Летняя девочка

      Илья даже обрадовался, что получилось пропустить уроки под предлогом рисования плаката. Честно говоря, было странно, что такое еще актуально в выпускном классе. Тут у них некоторые наркоту продавали и тусили до самого утра, а они, как дети, плакаты рисовали для креативности и мотивации будущих учащихся. Хотя он не жаловался — другая сторона жизни его не сильно привлекала, а сидеть на этаже рядом с девчонками ему нравилось больше, чем на алгебре.              — Как же красиво ты могешь, — сосредоточившись только на цветном маркере в руке, Илья не сразу обратил внимание на восхищенный вздох слева. Подняв голову, он сразу наткнулся на одобрительный взгляд зеленых глаз. Яркие, как и она сама.              Ника всегда чуточку ухмылялась, словно заведомо воспринимала все вокруг с иронией. Не девочка, а шут ходячий, как скажет что-нибудь, так пиши пропало. Закономерная репутация, когда ты участвуешь чуть ли не во всех передрягах, но сейчас Илье было немного стыдно за преждевременные выводы. Нику вроде бы знали все, а, по существу, никто не знал. Кроме Беллы, разве что.              — Спасибо, да я просто давно рисованием увлекаюсь, — обычно Илья об этом не говорил. Не мальчишеские увлечения, да и Локонов бы докопался, пророни он что-нибудь такое. Ника продолжала увлеченно смотреть, видимо, ожидая, что он выдавит что-то еще. Говорить с ней было чуточку неловко. Илья даже не предполагал, что способен ее заинтересовать.              — А я в художке тебя не видела, я там тусовалась до класса десятого, — Ника легко смахнула рыжую прядь, которая настойчиво лезла в лицо. Волосы она собирала редко, обычно оставляя их распущенными, позволяя локонам свободно обрамлять лицо. И электризовались они у нее забавно, пока Ника, недовольно ворча, пыталась прижучить рыжую копну, но выходило всегда так себе.              — Я туда не ходил, сам как то, — о том, чтобы даже предложить такое, не могло быть и речи. Брат бы от него не отстал, да и он сомневался, что отец бы одобрил. А уж одноклассники тем более. Хватало уже, что к его увлечению бизнесом отца относились снисходительно. Тебе что интересно конфетки да бараночки изучать?              — Скрытый талант, прям как у Беллы. Не любите вы красоваться. А я без занятий быстро бы на это наплевала, меня надо в узде держать, а то лень переборет, — Илья смущенно улыбнулся на ее простецкую манеру речи. Ника всегда такая — говорила, что думает, особо не задумываясь. Даже перед преподавателями не тушевалась, хотя от этого ей больше прилетало.              С другой стороны стола молчаливо сидела Белла, выводя узоры черной гелевой ручкой на полях плаката. Со стороны казалось, что она и не слушает, слишком увлеченная занятием. Илья знал, что это не так. Белла всегда слушает.              Илья сам не знал, зачем напросился к девочкам в помощники — в школе в последнее время ему было совсем плохо, а уж сегодня понятие “плохо” казалось слишком несущественным для определения его состояния.              Все началось с того сообщения, которое он не должен был видеть, с этого гребанного “забей уже на свою семью и пойдем ко мне” от бармена. Илья не знал, что способен так люто кого-то ненавидеть. Еще тогда, когда отец заехал к нему забрать телефон, Илье хотелось, чтобы все это оказалось дурным сном. Но этот кошмар не спешил заканчиваться, только набирал обороты. И вчера, когда он рискнул пройти за отцом в этот гребанный ресторанчик и застукал отца с Игорем с поличным, боль, назревающая в груди, настигла своего пика.              Илья уже думать не мог об учебе, все его мысли и чувства сначала обострились на полную мощь, а потом выключились. И сейчас хотелось просто перестать существовать. Отец бы все равно не заметил. Когда к ним заглянула Лилия Александровна с предложением нарисовать плакат по просьбе завуча, Илья посчитал это знаком вселенной. После всего хотелось отвлечь мозги от воспоминаний о вчерашнем хотя бы ненадолго. Он использовал эту возможность, чтобы оказаться подальше от суматохи класса хотя бы ненадолго и прийти в себя.              — У тебя все в норме? Ты аж побледнел, — голос Ники был слышен как-то приглушенно, словно Илья еле вынырнул на поверхность после серьезного падения в воду и пытался заново вспомнить, как дышать.              — Что?              — Аж очки запотели, — тише удивилась Ника, стараясь незаметно прошептать это Белле. Ника, если честно, шептать никогда не умела. Всякий раз, когда она пыталась тихонько передать информацию подруге, слышал в итоге весь класс, так как та умудрялась орать даже шепотом.              — С тобой все хорошо? — Белла отвлеклась от занятия, тоже уставившись на него, — Может, температура?              — Нет, все нормально, — Белла сверлила его внимательным взглядом, от которого было не по себе. Она знала, каково это, пытаться убедить других, что все путем, когда на самом деле и близко нет.              — Это из-за папы? У меня тоже в семейке расстройства по этому поводу, — Илья удивленно уставился на Нику. Белла попыталась легонько тыкнуть подругу под столом за такой вопрос, но Ника лишь хмыкнула, увернувшись.              — С чего ты взяла? — Илья уже жалел, что не сменил тему. Все-таки заходить с ними на такую сокровенную территорию было пока слишком.              — Ну, — Ника виновато глянула на Беллу, и та только недовольно вернулась к рисованию линий, — Мы с Беллой заметили, как ты на перемене понесся к отцу. Вот я и подумала. Просто ты, когда уходил от него, выглядел так, будто он тебя ударил не иначе. Мы вообще подумали что-то страшное у тебя случилось, умер там кто близкий или что.              — Никто не умер, — кроме его доверия к отцу, разве что.              — Он тебе сказал что-то да? Можешь не говорить, я понимаю, это типо личное. Блин, вот все проблемы у нас из-за предков, в основном, — Белла, не поднимая голову, легко кивнула на высказывание подруги. Интересно, у этой то что произошло? — Что бы там ни было, оно ж не смертельно?              — Не смертельно, — неуверенно согласился Илья. Удивительно, но от разговора с Никой становилось лучше. Она — законченная оптимистка, эта Ника, но таких людей он знал мало и в какой-то мере ими восхищался. В их дыре сохранять такую жизнерадостность не каждый мог. Неудивительно, что Белла к ней в какой-то момент прикрепилась — энергия Ники была заразительна, помогала вздохнуть легче, откинуть ненадолго злые мысли.              Илья знал, что Нике потяжелее него — ее отец таскался повсюду, стараясь уделить внимание всем своими пьяными рассказами. Дядю Сашу или Проповедника знал весь город, тот часто устраивал из своего появления целое представление. Нику это будто и не волновало, по крайней мере, сказать это по ней было сложно. Она частенько ходила рядом с отцом, вполне буднично с ним общаясь. Илья даже замечал, как та выводила отца из бара, ругаясь тихо под нос, но на следующий день ходила и привычно шутила, как ни в чем не бывало.              Насчет Беллы Илья не был уверен. Не раз он замечал, как ее родители прельщали Анжелу любыми радостями жизни, в то время как Белла казалась какой-то лишней. Место любимого ребенка явно было отведено не ей. Хватило уже того, что Анжеле совсем недавно подарили ярко-красный мерс за съемки в рекламе пирожного. На взгляд Ильи особых стараний девушка там не проявляла, но не ему судить. Анжеле могли бы хоть целую виллу подарить, будь ей уже восемнадцать, а вот Белле таких сюрпризов особо не прилетало.              — Лохушка ты, теперь они будут заставлять Анжелку возить тебя в школу, — Илья помнил, как выходя из школы под восхищенный ропот школьников, уставившихся на новую яркую машину на парковке, он услышал голос Ники, — А за твои выступления в консерватории тебе нихера такого не прилетало.              — Ник, хватит, она заслужила, — тихий ответ Беллы он тогда еле услышал. Но заметил, как Белла очень резко дернула молнию на куртке, стараясь не смотреть в сторону машины сестры. На секунду ему стало жаль Беллу, но Илья откинул мысли, возвращаясь к своим делам. Ее дела уже давно его не касались.              Сейчас взглянув на девочек, Илья понял, что возможно они именно те, кто смогут помочь хотя бы немного расставить все по полочкам.              — Вас это не злит? Что они такие? — Илья не знал толком, как сформулировать понятнее. Он даже в чувствах своих разобраться не мог. Ему просто хотелось, чтобы он никогда не брал в руки тот чертов телефон, но это лишь побег от проблемы. С него просто скинули розовые очки, и он не знал, как с этим справляться.              — Злит, конечно, да только смысл? Они ж какие есть, да и все-таки нас любят, пусть иногда и ведут себя как обормоты, — Белла слегка улыбнулась на Никино высказывание, а Илья переводил растерянный взгляд с одной на другую. Любят. Правда ли?              Я на тебя рассчитываю.              Илья начал мазать красным маркером сильнее, и Ника легонько пихнула его по запястью.              — Ты сейчас так бумагу нам порвешь, поумерь усилия.              Илья заметил небольшой шрам на большом пальце у Ники. Для нее это, конечно, дело неудивительное, он помнил, что она пару раз даже дралась в средней школе с какими-то девчонками.              — От кого это? — Ника сначала взглянула недоуменно, а потом перевела взгляд на свою руку и фыркнула расслабленно.              — Аа, это. Бармен меня так откинул один раз, когда папаню забирала. Достается иногда, бывает.              — Он что бьет тебя? — на Илью накатила такая сильная злость, что он даже не заметил, как сжал маркер в руках до треска. Девочки аж вздрогнули, а Илья зачарованно смотрел, как красное руки запачкало, на плакат немного попадая.              — Нихера ты халк, — вылетело у Ники почти зачарованно, — Блин, плакат загадили. А пофиг, туда можно солнце пририсовать, тип лучи красные.              — Что с тобой? — в этот раз тон Беллы потерял нотки первичной робости, напомнил ее давнишнюю, когда они общались совсем без стеснения. Когда были друзьями.              — Этот Игорь — гандон, — Илья вскрикнул до того, как успел задуматься над словами.              — Факт, — Ника ответила почти спокойно, и от этого взрыв эмоций у Ильи мигом поутих, — Ну ты чего?              Глаза увлажнились оттого, как быстро гнев перерос в грусть, а воспоминания вновь пронеслись в мыслях четкими картинками. Стыд от собственных слез охватил его. Илья снял очки, попытавшись быстро стереть влагу, но только сильнее разошелся, всхлипывая еще громче. Он не сразу заметил, как к нему присели с двух сторон. Белла ласково погладила его по руке, а Ника прижалась своим теплым телом к его боку, стараясь согреть и уберечь от накатившего кома эмоций.              — Ты из-за меня что ль? Да мне пофиг, я ему сама нос разбила, веришь? Он еще запищал так забавно, кажется, я ему рубашку любимую загадила. Да он просто гаденыш вредный, да и все. Его чутка заденешь в ответ, разорется и в свое логово ползет, — Илья чуть улыбнулся сквозь слезы.              — Правильно ты его, — Илья старался рассмотреть веснушки на ее лице, ткнуться в горячую кожу в ответ. Ника вся такая худенькая, острая со своей почти мальчишеской фигурой. Ярко-зеленая кофта обволакивала ее плечи, и Илья, не задумываясь, спрятал лицо в мягкой ткани. Ника в ответ по голове его погладила, волосы немного взлохматив.              — Я знаю, — довольно согласилась она, и Илья услышал смешок с другой стороны. Он с запозданием погладил ладонь Беллы в ответ, только сейчас про нее вспоминая.              — Он тебя обидел, да? — Илья сначала не хотел отвечать на вопрос Беллы, но ее голос нежным бальзамом обволакивал, мигом возвращая в те счастливые годы, когда они тесно общались.              