Опять неспокойно в городе Н.

Не зная с чего начать- представлюсь. Зовут меня Михаил Булгаков, я начинающий карьеру врач в городе Н. Переехал я сюда сразу же после выпуска из университета прошлым летом. Не отличаясь особой одаренность среди однокурсников, я не смог получить место в столице, поэтому поехал в Сибирь, которая всегда меня манила. Не могу сказать, что именно к ней тянуло, но рассказы о первозданной природе, суровых зимних вечерах за чашечкой горячего шоколада у камина не могли не смутить мое тогда еще юное сердце. Да и платят тут хорошо, мало кто отваживается работать в такой глубинке, за 1000 километров от Н. нет ни единого губернского города. Хоть Н. сам по себе и немаленький город, а по Европейским стандартам почти столица небольшого государства, но чувствуешь будто ты на корабле в центре бескрайнего океана. Однако, я отвлекся. Не знаю, будет ли кто-либо читать эти строки, тем не менее мне сложно их не написать и не излить свою душу хотя бы на бумагу. Много необычайных событий потрясли мой разум в последние недели, и я все чаще осознаю необходимость упорядочить мысли и восстановить ход событий. Возможно, читатель (если таковой найдется) и вовсе не поверит мне и найдет мою повесть не более чем сказкой, кажется, и сам уже не до конца верю во все произошедшее. Но к делу. Начну свое повествование с первого занимательного случая за всю мою жизнь. Произошел он буквально месяц назад, хоть по ощущениям и прошло никак не менее пяти лет. Во время прогулки по набережной, (я ежедневно совершаю моцион, полезно для здоровья) при мне произошел несчастный случай, пьяный человек упал на пути прямо перед трамваем, и бедолаге отрезало ногу. Это было в четверг в час дня и людей рядом не было. Я, как врач, естественно, побежал оказывать первую помощь. В попытках перевязать рану и остановить кровотечение я неожиданно для себя прикоснулся рукой к самой ране, но, к моему удивлению, это мало того, что не доставило боль пострадавшему, но каким-то немыслимым способом начало увеличивать ногу. Я в ужасе оторвал руку, а человек потерял сознание. Я долго не мог прийти в себя. Когда ко мне вернулся рассудок, подумал, что это была не более чем галлюцинация и решил убедиться в этом повторив процедуру. Вот тут я испытал еще больший шок, все повторилось и через пять секунд к нему вернулась нога. Целая, без малейших следов повреждений. Но что меня удивило не меньше- восстановилась и одежда. Пребывая в абсолютном шоке, я побежал в больницу, рассчитывая, что теперь уже окажут помощь моему больному сознанию. По пути я задумался о глупости потенциального признания, да и не хотелось быть запертым на месяц в лечебнице. Увидев по пути мой любимый бар решился зайти и лечить себя старым способом, завещанным отцами. Заказав двойную порцию рома, сел за барную стойку. Мгновенно опрокинул стакан и заказал еще один. В это время меня окликнул знакомый голос. -Михаил, вы ли это? Я повернулся. За столиком рядом сидел молодой мужчина лет 25 в белой рубашке и жилете. Его серебристые волосы доходили до поясницы, а улыбка, если способна была бы растянуться еще- разорвала бы лицо надвое. Мне потребовалось 5 секунд, чтобы сопоставить этот образ с моим старым знакомым из Петербурга, с которым я не виделся с первого курса. -Гончаров, ты!? Боже мой, тебя то что занесло в такую глушь? Мы обнялись. Он рассказал, что тоже приехал сюда работать, однако об организации умолчал, отделавшись лишь парой комментариев о том, что она связана с торговлей чаем. Мы начали вспоминать прошлое, веселые посиделки, старых друзей и юношеские мечтания о великой будущности. Общение и алкоголь меня отвлекли от произошедшего. Но резкое воспоминание о событии перевело меня в противоположную крайность и глубокую печаль, которая не осталась незамеченной собеседником. -Ха-ха, быстро же у тебя меняется настроение. Что с тобой? Как будто умер кто. -Да нет… Не знаю даже как об этом рассказать… Со мной произошло что-то, что не могло произойти с нормальным или по крайней мере здоровым человеком. - Я был очень словоохотлив из-за алкоголя. Это замечание очень заинтересовало