И у Богов бывают критические дни

Коула смотрела, как её маленькое тело в мгновение ока превращалось в бомбу. Она помнила весь жар и боль, который был тогда в ней. И момент освобождения. Мягкий, тягучий и приятный. На проекции появилась яркая вспышка. Двор, на котором все происходило, исчез, сметаемый выплеском энергии. А затем и саму камеру поглотила тьма. У неё дрожали пальцы под столом. Это то, что она схоронила давно и в подсознании. А теперь этим её макают, как котёнка в тапки. Девушка подняла взгляд на родное лицо и окаменела. Оно было пустым и отстраненным. Никакой поддержки или хотя бы смягченного взгляда. Это больше не Альфред. Это был Вайт. Профессионал, Высший. Гений пыток и допросов. И теперь она его жертва. Все года побегов были лишь для того, чтобы заманить сбежавшего зверя в клетку. Её Зверя. Болезненный зуд обиды нарастал в груди. Молчание гнетущей паутиной сжимало помещение. Коула не хотела сдаваться, ведь годы тренировок дают свои прелести. Устойчивость к моральному и психическому воздействию была одна из них. Вечер или же день обещал быть явно томным. — Что вы хотите от меня услышать, — холодно спросила девушка, выстраивая ментальные щиты на самое дно сознания, — что я сожалею? Так вот, нет. Я даже не знаю, что происходило. — Как и 6 часов назад в квартале чёрных торговцев, — светловолосая голова слегка склонилась влево, — тоже не знаешь? Ты встретилась с Тенеплетом, и затем произошло разрушение двух ближайших кварталов. Тебе напомнить о законности работы с Тенями? Или ты решила, что, прикрываясь кем-то могущественным, можешь избежать ответственности за сделанное? И что ей было ответить на кинутое обвинение в покрывательстве и работе с теневыми способным? А ровным счетом ничего. «Покрыватель» как раз и призывал к ответу за что-то. А, собственно, за что? За пойманную шляпу или за связь с тем ублюдком, с которым она «делила» квартиру? Перебирая крайние воспоминания в своей не очень светлой головушке, Коула нашаривала только белый шум. Ровным счетом ничего. Даже воспоминаний. Словно по ней прошлись шредером для документов. — Я смотрю, работать мы просто так не хотим? — Вайт более удобно устроился на пластиковом стуле. — Хорошо. Можно выйти на два варианта: первый — ты добровольно сливаешь нам свои мысли и больше не участвуешь в допросе. Девушка натянуто усмехнулась, чем вызвала только неодобрительное хмыканье присутствующих. — А второй вариант — меня пропустят через мясорубку для мозгов и без моего согласия выудят все. АБСОЛЮТНО, — спокойно ответила она, аккуратно поворачивая голову из стороны в сторону, — только вот вопрос: а ты готов к тому, что они там найдут, милый? Вопрос был адресован сразу к двоим присутствующим. И ну произвел ровным счетом ничего. Вообще ничего. Гробовая пауза была длинной в одну тысячную секунды. — Это угроза, капитан? — холодно уточнил Вайлдер, обходя ее стул, — или вы хотите выбрать того, кто представит Ваше сознание перед Правлением без цирка и насилия? Оно гарантирует закрытое заседание с полным восстановлением полномочий и должности по окончанию слушания. Красочный спектр эмоций отобразился на лице девушки: от мысленного посыла всех к чертовой матери до истеричного испуга. Она не была готова снова нырнуть в клетку с ошейником. Точнее, она совсем не хотела этого. Ей нравилась старенькая квартирка и ее очаровательная робота секретарем. Вечно не хватающая зарплата, узкие неудобные костюмы, туфли с стирающимися набойками и слишком коротких для работы суток. Она любила быть бумажным червяком без опознавательных знаков. — Полномочий? Должности? — истерично хихикнула красноволосая, прожигая серый ледяной взгляд. — Периодический грязный секс с непонятно кем, переломы, взрывы, контузии — вот что это такое! Каждая операция — угроза жизни и здоровью… Гаран… — Хватит! — рявкнул Доуэль. От этих слов пространство исказилось и сжалось в одну точку, лишая ее возможности даже вздохнуть, — капитан Рэд-1, Вы лишены возможности самостоятельно предстать перед Правлением. Из Вас будут извлечены все воспоминания и находящийся в Вас способности. После заседания Вам будет озвучен вердикт и приведен в действие. Точка видимого пространства лопнула, и Коула лишилась создания.

