Break For Me // Порадуй меня

Гермиона выходит на улицу, держа ключи от новой квартиры, которую приобрела, и направляется в свой старый дом, где, как она уверена, находятся Поттеры. Открыв дверь, она застает Гарри и Джинни, уютно устроившихся на диване перед телевизором. — Привет! — Она приветствует их с широкой улыбкой на лице и волнением в голосе. — Привет, Герми. Они начинают вставать, и она идет к ним быстрыми шагами, потрясывая ключами над головой. — Тебе уже дали ключи от квартиры? — взволновано спрашивает Джинни. Гарри просто молчит, и она не знает, как поступить, поэтому просто говорит. — Да. — Мерлин, дорогая! Поздравляю! — Восклицают они одновременно. Слышится звук открывающейся двери, и она видит трех мальчиков — ее мальчиков. — Что происходит? — спрашивает Альбус. — Привет, Ми. — Джеймс и Скорп обнимают ее, за ними следует Ал. — Я только что получила ключи от своей новой квартиры. — отвечает Гермиона. — Да ты шутишь! — А вот и нет! — Поздравляю, дуреха. Она делает обиженное выражение лица и скрещивает руки на груди. — Ха-ха, умора, Джеймс. — Я тоже тебя люблю, Мисс Всезнайка, — и они смеются. — Дети, не хотите ли перекусить? Я очень голоден. Они согласно кивают. Когда Гарри и Джинни идут на кухню, а она остается сзади со своими друзьями, то вспоминает, что еще хотела сказать о своем переезде. — Мои любимые мальчики, — говорит Гермиона, обнимая их, — мне нужна ваша помощь, чтобы перевезти вещи. Может, вы будете зайками и поможете подруге? Джеймс поперхнулся, а Скорпиус хихикнул, видя ухмылку на ее лице. — Наша непослушная принцесса. — издеваясь на ней, протягивает Джеймс. — А как же иначе?

___________________________

Встреча проходит хорошо. Они почти закончили. Она слушает, как миссис Клируотер представляет свою новую идею перед боссом и коллегами. В какой-то момент слова сливаются воедино, и ее мысли уносятся куда-то далеко от конференц-зала. Она чувствует, как носок кожаной туфли прижимается к ее голым лодыжкам, и сразу же понимает, кто это. Воспоминание о том, как он трахал ее, все еще возникает в голове каждый раз, когда думает о нем. Воспоминания яркие, как будто это произошло всего несколько секунд назад, но это было так давно. Она понимает, что он делает это специально — дает ей немного, а потом забирает. Она закидывает ногу на ногу, пытаясь подавить желание, создать какое-то трение. Знакомая, но незаметная ухмылка, которая появляется на его лице только все усугубляет. Блейз смотрит на них, и, если быть до конца честной, если бы кто-то сунул голову под стол, то ничего бы не увидел. Он нужен ей. Она думала, что когда ее любопытство — только лишь оно — удовлетворится хоть раз, она забудет его и пойдет дальше. Но, видимо, вера в это любит играть с ней на свой извращенный лад. Она до сих пор чувствует желание. Сильнее, чем раньше. Теперь, когда она знает, как он чувствуется внутри, она не хочет никого другого. Он испортил ее. Она его. Его, чтобы он трахал. Его, чтобы он приказывал. Его. Секс был для нее разрушен. Ее стенки трепещут, и Гермиона чувствует пустоту. Если он нагнет ее на столе перед всеми присутствующими, то не будет возражать. Гермиона вылетает из своих мыслей, когда замечает, что все вокруг нее собирают свои вещи и начинают уходить. Драко уже встает и проходит мимо нее, когда чувствует, как его пальцы незаметно касаются ее волос. Она вдыхает, делает глоток кофе и выходит из комнаты последней.

