весна

Сяо съедает всего три кусочка шоколада, когда дописывает конспект по всемирной истории, хотя Чжун Ли освободил его от этого. Сяо нужно чувствовать себя живым. Ему необходимо заниматься тем же, что делают остальные. Иначе он впадет в отчаяние. Он пишет Ху Тао о таблетках и переписывается с Итером, уверяя, что у него все в порядке и он уже собирается спать. Друг шлет миллион переживающих смайликов и желает Сяо спокойной ночи. Сяо ставит телефон на зарядку, закрывает тетрадь, кладет в сумку все учебники и тетради на завтра и радуется, что будет всего три пары. Быть обычным студентом на самом деле неплохо. Особенно когда все это может закончиться в любое мгновение. Сяо снова идет в душ, но на этот раз старается не мочить голову. Он заранее переодевается в пижаму, греет в микроволновке полуфабрикаты и немного жалеет, что доел ту курицу, принесенную Чайльдом, еще днем. Если будет следующий раз, наверное Сяо попросит Аякса приносить побольше, если его это не затруднит. Хотя, зная насколько парень старается угодить его дяде, Сяо кажется, Аякса это даже обрадует. Он доедает свой безвкусный ужин под новости и прогноз погоды на завтра, а затем ложится на диван, что служит кроватью, и засыпает практически сразу, чувствуя приятную усталость. Сяо бы хотел умереть во сне. Без боли, без сожалений. В четыре утра Сяо, корчась от боли в голове, просыпается, сползает с дивана и на ватных ногах еле добирается до туалета, опустошая желудок. Живот предательски урчит, но Сяо слишком слаб, чтобы думать хоть о чем-то. Его тело начало отвергать еду совсем недавно. Поход ко врачу не дал утешительных результатов. Сяо умирает. Очень медленно, постепенно. Ему всего двадцать с небольшим. Вероятность дожить хотя бы до тридцати крайне мала. Сяо не надеется. Днем он живет. Ночью доживает. Бесполезно проспанные часы жизни. Сяо ничего не может с этим поделать. Он слабеет. Худеет. Он живет на втором этаже, потому что при подъеме на третий у него уже начинает темнеть в глазах. Однажды он умрет. И все вокруг перестанут беспокоиться о нем. Он просто ждет. Просто ждет. Утро Сяо встречает на полу возле дивана. Он отключился, и он не помнит когда именно, но времени достаточно, чтобы прийти в себя, привести свое тело в божеский вид и заявиться в колледж. Итер снова будет ворчать, что у него синяки под глазами, Чжун Ли снова будет делать вид, что он всего лишь профессор, а потом припрется к нему домой вместе с Аяксом и Сяо будет вынужден слушать причитания Тартальи о том, что его дядя слишком привередлив в еде. Сяо ждет выходных. Ему нравится слушать треп Чайльда, нравится слушать эти тихие невозмутимые вздохи своего дяди, ему нравится живая атмосфера, нравятся люди. Сяо нравится жить. Типичные утренние процедуры, завтрак на скорую руку, не забывать смотреть на бесполезное время. Сяо выходит из дома, надевая все то же пальто с шарфом, что вчера вечером. Он идет к колледжу и по пути встречает Итера. Друг жалуется на сестру, что та не знает ничего о личном пространстве и еще о какой-то мелочи. Сяо не слушает. Он никогда не слушает пустой треп, а Итер слишком привык к его молчанию, чтобы замечать это. Идеальный тандем. Они разговаривают о погоде и Сяо почти слышит сорвавшийся с губ друга вопрос о его пальто, но Итер вовремя себя останавливает. Нет смысла задавать Сяо вопросы, на которые он не будет отвечать. Учебный новый день начался также, как и предыдущие. Сяо клонит в сон на парах, и он почти побеждает сонливость, засыпая лишь на оставшиеся двадцати минут. Итер будит его коротким толчком в плечо, что-то говоря о конспектах, но Сяо не слышит. Не потому, что не хочет, а потому что не может. Снова гул в ушах. Ничего не меняется. Расплывчатые пятна-однокурсники. Аякс, Кэйя, Дилюк. Среди всех они почему-то выделяются больше, возможно потому, что с ними Сяо общается хотя бы иногда, или потому что эти трое по возможности ходят вместе. Сяо никак не поймет спокойного Дилюка, общающегося с этими двумя шутами, но его жизнь слишком коротка, чтобы задумываться о других людях. Сяо