***

Зеленое море тихо и спокойно отбивало свои волны по мановению ветра, увлекая за собой листья деревьев. В такт танцу зеленого ковра колыхались кораблики цветов и трав, отдавая ветру свои летние чистые ароматы. Небольшой бор, словно усталый старик, скособочился у холма. Коула сидела на своём любимом дереве. Дуб был стар и изувечен временем. Его ветки были похожи на скрюченные пальцы, которые тянулись высоко к небу и создавали тень в прекрасный летний день. Она с упоением наблюдала за тем, с каким упорством энергия бегала по жилам этого древнего существа. Она бежала от корней и дальше, к более молодым и жаждущим деревцам, обдавая их жизнью. Девушка ловко наплела на палец одну из нитей энергии. Нить тут же ощетинилась, дернулась и исчезла в потоке своих сестер. — Дуб перестал восхвалять твое существование, принцесса? — слегка хрипловатый голос вызвал в ней нежную улыбку. — Неужели ты его обидела? Мужские пальцы ласково погладили ногу, требуя внимания к обладателю. Прикосновение вызвало бурю эмоций, заставив стадо бабочек вспорхнуть у нее внутри. — Я умею обижать только тебя, — ласково ответила девушка, продолжая соревноваться с нитями жизни и намеренно не смотря на того, кто пришел. — Да, в этом ты профессионал, дорогая, — теплое дыхание обожгло шею. — Я снова не в милости Королевы жизни? Легкий смех вырвался у нее из губ. И тут же превратился в слабый стон удовольствия. Губы мужчины оставляли сладкие ожоги на ее плечах, шее и спине. А руки захватили власть над ее телом, удобнее устраивая на коленях пришедшего. — Ты оставила меня, воспользовавшись тем, что я уснул, — голос был наигранно обиженным, но все так же волновал до кончиков пальцев. — Ускользнула, не дав мне и шанс… — Шанс на что? — хихикнула девушка, не открывая глаз и наслаждаясь лаской. — Шанс снова утянуть меня в кровать? — Ты моя жена… Истинная супруга, — с гордостью ответил мужчина, крепче прижимая к себе. — С каких пор я не могу делать все, что захочу? Она с интересом распахнула зеленые, как трава, глаза и встретилась с иссиня-черными своего супруга. Его взгляд был томным и манящим, словно бездна. Ей хотелось вечно тонуть в этих глазах, окутанной этим невероятным запахом мужского тела и покрывалом любви. — Мы ...еще не... муж и жена, — слегка покраснев, пробубнила девушка, — предложения я не услышала, да и что-то кольцо не красуется на моем пальце… Брови мужчины сдвинулись от негодования и недовольства. Ему не нравилось такое поддразнивание его мужского достоинства. Конечно, она сама отказывала и вечно уходила от возможности приобрести ей хотя бы кольцо. Но уж очень ей нравилось ковыряться вот в этой самой ранке на его большом эгоизме. — Мы не раз об этом говорили, — тихое рычание сотрясло его грудь. — Мы истинная пара. И я по праву называю тебя супругой. Даже если тебе это не нравится! — Ой, ну все… Ты прям как старикашка, у которого забрали зубные протезы, — посмеиваясь, начала выкручиваться из рук красноволосая, — я вижу каждый день, что ты моя пара, не напоминай. Мужчина спрыгнул с ней на руках на землю. Злость волнами исходила от ее возлюбленного, меняя поток ветра вокруг них. Ее мужчина… Она с удовольствием смаковала это выражение, глядя на того, кто перед ней стоит. На его груди была только зеленая энергетическая метка, близняшка той, что была у нее. Она переливалась такими невероятными цветами, что всякий раз завораживала. Метка всегда отображала то, что чувствовал ее владелец к своему супругу. И, по счастью, Коула дарила и получала столько любви и нежности, что ими можно было бы затопить все пространство и еще немного. Не важно, что с ними и между ними происходило, метка всегда была яркой и живой. Но не сейчас. Девушка с ужасом наблюдала, как первое кольцо метки чернело у нее на глазах, превращаясь в татуировку. — Чт… — с ужасом вскрикнула она, поднимая глаза на возлюбленного. — Пора вставать, принцесса, — жестокий и холодный голос резанул ее слух.— Не болтайся в своих фантазиях. Второе кольцо последовало примеру и превратилось в очередную татуировку. Боль шипами проходила через все ее тело. — Пожалуйста, — прохрипела она, поглаживая метку, — я не хотела… Я же просто пошутила… Не удержавшись на кончиках ресниц, горькие слезы потекли на его рубашку, превращаясь в белесый поток энергии. — Не оставляй меня… — из пальцев вырвался зеленый свет, перетекая в татуировку, — не получается… Коула яростно пыталась вернуть то, что стало таким дорогим. Она тянула энергию отовсюду, только бы не дать погаснуть метке.