___________________________

— Это все, — говорит Скорпиус, ставя последнюю коробку на пол. — Спасибо большое, милые! — Не беспокойся, сестричка. — заходит Джеймс, обнимая их обоих. Они смеются, и примерно через час мальчики уходят. Ведьма проводит остаток своих выходных, разбирая вещи и расставляя их по местам. Когда она, наконец, закончила и приняла душ, слышит стук в окно. Гермиона видит красивую черную сову с чем-то прикрепленным к нему. Она очень похожа на сову Скорпа, но эта крупнее, ярче и старше. Она открывает пакет и находит внутри записку и бутылку выдержанного шампанского. Записка гласит. Поздравляю с переездом. Надеюсь, тебе понравится шампанское. Увидимся в понедельник. ДМ Гермиона не знает как, но на пергаменте остался его запах. Он окутывает ее, и Драко — это все, о чем она может думать. Она наливает себе маленький стакан, переодевается в шорты и большую футболку и идет к кровати — письмо все еще в руках. Когда она допивает стакан, Гермиона продолжает читать, пока не утомляется. Ее глаза закрываются, и вскоре она засыпает.

___________________________

В дверь его кабинета стучат, и он позволяет войти. Маленькая ведьма заходит с сияющей улыбкой на лице. — Привет, Гермиона. — Драко встречает ее вежливой, искренней улыбкой. — Добрый день, мистер Малфой. — Нет необходимости в этом, когда мы только вдвоем. Я много раз говорил тебе, что ты можешь звать меня Драко. Честно говоря, я скорее ожидаю этого. — Пока она молчит, он добавляет. — Если хочешь, конечно. Она прекрасна, как всегда, в красивом черном платье, которое заканчивается чуть выше колен. Глаза скользят по ее телу, совершенно этого не скрывая. Гермиона, кажется, это замечает, и ее щеки краснеют тем великолепным цветом, который ей так идет. — Иди сюда, малышка, — приказывает он мягким голосом, и неудивительно, что она почти сразу приближается к нему. Ухмылка дергает уголки его губ. Гермиона теперь стоит перед ним, между раздвинутых ног — ее маленькое тело идеально помещается между его бедер. Одна рука тянется к ее пояснице и подталкивает вперед — ближе к себе. Она не отстраняется, и это сигнал ему продолжать. Она давно забыла, зачем вообще вошла в его кабинет. Но в одном она была уверена — точно не за этим. — Садись, милая. Ее тело подчиняется по собственной воле. Она оседлала его, платье задралось вверх по телу и обнажило загорелые ноги. Мужчина уже полутвердый и становится видно, что она это почувствовала. Ее глаза расширяются от внезапного ощущения, и она ерзает у него на коленях, трется об эрекцию. Ее движения становятся быстрыми, а рот приоткрывается. Она слышит его дерзкий и дразнящий голос. — Тебе это нравится, детка? — Да...— полустонет, полушепчет Гермиона. Он взмахивает рукой, и она чувствует, как магия заполняет комнату: дверь заперта, стоит заглушка. Он поднимает бедра и не очень мягко трется. — Прекрати. Ведьма замирает, ее движения обрываются, уже не чувствуется то тепло. Она смотрит на него. Он обхватывает ее задницу и поднимает на стол, предварительно швырнув все бумаги на пол. Дерево впивается в кожу. Рука остается на его бицепсе, и она смотрит в его красивые глаза. Она может потеряться в них; они как небо в дождливый день — серые, холодные, за ними прячется буря. Но он не холоден к ней. И никогда не был. Холодный и отчужденный Драко по отношению к ней — это было далеко от того, что она видела на протяжении многих лет. Ее взгляд полон веселья, мольбы и удивления. Она сидит, раздвинув ноги перед ним — напоказ. Хотя его глаза смотрят на нее. Он встает. — Драко... — ее слова полны замешательства. Блондин становится на колени, и она смотрит на него сверху вниз, прежде чем перевести взгляд куда-то еще в комнате, смущение окрашивает ее щеки. Она понимает, что происходит, и это то, чего она никогда раньше не чувствовала. — Нечего смущаться, сладкая, — о, боги, опять это слово. — Посмотри на меня, Гермиона. Она опускает свой затуманенный взгляд, когда мужские руки скользят вверх и вниз по бедрам, и ее рот приоткрывается. — Драко, — слабо произносит девушка. Кажется, это все, на что она способна. Мужчина начинает оставлять небрежные поцелуи от ее лодыжек вверх к внутренней стороне коленей и бедер, пока не достигает киски. Его руки тянутся к трусикам, и она пытается сомкнуть ноги, но его хватка крепкая, и она не может противиться. Глаза Драко не отрываются от ее, видя в них тревогу. Он немного отстраняется, держа руки на бедрах, оставляя открытой для себя. — Никто