Хороший и замечательный

Сириус вышел из кабинета с чертовски забитой головой. Любая миссия казалось лучше, чем вот такое сидение над отчётами. Но без них некуда. Нельзя заставить начальника выслушивать каждого лично. А до того, чтобы стать главой Аврорат Блэку было далеко. Да и не то чтобы хотелось. И всё-таки кабинетная работа это худшее, что есть на свете. Как Артур не устаёт от подобно? Надо будет обязательно спросить. На первом этаже сидел Люпин. Точнее полулежал задумчиво рассматривая страницы пыльной книги. Сириус невольно улыбнулся. - Там что-то на иностранном языке? - Иногда мне кажется что да, — со вздохом проворчал Римус. – Я пытаюсь с кое-чем разобраться. Но тут не язык, а сплошные архаизмы. - Давай только без магловских словечек. Я их не понимаю, — попросил Сириус. - И зря, — неожиданно укорил Люпин. – Занялся бы расширением кругозора. А то подаёшь Гарри пример что «талант» заменяет трудолюбие и образованность. - Ты не забыл какие у меня баллы по СОВ и ЖАБА? - Отличные. Я помню. Но когда это было? Ты же аврор. Тебе нужно постоянно развиваться. - Я и развиваюсь. - Но куда-то не туда, — заключил Люпин. - Так ладно, чудо. Ты не знаешь, Гарри уже вернулся или всё ещё? - Всё ещё. Ты уверен, что время пришло? Может не стоит ему так торопиться. - Он с четырнадцати решил, что сделает это. И мне кажется, что это правильно. Для него это важно. Хотя это и делает его таким не похожим на Джеймса. - Только не говори, что тебя это огорчает, – удивился Люпин. - Конечно же, нет. Я, если ты не забыл, сразу же поддержал его с этим решением. - Тогда откуда это «хотя»? - Он стал лучше, чем Джеймс. Лучше, чем я. Возможно, даже лучше, чем ты. По крайней мере, он точно добрее. - И это замечательно, — настойчиво проговорил Римус. Люпин приподнялся на локтях. Голубые глаза смотрели с удивительной чистой и светлой уверенностью. Сириус подошёл к дивану и опёрся руками по обе стороны от светло-каштановой головы. Бродяга склонился совсем близко и прислонился своим лбом к чужому, более бледному и холодному. Лунатик не отстранился, чуть прикрывая глаза и касаясь ледяным по ощущению носом щеки Сириуса. Блэк наконец нашёлся с ответом. - Да. Но теперь я на его фоне чувствую себя каким-то моральным уродом, - наполовину серьёзно, наполовину шутя. - Тебе не кажется, что это повод самому стать лучше? - мягко, но всё ещё довольно напосристо спросил Римус. - Это тяжело, - с всё тем же неоднозначным посылом вздохнул Блэк. - Бродяга, не будь сволочью! – возмутился Люпин. Он перестал опираться на локти, чуть остранившись, зато освободив руки. Прохладные сухие кисти обвили лицо Сириуса и чуть отдалили, чтобы голубые глаза могли взглянуть со всей возможной укоризненностью. Это было так мило... Блэк искренне рассмеялся и уткнулся лицом в скрытые старым свитером ключицы. Пальцы невесомо огладив кожу прошли вверх, к вискам и в конце концов нежно провели коротко подстриженными ногтями по коже головы. Это было приятно. Сириус чуть шевельнулся направляя бледные кисти. Римус понял, что от него просят и охотно стал перебирать чёрные пряди. - Я шучу. Само собой. Я стараюсь быть лучше, Лунатик, - шутливая улыбка куда-то сползла и последние два слова Бродяга тихо выдохнул. - Правда, стараюсь. - Я знаю, — смягчился Люпин. Пальцы сделали ещё одно ласковое движение и Сириус понял, что ещё немного и ему не хватит силы воли, чтобы оставить здесь этого замечательного человека в одиночестве. А оставить было нужно. - Пойду, проверю, как он там, — вставая, проговорил Сириус. - Передай, что сегодня обед готовлю я и травиться твоей стряпнёй, не придётся, - поддержал Люпин, желание Блэка проверить