Проснись

Чимин шире распахнул глаза после того, как Юнги признался ему, а затем скромно улыбнулся и произнёс: — Тогда я должен сказать, что это чувство взаимно. В ту ночь они решили не расставаться, долго целовали друг друга, сжимая в своих объятиях, и уснули почти под утро. На следующий день, так как снова было воскресенье, ребята отправились на прогулку в парк Ханган. Красивое место, которое однозначно пришлось по вкусу двум неместным жителям столицы. Но посещать его лучше днём, пока солнечно и не так сильно дует ветер. Мешковатая одежда и натянутая почти на глаза шапка позволили насладиться общением без страха возможного столкновения с кем-либо из знакомых. Когда Мин увидел, что щёки юноши начал кусать мороз, не говоря уже о посиневших губах, тут же повёл его до ближайшей кофейни, чтобы отогреть, напоив чем-нибудь горячим. Сам он не чувствовал холода, по этой причине не сразу заметил, что у младшего зуб на зуб не попадает. — Почему не сказал, что застыл? Так ведь и простудиться можно. — Ворчал он, пододвигая самый большой стакан кофе, который здесь подавали. — Прости, мне так понравилось гулять, что совсем не хотелось останавливаться. — Когда вернёмся обратно, закутаю тебя во все одеяла, которые только найду. И ты останешься у меня ночевать, возражения не принимаются. Чимин широко улыбнулся. — Я и не думал с тобой спорить. — Вот и славно. Пей кофе, пока совсем не остыл. Пак сжимал обеими ладонями горячую кружку, согреваясь тем самым. Они долго общались, рассказывая о себе и своей семье. Чимин очень кратко поведал о том, что родная мама умерла, когда ему исполнился год. Отец в скором времени снова женился, детей в новом браке так и не появилось. Отношения со второй женой были не слишком близкими, мачеха всегда сохраняла между ними дистанцию. Несмотря на это, парень считал её своей матерью, потому что другой попросту не знал. Он всегда тянулся к ней и старался быть достойным сыном, но часто терпел неудачу. Что под этим имелось ввиду, Юнги не стал уточнять, понимая, что данная тема неприятна младшему. Брюнет рассказал о своих родителях и старшем брате. Они остались жить в Тэгу, но часто звонили. Им до сих пор не верилось, что любимый сын находится от них так далеко, живя один в огромном городе. — Кем работает твой брат? — У него своя фирма, а в свободное время занимается волонтёрством, посещая детские дома. У Чимина загорелись глаза, едва он услышал об этом. — Здорово. Я тоже хотел бы заниматься чем-то подобным. Юнги улыбнулся, но почему-то не смог представить его в окружении детей. А вот разъезжающим по миру известным танцором очень легко. Картинка появилась в голове, стоило ему вспомнить недавнее выступление. Отныне Мин готов день и ночь заниматься написанием музыки, лишь бы Чимин мог зажигать сердца людей своими танцами, он так хорошо умел это делать. — О чём задумался? Старший не заметил, что уже какое-то время молча пялился на сидящего напротив человека, улыбаясь при этом. — Прости, но я совершенно не представляю тебя с ребёнком на руках. Блондин удивлённо посмотрел на него и, кажется, обиделся на такое заявление. Юнги поспешил исправиться. — Я просто хотел сказать, что мне сложно это увидеть, потому что мы ещё мало знакомы и редко бываем вместе за пределами университета. Когда перед мысленным взором встаёт твой образ, я вижу огромную сцену и непрекращающиеся овации. — Да, теперь я понял. Чимин снова улыбнулся, а затем набрался храбрости и протянул свою ладонь к его руке, чтобы невесомо коснулся внешней стороны. Только он хотел убрать руку, Юнги ловко перехватил её, несильно сжимая, перебирая тонкие пальчики. Немалая разница в размерах, тем не менее, выглядела гармонично и правильно. Словно ладонь Юнги была создана для того, чтобы держать маленькую ладошку Чимина. Чтобы не смущать открытым прикосновением друг к другу, Мин вскоре позволил ему убрать руку. — Сейчас вернусь. — Старший поднялся из-за стола и отправился в уборную. Когда возвращался обратно, стал невольным свидетелем того, как рядом с Паком остановился какой-то незнакомый, по крайней мере для Юнги, парень. Он нагнулся над столом, нагло улыбаясь и что-то говоря притихшему Чимину. — Что здесь происходит? — Мин переводил взгляд с одного на другого. — Ничего. — Сказал незнакомец и вальяжной походкой отправился на выход. Сев обратно на своё место, брюнет спросил: — Всё в порядке? Пак хотел придать безмятежности своему лицу, но не получилось. — Не обращай внимания. Просто тени из прошлого. — А затем опустил взгляд. — Эй, посмотри на меня. — Попросил Мин. Снова встретившись с младшим глазами, он произнёс: — Я рядом, ты же знаешь, не так ли? — Да. — Если хочешь поговорить об этом…человеке, я готов тебя выслушать. — Буду иметь в виду. — Чимин слегка улыбнулся. — Я уже согрелся. Пошли домой? — Хорошо. Они ещё раз насладились прекрасным видом парка, медленно бредя вдоль хорошо очищенных от снега дорожек. Как и обещал, после возвращения в общежитие, Юнги помог избавиться от одежды и укутал в самое тёплое одеяло, прижимая к себе. Они планировали немного полежать, но усталость после длительной прогулки сделала своё дело, сморив обоих в сон. Через некоторое время Чимин открыл глаза, с теплотой глядя на спящего. — Спасибо за всё, что ты сделал, но этого недостаточно. Тебе необходимо бороться, чтобы вернуться ко мне. Пожалуйста. Как будто сквозь туман, к его сознанию пытались достучаться, но сделать этого, к сожалению, не получилось.