И пусть течет кровь

Женя всю ночь не могла найти себе места. Она ходила по номеру из стороны в сторону, отбивая паркетные полы каблуками. Всë это кончилось и стало как-то пусто, будто чего-то не хватало. Медведева с трудом пыталась оторвать от своего сердца Алину, которая за это время так крепко прижилась там. — Надо что-то делать, — она взяла чемодан, раскрыла его и начала складывать туда вещи. Было ощущение, что от каждой рубашки пахло Алиной. Еë парфюмом, мылом, шампунем для волос. Это было почти невыносимо. Она сгребла все вещи в кучу и смяв их, затолкала в чемодан. Рука сама собой потянулась к телефону, а палец накрутил на диске номер Валерия. — Да? — раздался мужской голос на том конце. — Прости, что так поздно. Не разбудила? — Нет, Олечку только уложил, — было слышно, что Валерий улыбается. — Как ты? — В порядке. Завтра лечу домой, — Женя легла на подушку, прижимая трубку к уху. — Как тебе всë это? Круче, чем наше с тобой первое сотрудничество, согласись? — Это было трудно, печально, но безумно интересно. Мне понравилось. — И мне, но, надеюсь, такого больше не будет. Я предпочту перекладывать бумажки, лишь бы все были живы. — Слушай, ты же хорошо общался с моим начальником? — С Олегом Владимировичем? — Угу. — Мы отлично ладим. — Как думаешь, он бы одобрил мой перевод в другой город и в другой отдел? — Думаю, да, но не уверен. А ты хочешь перейти? — Не знаю пока, — она выдохнула. — Как Оля? — Скучала по мне. Все уши прожужжала о том, что у неë нового. Женя усмехнулась, а сама медленно начинала засыпать. — Доброй ночи, Евгеша, — прозвучал голос Валерия. — Доброй, Валера. Спасибо, — она положила трубу и подтянула на себя одеяло, кутаясь в него по самую макушку.

***

Женя проснулась в пять утра, когда на улице стоял уже осенний туман. В голове что-то сработало, она быстро натянула брюки и кофту, захватила пачку сигарет и вышла на улицу. Было холодно и сыро. Влажность заставляла одежду облеплять тело. Кожа покрылась мурашками, а волосы спутал порыв пронизывающего ветра. Женя закурила и пошла в сторону леса, который был рядом с гостинницей. Она люблю атмосферу своей работы всей душой. Любила каждое дело и жила этой работой. Как бы не было тяжело — это было то, ради чего она просыпалась каждое утро. Эта командировка изменила всë в еë жизни. Маленькая милая девушка Алина, которая так пригрелась где-то внутри Жениного тела. Поначалу это казалось неправильным, затем пугало, а потом стало чем-то родным и необходимым для нормального существования. — Зачем же так… — шепнула Женя и села на влажную землю, прижимаясь спиной к толстому стволу дерева. Кроны шумели, заслоняя зелеными листьями серое небо. Природа вновь будто чувствовала Женино настроение. Она выдохнула сигаретный дым и потерла уставшие глаза ледяными пальцами. Было холодно и чертовски грустно. Грустно, до дрожащих пальцев и тугого кома в горле. Щемящая боль в сердце напоминала о том, что отъезд всего через несколько часов. Ещë в самом начале еë обучения всем говорили «не смейте заводить личные отношения с коллегами, только рабочие!». Только теперь Женя поняла, почему эта фраза была такой важной, потому что… Оставлять всегда больно. Женя совсем скоро вернулась обратно в номер. На кресле стоял чемодан, который она вчера еле как закрыла. На спинке этого же кресла висела чистая рубашка и брюки с пиджаком, которые она собиралась надеть сегодня. — Надо собираться, — она прошла в ванную, чтобы принять горячий душ. Жене не хотелось никуда уезжать и что-либо делать. Хотелось лечь и не шевелиться. Она привела себя в порядок, волосы вновь собрала в обычный хвост, потому что бигуди уже были закрыты в чемодане, открывать который было черевато опозданием на самолëт. Женя нанесла на себя парфюм, поправила рубашку, надела пиджак и свои любимые коричневые туфли. Проверила билет на самолет и свои документы. — Никаких слëз, — она подняла глаза к потолку, стараясь сдержать слëзы, чтобы тушь не потекла по щекам. — К чëрту, — Женя схватила чемодан, захватила ключи от номера и пошла прочь, стуча каблуками по полу.

***

Она нажала на звонок у двери и начала переступать с ноги на ногу от волнения. Дверь открылась, а перед ней оказалась Загитова, растрепанная, заплаканная и в пижаме. — Ты? — она шмыгнула и отошла, освобождая проход. — Я ненавижу долгие прощания, так что… — Алина пожала плечами и вытерла сырость со своих щëк. Женя сделала шаг вперед, разжала пальцы и выпустила ручку чемодана. Тот с грохотом упал на пол. Взгляд Жениных глаз прошëлся по Алине с ног до головы. Хрупкая фигура, обтянутая красивой шелковой пижамой. Измученное грустью лицо и красные глаза, кажется, она проплакала всë утро. — Не люблю долгие прощания, слышишь меня? — повторила Алина, глядя на Женю, которая как всегда выглядела идеально. — Я остаюсь, — сказала Женя и посмотрела прямо в глаза напротив. — Прости, что? — Загитова убрала волосы себе за уши и пробежалась взглядом по Жениному лицу. — Я остаюсь, — повторила Медведева. — У тебя тупые шутки, Медведева, — она шмыгнула носом. — Это не шутки, Алина. Я остаюсь. Алина в ту же секунду сорвалась с места и бросилась в Женины объятия. Она крепко обняла еë за шею и уткнулась носом в плечо, пытаясь сдержать слëзы. Женя обняла еë за талию, прижимая к себе как можно ближе и вдыхая аромат еë волос. Загитова тихо захныкала в Жениных руках, прижимаясь всë ближе и сжимая еë всë сильней, будто боялась что та сбежит или исчезнет прямо из еë рук. — Тише, — Женя прижалась щекой к ее макушке и успокаивающе погладила по спине. — Можешь ослабить хватку, я не уйду, — она оставила поцелуй в еë волосах. Алина всхлипнула и улыбнулась, всë еще не до конца веря в происходящее. Женя была в еë руках, она чувствовала еë запах, еë сердцебиение, ощущала тепло еë тела и ладони, которые без остановки гладили по спине. Чувствовала еë спокойное дыхание у себя в волосах. — Я остаюсь.