Часть 3
19 февраля 2023 г., 11:28
Справившись с первым изумлением и восторгом перед возможностью побывать в заповеднике, Финдэ не мог не задуматься, зачем Куруфинвэ зовет его с собой. Этот кузен совсем не походил на того, кто будет бескорыстно делиться радостью с ним, сыном Арафинвэ. И дальнейшие скользкие речи, граничащие с ложью, если не являющиеся ею, подтвердили этот вывод. Едва ли не впервые Финдэ так откровенно лгали в глаза, и он растерялся. Но неожиданный для самого Финдэ гнев и желание добраться до истины заставили его сказать гораздо резче, чем он решился бы в иных обстоятельствах:
— Я не поеду, пока не узнаю правду.
Это было обвинение во лжи, и Финдэ самому стало страшно от произнесенных слов. Что, если он ошибся? Он обидит напрасно своего родича, пришедшего к нему с открытым сердцем. Но нет, сердце Куруфинвэ не было открытым, это Финдэ чувствовал верно. Но что, если Куруфинвэ в ответ на обвинения пойдет на конфликт? Разыграет обиду, пожалуется своему отцу, тот поругается с отцом Финдэ, дойдет до деда… Финдэ едва не зажмурился, представляя, каким скандалом могут обернуться его неосторожные речи.
Однако Куруфинвэ… смешался. Отвел глаза. Сказал смущенно и вместе с тем сердито:
— Я никакого вреда тебе не желаю. Что ты прицепился?
Финдэ постарался незаметно выдохнуть. Не так сын Феанаро страшен, как он себе вообразил. Да Куруфинвэ ведь и ребенок наполовину, глупо было об этом забыть.
— Тогда тем более ты можешь мне всё рассказать. Товарищ с открытыми глазами куда полезнее, чем тот, кого используют вслепую.
Куруфинвэ уставился на Финдэ, как будто тот изрек неслыханную мудрость. Можно было легко представить, как быстро шныряют мысли в его голове.
— Ладно, я тебе скажу, — решился он наконец. — Я обещал матери, что не пойду один — только если со мной будет кто-то из старших братьев или кузенов. Вот, для начала позвал тебя. Но если тебя что-то не устраивает, у меня еще много родственников.
Финдэ скорее верил в то, что к нему-то Куруфинвэ пошел от полной безысходности, но говорить это вслух не стал.
— Понимаю. Но почему ты сразу не отправился в заповедник вместе со своими братьями?
Куруфинвэ насупился. Следующие слова явно стоили ему больших усилий.
— Потому что они не хотели меня брать.
Финдэ с трудом сдержал готовый вырваться вопрос («Так зачем же ты тогда туда идешь?!») Очевидно, здесь замешаны какие-то семейные дела Первого Дома, лезть в которые Финдэ совсем не хотелось. Меньше всего ему улыбалась перспектива учить кузена Куруфинвэ уважению к старшим.
Что ж, даже без подробностей картина была ясна: Финдэ приглашали в авантюру, которая, будучи неизбежно раскрытой, не понравится ни братьям Куруфинвэ, ни его родителям, ни, с большой вероятностью, дедушке Финвэ, а может быть, и самому Оромэ. Здравый смысл категорически велел отказаться. Кровь нолдор вместо этого заставила спросить:
— А ты уверен, что нас без Тьелкормо пустят внутрь заповедника?
Куруфинвэ оживился и сказал убежденно:
— Разумеется. Я же любимый брат Тьелкормо.
А ведь и правда: этого, пожалуй, пустят. Майар, занятые животными, вряд ли смогут оценить нюансы отношений эльдар, вроде того, что и любимому брату можно захотеть открутить голову за непослушание. Авантюра Куруфинвэ имела шансы на успех. Финдэ задумался, еще раз взвешивая всё.
Родню из Первого Дома Финдэ знал плохо. Слишком много времени в детстве жил в Альквалондэ и виделся с нею редко, по большей части на крупных праздниках у дедушки Финвэ. Трое старших кузенов ему определенно нравились по тому впечатлению, которое он успел составить: внимательный и доброжелательный Майтимо, искрометный Макалаурэ и Тьелкормо, всегда так искренне довольный собой и всем миром, что всех заражал радостью. Младших, Морифинвэ и Куруфинвэ, Финдэ знал совсем мало, и, пожалуй, их не было в списке тех, с кем он хотел бы свести близкое знакомство. В них сквозило какое-то странное и неприятное сходство с дядей Феанаро — притом что сам дядя Феанаро был Финдэ скорее по душе (хотя бы как прекрасное в своем роде явление природы, которым лучше любоваться издали). А вот добрая тетушка Нерданэль ему нравилась без всяких оговорок, и это тоже имело вес в нынешней сложной ситуации.
