И у Богов бывают критические дни

Акс просто лежал и наблюдал, словно за чем-то неизведанным. Ему снова не мешала девушка в кровати. От нее исходил нежный, только ей свойственный запах, смешанный с мятным запахом мыла. Одиночество отошло ненадолго на второй план, оставляя после себя приятную тяжесть необходимости. Ее вздохи ерошили его длинные синие волосы, а тело согревало приятным теплом. Через некоторое время ее веки дрогнули, и пронзительный зеленый взгляд встретился с его взглядом. — Ты чего на меня смотришь? Акс немного онемел от такой быстрой полусонной атаки, но потом скорчил недовольное лицо. — Думал, придушить или не придушить. Но нет, ты решила проснуться и спасла себе жизнь, — прорычал парень и отвернулся, тут же проваливаясь в полудрему. Сегодня он не заметил, как наступило утро, из-за этой красноволосой чертовки. Коула оторопело хлопала ресницами пару мгновений, а потом рыкнула от недовольства. Как она могла надеяться на этот кусок льда! Фыркая, она поднялась с кровати и, громко топая, пошла на кухню. — Привет, милая, — через несколько часов, проведенных ею на кухне, девушка наконец-то услышала голос своего «спасителя». Он по-хозяйски обнял ее за талию и чмокнул в щеку. Через секунду он уже уворачивался от пустой горячей сковородки, являющейся ответом на поцелуй. — И тебе привет, милый. Как спалось? — в ее голосе от этой вольности читалось много злости и ярости. — Шикарно, — протянул он, отбирая сковородку и отталкивая от плиты, — снилась замечательная Сарафина. Формы, губы... Просто шик. Краем глаза он заметил на мгновение мелькнувшую ревность в ее взгляде, и его губы растянулись в наглой ухмылке. Поставив жарится бекон, Акс подошел к девушке, ловким движением посадил ее на стол. Коу ошарашено наблюдала за этим действом, не зная, как отреагировать и что делать. Через мгновение она почувствовала, как ее властно обнимают и овладевают губами. Акс сначала целовал медленно, но затем поцелуи стали более настойчивыми, властными и абсолютно лишали разума. Подавшись порыву, она обвила его шею и начала отвечать на поцелуи. И в то же мгновение все и оборвалось. — С добрым утром, милая, — усмехнулся Акс, направляясь к плите и ловко разделяя завтрак на тарелки, — ну, можем продолжить наш завтрак в постели. Ты такая хорошенькая во сне, — он вручил ей тарелку и стакан с соком. — Я... а? — она с удивлением приняла тарелку со стаканом, наблюдая за парнем. Но затем просто кивнула, поедая свой завтрак. Сейчас ей абсолютно не хотелось вообще что-то возражать, — хорошо целуешься... — Если хочешь получить полный пакет услуг — это нужно заслужить. Одним дешевым комплиментом не отделаешься. Я так дешево не продаюсь, — сделал неприличный жест в стиле «герцогиня» и направился за чаем. — А за сто долларов? — с насмешкой посмотрела на него девушка, соскальзывая со стола с пустой тарелкой, — ну и с печеньками... Акс перехватил девушку еще в полете и прижал к себе. — Сто долларов? Ты понимаешь, что с таким характером, отсутствием хотя бы каких-либо манер и умениями в постели тебя никто не возьмет? — прошептал он, чуть касаясь губами ушка, — ну а я, по доброй воле и чистой совести, возьму всего лишь твое тельце. Он щелчком отправил всю грязную посуду в посудомоечную машину, ну а с Коулой телепортировался в спальню. Профессионально уложив ее на кровать, навис над нею с насмешливым взглядом. Девушка все так же шокировано смотрела на парня. Она сейчас чувствовала себя беспомощной овечкой в лапах у волка. И при этом ей не хотелось выбираться из этих лап. Его волосы приятно щекотали ее щеки и запястья, мертвой хваткой сцепленные у него на шее. Ей нравилось ощущения тепла и запаха легкого будоражащего одеколона, этот насмешливый, но теплый взгляд. — И кто же меня научит этим умениям? — заискивающим голосом спросила Коула, расцепляя пальцы. Ее руки упали по обеим сторонам от головы, а глаза с томным блеском смотрели на парня. Увидев абсолютную капитуляцию, Акс медленно начал расстегивать пуговицы, сопровождая каждую словом: — Я без понятия... Может Доуэль? — его палец скользнул по ямочке между шеей и ключицей, добираясь до пуговицы и расстегивая ее, — ну, хочешь — сама попробуй, — расстегивая следующую пуговицу, он скользнул пальцами по груди и соску, чуть его задев, — ну, если твоя душа желает, я могу, — теперь он расстегнул пуговицу, параллельно поглаживая ее живот, — ну так как? — его пальцы остановились на последней пуговице, которая прикрывала белые кружевные трусики. От захлестнувших ее ощущений Коула практически не слышала парня, только улавливала отдельные фразы и, словно зачарованная, смотрела в его синие глаза. Ее грудь часто вздымалась в такт томным вздохам. — Не знаю… — это было то, что смогла выдавить девушка из себя, поддаваясь соблазну пальцев и взгляда, который с холодной решимостью пожирал ее. Бровь Акса взлетела вверх, но затем вернулась на место. Его рука все так же оставалась на пуговице, а губы уже ловко исследовали ее шею. Иногда поцелуи сменялись легкими покусываниями ключицы и мочки уха, которая так же не осталась без внимания. Когда же пришла очередь губ, он остановился буквально в миллиметре. — Успела подумать? — его язык прошелся кончиком по ее нижней губе. — Да... — с томным взглядом ответила Коула, тяжело дыша. — Ну и кто же, дорогая? — поинтересовался он, лаская языком губы, — может, тебе еще нужно подумать? Акс чуть прикусил нижнюю губу и остановился, ожидая ее ответа. Он сам еле сдерживался от такого взгляда, чтобы не набросится на нее и не изнасиловать. — Нет! — торопливо ответила Коула, потянувшись к губам, — я хочу, чтобы ты помог... Она вновь опустилась на подушки, краснея от своих же слов. Ее сердце бешено отбивало ритм и казалось, что секунды тянутся, словно часы. Но Акс просто нависал над ней, пробирая своим взглядом до дрожи. Манящий томный взгляд сулил греховное наслаждение и томное удовольствие, нежную ласку и вместе с тем — жесткий секс. — Спи, малышка. — Ха..?! — это единственное, что из себя могла выдавить девушка. Ушат отрезвляюще холодной воды опрокинулся на ее голову. А затем холод прикоснулся к ее телу. Кровать больше не ощущала давления второго тела.

