Чужие дети

Марк Захарович давился сильно растворимым остывшим кофе, наспех заваренным ещё с утра, не отвлекаясь от прочтения уже четвёртой за сегодняшний день объяснительной записки от очередного зарвавшегося воспитанника. Ручкой с противными ярко-красными чернилами он чиркал на небольшом листочке, выискивая ошибки и несостыковки больше для себя, чем для отчётности. Было в этом ритуале что-то столь привычно рутинное, что для директора процесс становился чуть ли не медитативным. Глоток невкусного кофе, абзац неинтересного текста, пометка некрасивой ручкой. И всё с начала. Стук в дверь кабинета заставил его вздрогнуть от неожиданности, ежедневные бумажные работы всегда забирали его с головой, а посетители обычно приходили во второй половине дня, в обед, почти никогда. Когда стук стал настойчивее и продолжительнее, а ручку двери нетерпеливо подергали с другой стороны, Марк Захарович понял, что в кабинете он один не отсидится, и в любом случае придётся открыть. — Батюшки, кто к нам пожаловал, — Воскликнул директор, едва заметив на пороге кабинета запыхавшегося Миронова, — Ты откуда такой будешь, марафоновец? — Серёжа здесь? — Леха попытался заглянуть в кабинет, но спина директора закрывала весь обзор. — Ещё нет, ну, ты заходи, раз пришёл, гостем будешь, — Марк Захарович шутливо вежливо предложил ученику войти, сопроводив слова небольшим полупоклоном. Лёша неохотно вошёл в кабинет и отодвинул один из стоящих возле длинного стола стул. Свой полупустой рюкзак он кинул на пол, а куртку снял и повесил на спинку. — Вижу, ты удобно устроился, это хорошо, — Доброжелательно отметил директор, — Чай с сахаром пьешь или без? — Чайник был уже горячим, так что Захарычу оставалось только достать заварку и сахарницу. — Не надо чай, — Сухо ответил Леха. — Вот не пойму, я вроде по-русски спрашиваю: с сахаром или без, а ты на какой вопрос мне отвечаешь? — Марк Захарович умел настоять на своём. — С сахаром, — Сдался Миронов. — Вот и славненько, вот и хорошо, — Директор щедро добавил в чай три десертных ложки с горкой, немного размешал, ударяя ложкой о края небольшой чашки, и, подложив деревянную подставку, преподнёс чай ученику, — Что надо сказать? — Добавил он, когда Леха никак не отреагировал на угощение. — Спасибо, — Выдавил из себя Миронов. — Хорошо, что ты зашёл, Лешка, нам с тобой давно уже поговорить пора было, да всё не выцепить тебя, как нарочно, — Марк Захарович взял свою чашку с кофе и сел, но не большой директорский стул, а на обычный, напротив парня. — А Серёжа скоро будет? — Парню явно становилось неловко, он и до этого бывал в кабинете директора, пытаясь уговорить его перевести Ваню, но те встречи обычно заканчивались хлопнувшей дверью и нецензурными выражениями. Просто так, за чашкой чая они никогда не общались. Да Леха и сам понимал, что Захарыч ничего на пустом месте делать не будет, раз такой сладкий чай заварил, значит, явно расположить к себе пытался, а может и задобрить. В открытую показывать свои измышления Миронов не стал, решив придерживаться выжидательной тактики, все-таки Васильев умел общаться с директором намного лучше, чем он сам. — А давай сейчас вместе и узнаем, — Марк Захарович достал из кармана небольшой старенький кнопочный телефон и набрал Васильева, включая громкую связь. — Да, Марк Захарович, пришёл он? — Без прелюдий поинтересовался голос из трубки. — Куда ж он денется, сидит, чай пьёт, — Захарыч говорил так, будто Миронова и вовсе не было в комнате. — Вы уж там не свирепствуйте сильно, — Смиренно попросил директора Серёжа. — Да будет тебе из меня чудовище делать, — Марк Захарович приглушенно засмеялся, весело глядя на озадаченное лицо парня напротив, — Тут пацан твой интересуется, когда ты будешь. — Удалось отпроситься, уже лечу, — Васильев сделал вид, что отчитывается перед командиром. — Осторожней там на дорогах, некуда тебе торопиться, мы пока с Лёхой поболтаем, — Марк Захарович добавил жути в голос. — Я с Лешей сам вопрос решу, не вмешивайтесь, ладно? — Серёжа сказал это чуть тише, но Миронов всё равно услышал и нервно сглотнул. — Иш, ты как мы заговорили, — Откровенно