его, что не удивительно сейчас, когда я уже все знаю. Но тогда из-за алкоголя и шока я даже не заметил этого. -У меня похоже галлюцинации, я отрастил ногу человеку. -Хм, что, прямо безногому? -Не совсем, только что лишившемуся ноги. - Я залпом опрокинул очередной стакан. После чего вкратце рассказал о произошедшем. -Любопытно. А давай мы сейчас и проверим, галлюцинация ли это. После чего он сжег лист бумаги и сказал прикоснуться к пеплу. Ничего не произошло. -Сконцентрируйся, вспомни как выглядел листок. Я напряг все свое воображение. После безуспешных попыток я разозлился, что усилилось действием алкоголя и нежеланием показаться лгуном. С ненавистью приложил руку в очередной раз, и вдруг буквально через секунду перед нами лежал абсолютно целый, ничем не тронутый белый лист. Я не мог поверить своим глазам, а Гончаров даже не повел бровью. Но после минутного молчания он закатился смехом. -Да ты эспер, мой милый друг. -Эм, что? Это какое-то заболевание? -Ахаха, почти. Просто ты одаренный. У тебя есть сверхсила, почти как у Афонских и Тибетских монахов, как нам рассказывают зеваки, вот только эта существует взаправду. -А ты даже не шокирован? Откуда ты про это знаешь? -Да я и сам своего рода эспер. Смотри. Он достал небольшой шарик земли из кармана. Положил на стол, убрал от него руки и начал творить свою магию. Шар превращался в плотный камень и наоборот в мягкую глину, принимал самые разные формы: куба, пирамиды; растекался по всему столу и превращался в тонкий столбик, доходящий почти до потолка. В конце он щелкнул им меня по носу и безумно расхохотался. Я потерял дар речи и смотрел на это не закрывая рта. Мне потребовалось две минуты, чтобы прийти в себя. -Как такое возможно… -Ничего сложного, вопрос практики и одаренности. -Я не про это. Как возможна сама одаренность? Это что-то немыслимое и невообразимое. Такое просто не должно существовать в реальном мире. Теперь я не чувствую, что мир существует. Может я еще и существую, как писал Декарт, но вот в существовании мира вне меня я начал сильно сомневаться. -Ну ты и философ. Надо будет познакомить тебя с моими друзьями, тоже большие мыслители. Достоевский так вообще мирового масштаба ум. Ладно, мы заболтались, тебя так оставлять нельзя, пойдем-ка со мной, сможем обсудить все на моей работе. Да и ты многое узнаешь. У нас там все эсперы. -Эм… ну… честно, ты меня начинаешь немного пугать. Давай я пойду домой и отосплюсь для начала. -Без проблем, но позволь тебя проводить. -Хорошо. Мы вышли, погода стояла весенняя, прохладная, но при этом было очень солнечно. Пару раз вдохнув свежий воздух я немного протрезвел и расслабился. За нами из бара вышел какой-то офицер в гусарском мундире. Он сидел за барной стойкой и порой поворачивался в нашу сторону, хоть мы и сидели далеко, было ощущение, что он все слушает. -Подождите господа – сказал офицер. -Надежда Дурова? Ты ли это? —Спросил Гончаров. -Зови меня Александр, я же просил, надеюсь, ты достаточно прогрессивен, чтобы уважать мое желание. Однако, мне не до праздных бесед. Господин Булгаков, я хочу просить вас составить мне компанию и пройтись до одного места, это недалеко. -Простите, мы с вами не знакомы, я не вполне понимаю ваше предложение – В испуге промолвил я. -Ничего страшного в непонимании нет, да и это не совсем предложение, вам придется пойти со мной в любом случае. Она (прошу прощения у своего читателя за сохранение женского местоимения по отношению к Дуровой, но в противном случае запутаюсь сам и читателя запутаю) начала двигаться в мою сторону. Гончаров широко улыбнулся и встал у нее на пути. -Иван Александрович, извольте отступить. – Сказала она, указывая на гусарскую саблю. -Неужели вы допустите рукоприкладство на улице, моя милая леди- Нагло бросил Гончаров. Последнее обращение ужасно разозлило Надежду и удар саблей разрубил бы моего приятеля пополам, если бы ее ноги неожиданно не ушли в землю. -Я не уверен, что нам с вами так необходим этот конфликт. Вы слишком хорошо знаете о моих силах, чтобы так разбрасываться здоровьем. -О моих силах, уверен, вы тоже наслышаны, месье. Не