***

Звук полицейской серены неприятно разрывал барабанные перепонки. Множество людей шаталось туда и обратно, постоянно что-то крича, отдавая приказы друг другу. Светловолосый мужчина лет тридцати переступил через чей-то изуродованный огнем и камнями труп и пошел дальше, к эпицентру. Официальные СМИ объявили, что это был взрыв газовой системы квартала. Весь квартал раскурочен, множество обгоревших тел, покалеченных людей. Один из пожарных окликнул его. — Сэр, вам не положено тут быть, — высокий мужчина лет тридцати выглядел сурово и при этом как-то сиял великодушием. — Агент Доуэль. Следователь Департамента, — безразлично бросил пришедший, останавливаясь на ядре воронки. Пожарный тут же оторопел, промямлил что-то невнятное и ушел тушить соседние здания. В чреве воронки здания не горели. Их просто раскурочило от взрыва. Горелый бетон, металл и остатки человеческого тела. Одного. Серый след очерчивал полностью все тело сажевым абрисом. И это настораживало мужчину. Присев, он глубоко вздохнул и осмотрел все пространство. Среди «способных» есть особый вид — Видящие или Меняющие. Они способны останавливать время, телепортироваться, управлять мыслями и действиями людей, восстанавливать предметы и извлекать из мельчайших частиц. А самые уникальные видят энергию окружающего мира. Человеческая энергия имела три оттенка: красный, серый и черный. Все, с чем они взаимодействуют, оставляют в себе крупицу энергии. Детские игрушки, как и сами дети, вмещают в себя красную энергию. Взрослый человек — серую. Черную вмещают в себя маньяки и убийцы. А «способные» оставляли после себя энергию, переливающуюся всеми цветами радуги. И такое зрелище сейчас наблюдал Альфред. Толстый слой энергии покрывал все пространство, изредка перемешивающийся с красным и серым. Несколько сотен разорванных зеленых нитей все еще окружали тела погибших, защищая от чего-то непонятного. Они тянулись от воронки и прерывались, превращаясь в “живой” клубок золотого металла, который был незаметен под слоем пыли и грязи. Металл медленно перекатывался из стороны в сторону в ожидании чего-то. Мужчина протянул руку к этому золоту. Поначалу оно, как котенок, вилось вокруг пальцев. Соприкоснувшись с энергией способного, ощетинилось, сжалось. Через пару мгновений от металла не осталось ничего, кроме обугленного кусочка человеческой плоти. Альфред с ужасом смотрел на происходящее. Плоть принадлежала Высшему, давно ушедшему из этого мира. Гипертрофированная, “испачканная” способность этого человека под влиянием кого-то из вне привела к масштабным катастрофам. Как сейчас, так и на протяжении многих лет. Но теперь была улика. Ужасная промашка в плане кукловода сего действа. Или нет? Оторвать от потрясения мужчину смогла только живая нить, бережно укутывающая тело у его ног. Она все еще питала сердце и важные жизненные органы. Нить истончалась с каждой секундой. Но выполняла свое изначальное предназначение. Созидать и живить все. Хотя было уже поздно. Подцепленная ногтем, она разъединилась, потянулась к новому объекту своей работы. Маленький доктор перекачивал жизнь из одного тела в другое, безуспешно пытаясь сделать хоть что-то. Изжив свое, нить лопнула и вернулась к своим сестрам, теряясь в общем коконе. Доуель хмуро смотрел за действом, выискивая в памяти хоть одного “способного” с подобным умением. Процедура ничем ему не повредила, но была очень похожа на то, что делал до этого металл раннее. Суть была одна – разрушение и созидание. Только вот использование было разным. Озарение пришло очень быстро. Серые глаза взбешенно полыхнули и через мгновение мужчина исчез.

