Снись мне

      На Ежегодной премии зельеваров в Вероне было людно. «Золотой котёл» вручали за наиболее успешное коммерческое изобретение в области зельеварения в Европе. И вот уже который год его владельцами становилась чета Снейпов.       − Нет, ну это уже прямо неприлично! – Ворчала шикарная брюнетка, в чьем декольте можно было потерять целую флотилию.       − Не могу с вами не согласиться! – Поддержал её сухощавый блондин с моноклем, − безобразие! Малолетние выскочки!       − Выскочки выскочками, а деньги делают немалые, − хохотнул дядечка в белом кителе.       Меж тем чета Снейпов, неузнанная под чарами, давилась смехом в сторонке.       − И всё-таки, они забавные! Может, не стоило уводить у них из-под носа котёл и в этом году? – спросила полненькая кудрявая женщина, лукаво улыбаясь.       − Ещё как стоило! А то они тут совсем обленились. Это болото нужно время от времени встряхивать, − отозвался высокий и худой щеголеватый брюнет, похожий то ли на испанца, то ли на уроженца этих мест.       − Северус, ты неоправданно жесток, − притворно вздохнула она, привалившись к мужу бочком.       − Какой есть. Что ж, пойдём, заберём нашу награду, моя сладкая?

***

      − И премию этого года, за зелье «Жидкого гламура» вновь получают Северус Снейп и Джин Снейп!       Снейп поднял Золотой котёл над головой. Пятый котёл. Ни один зельевар за последние несколько сотен лет не удостаивался такого количества наград. Котёл считался чем-то вроде Оскара в мире мастеров. А у них с женой их пять.       Женщина рядом с ним радостно засмеялась. Всем этим завистникам-коллегам и не снилось ни их счастье, ни их слава. Им оставались только слова. И пускай сейчас все завидуют Снейпам, бывали времена, когда у них на двоих была одна корка хлеба.       Бывало, что он срывался и орал, бывало, что она хлопала дверью, порываясь уйти. Но как бы далеко она не уходила, её продолжали преследовать сны. Сны в которых она вся его. А он – её.       И она всегда возвращалась, пока не осталась с ним навсегда.

Конец