о себе позаботиться иногда не в состоянии, что уж говорить о других. Небольшой перерыв. Разговоры у подоконника. Опустошенная бутылка с водой. Проскользнувшая мысль о том, что он так и не забрал таблетки со стола. Если он не выпьет лекарство сегодня, завтра ему уже не придется их принимать. Перспектива не радужная, Сяо пока не собирается умирать. По крайней мере, руки он опустил не до конца. Переглядки с Аяксом, значащие все, что угодно. Он хочет о чем-то поговорить? У него какое-то дело? Сяо не узнает, пока Чайльд не подойдет к нему сам. Разрыв зрительного контакта. Снова возвращение в бессмысленный треп Итера о предстоящей паре. Сяо оглядывает коридор, ловя себя на том, что его взгляд никак не может зацепиться хоть за что-нибудь. Странное чувство. Сяо старается не думать об этом. Снова пара. Снова сон. Всемирная история прошла мимо Сяо. Итер удивляется, как Сяо еще не выперли из колледжа за постоянный сон на парах. Сяо и сам не понимает. Он бы, на самом деле, с радостью послушал предмет, но в кабинетах всегда прохладнее, чем в коридоре. Чтобы не заболеть, организм Сяо переходит в спящий режим, пытаясь сохранить все то малое тепло, что нагрелось под одеждой. В любом случае, у него всегда есть Итер, который поможет с конспектами, на крайний случай есть Аякс, которого можно уговорить, на самый крайний случай Чжун Ли присылает ему файл с материалом для изучения. Сяо, возможно, должен чувствовать себя обязанным, но он поклялся брать от жизни все и не отказываться от помощи. Если у него будет шанс сделать глоток воды перед смертью, он прочувствует этот глоток всем своим естеством. У Сяо нет времени на раздумья. Сяо просто живет. Время обеда подкрадывается незаметно, но Сяо оставляет Итера на растерзание Аякса с Кэйей быстрее, чем тот вообще успевает понять, что его кинули. Он покупает себе еще одну бутылку с водой и приходит к мысли, что было бы неплохо не выкидывать бутылку, а просто каждое утро наполнять ту. Так и денег будет меньше уходить. Не то, чтобы Сяо откладывал на что-то, просто такое решение кажется во многом практичным и логичным. Он решает прогуляться по территории, чувствуя легкое головокружение от постоянного нахождения в четырех стенах. Улица встречает его приветливым весенним порывом ветра, от которого Сяо прячется в шарф, как от острого ножа, но назад все равно не возвращается. Сяо нужно дышать свежим воздухом гораздо чаще, чем обычным людям, поэтому он продолжает свою неспешную прогулку, грея в холодных руках бутылку с водой. Сяо не любуется красотами природы и не подмечает в какие заковыристые фигуры выстраиваются облака, потому что ему неинтересно. Обычная прогулка. Несколько глубоких вдохов и рваных выдохов. На мгновение прикрыть глаза. Почувствовать, что его легкие все еще способны дышать. Порадоваться этому моменту. Развернуться, чтобы пойти назад. — Сяо! — за последние два дня еще никто столько раз не произносил его имя, сколько уже успел произнести его Венти. Сяо разворачивается обратно, наблюдая бегущего к нему со всех ног парня с каким-то бутербродом в руках. Пока этот ураган с косами не настиг его, Сяо выглядывает из своего шарфа и краем глаза подмечает всю ту же компанию друзей Венти. Они сидят за столиком и о чем-то увлеченно болтают. В этот раз, видимо, их не так сильно волнует отсутствие друга, — о, это правда ты! — То-есть, ты кричал мое имя, даже не будучи уверенным в том, что это я? — Сяо чуть изгибает бровь в немом вопросе, но практически сразу возвращает своему лицу меланхоличное выражение. Венти смущенно смеется. — Но ведь это ты, — довольно выдает он. — Ты прав, — Сяо кивает, — это правда я. Ты что-то хотел? — Нет, — ухмыляется Венти, пожимая плечами, — я просто увидел тебя и решил поздороваться. — Вот как, — Сяо выдерживает недолгую паузу, — я пойду. — Стой! И хотя Сяо еще не успел сделать и шага, Венти все же хватает его за рукав пальто, словно боясь, что Сяо вот-вот сбежит от него. Быстрый взгляд на покрасневшую руку в ссадинах, с силой сжимающую теплую ткань. Короткий вздох. Сяо осторожно