***

Коула мотнула головой, услышав свое имя. Где-то на задворках сознания проступала колющая вязкая боль. При чем во всем теле. Она дернула пальцем. Боль. Согнула ногу. Снова боль. Она неуверенно рискнула открыть глаза. И предпочла снова не открывать. Она была в комнате допроса. В Департаменте. Напротив нее стоял высокий стройный мужчина. Со светлыми волосами ниже плеч. В белом плаще. -Вайт, можете приступать. Зрачки девушки расширились от удивления и возмущения. Ее хранитель стоял перед ней в виде палача, холодно и беспощадно ее окидывая своим серым взглядом. На столе перед ней были прикованными наручниками ее запястья, которые приобрели изумительный сине-фиолетовый оттенок. Ноги же были прикованы к полу, а шея к высокой спинке стула. Боль в виске напомнила о том, что ее, возможно, хорошо приложили по голове. Хотя она и засыпала дома, но не помнила, что ее волочили сюда. Она была в доме… Блэка! -А, догадалась, - видимо, на ее лице отразился весь спектр эмоций к говорящему, так как Акс удовлетворительно усмехнулся. Вот он, собственной персоной, в форме наемника, прячется в тени и напыщенно созерцает ее позор. Она дернулась, но безрезультатно. Только дополнительный синяк к уже имеющемуся арсеналу. -Не дергайся, это бесполезно, - голос в ее голове больно пнул нежное чувство по отношению к своему «хранителю». Перед ней склонился абсолютно незнакомый человек, с леденящей холодностью осматривающий ее лицо, - Коула О’Коннор. Позывной: Рєд -1. Субъект, подлежащий уничтожению. Перед ней появилась папка с ее личным делом. На фотографии было ее личико: на голове берет отряда уничтожения, погоны капитана и памятная лента на воротнике «За спасение». Это было ее личностью. До момента, пока ее допрашивающий не решил выпустить из клетки. Но они вновь тут. Только по разные стороны баррикад. -Альфред! Почему ?! – в тихом отчаянии спросила она. -Альфред? – мужчина усмехнулся, склоняясь еще ближе к лицу Коулы, - детка, не забывай, мы в Департаменте. С Вашего позволения, мы продолжим нашу беседу. Он сел напротив нее. Его энергия заполнила комнату. Она притупляла любое сопротивление. Хотя, казалось, куда уже больше. Перед ней открылась папка и несколько десятков фотографий взвились в воздух, делясь на две группы. Одни из них были старые, другие же - более новые. -Капитан Рэд, что Вы видите на этих изображениях? - отсутствующим, чётко отрепетированным голосом спросил Альфред. Первое изображение создало проекцию на стол, и горячая волна желчи устремилась вверх по пищеводу девушки. Обугленный труп ребёнка лежал, сжавшись, словно маленькая героическая гусеничка, прикрывая то, что осталось от игрушки. Маленькие пальчики в последний раз закрыли глаза - бусинки олененка. Вокруг металось пламя, облизывая ещё что-то чёрное и непонятное на фоне малыша. Картина поменялась. И не принесла ничего такого, что бы хотелось ей видеть. Это была она, только совсем ребенком. Маленькая Коула что-то отчаянно доказывала, яростно жестикулируя перед высоким подростком. Вокруг них кружилась крупные сгустки воды, создавая полупрозрачный барьер и отгораживая остальной мир от ярости.