Тисовую улицу. - И ты ещё позволяешь себе читать мне нотации? – театрально возмутился Бродяга. - Иди уже! Сириус вышел за пределы дома и трансгрессировал. Переулок, как всегда, был пуст. То ли Гарри что-то с ним сделал, то ли место действительно было не популярным, но оно идеально подходило для трансгрессии. Бродяга вышел на тисовую улицу. Благо мантии наследник Блэков предпочитал брюки, рубашки и плащи. Статут о секретности не нарушен, а палочка... Ну что палочка? Будто маглы вообще палочки в руки не берут! На улице играли дети. Во дворе пятого дома особенно громко вопили и смеялись рыжие мальчик с девочкой. Гарри не было видно. Это ожидаемо. Сириус подошёл к широкому каменному забору – символической ограде ближайшего сквера. Сидя на нём очень удобно наблюдать за четвёртым домом. Блэк поднял руку над заборам и сделал несколько шагов. - Да здесь я, — воскликнула пустота, и высунула из-под мантии невидимки руку. – То, что я мотаюсь сюда, совсем не значит, что и вы с профессором Люпином должны навещать Тисовую. - Мы навещаем не Тисовую, а тебя, — рука снова исчезла. Но Сириус уже понял, куда сесть, чтобы было удобно разговаривать. - Со мной всё в порядке. Я же теперь могу колдовать. Мне никто не сможет навредить. - Не преувеличивай свои силы школьник! – шутливо осадил Бродяга. – Тебе нежарко под мантией? - Солнце не слишком печёт, — спокойно отозвался Гарри. - Ты ведь знаешь, что мог не ждать совершеннолетия? Я мог просто пойти с тобой и если что... - Нет, — благодарно, но уверенно отказался парень. – Я сам. Это мой страх, а не твой. И победить его могу только я. Тем более я хочу ещё кое-что сделать. И для этого мне может понадобиться магия. - Чего именно ты ждёшь? – всё-таки решился полезть не в своё дело Сириус. - Сейчас увидишь, — неожиданно бодро ответил Поттер, спрыгивая с забора и стягивая с себя мантию-невидимку. - В любом случае, удачи, — вздохнул Бродяга. - Спасибо. Сириус всмотрелся в дом номер четыре. Что-то изменилось и Гарри посчитал, что время пришло. Надо было понять что. Ясно. Входная дверь задрожала. Кто-то не очень сдержанно пытался её открыть. Ох, уж эти механические магловские замки. Ручка дёрнулась, и из открытой двери появился Вернон. - Что вы тут творите? – заорал мужчина на всю улицу. Дети, так громко смеявшиеся, не отреагировали. Девочка залезала на дерево, которое было знакомо Сириусу по воспоминаниям крестника. Вернон явно был в ярости от шума. Не замечая приближающего к участку Поттера, Вернон подошёл к рыжему мальчику. Ребёнок видимо рос чертовски наивным, так как ни крики ни замах взрослого не воспринял всерьёз. И только когда кулак мужчины остановился в паре сантиметров от лица, удивлённо ахнул. Отступил на пару шагов. - Вы больше не ударите ребёнка, — Гарри говорил очень спокойно. Он отпустил запястье дяди только, когда мальчик убежал на свой участок. - Это не ваше дело! – вскричал Вернон, начиная краснеть от злости. - Вы не узнали меня? Попробуйте напрячь память. Всё-таки десять лет это довольно большой срок. Хотя не то что бы вы меня так уж замечали раньше. Это и к лучшему, — в голубых глазах мужчины, наконец, отразилось понимание и Поттер кивнул. - И ты посмел заявиться сюда? – ещё громче предыдущего заорал Вернон. Сириус с трудом сдержал порыв вмешаться. Но Гарри не нужна была помощь. Мужчина сделал шаг к подростку, но парень не попятился, а лишь уверенно оттолкнул дядю на два шага. - Есть такое понятие как личное пространство. Вам, скорее всего, оно не знакомо. Но это не означает, что я позволю вам нарушать мои личные границы, — всё так же спокойно продолжил волшебник. - Да, как тебе духу хватило снова