Вечера на Кибертроне

Голубой мех, задумавшись, сидел над отчётом, но вряд-ли видел, что выводит стилусом. Символы, вписанные в квадраты и треугольники, аккуратными строками ложились на датапад, несмотря на то, что яркие окуляры бота были затуманены. Зашедший к нему Джаз тихо усмехнулся, подошёл ближе и встал напротив стола, по-птичьи наклонив шлем набок. Никакого эффекта это не вызвало, и монохромный щёлкнул пальцами перед его фейсом. — Хэй, база вызывает Кибертрон! Вздрогнув и мотнув шлемом, гонщик тут же покивал, начиная писать быстрее. — Да, Джаз? — Передать хотел, что когда ты закончишь этот отчёт — сможешь идти к себе, на сегодня это все. — Да, хорошо-спасибо, — голубой снова попытался сосредоточиться на датападе, но уже скоро ритмично покачивал стилусом, глядя куда-то в стену и изредка негромко вентилируя. Меломан тихо фыркнул, трогать его не стал и просто шмыгнул за дверь, тихо закрыв ее. Последний отчет на день... И что делать потом? Опять останется один, будет ходить где-нибудь по городу и думать?.. Думать... Думать, думать и снова думать. Думать, вспоминая... Скрипнув палочкой, Блэрр отложил стилус в сторону, с разочарованным вздохом приподнимая табличку и читая весь отчёт с начала. Рядом лежала не слишком аккуратная стопка гаджетов, уже заполненных текстом, которую он едва смог удержать, когда неловко задел манипулятором. Их нужно отдать Клиффджамперу. За окном только начинало темнеть, включались первые фонари и многие мехи уже шли с работы по домам. Он выключил свет в отсеке, вышел в коридор, толкнув дверь сервоприводом. День тянулся бесконечно долго. До невозможности долго! Казалось, что с утра прошло не всего каких-то восемь или девять циклов, а по меньшей мере неделя или две. Ждать окончания смены было невыносимо. Но, как ни странно, он не воспользовался своей скоростью, медленно идя по коридору и держа стопку датападов на согнутых манипуляторах, объясняя самому себе это тем, что чем быстрее он все доделает и отдаст, тем больше будет свободного, ничем не занятого времени. Как он ни старался отогнать от себя мысли о нем, ничего не выходило. Слишком свежи были все воспоминания. Слишком четко и слишком ясно он видел его, как будто наяву. Слишком... Слишком много он думал, невольно переключаясь с любой темы на него. Он ведь был рядом так долго... Всегда. Казалось, что он был рядом всегда. Сколько он помнит себя в этом месте, он всегда был где-то поблизости, готовый помочь и поддержать в любой милицикл. А уж эти заботливые, ясные, светлые и всегда чуть грустные голубые окуляры... Или лёгкая, появляющаяся так редко улыбка... От нее приподнимаются самые кончики его губ, но от этого весь фейс становится светлее и светится тихой, спокойной и стеснительной радостью. И, хоть он и понимал, что это был лишь образ, который тот хорошо сыграл и вошёл в роль, Лонгарм все ещё вспоминался как личность, а не как маскировка десептиконского двойного агента. Особенно учитывая то, что и тот оказался похож на него. Взять, хотя бы, откровенно говоря, его изящность во всем корпусе. Начиная этими кажущимися на вид тяжёлыми сервоприводами, а сам мех умеет передвигаться абсолютно бесшумно, как он уже понял, и заканчивая аккуратными подвижными антеннами-рогами на его шлеме. Одновременно жуткий и неописуемо завораживающий силуэт. Он не раз выводил контуры его когтей или шлема кончиком сервопривода на песке, сидя на лавочке в парке вечером и пытаясь отвлечься от всего мира, чтобы отдохнуть. Тогда, стоило лишь очнуться и увидеть, что именно появляется из робких линий, как он тут же тушевался и начинал быстро стирать рисунок, пока его никто не заметил. Или, что было намного рискованнее, он недавно забылся на собрании, самозабвенно кивая под монотонную речь Ультра Магнуса и тихо чиркая стилусом по своему датападу. Мех даже не заметил, как к нему сзади подошла Рэд Алерт, и очнулся лишь тогда, когда та тронула его за плечевой сегмент, тихо спрашивая, не слишком ли он переживает о том, что Лонгарм оказался предателем. Тут же