A moment of joy, mixed with pain

Наконец выйдя из больницы, Чанбин помог спуститься до сих пор слабому парню вниз по ступенькам, крепко поддерживая его за талию, которая дала подметить старшему, что неплохо было бы тщательно следить за его питанием и давать порции побольше. Тело Ликса в целом было худощавым, чего только стоили его тонкие кисти рук, которых страшно было просто коснуться, ведь казалось, что они просто сломаются. Дойдя до недалеко находившейся парковки, Чанбин отыскал свою машину глазами и пошëл к ней, благо она была недалеко, и путь не был таким тяжëлым, каким казался изначально. Аккуратно проходя расстояние между ними и машиной, старший задумывался, как часто Феликс ел, чем в целом питался, усваивалась ли еда в организме полностью. А что, если нет? Что, если он ел от силы раз в день, а порции были совсем крошечные? Что, если это была лишь дешëвая еда быстрого приготовления, из-за которой могли развиться заболевания или проблемы с пищеварением? Ответ был один - это самостоятельно взяться за его рацион, и отслеживать каждый приëм пищи и не давать пропускать хотя бы один. Дотащив Ликса до машины, Чанбин вздохнул с облегчением, как-никак, на одну проблему меньше. Разблокировав авто, он первым же делом открыл дверь младшему, и естественно помог сесть на передние сидение, прямо рядом с местом водителя, который сейчас обходил переднюю часть машины и через секунду уже сел на своё место. Заведя машину и подождав короткое время, они тронулись с места, двигаясь вперёд. Погода за окном была скудной и полностью отражала реальность этого мира своей серостью и нагоняющей тоской, от которой хотелось скрыться в маленьком убежище и больше не вылезать из него, которое бы воплотило все мечты в явь и притворилось бы защитой от внешнего жестокого мира. Но… Навряд ли кто-то сможет найти такое место… Точно не Феликс, который был обречён на вечные страдания из-за собственной глупости и доверчивости. Всё, что есть у этого мальчишки – не угасающая боль внутри и чувство абсолютной вины перед всеми. Ему было стыдно. Стыдно за то, что оказался таким бессильным и поддался на провокацию окружающих, сотворив с собой то, на чтобы не пошёл ни один здравомыслящей человек. Стуки по рулю нисколько не раздражали, ведь он просто не обращал на них должного внимания и был где-то в своём мире, утопая в собственных грёзах. Но вот водителя явно что-то не устраивало, а именно образовавшаяся пробка в преддверие снегопада. “Чёрт, как же бесит!” – думал Чанбин, проклиная всех и всё вокруг. Одна из самых ненавистных Чанбином вещей - это по праву пробки, ведь из-за них не только куда-то опаздываешь, так ещё бонусом напрочь убитые нервы. Хотя всем в этой шумихе тоже не сладко, вряд ли кому-нибудь понравятся громкие звуки гудения, вперемешку с холодным воздухом, от которого если становится не мерзко, то как минимум неприятно. -Ликси, сейчас пробка, домой не скоро доберёмся. Ты пока можешь немного поспать, я разбужу тебя как приедем. – сообщив о неожиданной задержке, Чанбин перевёл глаза с дороги на уже мирно сопящего Феликса. Выдав лёгкую улыбку, он снова стал следить за дорогой, и к счастью машины стали продвигаться, и машина Чанбина не стала исключением. Оставшейся путь прошёл без происшествий, если не считать того же снегопада, что с каждой минутой всё усиливался. Доехав до парковки, Чанбин загнал свою машину на свободное место, выключая двигатель. На одну проблему меньше, но за счёт её пришло две. Первая – Феликс уснул, а будить его ни в какую не хотелось, а вторая – как донести его хотя бы до дома, ведь он точно промокнет и сможет запросто простыть. Только этого Чанбину не хватало, он же совсем не знает как лечить. Выдохнув и понадеясь на лучшее, он снял с себя кофту и накинул на чужое тело, бережно укутывая в одеяние друга. Убедившись, что одежда не спадёт, если тот, конечно, будет осторожен, вышел из машины, закрыв за собой дверь и обошёл переднюю часть авто, открывая уже другую, беря на руки сопящий комочек, закрывая локтём всë ту же дверь, и через силу, но он смог заблокировать машину. Уходя с парковки, мужчина крепко держал в руках парня и старался не издавать лишних звуков, чтобы не разбудить Ликса. Повезло, что