***

— ПЕРЕСТАНЬ! ОЧНИСЬ! Яростный крик ворвался в ее голову и выдернул в какое-то другое место. Вокруг бегали какие-то люди, кто-то лежал на полу. Вокруг нее вились белые и зеленые нити, наполняя пальцы силой и забирая ее у всего живого, что находилось вокруг. — Рэд, черт бы тебя побрал! — рычание смешалось с гулом голосов и вибрацией вокруг нее, — открой свои сраные глаза и просмотри, что ты натворила! Она с удивлением наблюдала за тем, кто был по ту сторону ее сознания. Он был немного слабее. Зеленая нить потихоньку из него ускользала, отбираемая ею. — О, я смотрю, Хьюстон снова на связи! — выплюнул Вайлдер, приближаясь к ней. — Код Красный. Дайте, чем ее вырубить! Мужчина орал на кого-то в наушнике, осматривая коллекцию шприцов у стула. Она знала, что сейчас будет. Укол, снова ушедшее сознание. Или, того хуже, временная потеря силы. — Только попробуй, ублюдок, — едва выговаривая слова, произнесла девушка. Попытка сфокусироваться в реальности все еще не возымела должный эффект, — и я тебя осушу. Полностью! Аксель жестом оттолкнул очередную белую нить от себя, фыркнув на браваду девушки. Его в принципе не интересовало то, что она сейчас делала. Не она первая такие трюки со способностями проводила, не она последняя. Хотя, если признаться, такой концентрации после мясорубки ни у кого не было. Обычно, просто мягкие вспышки с пагубным эффектом для носителя. Либо просто повторно отключался способный, либо помогал шприц. Какого-то черта у него было неясное чувство дежавю. Энергия потоком утекала к ней, постепенно осушая его накопления за столько лет. Ничего приятного в этом не было. Но и смертельным это тоже не было. Его обучили увеличивать свои резервы почти до неисчислимых. Но девчонка уж больно присосалась к нему. — Я думаю, тебе не особо хочется снова впадать в сон, — он холодно посмотрел на красноволосое недоразумение, — ты либо сама это остановишь, либо это, — его палец постукивал возле шприца экстренного введения. Зеленый взгляд остановился на шприце, и зрачки расширились. Девушка вздрогнула, выпустив из пухлых губ короткий вздох ужаса. — Умная девочка, явно не хочешь то, что в нем содержится, — ухмылка очертила его губы, — у тебя ровно 5 секунд. Коула с ненавистью взглянула на мужчину, оскалившись такой же ухмылкой. Остановить поток энергии было не так просто, потому что все, что она забирала, тут же уплывало в белесых нитях. Они, словно маленькие хищники, были нацелены на того, кого она искала во сне. Сделав выдох, девушка сбросила с себя нити. И вакханалия закончилась. Все, что она отобрала, вернулось в тела, которые лежали вокруг нее. — Молодец, можешь же, — пара коротких хлопков и ничего не выражающий холодный взгляд, — долго еще тебя ждать? Я оглашу вердикт, и ты можешь дальше играть в свою свистопляску сколько угодно.

