После перерождения я решил унаследовать семейный бизнес [BL]

Усвоив урок, он взял лапшу палочками и несколько раз подул на нее, прежде чем положить в рот. Остро-кислая лапша быстрого приготовления была особенно вкусной. Сун Юньжань, который слишком долго был голоден, съел половину миски на одном дыхании, прежде чем перейти к жареным яйцам. Он должен был признать, что кулинарные способности Цинь Кэ были очень хорошими. Яичный белок был хрустящим по краям, а в середине, если аккуратно потыкать палочками для еды, медленно вытекал однородный кремообразный желток. Сун Юньжань прокомментировал: — Лапша была приготовлена ​​так себе, но яйца хорошо прожарены. — Хочешь, я поджарю тебе еще одно? — спросил Цинь Кэ. Сун Юньжань нахмурился. — Ты хочешь заставить меня переесть в час ночи? Он доел последний кусочек яичницы и причмокнул: — Можешь сделать еще два? В глазах Цинь Кэ была улыбка. — Боюсь, что нет. Сун Юньжань поднял глаза. — Ты слишком скупой. — Я не скупой. Цинь Кэ посмотрел в его яркие глаза. — В доме осталось только одно яйцо. — ...О, тут уж ничего не поделаешь. Сун Юньжань разочарованно фыркнул, немного смущенный мыслью, что он действительно опустошил дом Цинь Кэ. Вскоре ему принесли ароматный омлет на фарфоровой тарелке. Сун Юньжань немного успокоился, спросив тихим голосом: — Итак, я закончил есть. Ты голоден? Цинь Кэ ответил: — Нет, я поел в самолете. Уголки рта Сун Юньжаня изогнулись, и он с удовлетворением наполнил желудок. После еды он проявил редчайшую инициативу, и отнес посуду на кухню, затем присел на корточки перед посудомоечной машиной, изучая кнопки на ней с вопросительными знаками над своей головой. Цинь Кэ подошел к нему, наклонился и нажал на кнопку, взял у него посуду и поставил ее в посудомоечную машину вместе с использованными кастрюлями и сковородками. Звук работающей посудомоечной машины был особенно отчетлив в утренней тишине. Некоторое время они вдвоем стояли на кухне в тишине, но первым заговорил Цинь Кэ: — Ты больше не злишься? Сун Юньжань собирался сказать «да», но потом замер. Он явно пришел, чтобы встретиться лицом к лицу с Цинь Кэ, но как могло случиться, что он съел еду в доме Цинь Кэ, и гнев в его сердце рассеялся? Прежде чем он успел придумать, что ответить, Цинь Кэ добавил: — Я слышал от Чэнь Цзин, что все в Синхэ скучали по тебе, пока ты отсутствовал на работе. — Я в это не верю, — Сун Юньжань хмыкнул. Цинь Кэ тихо рассмеялся: — Правда, я тебе не лгу. Сун Юньжань опустил ресницы, печаль, которая была обуздана двумя жареными яйцами, снова захлестнула его. Он посмотрел на мигающие лампочки на дисплее посудомоечной машины и тихо произнес: — Не думай, что я не знаю, что они не видят во мне президента и совсем меня не боятся. Все они думают, что я не могу делать ничего лучше, чем возиться с покупкой компании, и что мне просто повезло, и я случайно избежал большой ямы «Уравнения любви». Странные эмоции вспыхнули в сердце Цинь Кэ. Он думал, что Сун Юньжань с его широким кругозором не заметит нюансов. Но оказалось, что такой человек, как он, тоже будет из-за этого чувствовать себя потерянным и грустным. — И ты тоже. Сун Юньжань медленно присел на корточки перед посудомоечной машиной, обхватив колени руками и положив подбородок на колени. — Когда я сказал, что ты не сможешь получить роль, ты, должно быть, смеялся надо мной в мыслях. Голос Цинь Кэ понизился на несколько градусов: — Нет. Словно не слыша, Сун Юньжань продолжал бормотать себе под нос: — Итак, я подумал об этом. Я больше не буду президентом. В любом случае, у компании есть помощник Тан, так что не имеет значения, выйду я или нет. — Как это не имеет значения? Цинь Кэ произнес: — Он не такой, как ты. Сун Юньжань самоуничижительно улыбнулся. — Какая разница, разве он не больше похож на президента? Глаза Цинь Кэ слегка прикрылись. — Никто не указывает, как