другой не делал этого тебе? Она качает головой над ним. — Хорошо, тогда я буду первым. После его слов Гермиона снова успокоилась. Она не осознает, что это такое, но что-то в нем успокаивает. Она может отдаться ему без раздумий, зная, что он позаботится о ней, будет нежным, остановится при необходимости. А может, дело в том, что он гораздо опытнее ее и знает, что делает. Блондин снова тянется к трусикам, и на этот раз она позволяет ему. Он стягивает их, сохраняя зрительный контакт. Как только он снимает белье, то кладет себе в карман брюк. Драко целует ее клитор, и она издает хриплый стон. Затем его язык проводит по ней, собирая соки и размазывая по всей коже. Мужчина стонет от ее вкуса, и знает, что никогда не насытится ею. — Мне никогда не будет достаточно тебя. Предложение, сорвавшееся с его губ, едва слышно. Она думает, что это должна была быть только мысль, но то, что она услышала, повлияло на нее. Его губы снова касаются клитора, и на этот раз они задерживаются, посасывая комочек нервов. Ее голова откидывается назад, а губы открыты, когда с них слетает нечеловеческий звук. Она чувствует улыбку на его талантливых губах. Его язык рисует восьмерки на ее клиторе, заставляя кричать сильнее, громче, и все тело дрожит. Он поедает ее, как голодный мужчина. Она рассыпается за считанные минуты, о чем и говорит ему. — Драко, я... я не могу сдержаться. Пожалуйста, п-пожалуйста, позвольте мне кончить. Она чувствует горячее дыхание на себе, когда он говорит. — Попроси вежливо, дорогая. Глаза закатываются, и ей кажется, что она вот-вот упадет, а он будет рядом, чтобы поймать. — Драко, пожал... — слова обрываются, и волна удовольствия захлестывает ее. Гермиона запускает пальцы в его светлые локоны, слегка дергая их. Пальцы впиваются в плоть ее бедер, наверняка оставляя синяки. Хуже всего то, что она хочет их там. Его. Его отметки. Его следы на коже. — Такая плохая девочка, — говорит он, глядя на нее. — Я разрешал тебе кончать, милая? Она качает головой и тихо шепчет. — Нет... — Правильно, не разрешал. А знаешь, что бывает с непослушными девчонками, которые не слушаются своего папочку? Она знает. Он видит это в ее глазах. — Верно. Их наказывают. Ее глаза расширяются от удивления. Она слышала об этом, но пугал тот факт, что не знала, какое наказание понесет. Гермиона чувствует, как учащается ее дыхание, и пытается успокоиться. Он не причинит тебе вреда, Гермиона. Он не причинит тебе вреда, Гермиона. Он не причинит тебе вреда, Гермиона. Слова продолжают повторяться в ее голове, как мантра, пока не слышит его голос — глубокий, властный, но нежный. — Я не причиню тебе вреда. Никогда. Запомни это. Она кивает. — А теперь наклонись над столом. Он приказывает ей, как маленькому ребенку, и, судя по ее поведению, ей это скорее нравится, поэтому Гермиона подчиняется. На дрожащих ногах она встает на пол и поворачивается к нему спиной. Когда она опирается на стол, он усмехается. — Я сказал нагнуться, а не прислониться. Его тон изменился, и по ее коже побежали мурашки. Это было жестче, чем то, что он использовал по отношению к ней, когда говорил, трахался или что бы это ни было. Он берет ее руки со стола и заводит за спину, связывая своим галстуком. Ткань впивается в кожу, а дерево безжалостно вонзается в бедра. Она стоит на цыпочках, едва касаясь пола. Руки Драко пробегают по ее телу, платье куда-то сброшено. Что-то жжет задницу, и она вздрагивает от боли. — Ш-ш, ты можешь выдержать это, детка. Я знаю, что ты можешь. Их будет всего десять, так что ты научишься меня слушать, — следующий шлепок возникает сразу после того, как он перестает говорить. — Посчитай их! Вслух! — Два, — слова срываются с ее губ в болезненном стоне. — Хорошая девочка, продолжай. Ее стеночки сжимаются. Она произносит слова сожаления, но он продолжает, говоря, что ей нужно немного дисциплины. — Три. Четыре. Пять. Ее задница горит. Когда он достигает десяти, она готова расплакаться. Ее зад покраснел, и это больно, но тем не менее ей это нравится. Он гладит ее, ласкает легкими прикосновениями — полная противоположность тому, что он делал с ней всего несколько минут назад. И когда он достигает ее влагалища и вводит два пальца внутрь, Гермиона чувствует, насколько она мокрая. Они скользят так легко, что это почти смущает. — Блять, ты течешь. Гермиона стонет, он вытаскивает из нее пальцы. Девушка слышит звук расстегивающейся молнии и точно знает, что он делает. Ее босс собирается жестко трахнуть