***

Аксель прислонился к стене, делая длинный затяг сигаретой. Ему не давало покоя то, что он увидел в мыслях Ред-1. «Истинная, еще чего, — протяжный выдох. — Как истинная может быть из простых способных... бред после мясорубки». Холодный ветер резко поменял свое направление и остановился. Штиль оглушительной тишиной застрял в пространстве. Фигура с сияющим ореолом появилась на небольшом пространстве крыши, освещая все вокруг себя. — Ваше превосходительство, — наигранно учтиво поклонился Вайлдер, ядовито улыбаясь. — Мальчишка, тебе все никак не могут вбить манеры! — сладкий, словно патока, голос Главы Правления Департамента донесся из сияния, — я старше тебя на два столетия, а ты не можешь научиться разговаривать должным образом. Женщина окинула его золотисто-желтым взглядом, источающим интерес и легкую скуку. Затем образ моргнул, и перед ним стоял высокий мужчина в кимоно и серыми заплетёнными волосами до пояса. — Вижу, мой мелкий братец снова не может определится, в какие игрушки ему играть, — голос приобрел какое-то нереальное потрескивание и хрипотцу, — ах… как интересно… Аксель с трудом сдерживался, чтобы не закричать от боли. Голова была готова развалиться на части, а тело пыталось регенерировать и не впускать никого постороннего. Но высший без препятствий перебирал все, что он так тщательно выстраивал. — Мило с твоей стороны хотя бы пытаться меня остановить. Это похвально, — призрачная улыбка скользнула на губах мужчины. Через мгновение аура из золотой превратилась в пылающий туман. — Кто позволил извлекать из нее все воспоминания?! Давление в черепной коробке усилилось до неимоверных оборотов. Сил на то, чтобы это все терпеть, уже просто не хватало. Что-то багровое капнуло ему на руки и на землю. — Отвечай!!! — голос заставил парня изогнуться под неестественным углом. Боль волнами накатывала на все мышцы одновременно, заставляя их сокращаться. — Кх… Ваш брат…, — сплевывая очередной сгусток крови, Аксель поднял глаза на существо, — я выполнял приказ. — С каких это пор ты просто выносишь мусор?! — ярость Главы набирала обороты. — Я… Не... Выношу... мусор! — Вайлдер уже отошел от эффекта неожиданности и начал выстраивать барьер от воздействия Высшего. «Желание» больше не влияло так сильно на его тело, но все еще подчиняло сознание. — Не зли меня еще больше, щенок! — рявкнуло существо, прожигая парня взглядом, — еще раз снимешь поводок — тебя ждет кое-что хуже, чем мясорубка. Резко развернувшись на каблуках, Высший исчез, унося с собой Силу. Акселю понадобилось пару мгновений, чтобы впитать в себя то, что сейчас произошло. И пока что он совсем не понял, что это было. Обычно спокойный и уравновешенный Глава Департамента вышел из себя из-за какой-то жалкой способной. Да еще и взялся за мозги парня. Фыркнув, Вайлдер выкинул окурок от недокуренной сигареты и телепортировался в кабинет.