохнул куда-то за ухо, и по загривку Кэйи предательски побежали мурашки. — Приходи на ужин, когда закончишь. — Сюда? — усмехнулся Кэйя, проглотив непристойную шутку. — Домой. И от этого простого "домой" в груди разлилось тепло. — Это будет очень поздний ужин, — выдохнул смешок Кэйя, губами сухо ведя по линии челюсти. — Ничего страшного, — ровно отозвался Дилюк. Они оба взрослые люди. У них работа, обязательства, планы. Но чтобы вот прямо сейчас оборвать эту тайную двухминутную, буквально, встречу наедине, пришлось приложить всю силу воли, которая у них нашлась. И даже когда Кэйя первым выскользнул из подсобки, замечая, что объект его наблюдения как раз направился к двери, он еще долго чувствовал, как горит бок — там, где его касалась ладонь Дилюка.