ее прямо на своем столе. Он поднимает ее и снова кладет к себе на колени — на этот раз полностью обнаженной. Ну, может быть, не на столе. Драко приставляет член к ее входу и смотрит в глаза. — Можно, сладкая? — спрашивает он, и его тон вернулся к тому, который она помнит. В вопросе нет необходимости, но она в любом случае дает разрешение, глубоко насаживаясь на его член. — Блять, — стонут они оба, и ей нужна секунда, чтобы прийти в себя. Ее стенки крепко сжимают его. — Двигайся, пожалуйста. Он вошел в нее глубже, чем она когда-либо думала. Он двигается, не слишком медленно, не слишком быстро, задавая идеальный темп, чтобы она сошла с ума. — Ты моя. Скажи, что ты моя! Какое-то время она молчит, ее рот открывается в тихом скулеже, когда он трахает ее. Она его. Это правда. Он так невероятно ее растягивает, чего она никогда не чувствовала прежде. Что-то, чего никто другой никогда не сможет ей дать, и именно тогда она снова вспоминает, что испорчена для любого другого мужчины, который когда-либо существовал в этом мире. Она уже поняла это – Драко никогда не выходил у нее из головы. — Пожалуйста, Гермиона, скажи это, — произносит он сквозь стиснутые зубы. Но что ее удивляет, так это его мольбы. Он толкается и находит совершенно новую точку внутри нее. То, что доставляет ей только умопомрачительное удовольствие, что встречает очередной толчок довольно громким стоном. — Я твоя, Драко. Я твоя. О боже, блять, блять, блять. — Дерьмо, — глубокий стон исходит из его груди. Слава Мерлину, что на комнате заглушка. Ее бедра двигаются сами по себе, встречаясь с его тазом. Кожа к коже, шлепки эхом разносятся по комнате. Вскоре она осознает, что его член дергается внутри нее, кончая. Их жидкости соединяются и смешиваются в одно. Драко окрашивает ее шейку матки своим семенем — глубоко, так чертовски глубоко внутри нее, что она уверена, он создал место только для себя. Ее голова откидывается назад в экстазе, а спина выгибается навстречу ему. Он кладет ладонь на одну грудь и щиплет за сосок. Стенки сжимаются и разжимаются. — Кончай, детка. Кончай для папочки. Это все, что потребовалось, чтобы оргазм накрыл ее тело, и узел внутри живота разлетелся в клочья. Все ее тело содрогается вокруг него, и Гермиона хватается за плечи и вонзает ногти в алебастровую кожу его спины, оставляя на ней следы в виде полумесяцев. Он почти истекает кровью, и она улыбается про себя. Он сосет ее пульс на шее, и кудрявая ведьма почти кричит от этого ощущения. После того, как Гермиона успокоилась, у нее пересохло в горле, ведь она кричала. Достаточным подтверждением было увидеть ухмылку на его лице. Невероятно, как хорошо он изучил ее тело за такой короткий период. Они остаются так еще несколько минут. Когда она соскальзывает с него, девушка чувствует, как жидкость вытекает из нее и стекает по бедрам. Глаза Драко устремлены прямо туда, и она краснеет. — Как мило, — размышляет он, — после всего, что произошло, ты до сих пор краснеешь по такому пустяку. В этом нет необходимости, я уже говорил тебе. Он шепчет ей в губы, прежде чем поймать их своими. Его пальцы касаются внутренней стороны ее бедер именно там, где капает его сперма. Собрав каждую каплю, он заталкивает ее обратно внутрь нее, и ее стенки трепещут под его пальцами. Она скулит, потому что слишком чувствительная. Другая рука сжимает ее задницу. Гермиона двигает бедрами, ища любое трение. Блондин отстраняется и крепко обнимает ее. Взгляд его глаз как у хищника, играющего со своей добычей. Она замерла. — Хорошая девочка, — мурлычет он, и из ее рта вырывается тихий стон. Он усмехается — Нравится, когда вас хвалят, не так ли, мисс Грейнджер? — Да, — ответ больше похож на скулеж, но он прекрасно ее понимает. Пальцы Драко возвращаются к ее влагалищу, и она еле сдерживается, чтобы оставаться неподвижной. Она на грани взрыва. Это видно по ее глазам. — Порадуй меня, Гермиона. Он наклоняется, чтобы прошептать ей на ухо. Когда отстраняется, то накрывает губы своими. Она рассыпается вдребезги, как только его пальцы возвращают в нее их освобождение нежными движениями. Тело Гермионы сотрясается в конвульсиях – чрезмерно возбужденное, чувствительное к прикосновениям, и это именно то, что он делает - прикасается. Он трогает ее клитор большим пальцем, и она думает, что может умереть. Гермиона кончает снова, стенки трепещут вокруг его пальцев. Член дергается. Ее глаза закатываются, когда последняя волна проносится в ней, и она видит звезды.