кроме них на парковке больше никого не было. После невыносимого расстояния и нескончаемого потока снега, из-за которого было тяжко дышать, Чанбин донёс Ликса и сам дошёл до многоэтажного дома, в окнах которого горел свет. Походу школьники, либо кто-то в отпуске, но до других Чанбину не было дело, ведь для него сейчас было важно только одно – скорее добраться до квартиры и оставить там Феликса. Сам не поняв как, но он уже стоял возле лифта, ожидая его приезда. Как только лифт остановился, при этом сопровождаясь звоном, мужчина сразу же зашёл в него, нажимая на нужную кнопку, и оставалось только ждать, пока это маленькое помещение закроется, и они поедут наверх. Долго ждать не пришлось, и уже через минуту лифт открыл свои двери, выпуская пассажиров на волю, закрываясь за их спинами. Дойдя до двери одной из квартир, которая как раз таки принадлежала Чанбину, он положил Ликса на пол, шарясь по карманам в поисках ключей, что успешно было найдены через малые усилия. Тихо отпирая дверь, он всё так же нежно взял на руки тощее тело и занёс внутрь, опять же тихо закрывая дверь, но пришлось опять же приложить достаточно усилий. Когда они уже были в квартире, где свет исходил только от окон, Чанбин вновь взял на руки Феликса, не забыв, конечно же, про свою куртку и обувь, которая вовсю была разношена. Не сильно сжимая руку и бедро, которые поддерживались руками, мужчина держал путь в одну из неиспользовавшихся комнат с весьма удобной кроватью. Изначально она предназначалась для оставшихся на ночь гостей, но теперь было принято решение на её обустройку под нового обитателя. Открыв дверь в эту самую комнату, Чанбин донёс Ликса до кровати, укладывая хоть и на старую, но всё же чистую постель. Решив не переодевать юношу в новую одежду, коей не было, он вышел из комнаты, бесшумно закрывая дверь. Чувствуя усталость, которая всё же одолела даже такого человека, как Чанбин, ноги сами понесли того в сторону спальни, где он с огромным удовольствием рухнулся на мягкую постель, совсем забыв о принятии душа. Но он был не так глуп, потому и поставил несколько будильников на самую рань, дабы переделать всё то, что нужно было сделать ещё сегодня.

***

Какой самый ужасный звук может быть? Для каждого свой, ведь не существует того, к чему бы все относились одинаково. А вот Чанбин не задумываясь, сразу же вскрикнет, что, конечно же, это раздражающий его звон от будильника на телефоне. Что может быть ещё хуже, чем просыпаться утром с ощущением никуда не ушедшей усталости, и пониманием, что день только начался и всё ещё впереди? Скорее всего – ничего. Вяло открыв глаза, Чанбин мгновенно потянулся к этому злощавому источнику звука, который был первым его страданием на этот день. Отключив будильник, он сразу же потёр глаза, чтобы не свалиться заново на такую уютную, тёплую постель, но не пожалев себя, он встал на ледяной пол, который окончательно вывел его из мира морфеи, возвращая в реальность. Ежедневная утренняя рутина у Чанбина не особо чем отличалась друг от друга. Всё одно и то же: самое первое чем он занимается после пробуждения – это принятие душа, и желательно холодного, а то так и продолжит летать в облаках, неуклюже делая всё подряд, а после будет вдвойне сложнее. После не самого лучшего, но самого эффективного душа, следует переодеться. Домашняя одежда Чанбина не была какой-то особой, наоборот, классической, как и у многих других, а именно чёрная футболка, обтягивающая его накаченное тело и удобные серые спортивки, от которых бы он в жизни не отказался. Затем идёт самое важное, это приготовление плотного завтрака. Выбор остановился на рисе, кимчи и жареном цыплёнке. Готовка прошла успешно и без сложностей. Ну ещё бы, не зря же Чанбин работает шеф-поваром в одном из лучших ресторанов Сеула, который, как и полагается, отличается своими профессиональными работниками, которых явно не на улице нашли. Подав пищу на стол в лучшем виде, оставалось только разбудить Ликса, который должен составить повару компанию. Поднимаясь по лестнице, он ненароком задумался, а сможет ли Феликс съесть такое количество еды сразу. Видя его внешний вид, можно и без всяких доказательств заявить, что он точно голодал, а если и ел