Как бы плохо Финдэ ни был знаком с этой ветвью семьи, не вызывало сомнений, что все сыновья Феанаро были упрямы и темпераментны. Куруфинвэ, явно закусивший удила, и без содействия Финдэ наверняка найдет способ отправиться в запретный заповедник. В заповедник, закрытый для эльдар, потому что там для них слишком опасно…
По-хорошему, о намерениях юного Куруфинвэ нужно было рассказать взрослым. Но кому? Его отцу, чтобы получить ушат холодной воды за то, что посторонний вмешивается в дела семьи? Своему отцу, чтобы то же самое получил от полубрата он? Дед Финвэ был в Валимаре, у родни бабушки Индис, и это еще одна причина не приближаться сейчас к дяде Феанаро. Тетушка Нерданэль, похоже, не видела проблемы в том, чтобы отпустить сына почти одного. Старшие кузены все уже уехали.
С удивлением Финдэ осознал, что старший кузен тут он. То, что сам Куруфинвэ явно считал всего лишь выгодной ему формальностью, было правдой: Финдэ действительно был старшим. И ему придется выполнить просьбу Нерданэль и приглядеть за тем, чтобы с ее безрассудным сыном ничего не случилось.
Впрочем, Финдэ был честен с собой и признал, что, помимо соображений долга, ему очень хочется воспользоваться случаем, чтобы посмотреть и на великих ящеров, и на своих старших кузенов в естественной среде обитания. Оставив в Альквалондэ самых близких друзей и родных, с которыми вырос, он как никогда нуждался в средстве против скуки и одиночества. Финдэ сказал, стараясь не выдать радость:
— Хорошо, Куруфинвэ. Я пойду с тобой в заповедник.
Куруфинвэ с облегчением выдохнул. Похоже, он решил не искушать судьбу и, получив согласие и еще раз договорившись о времени завтрашней встречи, попрощался и ушел с почти неприличной поспешностью. А Финдэ остался собираться и размышлять.
Воодушевление быстро оставило Финдэ, когда он прикинул, насколько трудную и масштабную задачу перед собой поставил. Оберегать Куруфинвэ? Он по-прежнему ничего не знал о подопечном, но был уверен, что на сотрудничество с гордым сыном Феанаро рассчитывать можно в весьма узких границах. С одной стороны, Курво должен иметь хотя бы общие представления о том, как собираться в поход и как там себя вести. Брат у него в свите Оромэ, да и отец, как слышал Финдэ, много путешествовал по Аману. С другой — он, очевидно, псих. Финдэ решил на всякий случай самые нужные вещи и запас еды брать на двоих.
К концу дня идея отправляться в заповедник с кузеном окончательно потеряла привлекательность. Редкие звери уже не перевешивали тяжелого рюкзака и сомнительной компании. Но родители Финдэ, к сожалению, ничуть не стали возражать против этого путешествия, а отец даже откровенно обрадовался приглашению с той стороны семьи — конечно, он-то по большей части водился со старшими племянниками и вряд ли представлял специфику Куруфинвэ.
Оставалась последняя надежда, что мать Куруфинвэ, взглянув на такого «старшего», рассердится и запретит это предприятие. Однако когда Финдэ на следующее утро подъехал к дому Феанаро, чтобы дальше отправиться вместе с кузеном, Нерданэль встретила его без малейшего возмущения. Выйдя проводить путешественников, она посмотрела на Финдэ очень серьезно и сказала:
— Спасибо тебе, Финдэ. Присмотри, пожалуйста, за Курво. Он может быть таким неосторожным.
Финдэ оставалось только кивнуть.
Сыну Нерданэль протянула увесистый даже по виду сверток, от которого пахло земляничным вареньем на меду.
— Это вам с братьями, кузенам и дорогой Арельдэ. Не съешь всё по дороге!
Куруфинвэ спорить не стал, но, заталкивая гостинец в сумку, красноречиво вздохнул. Мысль, что кузену тоже не удастся погулять по заповеднику налегке, немного примирила Финдэ с будущим.