Илья капельку злился на нее за неожиданную доброту. Это раньше они дружили, друг от друга не отлипали, слишком похожие, зеркальные. Белла частенько после школы к нему наведывалась, и они болтали часами, обсуждая все подряд от последней новинки кино до разнообразия красоты в искусстве. Он даже какое-то время думал, что влюбиться в нее мог, но потом мысль откинулась из его головы, им и без этого было хорошо.              А потом Белла резко исчезла из его жизни, общалась в школе исключительно вежливо и будто бы неохотно, старалась держаться Анжелы и в гости больше не заходила. Даже на семейных праздниках закрывалась, и Илья понять не мог, почему. Что он сделал не так?              — Немного, — Белла больше не лезла. Обернувшись на нее, Илья заметил грусть в ее глазах, и понял, что она догадалась о его мыслях. Он скучал по ней, по их посиделкам, разговорам, когда они ловили друг друга на полуслове. Сейчас с ним часто ошивался Локонов, но другом его назвать язык не поворачивался.              — Странно, с чего ему тебя то трогать? Ладно я с отцом ему воздух порчу, — Белла выразительно посмотрела на Нику, и та немного смутилась, — Ну, или он просто до всех докапывается.              — Я недавно к нему заявился специально выпить. Кстати, я там с твоим отцом немного пообщался, — Илья немного поразился такому совпадению, семья Барановых медленно, но верно проникала в его жизнь.              — То-то он про тебя трещал, — устало вздохнула Ника, — А чего тебе вздумалось до бармена докопаться?              — Он неприятный, общается свысока, и вообще.., — на большее Илью не хватило, и Белла успокаивающе погладила его по плечу, пока Ника начала покачивать ногами, задумавшись.              — Я знаю, где он живет кстати. Он, когда домой заходит, окно на распашку открывает. Давайте закинем туда что-нибудь, вот его кондрашка схватит.              Все втроем рассмеялись, и Илья шутливо согласился. Про разноцветный плакат они ненадолго забыли, поддавшись уговорам Ники сходить к автомату на третьем этаже. Илья купил всем троим сникерсы и газировку. Возвращаясь к столу Ника вовсю трещала про недавно вышедшие серии нового мультсериала, а Белла пожаловалась, что та заставила ее смотреть все серии вместе ней, а в процессе уснула. После этого особого участия в разговоре Белла больше не принимала, отвлекшись на возможность спокойно перекусить. А вот Илья сам не заметил, как начал отвечать Нике на порядок смелее.              — Слушай, круто все-таки, что тебе кондитерское все нравится. Мне вот тоже заходит пироженки всякие делать, меня процесс украшения выпечки прям расслабляет жуть как. Скажи, Белл, у меня уже лучше выходит? — Белла согласно кивнула, отпивая газировки.              — Так ты сама делаешь, выходит? — на его вопрос Ника гордо глянула в ответ, приосанившись.              — У меня мама увлекалась, вроде хобби. А за ней и я подтянулась, вкусненько же все равно. Это почти как рисование, только с едой.              У Ники на пальцах застывшие следы акварели, наверняка с художки измазалась, и когда она расслабленно скинула зеленую кофту, оставаясь в красной футболке с белой надписью “Summer girl”, Илья залюбовался мелькнувшим плоским животиком, на котором тоже виднелся шрам, только уже побольше. Откуда она их столько понабрала?              Она со своими сережками в виде вишенок, во всем разнообразии цветов казалась такой красивой, что Илья даже забыл вовремя взгляд отвести и поздно поймал момент, когда Белла с другой стороны стола смотрела на него, хитро ухмыльнувшись. Илья сразу взгляд отвел, неловко смущаясь. Некрасиво так пялиться все-таки. Но почему-то хотелось еще.              Когда они сели обратно, Ника быстренько принялась вырисовывать огромное дерево в центре, пока Белла продолжала работать с полями плаката. Илья старался прорисовать красивое солнце на месте, где накосячил, когда они услышали громкие мальчишеские голоса в конце коридора.              — О, а че здесь за собрание? Все-таки в началку решили вас отправить? — все втроем синхронно недовольно зыркнули в ответ на звучный глубокий голос Кисы, который опаздывал к уроку. Хэнк, шедший рядом, попытался пихнуть замершего друга дальше, но Киса едва ли сдвинулся с места, слишком заинтересованный происходящим.              — Ну, пошли, щяс же влетит от Татьяны Петровны.              — Да и хуй с ней, че прибьет нас что ль? — тише прошипел Киса в ответ, упрямо сворачивая к их столу.              — Пошли вон, вас не звали. Тут место исключительно для тех, кто может рисовать нормально, — Ника никогда не тушевалась перед Кисой. Эти двое с детсада не разлей вода были, и Илья старался в то время не попадаться лишний раз на глаза этому дуэту. Потому что это все равно, что огонь с бензином смешать. Они и по отдельности проблемы создавали, а уж вместе вечно крушили все вокруг. Потом Киса больше сошелся с Мелом и Хэнком, а Ника ходила сама по себе, пока не спелась с Беллой. И все-таки отголоски старой дружбы давали о себе знать.              — Да я ж так, интересуюсь, — Киса как бы невзначай подошел к столу со стороны Беллы, склоняясь над ее стараниями. Бедная Белла от этого совсем напряглась, пытаясь спокойно продолжить рисовать, — Узорчики и черточки, мм. Охуенно и разнообразно.              — Вот тебе обязательно воздух ей портить, а? Ты б еще на голову ей присел и ножки свесил, шманай отсюда, — Ника гордо выпятила грудь, с вызовом смотря на Кису, на которого этот пассаж не произвел никакого впечатления.              — Было б чем красоваться, доска несчастная.              — Красивая она, — вдруг вылетело у Ильи, и он сам неожиданно смутился собственному комментарию. Ника и Киса оба уставились на него удивленно, даже Белла голову подняла, от чего Илье стало вдвойне неловко.              — Да я не осуждаю, на вкус и цвет. Хенкалина, пошли у классной тоже отпросимся? Че нам на алгебре тухнуть?              — Ой, не. Даже не думай, вас нам тут не надо. У нас тут все уютненько и фрэндли, — не преминула вмешаться Ника.              — А я че не фрэндли? — наткнувшись на три скептичных взгляда, Киса лишь фыркнул недовольно, — Да нужно мне ваше мнение больно, хорошисты несчастные.              — Сам тогда просись, мне еще пересдавать после уроков последнюю контрольную, — вовремя ввернул Хэнк, умеряя пыл Кисы.              — И ты туда же, чего не забить то?              — Тебе хоть мозги пилить за оценки не будут. У тебя по матану за последнюю неделю ни одной тройки не было даже, — Белла удивленно уставилась на Кису, и тот только довольно ухмыльнулся. Из-за образа конкретного раздолбая успехи Кисы в математике нередко вызывали у других такие приступы изумления.              — Ладно-ладно, попробую уговорить ее без лишних матерков. Не переживайте, девчат, Илья, — нарочно выделил его имя Киса, — Скоро припру.              — При на свой матан, математик недоделанный, — стоило парням скрыться, и Ника недовольно заворчала под нос, — Ни одной тройки, блин. Для меня его оценки по матану, как личное оскорбление.              — Для меня тоже, — откликнулась Белла, все еще смотря парням вслед, — А это не перебор? Он же правда просто спросил.              — Ой, Белл, да мы с ним всегда так общаемся, — Ника невозмутимо откинулась на стуле, вытягивая ноги. Не посмотрев толком, она случайно пихнула Илью коленом и смущенно заерзала, — Ой, прости, Илюш.              Илье не особо нравилось, когда его звали уменьшительно-ласкательным прозвищем, воспринимая, как ребенка маленького. Однако в интонации Ники было что-то другое, более нежное. От нее это слышать было даже приятно.              — Ты даже половину не нарисовала, — Белла укоризненно глянула на Нику, но та лишь уставилась в потолок, расслабленно потянувшись.              — Я настраиваюсь, художнику бывает тяжело, — Ника ленивым взглядом мазнула вокруг, после чего взглянула на Илью, — Кстати, это ж твой папаша теперь в мэры прет?              — Эм, да, — Илья потерял момент, когда внимание Ники снова переключилось на него. Белла уже спокойно рисовала дальше, решив не вмешиваться в их диалог.              — Прикольно, ты типо сын важной персоны. У вас дома, наверное, все так цивильненько. У Беллы просто батя простецкий, шашлычки нам жарит, в бассейне купаться разрешает. А у тебя такой спокойный, даже холодный чуточку. Я, когда на таких смотрю, думаю, они всегда такие?              — Срединные?              — А это что значит? — Илья первоначально не хотел затрагивать еще и эту тему, но мысль прочно засела в голове, не давая покоя.              — У которых все обыденно, без острых всплесков, степенно и скучно. Поэтому и середина, в ней ничего не происходит.              — Это из-за того, что он спокойный? По-моему, чушь полная, у таких тоже и проблемы, и взрывы бывают. Просто они больше в себе держат, стараются не показывать, — неожиданно подала голос Белла.              — По себе судишь? — на вопрос Ники та замолчала, плечом дернула неуверенно. Ника и не приставала, уловив настрой подруги, — А вообще я согласна. У всех людей так, подъемы и откаты — просто у кого-то все сразу пидорасится, а у кого-то сначала долго набирается, а потом как бахнет.              — Ну, если упрощенно, то да, именно так, — Белла улыбнулась Нике, и та только подмигнула, раскачиваясь на стуле, — Ник, давай рисуй. У нас время до следующего урока.              — А давайте наплюем? Прогуляем втроем? Не хочу обратно, особенно к дрочилке.              — К кому? — Илья чуть не мазнул маркером лишнее от такого.              — Ну, — Ника, казалось, пожалела, что ляпнула не то, но сворачивать было уже поздно, — Просто географичка вечно со своими точилками жужжит на полкласса и по предмету дрочит нещадно, как и на себя, я уверена. Вот мы и придумали.              — Мы? — ладно, от Ники такое было ожидаемо, но вот от Беллы. Илья удивленно посмотрел на Беллу, которая, смущенно улыбнулась, отводя взгляд. Вот тебе и в тихом омуте.              — Киса бы оценил, — от его слов Белла замерла, с особым усердием вглядываясь в несчастный плакат.              — Чет в последнее время совсем активизировался, проходу не дает. Треснуть его что ль, да толку мало будет, — Илья уловил, как Белла черкнула ручкой на порядок сильнее, и удивился, как не понял все сразу.              — Странно даже, с чего бы такое, Белл? — Илья замаскировал слова под заинтересованный вопрос, ничем не выдавая ласковое поддразнивание, но Белла до сих пор знала его интонации. Она посмотрела возмущенно в ответ, поняв, что Илья это в отместку. Румянец ее предательски выдавал.              — Не знаю.              — Никто не знает, — задумчиво выдала Ника, — О, помяни говно.              — Ребзя, я к вам, — довольно заорал Киса, направляясь к ним.              — Вот скажи, кто в коридоре орет, когда урок пропускает, а? — Киса только отмахнулся от недовольства Ники.              — Че ты душная такая стала, морковка? — Илья весело ухмыльнулся на давнее прозвище девочки. Мало того, что она была рыжей, так еще и в начальных классах на спор сперла всю морковку из столовки. Очевидно, в тот день дома покормили ее так себе. Прозвище закрепилось надолго, но Нику не то чтобы это сильно волновало, она своим достижением до сих пор гордилась.              Пока эти двое переругивались, Белла проронила, что ей надо в туалет, выходя из-за стола. Сделать это быстро она не успела, и по пути ей пришлось протискиваться через Кису, который как специально перекрывал ей проход и отходить явно не собирался.              — Ник, а хочешь сходить в "Аист" на выходных? Он как раз открылся недавно, — Ника заведомо отвлеклась от парочки на него, выглядя так, будто плохо расслышала вопрос.              — Серьезно? Да, конечно, давай. Я слышала, там такое тирамису классное подают.              — Ага, в эти выходные еще и акция. Пообедаем, а нам еще в подарок торт шоколадный подать могут, — Ника довольно улыбнулась, уже предвкушая вкусности и не замечая, как подруга мялась, сгорая от смущения перед Кисловым, который довольно ухмылялся, наблюдая за ее попытками его обойти.              — Поссать припекло? — ладно, Киса хоть догадался понизить тон, чтобы Ника не заметила возникшей ситуации.              — Да, дай пройти, — Белла посмотрела на него умоляющим взглядом, но того не прошибало от слова совсем. Киса только к уху ее наклонился, и Илья смутился оттого, что услышал их короткую перебранку.              — А вежливее попросить?              — Пропусти, пожалуйста, — Белла еле прошла, и Киса на секунду перехватил ее ладонь, погладив слегка пальцы. Белла, что самое удивительное, не отдернула руку, только посмотрела напоследок с мягким укором. И когда ей удалось пройти, Киса посмотрел ей вслед, спускаясь взглядом по фигуре.              Если какие-то сомнения касательно этих двоих у Ильи еще были, теперь они точно исчезли.              — Прикольно так, я вот ни разу там не была. Хотела, но что-то постоянно отвлекало, а с тобой еще круче будет.              — Че свиданку планируете? — Киса присел к ним, с интересом рассматривая их старания. Ника уже дорисовала школу в виде огромного дуба, и теперь прорисовала золотую цепь, — На сказочки поперло кого-то.              — Это оригинально, ничего ты не понимаешь. Белла надоумила меня с этим Лукоморьем, они с Лилей по славянской тематике иногда угорают.              — Татьян Петровну дорисуй, будет тебе Баба Яга, — задумавшись, откликнулся Киса.              — Тебя дорисую, так еще и Иван-дурачок будет, — Киса пихнул ее ногой под столом, на что Ника лишь хмыкнула.              — А мне тоже нравится такая атмосфера, — протянул Илья, и Ника живо обернулась, отвлекаясь от одноклассника.              — Да я ничего не говорю, мне тоже заходит. Давай-ка листочки прорисовывай на этом древе знаний, хватит солнце мурыжить. А я пока небушко ясное прорисую, пусть школьники хоть где-то его увидят, не то что эта срань пасмурная из окна.              — Может, ко входу еще Калинкин мост дорисуешь? Тогда точно реалистично выйдет, — Ника коротко хохотнула на выпад Кисы.              — Меня Лиля со свету сживет, ты чего. Все должно быть очень миленько и радужно, как перспективы в нашем прекрасном городе, — не скрывая сарказма, протянула Ника, голубым окрашивая верх плаката, — А в углу надо написать пожелание школьничкам.              — Стать хорошими людьми, — угрюмо проворчал Киса, и Ника только цокнула, — Ну что?              — Когда это говоришь ты, добрым пожеланием это вообще не кажется. Блин, времени совсем мало. Вот она нашла, когда ссать.              — Это обычно неконтролируемая ситуация, Ник, — Илья тихонько посмеивался над их перепалкой, не сразу заметив приближение Лилии Александровны, их учительницы по литературе и по совместительству старшей сестры Ники.              — Как успехи? — несмотря на схожую внешность найти более противоположных сестер, чем эти две было сложно. Разве что только Анжела и Белла. Учительница сегодня решилась распустить волосы, и длинные кудри свободно покрывали плечи, пока ее внимательные зеленые глаза остановились на плакате, — Красиво у вас выходит, молодцы.              — Спасибо большое, сестренка. А можно нам за это географию пропустить? — Ника чуть отвлеклась, подпирая кулаком щеку, устало всматриваясь в лицо старшей сестры. Наверняка пыталась пробить ту на жалость.              — Тебе нет, — Киса, лица которого Лиля не могла видеть из-за того, что он сидел к ней спиной, скорчил рожицу, вызвав у Ильи тихий смешок, — И тебе тоже, Кислов, она и так жалуется, что ты уже неделю у нее не появляешься.              — Вот меня то не надо поучать, я тебе не Гендосина, с улыбочкой все это выслушивать не буду, — Лиля моментально растерялась от такого комментария, сразу превратившись из спокойной преподавательницы в молодую девушку, не сильно старше их самих. Иногда Илье было сложно поверить, что ей всего лишь двадцать два года, и она к ним приехала, только-только окончив университет.              — Для тебя Лилия Александровна, — угрюмо заключила Лиля, но ее нарочно строгий тон не оказал особого влияния на Кислова, который только ухмыльнулся в ответ, — Как закончите, принесите в 23 кабинет, я там сидеть буду.              — Лилия Александровна, — громко позвал Киса, когда Лиля уже отошла от них, — Геныч просил передать, что он бы очень хотел в следующий раз у вас остановиться, а то у него бардак. Сами понимаете, кувыркаться не очень удобно.              Бедная учительница возмущенно приоткрыла рот, но поспешила уйти, пока Кислов еще что-нибудь не сморозил.              — В смысле, кувыркаться? — теперь уже Ника пнула его под столом, и Киса устало вздохнул.              — В прямом смысле, мелочь. Тебе тоже доведется когда-нибудь, не переживай, — на этих словах Киса выразительно глянул на Кудинова, вызывая румянец и у Ники, и у Ильи, — Какие же вы дитятки милые.              — Да пошел ты! Тебя вообще тут быть не должно, ты только мешаешь работать.              — Ну, я не виноват, что ты одно место минут десять мулюешь. У тебя на щеке цвета больше, чем на плакатике вашем, — посмотрев на Нику, Илья понял, что Киса был прав. Голубое пятнышко ясно выделялось на правой щеке Ники.              — Он прикалывается? — Ника повернулась к Илье, уставившись на него своими большими зелеными глазами. Красивые.              — Неа, у тебя правда тут. Нет, да не тут, а тут. Чуть левее, ну Ник, — Ника наобум пыталась отыскать злосчастный след, но вечно промахивалась, заставляя Кису посмеиваться над ее безуспешными попытками.              — Да где? — бедная Ника уже всю щеку истыкала, когда Илья, сдавшись, поднес руку к ее щеке, аккуратно поворачивая к себе за подбородок. На удивление, она не проронила ни звука, пока он оттирал след с ее щеки.              — Че язык проглотила, конопатая? — Киса закинул ногу на ногу, наслаждаясь представлением. Ника и вправду не сразу очухалась, даже когда Илья уже отсел обратно. Но Кису от летящей в него линейки это не спасло, — Э, без драк. Я девчонок не бью.              — Не пизди, я тебя побеждала раньше, — недовольно буркнула Ника, и Илья с удивлением понял, что она пыталась украдкой глянуть на него. Может, он ее чересчур смутил? По Нике и не скажешь, что она слишком печется о личном пространстве, но все-таки он даже не додумался спросить.              — Когда нам было лет пять? Охуенное достижение, — иронично хмыкнул Киса. Илья поймал взгляд Ники и сделал вид, что занят гребанными листочками, пока Ника старательно пыталась поймать момент, чтобы посмотреть на него чуть дольше. Видеть ее такой притихшей, почти смущенной было странно, но Илье такая Ника нравилась не меньше.              — Господи, — протянул Киса, закатывая глаза, — Задрался я уже с вами.              — Ты куда? — Киса привстал, явно намереваясь пойти в сторону женского туалета. На вопрос Ники он даже не обернулся.              — Отлить надо.              — А че он в женский попер?              — Мужской ремонтируют сейчас, — Илья сам не знал, почему выручил Кислова, просто понимал, что лучше пока Нику в это не впутывать. Сами скажут, когда соберутся.              — А, ладно, — Ника почти легла на стол, положив голову на руки, — Как ты не устаешь?              — На самом деле, я не против проветриться, — Ника довольно промычала в ответ на его предложение, задорно ухмыляясь.              — Меня очень устраивает ход твоих мыслей.