что-то, то точно с этой едой всё было плачевно, во всех смыслах. С этими тревожными мыслями он уже стоял напротив комнаты, где находился сам Ликс. На всякий случай Чанбин решил постучаться. Мало ли, Ликс уже проснулся, а он так бессовестно заходит в его комнату. Когда же ответа не последовало, Чанбин тихонько открыл дверь, через образовавшуюся щель наблюдая, что происходит внутри. В комнате было как и вчера: всё так же тихо и темно, но сейчас хотя бы через не очень плотные шторы просачивался какой-то свет, и не заметив ничего подозрительно, он просто вошёл в комнату, подходя к кровати всё ближе и ближе. Уже стоя прямо над спящим Феликсом, который, как и вчера, всё так же ни о чём не подозревая сладко спал, он провёл по бледной щеке, едва касаясь её кончиками пальцев. Чужой нос слегка сморщился от неожиданного касания, но иной реакции не последовало. Тогда Чанбин сел совсем близко к спящему телу, легко треся плечо. -Ликси, вставай, пойдём завтракать. – приговаривая совсем шёпотом, он таким образом вытаскивал блондина из сна – Ну же, вставай. – конечно хотелось, чтобы Ликс поскорее проснулся, но и резко будить нельзя было. -Ммм… - промычал тот спросонья – Что? – вопрос был риторическим, по тому и ответа не требовалось. Полностью садясь на кровать, парень тотально не понимал, где он сейчас находится, не говоря уже о том, что сейчас происходит. -Вставай, солнышко. Пойдём кушать, а потом я на работу. – погладив светлые растрёпанные волосы, Чанбин встал с кровати, уходя назад на кухню Ликс не понимал, что именно сейчас творится, а когда окончательно проснулся, понял, что Чанбин ожидает его кухне, чтобы вместе позавтракать. Пересилив себя, он всё же скинул одеяло, вставая на пол, от которого хотелось заново лечь в постель и дальше продолжить свой манящий сон. Окончательно встав, Феликс шатающейся походкой побрёл на кухню, где его уже давно ждали. Придя на кухню, он посмотрел на сидящего Чанбина, что терпеливо ждал его, не намериваясь начать трапезничать без него. Скромно отодвигая стул и садясь на него, Феликс спрятал руки под стол, прижимая их друг к другу, стесняясь вытащить. -Ликси, ты чего руки прячешь? Я уже их видел, так что не бойся. – пережевав пищу, он даже не взглянув на “соседа” потянулся к кимчи. Лицо всё-таки подвело парня, придавая его коже бледно-розовый окрас, что был довольно заметен, как и его веснушки, на его бледной как смерть коже. Вытащив из-под стола руки, он положил одну на стол, а другой взялся за палочки для еды. Причина отсутствия желание на показ руки была понятна: и так было бы противно смотреть на изрезанную руку, на шрамах которой были уродливые корочки от засохших каплей былой крови, так ещё и смотреть на это во время еды было равносильно мазохизму. Промолчав на счёт руки, Чанбин продолжил есть, а Феликс подхватил за ним, и стал с удовольствием уплетать стряпню Чанбина за обе щеки, что радовало глаза старшего. Видеть счастливое лицо того, кем ты дорожишь и хочешь оберегать от любой горести, не это ли настоящее блаженство? Впрочем, от своей еды он тоже не стал отказываться, набираясь сил перед рабочим днём. Завтрак проходил в тишине, как и завершился. Как только Ликс доел свою порцию, Чанбин убрал пустые тарелки прямо перед его глазами, унося мыть всю посуду. Поставив грязные тарелки в раковину, он принялся очищать их от остатков еды, ставя уже чистую посуду сушиться. Феликс наблюдал за ним издалека, думая, чем он сможет пригодиться мужчине. А ведь действительно, чем? Он ведь совсем ничего не умеет, так чем же? -Ликси, я сейчас ухожу на работу, тебе купить что-нибудь, когда я закончу? – поставив последнюю тарелку на сушку, Чанбин подошёл к Феликсу, ожидая ответа. -Нет, ничего не нужно, ты и так уже много сделал для меня, поэтому больше не надо. – отведя взгляд, он застыдился, что его стараются так опекать, ведь он этого не заслужил. -Ликси, послушай. Я это делаю, потому что хочу, а не за тем, чтобы ты чувствовал непонятную вину, которой на тебе нет. Так что ты хочешь? Если сам не скажешь, то я сам куплю тебе что-то, хоть и на свой выбор. – зная Чанбина, он явно сделает то, что сам посчитает нужным. -Шоколад… Купи просто шоколад. – сжимая кулаки всё крепче, Феликс не