___________________________

Гермиона просыпается на диване, завернутая в его пальто. Она очищена, нет ощущения липкости между ног и тяжести на коже. В комнате не пахнет сексом и потом. Гермиона видит его сидящим за столом, работающим, листающим бумаги, как ни в чем не бывало. Ее платье покоится на стуле для гостей перед ним. — Драко... — она не может закончить предложение, ведь ее голос едва слышен, но он, тем не менее, слышит. Его голова резко поднимается, и он смотрит на нее. — Что случилось? Она слышит смешок, который срывается с его красивых губ. — Малышка, ты потеряла сознание. Его тон мягкий, осторожный и тихий, чтобы не беспокоить ее. — Что? Гермиона повышает голос, и ее глаза внезапно перестают быть сонными. Она встает и садится. — Мы занимались сексом, и ты потеряла сознание. Разве ты не помнишь? Может я отвезу тебя в больницу Святого Мунго? — Я помню, но не все. Последний момент немного туманен. Ее голова начинает падать набок. Он садится рядом всего через несколько секунд. Драко кладет ее на спину, голова лежит у него на коленях, волосы разлетаются повсюду. Он успокаивающе проводит пальцами по ней. — Я в порядке, просто устала. Ведьма бормочет с закрытыми глазами. Через некоторое время он приманивает ей платье при помощи Акцио и помогает подняться. Драко надевает на нее платье, и она забирается к нему на колени, прижимаясь ближе к груди, обвивая руками его тело. Она почти растворяется в мужчине. Он обхватывает своими сильными руками и держит ее так. Они сидят так, пока кто-то не стучит в дверь. Гермиона и Драко встают, и он говорит. — Тебе пора домой, милая. Воспользуйся камином, а я приду к тебе где-то через час. Мне нужно узнать, что хочет Блейз. Девушка кивает и начинает идти к камину. — Откуда ты знаешь, что это Блейз? — Это всегда он.