смутившись, он скомканно ответил, что все хорошо, и быстро стёр с таблички изображение рогатого десептикона. Он старался скрыть это от всех, но многие уже опытно усмехались, за спиной гадая, кто же приглянулся голубому гонщику, на что он всегда не находил, что сказать. Если это было в столовой или он просто был с кубом энергона, лучшим вариантом было уткнуться в него и пить, изо всех делая вид, что он очень занят. Порой это становилось невыносимым. Он находил его частичку во всем мире. В каждом встречном мехе, в вечернем фиолетовом небе, в стопках отчётов, что так напоминали о нем. Вся база, каждый отсек, а особенно его кабинет, который сейчас занимал Клиффджампер. Все, до самых мелочей и просто пустяков... — Блэрр? Ты чего посреди коридора стоишь? Гонщик тряхнул шлемом, уже привычно быстро говоря: — Задумался-просто. — Точно все нормально? — с беспокойным взглядом уточнила Рэд Алерт. — Точно-точно. — заверил фем тот, осторожно обходя ее, чтобы не задеть гаджетами. Когда-то и Лонгарм также спрашивал, все ли хорошо с ним... Когда-то и сам Блэрр уговаривал его дойти до медотсека, если тот выглядел совсем уж плохо, и не раз доводил дотуда сам, опасаясь, что Прайм вернётся к работе. Это... Было так давно, что, казалось, никто уже и не помнит кроме него самого про бывшего главу разведки. А ведь сколько он сделал для них, даже не учитывая то, что передавал информацию фиолетовозначным. Он упёрся датападами в закрытую дверь кабинета, отогнав от себя лишние мысли. Каждый день примерно одно и то же. Мегациклы тянулись, как бесконечная пленка плохого кино. Как кинолента, по какой-то причине не переставшая мотать свой монотонный сюжет после его завершения, повторяя раз за разом. Он вышел на улицу, тихо прикрыв дверь. Целая ночь для него. Мех медленно шел по улице, возвращаться домой не хотелось. Именно из-за этого он то и дело останавливался, поднимая шлем к небу, мысленно сравнивал его цвет с цветом корпуса двойного агента, тяжело вентилировал, прислушиваясь к тихому шороху металла от лёгкого, но прохладного ветра. Нет смысла возвращаться домой, если там тебя ждёт лишь тишина, подстёгивающая мечтания, выходить из которых порой очень сложно. А уж если вспомнить про десептикона с тремя когтями... И неважно, что про него говорят остальные. Оглядевшись, Блэрр понял, что прошел свой поворот несколько минициклов назад. — Значит... Значит-можно-и-погулять. Ночь встретила приятной тишиной, свежим ветром дыша в спину во время бега. И даже эта ночь чем-то неуловимо напоминала о нем. Вокруг мелькали дома с пятнами света в окнах, кто-то, как и он сам, не спал в этот поздний час, фонари, ещё не думающие гаснуть, неоновые вывески, которых становилось меньше по мере приближения к окраине города, и скоро пропавшие совсем. Из под сервоприводов взметалась пыль, смешиваясь с запахами, принесенными степным ветром, и наполняя вентсистемы до отказа. Он остановился не сразу, скрипнув песком и оглядев тянущуюся дальше равнину с редкими холмами. Тихо. Где-то вдалеке застрекотали крохотные инсекты, под эти звуки он медленно сел на песок, прижав коленные соединения к грудной панели и приобняв их. Мягко и немного холодно светили далёкие звёзды, окрашивая все вокруг в серо-голубой. И чего-то не хватало. Чего-то важного, но он никак не мог понять, чего именно. Не дав ему подумать об этом, звякнул коммлинк, неразборчиво передавая сообщение, из которого он смог уловить не так много, зато того, что он услышал, хватило, чтобы он подскочил, едва не поскользнувшись на сером песке. "Замечен сигнал десептикона, координаты передам следом, вероятно, это Шоквейв." Искра пропустила несколько ударов, потом сразу начав биться в ускоренном темпе. Этого не может быть, почему местоположение десептикона практически совпадает с его собственным?... На плечевые сегменты аккуратно легли огромные когти, притягивая гонщика ближе к их обладателю. — Маленький наивный автобот, — прозвучало совсем рядом и... С теплотой? Теплотой, которой так не хватало прохладной ночью...