смел поднять глаз на Чанбина. -И всё? А не маловато ли? – сделав небольшую паузу, он продолжил – Ну, раз уж так мало, то я сам куплю ещё на своё усмотрение. -Нет, правда, не стоит. – начал сразу же отнекиваться. -Протест отклонён. – победно улыбнувшись, Чанбин встал и ушёл собираться на работу, перед этим лицезрев потерянную мордашку. Феликс и впрямь не понимал, с какой целью Чанбин всё для него делает. Ну правда, зачем? Сколько бы он не гадал, и не выдвигал разные теории, всё приходило к простому незнанию, и оставалось только нехотя, но робко соглашаться с ним. А что ему ещë делать? Расстраивать Чанбина было вовсе нельзя, ведь этот человек многое значит для него, а как-то затронуть его чувства было не вариантом. Встав с нагретого места, Ликс решил перейти на диван, который располагался в гостиной, которая ошарашила своими размерами парня, как только он зашëл туда. Комната была просто огромной, не сравнится даже со всей квартирой родителей, в которой тот раньше жил, с отцом и матерью. Он решил присесть на диван, который был сделан из мягкой основы и манящего красного бархата. Подойдя ближе к нему, он едва ли коснулся пальцами эту манящую ткань, что завораживала не только своей красотой, но и ощущениями, которые передавались через тонкие пальчики очень хорошо. Скромно присев с краю, он мигом встрепенулся, от неожидавшего голоса сзади. -Ликси, ты чего скромничаешь? Это теперь и твой дом тоже. Не бойся. Если хочешь, то сядь нормально, нечего стесняться. - застëгивая последнюю пуговицу на шее, Чанбин поправил одежду, показывая жестом руки следовать за ним - Пойдëм, мне надо кое-что дать тебе перед уходом. Поднявшись на ноги, Феликс последовал за Чанбином. По всей видимости они шли в ванную, ведь Чанбин шëл прямо туда. Когда же они остановились возле раковины, старший полез в одну из маленьких коробочек, от куда достал белый тюбик, с неизвестным содержанием. -Вот, это заживляющий крем. Тебе надо мазать им руку два раза в день, советую утром и вечером. - протягивая мазь, он передал еë в слабые руки – Ты же будешь мазать, верно? – угрожающий взгляд говорил о полной серьёзности. -Да, буду. – особых причин отказывать не было, да и рука до сих пор побаливала. -Вот и молодец. – закрыв коробку, Чанбин прошёл мимо Ликса, уходя из ванной. Блондин же, в свою очередь, всё так же последовал за старшим, не зная, что ещё делать. Они остановились в не слишком большом, но и не маленьком коридоре, где находились верхняя одежда, и соответственно - обувь. Чанбин натягивал на ноги свои брендовые кроссовки, а на верхней части тела закрасовалась та самая куртка, которая была накинута былым днём на Феликса. Когда он уже был готов к выходу, развернулся к Феликсу, строго посмотрел на него, а после со всей серьёзностью предупредил его: -Если не будешь мазать руку, я тебя всего этим кремом измажу, и обязательно пообедай, а если я буду задерживаться, то ещё и поужинай. И поспи ещё, а то я разбудил тебя в такую рань, наверняка не выспался. Ты меня понял, Ликси? – с суровостью проговорил свою речь Чанбин. -Да, я понял. – немного спугнувшись, блондин отвёл взгляд в сторону. -Ликси, я же не хочу тебе ничего плохого. Наоборот, только самого лучшего. Понимаешь, солнышко? – с благими намерениями он как всегда улыбнулся, выходя из квартиры – Я скоро вернусь, так что не слишком скучай без меня, ангелочек. – с этими словами дверь закрылась, оставляя Феликса вновь в одиночестве. Конечно же Ченбин беспокоился, всё ли будет в порядке во время его отсутствия, как Феликс справится со всем сам, не сделает ли ничего дурного, поест ли он. А как же выспаться? Сон очень важен. Даже если Феликс и будет говорить, что с ним всё хорошо, всё равно не стоит верить этому хитрецу, ведь он всего-навсего будет врать, лишь бы Чанбин не опекал его. Забота - это конечно хорошо, но никак не для Феликса, он постоянно говорит одно и то же, а на деле его потом приходится забирать из больницы. Кому точно не стоит верить в подобных ситуациях, так это точно Ликсу. “Неужели сегодня случится что-то хорошее?” И вправду должно случиться что-то хорошее, ведь сегодня без пробок, хотя встретить такое в Сеуле равносильно судьбе. Возможно… Сегодня будет хороший день?