смеялся директор, — Если я говорю, что мы пьем чай, Васильев, это значит, что мы пьем чай и только, а не то, что ты там себе успел на придумывать. — Понял, до встречи тогда, — Васильев попрощался и быстро повесил трубку. Директор со смешинками в глазах посмотрел на паренька, которому сделалось чрезвычайно неловко от всей подслушанной невольно беседы. Он, обхватив двумя руками чашку, медленно отпивал чуть тёплый чай, пряча лицо и отводя глаза. — Слышал, просят не свирепствовать, — Полушутя, полусерьезно выдохнул Захарыч, убирая телефон. — Слышал, — Зачем-то отозвался Миронов. — Не вмешиваться, говорят! — Раздосадованно воскликнул директор, —Ну, ты смотри, ещё недавно такой же шкет, как ты был, также глаза в чашке чая прятал, а теперь команды раздаёт, — Марк Захарович залпом допил остатки кофе, скривившись, — Молодец, Серёжа, ничего не скажешьскажешь, растёт, —Неожиданно заключил он. — Вы поговорить хотели? — Миронов был рад перевести тему, отношения директора и Васильева всегда казались ему странными, а быть свидетелем их разборок не хотелось от слова совсем. Тем более, что он не понимал до конца, где директор шутил, а где говорил правду. — Почему уроки прогуливаем, ученик Миронов? — Директор произнёс это тем самым знакомым Лехе голосом, каким обычно отчитывал провинившихся перед строем. Парень вскинул голову от неожиданности, но встретил лишь улыбающееся лицо довольного своим розыгрышем Захарыча. — Не хотел сюда идти, — Решил не врать, от греха подальше, Леха. — Понимаю, — Протянул Захарыч, — Но учиться то как-то надо, и ты меня пойми. — Я сам могу дома, — Казалось, эту идею Леха обдумывал весь день. — Ну ничего себе! Так у меня вундеркинд под боком, а я ему математику, дроби, проценты, — Захарыч хоть и издевался, но по доброму, мягко, словно был старым хорошим другом, знающим что-то чего не знал никто другой. — Вулдер, кто? — Переспросил Миронов невнятно. — Вот и не прошёл, ты, проверку на домашнее обучение, или думаешь, что Васильеву заняться больше нечем, как с тобой за книжками сидеть? — Не знаю, блин, ну здесь я учиться не буду, — Леха позволил обиде на Васильева, отправившего его обратно в детдом, хоть и на время, взять верх. — Блинов, нам только к чаю не хватало, — Как бы невзначай пожурил его директор, — Конечно, не будешь, но в новую школу то, документы, небось нужны, оценки за четверть, рекомендации от твоего покорного слуги, а главное — знания. Хоть какие-то, Миронов. Хоть чуть-чуть. — А я чо, тупой по вашему? — Взъерошился Леха. — Не чо, а что. И не тупой, а необразованный. Разницу улавливаешь? — Допустим, — Немного отошёл пацан, но настороженности не потерял. — А раз допустим, значит и порешили, что пока другой школы нет, будешь здесь заниматься. И чтоб без пропусков, понял? А то ни какой Васильев тебя не отмажет, будешь иметь дело со мной, — В конце предложения Захарыч вновь добавил в голос строгости. — Понял, — Ничего другого Леха ответить и не мог. — Значит, на одну проблему меньше, у тебя учебники с собой? — Директор кивнул в сторону небрежно брошенного портфеля. — С собой. — Вот и будет чем заняться, пока Васильева ждём, доставай, я покажу упражнения. — Чо прямо здесь заниматься? — Лёша слегка опешил. — А что не так? Между нами говоря, только это большой секрет, — Марк Захарович понизил голос почти до шепота, — Опекун твой будущий, почти всё домашки за этим вот столом делал, по другому не заставить было, — Захарыч радостно отметил, что Леха улыбается то ли от слова "опекун" то ли от неожиданного сравнения с Серёжей, а может от всего одновременно. Прошло чуть больше часа, когда дверь кабинета распахнулась, пропуская Васильева, вошедшего без стука. Такое появление незамедлительно вызвало недовольный приветственный взгляд на лице директора. Ваня крепко обнимал Сережину руку и старался держаться чуть позади. Леха, как раз доделывающий последние задачи, резко захлопнул учебник и отчего-то встал, не глядя на мужчину. — Всему привет, ты чего вскочил? — Он говорил бодро, словно сегодняшний рабочий день не был для него одним из самых трудных за последние полгода. — Не