отцепляет руку Венти, оставаясь стоять на месте. — Что-то еще? Венти оглядывается на своих друзей, будто они могут что-то ему подсказать, но девушка так увлеченно что-то рассказывает одному из парней, когда как другой листает книгу, что те не замечают этого взгляда. Вернув свои глаза на Сяо, перед тем как выдать, практически на одном дыхании, Венти делает глубокий вдох. — Я бы хотел и дальше общаться с тобой, поэтому, если ты не против, давай обменяемся номерами? Пожалуйста? Заводить друзей, когда ты даже не можешь выйти из дома в непогоду — плохая идея, но Венти строит такое просящее выражение лица, что Сяо не может отказать. На самом деле, у него имеется слабость к милым маленьким вещам. — Ладно, — Сяо достает телефон из кармана и отдает тот Венти, чтобы он вбил свой номер. Сяо не очень понимает для чего все это делает, зачем собирает вокруг себя людей, которых обманывает, которые не знают о том, что однажды его не станет. Но Сяо живет. И пока он все еще дышит, он будет жить как обычный подросток. Они переговариваются еще несколькими незначительными фразами. Венти предлагает Сяо пообедать вместе с ними, но Сяо врет, что уже поел и не хочет смущать его друзей своим мрачным молчание. Венти не соглашается с тем, что молчание Сяо «мрачное», но больше не настаивает. Поднимается ветер и его косы смешно трепыхаются, пока Венти обещает, что напишет ему сегодня вечером и предлагает как-нибудь сходить вместе погулять. Сяо соглашается, хотя понимает, что, скорее всего, до «когда-нибудь» он не доживет. Он эгоист и лжец, но лучше уж так, чем просто сидеть дома днями и ждать, пока часы пробьют час и минуту его смерти. Лучше делать хоть что-то. Даже если надежда и ложная, лучше давать ее. По крайней мере, он может сделать жизнь других людей чуть веселее. Хотя Сяо и веселье понятия несовместимы, все же будет здорово, если о нем будет помнить не один человек, а несколько. И не важно, что в итоге он сотрется из их памяти, станет тенью прошлого, пока о нем будут помнить, Сяо будет спокоен. Итер ругается на него, когда Сяо возвращается в аудиторию перед самым началом пары, но на вопрос где он был и почему пришел так поздно, Сяо не отвечает. Он не знает как сказать Итеру о Венти, не знает стоит ли называть его своим новым другом и не уверен, что стоит рассказывать как именно они познакомились. Сяо знает, что тело Венти усыпано гематомами, синяками и ссадинами, и он уверен, что об этом ему не стоит рассказывать кому попало. Даже своему лучшему другу. У Сяо есть принцип — не лезть в личную жизнь других людей. И Сяо будет придерживаться ему до самого конца. К слову, ни в этот вечер, ни на следующий день, ни через Венти ему так и не написал. На выходных Сяо как-то не задумывался об этом, поскольку вся его голова была занята болтовней Чайльда и Чжун Ли, которые с радостью заявились к нему в субботу утром и пробыли в квартире практически до самого вечера. Аякс оставил ему несколько стаканов с парфе и наполовину заполненную кастрюлю с пастой в сырном соусе, угрожая, что, если он не съест это все, он будет капать Чжун Ли на мозги до такой степени, что Сяо придется переехать к ним. Переезжать Сяо не хотелось, тем более к ним, поэтому он пообещал все съесть и постараться не разбить посуду, пока будет мыть ее. Чжун Ли посоветовал сходить ко врачу. Сяо стал слишком часто падать в обмороки, а еще ему не нравится, что его рвет посреди ночи. Сяо согласился, но про себя отметил: «Я умираю. Логично, что ничего хорошего со мной происходить не будет». Оставленная Ху Тао банка с лекарствами перекочевала в учебную сумку. Пока Сяо работал, Чжун Ли с Аяксом без зазрения совести пользовались его платной подпиской и смотрели фильмы, дожидаясь его возвращения. Они еще ни разу не оскверняли его кровать и только за это Сяо был готов открывать им дверь и пускать в свое убогое пристанище. Выходные прошли хорошо и спокойно. Голова кружилась, но в обмороки Сяо не падал. По ночам его выворачивало наизнанку, но ничего необычного не происходило. Разве что Венти так и не написал ему.