___________________________

Она идет домой и переодевается в шорты и футболку большого размера. Когда стоит обнаженной — ее трусики все еще у него в кармане — Гермиона рассматривает синяки на своей коже в зеркале. Темно-фиолетовые пятна покрывают ее шею, грудь и видны отпечатки пальцев на бедрах. А вот ее задница красная. То, что произошло, как вспышка проносится у нее в голове, и она задыхается при воспоминании о том, как она хныкала под Драко, когда он безжалостно шлепал ее. Гермиона сидит на диване с книгой в руке, накинув на себя теплое одеяло, и ждет, когда придет Драко. У нее так много вопросов, которые хочет задать ему. Она хочет узнать его лучше, если он позволит ей. Не прошло и тридцати минут, как камин ожил и из него вышел Драко, стряхивая пыль с брюк. Она вскидывает голову и закрывает книгу, кладя ее на стол перед собой. — Драко. — Гермиона. Он подходит к ней и садится на диван рядом. Рука Драко тянется к ее бедру, медленно проводя круговыми движениями по коже, и она прижимается ближе к нему. — Гермиона, ты в порядке? Мне не стоило быть таким грубым с тобой? Он говорит тихо, звук едва сходит с губ. Он кажется стыдится и беспокоится. — Я в порядке. Если бы я не хотела, я бы так и сказала. Я уже говорила тебе это раньше. Мужчина кивает и говорит. — Ну, тогда я пойду. — Останься. Он начинает вставать до того, как она заговорила, но, услышав это слово, останавливается, смотрит на нее, и Гермиона пытается его переубедить. — Пожалуйста. — Она говорит тихо, что может слышать свое дыхание, даже сердцебиение. В комнате было так тихо. — Пожалуйста, останься. Драко снова садится, а она ложится к нему на колени, как и час назад в его кабинете. Его рука снова проникает в ее локоны, и она закрывает глаза, когда он гладит ее по голове и лицу. — Я хочу узнать тебя лучше, — бормочет она. — Хм... Что ты хочешь знать? Спроси, и я расскажу. Она мягко улыбнулась, и Драко погладил ее по щеке большим пальцем. — Я хочу узнать больше о твоей жизни. Например, что случилось с Асторией, как она умерла? Я смутно ее помню, но ни ты, ни Скорпиус не говорите о ней. Она открывает глаза, чтобы посмотреть на него, но он уже глядит в ответ. Девушка замечает, как его взгляд теплеет. — Астория страдала от проклятия крови с момента своего рождения и до самой смерти. Мы узнали об этом после того, как поженились. Мы всегда говорили о том, чтобы иметь детей — и не одного, так как я много лет жаловался на то, что являюсь единственным ребенком. Но после того, как я узнал о существовании проклятия, я перестал думать о ребенке, потому что мы оба знали, что это повлияет на то, сколько лет ей осталось. Она была упряма. Она говорила, что не хочет, чтобы я оставался один после ее смерти. Так что у нас появился Скорпиус, только он. Он лучший подарок, который она когда-либо делала, и лучший, который я когда-либо мог желать. Я благодарен за него; он моя единственная возможность видеть ее снова. Ее улыбка живет в нем, и поэтому мне нравится видеть, когда он улыбается. Она вырастила его, чтобы он стал тем, кем он является сейчас. Драко с обожанием говорит о своей покойной жене. Ее зрение становится размытым. Драко проводит большим пальцем под глазом, чтобы подхватить слезу, которая колет в уголке ее левого глаза. Он сглатывает, и его кадык дергается. — Знаешь, тогда устраивали чистокровные браки, но не у нас. — Он смотрит ей прямо в глаза, уверяя, что не лжет. — Она раскрыла лучшее во мне, и благодаря ей я стал тем, кто я есть сейчас. Гермиона берет его за руку и проводит пальцами по ладоням до предплечий, покрытых венами. — Ты так красиво о ней говоришь. Ты скучаешь по ней? — Скучаю. Сильно. Но со временем боль переросла в нежность, благодарность, — он улыбается. — А как же твое детство? — Я ходил в Хогвартс с Поттером, так что, я полагаю, ты могла слышать эти истории? — Он заканчивает предложение, поднимая бровь. — Да, но я спрашиваю о тебе. — Не могу сказать, что у меня было лучшее детство, но и не самое худшее. Я пытался угодить отцу, заслужить его одобрение. И иногда мне это удавалось. Одно из моих любимых воспоминаний — это то, как я лазил по деревьям на заднем дворе поместья возле небольшого озера. Гермиона слушает его речь, почти не дыша. — Какое твое любимое воспоминание, сладкая? Она вздрагивает, когда он задает вопрос. — Легко. День, когда я поступила в Хогвартс. Это было великолепно, — ее глаза сияют. — Какой твой любимый цвет? — Синий. — Время года? — Весна. — Число? — Семь. — Предмет? — Зелья. Прошло несколько часов, уже поздний вечер. Все это время они разговаривали, узнавая друг друга лучше. Он должен идти, о чем он говорит ей. Они встают с дивана, и он направляется к камину. Драко уходит оставляя страстный поцелуй на губах и еще один в макушку. — Увидимся завтра, Гермиона. Он подмигивает ей и исчезает в зеленом пламени.