***

Одиннадцать лет назад Рыжеволосая девочка с ужасом и отчаянием смотрела на своего друга. Это был не тот мальчик, который защищал её даже от тёмных облаков и неожиданных бурь. Что-то было не так. Словно кто-то вынул Лунного из Акселя. Вырвал домик на дереве? и теперь там что-то механическое и неподдающееся её пониманию. Коула тянулась мыслями к своему другу, но ничего, кроме страшного и болезненного шума, не слышала. Слова, вылетающие из его губ, резали так глубоко и больно. Она не верила. Ни на капельку. Даже на соплю не верила. — Коула, — имя хлыстом ударило по её сердцу, — твои родители были уничтожены по приказу департамента за неповиновение и сокрытие преступления. — Закрой свой омерзительный рот! — девочка закричала, вкладывая в крик всю боль. - Лунный... Нет! Ты не заслужил быть Лунным монстром. Ты гадкий слизняк! Иссиня-черные глаза парня на одно мгновение всколыхнулись лазурью, но затем вернулись в обычное состояние. Ему надоело слушать истерику малолетний преступницы. Тем более, когда она и так привлекла лишнее внимание к их разговору. Такие, как эта семья, не должны существовать. Такова была парадигма его отца и Департамента. Они обещали открыть его потенциал в полной мере, если О'Коннор прибудет в отдел утилизации. Но цирк уже долго затягивался. Вайлдер раздражённо фыркнул на непонятное выражение в его сторону. ”Лунный? Что за бред она несет. Мы даже не знакомы, - он почувствовал лёгкий укол где-то в районе подсознания, - она ещё и в мысли лезет, идиотка”. — Коула Лорей О'Коннор, вариант Р-1, Вас обозначили как объект класса 1, то есть красный, — автоматически отчеканил стандартную фразу черноволосый, доставая наручники и коммутатор. - Я обязан Вас доставить в Департамент для дальнейшей утилизации. Любые воздействия или манипуляции не принесут результата. Прошу пройти с Нами для Вашего же блага. После произнесения слов из тени появились двое взрослых в черных одеждах. Вокруг них непонятным образом переставало светить солнце и становилось все серым и безжизненным. Коула сжалась, со страхом и опаской наблюдая за разворачивающейся картиной. Она не хотела быть животным, которого посадят в клетку или запрут в каком-то подвале. Единственное, что хотела — сбежать к папе и маме. Папа обещал дать сплести из его волос белоснежную косу, а мама — поиграть в мыслях брата. ”Детка, запомни, когда мамы и папы не окажется рядом, ты должна разбить кулон, — неожиданно тепло зазвучал папин голос в её голове, — он поможет тебе вернуться к нам и защитит тебя. И помни, дорогая, не бойся того, что будет”. Девочка всхлипнула и с решительность и вызовом посмотрела на обидчиков. Нужно идти домой подальше от этого ужаса. Кулон, о котором шла речь, всегда висел у неё на запястье и напоминал самый простой детский камушек — гальку. Но на самом деле это был подарок, который ей вручил отец. Коула в последний раз посмотрела на ценное и раздавила его. Яростный жар вонзился в хрупкое детское тельце, поглощая и уничтожая каждую клеточку. Она ощущала, что вот и настанет тепло. Но горячка не хотела проходить. В груди что-то сжималось, пылало и жаждало вырваться наружу. — Дура! — проорал Аксель, хватая её за ещё сохранившуюся руку. Пальцы обожгло энергией и чем-то знакомым. Энергия вилась на пальцах, как пушистый, но ядовитый кот. Ровно через мгновение “кот” показал себя, с лязгом защелкивая в свою ловушку его тело. Мальчик перестал чувствовать поток энергии из руки, которой он прикасался к девочке. Она стремительно утекала. И это было адски больно. Не на шутку испуганный подросток выдернул руку из плена и оттолкнул от себя существо. Девочка больше и вовсе не была девочкой. Это было существо, укрывшееся плотной аурой желто-зеленого цвета. Злоба, ярость, негодование и сила пульсировали волнами в пространстве, хлестая застывших в испуге взрослых. Чертыхнувшись, Вайлдер попытался собрать свои мысли, как его и учили. Обстановка ничего хорошего не представляла. Помощь прибудет не скоро, а болваны в форме застыли в испуге. Тоже мне, помощники. Ледяной взгляд ещё раз скользнул по “способной”. Она была его целью, и награда была весьма весомой, чтобы вот так просто все похерить. Аксель быстро вернулся в точку, с чего все началось. Волны энергии и силы били по всему телу, мешая нормально двигаться. Но то, что произойдёт дальше, даже гений бы не смог предугадать. Из его груди, как и из тел Собирателей, вырвался хлыст энергии. Он стремительно вливался в девочку, от чего кокон все увеличивался. Резерв сил невероятно быстро истончался, угрожая жизни парня. Не медля ни секунды, он взобрался на крышу подальше от эпицентра. Хлыст исчез, как и внимание существа. Кокон продолжал поглощать взрослых и увеличиваться. Вайлдер лихорадочно пытался найти выход. На телепорт энергии не хватит, как и резерва. Да и вытянуть девчонку он не сможет. Ситуация была патовая, и ничего не получалось придумать. Аксель крайний раз окинул взглядом то, что осталось от его миссии. Он рассчитывал на более приятный исход. Но это первый раз, когда все вот так заканчивается. Оставаться больше было нельзя. И он сделал единственное правильное действие.