показаться нам на глаза, паршивый урод? – попытался перебить Вернон, но Гарри упёрто закончил говорить и только после ответил на заданный вопрос. - А я и не ради себя сюда пришёл. Я знаю о том, что Дадли женился на Софи. И вы с тётей Петуньей не одобрили её. Я с ней познакомился. Очень милая. Положительно влияет на характер моего нерадивого кузена. Думаю, Дадли уже говорил вам, что Софи беременна. УЗИ показало, что будет мальчик. Пока думают назвать Чарли. То что, они не волшебники, совсем не значит, что я собираюсь игнорировать существование родственников. И первое, что я хотел бы сделать для Чарли это защитить его от вас. - Будто ты что-то можешь сделать для этой болезненной идиотки, которая обманом заставила Дадли... - начал Вернон, но затих когда Гарри, достал волшебную палочку. - Я могу. Теперь могу. Совершеннолетие у волшебников наступает в семнадцать. Вы, конечно не помните, сколько мне лет. Две недели назад мне исполнилось семнадцать. И теперь если я узнаю, что Чарли страдает, я буду иметь полное право трансфигурировать любого обидчика в комара. Но я не собираюсь вас убивать. Просто добьюсь, чтобы первый же синяк на Софи или её ребёнке, стал для вас билетом в тюрьму. С учётом магии я легко устрою, чтобы вас навсегда заперли в самую грязную камеру какой-то из северных колоний строго режима. И моё предупреждение касается не только Чарли. Если я узнаю, а я поверьте, узнаю, что вы подняли руку на любого ребёнка или позволили себе повторить хоть что-то из того что делали со мной, я превращу вашу жизнь в ад. Это клятва. - А не слишком ли ты много о себе возомнил грязный, паршивый нахлебник? – возмутился Вернон, но, опасаясь палочки ближе не подходил. - Это не я грязный. А вы. На вас моя кровь. И её уже не смыть. Мне же нечего стыдится и поэтому я не боюсь вас. Теперь наоборот вы, будете бояться меня, — волшебник холодно улыбнулся. – Надеюсь больше никогда вас не видеть, дядя Вернон. Гарри пошёл к скверу, смотря в пустоту с какой-то грустной задумчивостью. Сириус подбадривающе коснулся плеча крестника. - Я горжусь тобой, — парень видимо вернулся в реальность и неожиданно сделал шаг вперёд. Бродяга ответил на удивительно крепкие объятья. - Я смог, — это был не вопрос и всё-таки Сириус кивнул. - Да. Ты гораздо добрее меня Гарри. - Но я не стал бы таким без тебя и профессора Люпина. Без первого года, который родители провели со мной. Без Гермионы и Рона. Без Джинни. - Это здорово, что ты ценишь близких, но не забывай, что ты и сам много сделал, чтобы стать таким, каким сейчас являешься. - Да, — Гарри неожиданно отстранился и, смотря крёстному в глаза сказал. – Я замечательный. И стану ещё лучше. - Теперь я уверен, что эти несколько лет прошли не зря, — растроганно сказал Сириус, взлохмачивая волосы совсем уже не мальчику, а взрослому человеку – мистеру Поттеру. - Они и не могли пройти зря. Ты замечательный крёстный, Сириус. Но мне пора взрослеть, — парень убрал руку со своей головы и сжал двумя ладонями. – Теперь уже и мне будет о ком заботиться. - Если ты так считаешь, — кивнул Бродяга. – А пока ты не окончил курсы для поступления в Аврорат и не стал совсем уж серьёзным, идём домой. Римус сказал, что сегодня приготовит обед и предотвратит мою очередную попытку вас двоих отравить. - Это замечательная новость, — улыбнулся парень. - И ты туда же? Нет, ну вы меня совсем не цените! – театрально возмутился Блэк и неожиданно почувствовал руку у себя на голове. Гарри встал на цыпочки и теперь ерошил чуть длинную чёрную шевелюру крёстного. - Будто ты не знаешь, что мы тебя обожаем, — тепло произнёс Поттер. На его лице была широкая искренняя улыбка.

Конец.