When it hurts

Феликсу понадобилась целая вечность, чтобы уснуть. Хёнджин свернулся клубочком в его объятиях, он до сих пор был теплым. Было настолько тепло, что Феликс чувствовал, как пот струится по его собственной коже, но у него не хватило духу оставить своего хёна одного. Было раннее утро, когда Ёнбок проснулся от удара в бок. Он огляделся, полностью дезориентированный, прежде чем вспомнить что он уснул на кровати Хенджина. Глядя на своего парня, Феликс понял, что его разбудило. Лицо Хенджина застыло в панике, его руки били воздух, тогда он бормотал что-то слишком тихое, так что Феликс не мог его понять. — Джинни, — сказал Феликс, быстро переместившись так, что он завис прямо над Хёнджином, прижимая его руки к кровати. Его мысли метались, когда он понял, что совершенно не представляет, что делать: он не хотел, чтобы Хёнджин навредил себе, его сомнения могли только усилить панику. — Джинни, — сказал Феликс громче, слегка нажимая на его руки, — малыш, проснись. Хёнджин застонал и сопротивлялся Феликсу, казалось, целую вечность. Вдруг его тело дернулось вперед, и он вяло заставил самого себя открыть глаза. — Ликси?– спросил он неуверенно, его тело начало дрожать — Я здесь, малыш, все хорошо. Это был просто кошмар. — Феликс, — всхлипнул он. Джин бросился в объятия Феликса, вцепившись ему в спину, словно младший мог выскользнуть из его рук и исчезнуть, если бы он не держал его так крепко. – У меня есть ты, все будет хорошо. – Не уходи, — умолял он, — не оставляй меня, прости... — Прости за что, дорогой? — спросил Феликс, выводя на спине Хенджина незамысловатые узоры. – Не уходи. — Я никогда не уйду, малыш, обещаю. Я буду прямо здесь, рядом с тобой. Потребовалось время, чтобы дыхание старшего пришло в норму. Они сидели в приятной тишине, время от времени слыша рваные всхлипы в дыхании Хёнджина. Хватка Джина немного ослабла, его ногти больше не впивались так болезненно в спину Феликса. – Феликс? – Мм. – Мне так стыдно. – Тебе не за что стыдиться, хён. – Мне очень жаль. Феликс осторожно опустил мальчика на простыни, а Хёнджин крепко сжал его руку. Неуверенно он положил руку на лоб другого, страх сгустился у него в животе. Он все еще был очень горячим. На самом деле Феликс знал, что температура может пройти как минимум через день, но он действительно думал, что лекарства ему помогут. – Твоя температура все еще высока. — Ты такой красивый, — сказал Хёнджин, обхватив лицо Феликса, — прости. –Все в порядке, отпусти меня, и я возьму тряпку. Поверь, тебе станет легче. Когда Феликс начал двигаться, на лице больного мальчика промелькнула паника. Его рука метнулась и схватила Феликса за запястье, и слезы беззвучно потекли по его лицу. – Нет, нет, нет, — пробормотал он. – Эй, Джинни, всё хорошо. Я никуда не уйду, обещаю. Так они и заснули — Хёнджин свернулся клубочком вокруг рук Феликса, а сам Феликс тихо лежал под своим парнем.