должен выглядеть президент. У тебя есть свои собственные идеи и стиль ведения дел. Никто другой не может заменить тебя. Так что ты, как руководитель, имеешь большое значение для Синхэ. — Я имею значение для Синхэ?.. Сун Юньжань скептически поднял голову и посмотрел на Цинь Кэ снизу. — Чэнь Цзин сказала, что все актеры, которых ты выбрал, очень хороши, и сценарии, которые ты купил, тоже очень хороши. Объединив их, компания вскоре сможет выпускать собственные шедевры и отличных актеров. Ты руководил Синхэ всего два месяца, а уже сделал больше, чем они за предыдущие пять лет. Когда Сун Юньжань услышал это, он подумал, что в этом есть какой-то смысл. Цинь Кэ почувствовал небольшую жажду и налил себе стакан воды. Когда он пил воду, Цинь Кэ все еще смотрел на Сун Юньжаня. С точки зрения парня, нижняя половина лица Цинь Кэ была закрыта его рукой и стеклом. Только эти глаза, черные, как чернила, серьезно смотрели на него, как будто хотели направить ему немного уверенности. Цинь Кэ на мгновение задумался и продолжил: — Для меня ты надежный человек. Я считаю, что остальные люди в компании думают о тебе так же. Просто ты слишком милый, поэтому люди тебя не боятся. — Я уже взрослый, — сказал Сун Юньжань избалованным тоном, — не продолжай делать мне комплименты за мою привлекательность. Цинь Кэ засмеялся и сказал: — Хорошо, но я думаю, что быть симпатичным — это преимущество, это означает, что ты не только хорош собой, но и обладаешь характером, который нравится людям. У тебя есть талант, которому другие не могут научиться. Сун Юньжань никогда не думал, что Цинь Кэ будет настолько прямолинеен в своих комплиментах, его щеки вспыхнули. Он откашлялся: — По-твоему, я действительно очень нравлюсь этим людям в Синхэ? Цинь Кэ поставил свой стакан с водой и присел, подражая позе парня, и посмотрел ему в глаза. Затем ясно и уверенно он риторически спросил: — Кому ты не нравишься? Сун Юньжань был ошеломлен, в его голове внезапно пронеслась полоса света, но прежде чем он успел ее уловить, посудомоечная машина первой просигналила о завершении процесса. Цинь Кэ встал и, наконец, сказал: — Легко напугать людей, но трудно понравиться им. Но ты сделал это! Ты все еще думаешь, что не можешь быть хорошим президентом? Сун Юньжань покачнулся и встал, глубоко задумавшись, глядя на спину Цинь Кэ. Поскольку погода недавно потеплела, Цинь Кэ снял куртку, когда вошел в дом, и обнажил тонкую рубашку. Когда он наклонился, чтобы взять столовые приборы, его стройные мышцы спины были облеплены рубашкой. Лопатки слегка выдавались вперед, словно могли вонзиться в глаза, с легкостью отводя на себя все внимание. Сун Юньжань внезапно вспомнил слухи, связанные с ним, и вдруг все, казалось, заимело разумное объяснение. Почему Цинь Кэ отвергал известных агентов индустрии одного за другим? Почему Цинь Кэ поехал на своем мотоцикле, чтобы спасти его в критический момент? Почему Цинь Кэ не спал посреди ночи, ожидая, когда он вернется, чтобы утешить его… Сун Юньжань сжал кулак: — Значит, я тебе тоже нравлюсь? — М-м. Цинь Кэ признался незаметно. «…» Итак, это все! Сун Юньжань, наконец, понял, почему все думали, что у него роман с Цинь Кэ! В кино всегда так! Вы не можете скрыть выражение ваших глаз, когда вам кто-то нравится! Сун Юньжань, в прошлой жизни ты был актером, но ты не был так хорош, как помощник Тан, или Шэнь Ии, или даже Хэ Цзыю. Ты даже не замечал этих микровыражений на лице Цинь Кэ! Но если подумать, неудивительно, что такой выдающийся человек, как он, привлекает Цинь Кэ. Но что делать? Он хотел быть только отцом Цинь Кэ, но Цинь Кэ хотел быть его… парнем? Сун Юньжань в растерянности, он никогда не был влюблен, но, по крайней мере, он снимался в любовных сценах и знает, что быть парнем — значит держаться за руки и заниматься любовью. Первое, что вам нужно сделать, это лечь в постель.