18. Обида и искренность
17 февраля 2023 г., 11:10
Гарри так и не пришёл на обед. Потом, с не меньшей уверенностью, пропустил ужин. Люпин с усталым спокойствием посоветовал Сириусу хотя бы день не лезть к ребёнку. И Сириус старательно следовал этому совету, пока не прошли сутки. Гарри упорно сидел в комнате, не высовывая и носа в коридор. Сириус всё-таки снова постучал в дверь.
— Гарри, — позвал Сириус.
— Что? — очень спокойно и холодно спросил Гарри. Он откликался причём почти мгновенно, но это не слишком успокаивало.
— Ты пропустил обед.
— Я не голоден.
— Гарри?
— Что?
— Я хочу извиниться.
— За что? Ты же не сделал ничего плохого, — в голосе так и пылала обида. — Просто без предупреждения, насильно узнал факты из моего прошлого. Но ты крёстный. Ты имеешь на это право. Ты вообще очень много что можешь, в отличие от меня.
— Гарри, я лишь хотел узнать, что с тобой происходило до Хогвартса, чтобы помочь тебе.
— А я говорил, что не хочу тебе ничего рассказывать. И ты плюнул на моё мнение. Это нормально. Абсолютно нормально. Ты же совершеннолетний волшебник со всеми правами на меня. Тебе ничего не стоит отпереть механический замок волшебством.
— Я не буду этого делать.
— Почему же? Будь последователен. Сначала ты игнорируешь мои слова. Дальше личные границы. А потом, — всхлип, — тоже… — Гарри заговорил совсем тихо и Сириус не смог расслышать конец предложения.
— Гарри, я пока ничего не узнал. Северус сказал, что обсудит всё с Дамблдором и только потом, возможно, расскажет мне.
— То есть ты не видел то что…?
— Не видел. И возможно не увижу. Единственное что мне дал Снегг это маленький кусочек твоих воспоминаний. Я пока его не смотрел.
— То есть ты совсем ничего не знаешь?
— Нет, — Сириус услышал шаги и чуть отпрянул, когда дверь приоткрылась. Гарри вытянул вперёд руку.
— Отдай мне их. Это мои воспоминания.
— Гарри я просто хочу тебе помочь. Кроме меня и Римуса о них никто не узнает.
— О них уже узнал Снегг! Узнал о том, что я жалкий трус. Действительно плаксивый урод. Я не знаю никого из профессоров с более мерзким характером. И я понимаю, что именно ты попросил его прийти. Ты меня предал. Отдай воспоминания.
— Я хочу тебе помочь.
— Ты это уже говорил! А я говорил, что мне не нужна помощь. Со мной всё в порядке.
— Ты не в порядке, Гарри.
Рука попыталась сбежать обратно в комнату. Сириус успел перехватить тонкое запястье, до того как оно скрылось за дверью. Гарри задёргался в попытках освободить руку.
— Почему ты мне не доверяешь?
— Потому что ты мой крёстный. И я устал ждать, когда ты начнёшь вести себя, так как я этого заслуживаю. Такого как я нельзя любить! Зачем ты обо мне заботишься?
— Почему ты считаешь, что тебя нельзя любить?
— Потому что я жалкий трусливый урод! Но ты этого почему-то никак не поймёшь.
— Ты не урод, чтобы на этот счёт не говорил Дадли. Ты не жалкий и точно не трус. Я же знаю, как ты старался, для спасения философского камня.
— Это мелочь. Она не меняет общей картины, — рука неожиданно потянулась вниз. Дверь приоткрылась и Сириус увидел, что Гарри снова плачет и дрожит. Упав на колени, мальчик рукой, до этого тянущей дверную ручку, закрывал лицо. — А в целом я ничтожество.
— Гарри, — Сириус сел на пол рядом с крестником и обнял дрожащие острые плечи, — не говори так о себе. Ты замечательный.
— Хватит! — снова отчего-то разозлился Гарри, опять начавший вырываться. — Хватит мне врать. Я устал ждать от тебя… — но Гарри не договорил. Снова спрятал лицо в ладонях и зашептал виновато. — Прости, Сириус. Я столько наговорил. У меня нет права так с тобой разговаривать, — Бродяга нахмурился. Казалось, эти фразы восстановили стену, что крестник выстроил по неизвестным причинам. Злость на время перекрыла страх и дала говорить свободней, но вот её магия разрушилась, оставив всё того же недоверчивого скрытного мальчишку.
— Давай если я решу что ты что-то сделал не так, я тебе об этом просто скажу? Не надо надумывать. Мне нравится, когда ты говоришь со мной честно, — Гарри помотал головой.
— Нет. Так нельзя.
— Почему?
— Нет. Нельзя.
Стена. Сириус снова и снова врезался в эту стену недоверия. И сколь бы заботы, внимательности и нежности он не проявлял, Гарри всё равно ждал чего-то плохого. Радовался самым обычным мелочам, но Сириус чувствовал в этой благодарной улыбке опаску. Всё вернулось на круги своя, которые Сириуса совершенно не устраивали.