знаю, — Парень старательно избегал взгляда Васильева, но на стул все-таки опустился. Он стал один за другим убирать учебники в рюкзак, стараясь спиной понять, насколько сильно Серёжа недоволен. — Марк Захарович, у вас всё хорошо? — Недоверчиво и медленно спросил Серёжа у директора. — У меня? Отлично, спасибо, что интересуешься. У пацана твоего? Вообще лучше некуда, подтверди, Миронов, — Захарыч настойчиво обратился к парню, — И правда, как сам не свой стал. Ваня отлип от руки мужчины и быстро забрался на колени к брату, это помогло Лехе очнуться от ступора и ответить: — Да нормально всё, чо пристали? — О, грубит, значит, здоров, — Отметил Васильев, подходя к тумбе, на которой стоял чайник и доставая из верхнего ящика горсть конфет. — Васильев, это детям, чтоб тебя, — Выругался по-доброму на него директор. — Так и я детям, Марк Захарович, пусть пустят глюкозки по венам, а то измучились бедные, — Он положил конфеты на стол перед парнями, но сам все-таки взял одну и, пока Захарыч не успел возразить, засунул её в рот. — Вот ты шут гороховый, ничего не скажешь, — Директор в шутку пригрозил ему пальцем, — Танцуй, Васильев, решил я твой вопрос с жильём. — Что, правда? — От неожиданности конфета едва не полетела изо рта Серёжи прямо на директорский стол, но была вовремя остановлена, — Я думал, что осмотр жилья — это обязательно, или я чего-то не понял? — Если я сейчас начну объяснять тебе все, чего ты не понимаешь, дорогой мой, мы только к утру разойдёмся, а у тебя вот уже один субъект носом клюёт, — Захарыч многозначительно посмотрел на Ваню, — Повторяю для глуховатых: проблема жилья была оперативно устранена мной. — Квартиру нашли, что-ли? — Серёжа всё ещё не до конца понимал посыл директора, что заставляло его чувствовать себя особенно глупо. — Если ещё понятнее, то вы сейчас едете домой, грузите чемоданы в машину и переезжаете. Адрес я пришлю сообщением. — Марк Захарович, а можно все-таки без лишней концентрации. Вот у меня сегодня голова не варит совсем. Что за квартира, сколько стоит, где? — Иш, какой любопытный. Все тебе расскажи. — У меня просто бюджет сильно ограничен с недавних пор, — Мужчина положил руку на плечо притихшему Лехе и слегка сжал его. Для Захарыча этот небольшой жест не остался незамеченным. — Здравствуйте, братцы кролики, — Брови директора взметнулись вверх, и он посмотрел на Леху по-новому, — И куда ж это твои богатства несметные испарились? — Очевидно, что директор догадывался о сути произошедшего, хоть всех подробностей знать и не мог. — Да это, в общем-то и не важно, — Мужчина положил вторую руку на другое плечо парня, даря ему столь необходимую поддержку. — Как скажешь, — Директор испепелил взглядом Васильева, — В любом случае, за жильё платить не придётся, оно... — Директор явно не знал, как правильнее подобрать слова, — На благотворительных условиях. — От спонсора, что-ли? — Серёжа хлопал глазами. — Можно и так сказать, — Ушёл от ответа директор. Он отодвинул средний ящик стола и достал оттуда массивную связку ключей. — Ух ты ж, что же там за хоромы, Марк Захарович? — Серёжа покосился на множество разного размера ключиков, объединённых на одном кольце. — Не буду портить сюрприз, приедешь, позвонишь. Там немного пыльно, но у вас рук много, успеете до завтра привести всё в порядок. Для опеки важно, чтобы у каждого было своё спальное место, и чтобы игрушки какие-то. Так что организуй. — Так точно, будет сделано, — Серёжа в шутку приложил руку к голове, — Да, да, знаю, я балбес, и прикладывать к пустой голове нельзя, — Опередил он Захарыча. — Какой ты умный стал, глаз не отвести, — Совершенно серьёзно произнёс директор, — Ещё бы не ерничал, цены тебе бы не было. — Стараюсь, — Как будто бы застеснялся Васильев. — Тогда давайте, товарищи по несчастью, руки в ноги, в руки тряпки и бегом надраивать своё новое скромное обиталище. — Спасибо вам, Марк Захарович, я даже и не знаю, что ещё сказать, — Серёжа слегка влажными глазами посмотрел на директора. — Спасибо, вполне достаточно, — Марк Захарович поднялся со стула и протянул Васильеву руку, которую тот незамедлительно пожал.