успев закончить фразу, она ловким крученым броском направила саблю в Гончарова, если бы он промедлил хоть десятую секунды, он бы лишился головы, однако он успел прикрыться из ниоткуда взявшимся каменным столбом, который тем не менее был разрублен, и сабля лишь немного изменила направление полета. Благодаря этому мой приятель лишился лишь половины уха, а не жизни. Сабля тем временем закончила свое движение в руке самой Надежды. Следующим движением она освободилась, разрубив земляные оковы. Этого мгновения хватило Гончарову незамедлительно нанести ей удар каменным кулаком. Она отлетела на десять шагов и сильно ударилась о ближайший дом. К моему удивлению, ей потребовалась лишь секунда, чтобы оправиться от удара. Мой приятель тоже не думал останавливаться и начал наносить удар за ударом, оставаясь на приличном расстоянии. Надежда парировала каждый, разрезая камни своим лезвием и с каждым ударом приближаясь к нам. Гончаров, страдающий от кровоточащего уха, не мог раскрыть свой полный потенциал, поэтому ограничился созданием каменной стены в 5 метров, загородившей всю улицу. -Уходим – скомандовал он мне. Мы побежали в другую сторону. Через минуту мы поймали извозчика и направились в компанию моего друга. Я пробовал вновь применить способность для исцеления уха. Через пару попыток процесс пошел и ухо было полностью восстановлено. Но мы рано расслабились, за нами скакала Надежда на своем огромном вороном жеребце. Гончаров скомандовал выпрыгивать из дрожек. Вовремя, ведь через секунду они были разрезаны надвое. Гончаров готовился к продолжению боя и уже наносил упреждающие удары своим каменным големом, которые, несмотря на силу и непредсказуемость, были легко отражены соперницей. Сзади послышался излишне спокойный в текущих обстоятельствах голос молодого человека. Схватка мгновенно остановилась. -Дурова? Опять ты балуешься. Баловство не преступление, но посмотри, однако, что ты наделала. - он указал на напуганного, забитого в угол нашего несчастного кучера. – Давай мы тихо разойдемся и забудем о произошедшем? -Федор Достоевский- злобно окрикнула она- Что же, я не могу выносить одного, так еще и второй присоединился. Это ни в какие рамки, господа. Честь знаю. – Крикнула она на прощание и ускакала вдаль. -Кто этот сударь? - спросил Федор, указывая на меня. -Мой старый приятель, неожиданно открывший свои способности, чем слишком заинтересовал наших друзей – небрежно заметил Гончаров, кивая в сторону исчезающего силуэта гусара. -Очень приятно. - Протянул он мне руку. – вижу день у вас выдался нелегкий, пройдемте-с к нам на ужин, там вам не придется тревожиться о своей безопасности. - С улыбкой и даже нежностью в голосе заметил он. Ему было лет 27, худощав и с несколько болезненно бледным лицом, на который свисала челка его черных как сажа волос. На фоне его элегантного сюртука выделялась довольно простая, мужицкая, шапка ушанка белоснежно цвета. Чем-то он походил на ребенка, но необычный блеск в глазах говорил о прожитых летах и чем-то мне до тех пор незнакомом. – Только до этого нужно как-то исправить произошедшее и успокоить настрадавшегося свидетеля. – Обратился он к Гончарову. -У нас как раз есть прекрасная возможность это сделать и заодно проверить лимиты способности Михаила. Поможешь? – Обратился он ко мне. -П-п-попробую- Промолвил я заикаясь. Все же я смог взять себя в руки и попытался применить эту странную магию вновь. Не более чем за 5 попыток я восстановил коляску, одежду кучера и Гончарова, залечил полученные ссадины от падения. Достоевский молча смотрел на процесс и одобрял своей, казавшейся даже немного наивной, улыбкой. После мы молча направились по улице и пройдя пару переулков оказались перед неброским каменным домом в два этажа, занимавшем не более 20 метров улицы. Зайдя с бокового входа и пройдя по коридору, мы оказались в небольшой, аккуратной гостиной, где уже горел камин. Меня усадили в кресло перед камином и налили горячий чай из кипящего самовара. После чая я сказал, что хочу отдохнуть. Мне предложили лечь подремать в соседней комнате на диване. Я лег и мгновенно погрузился в глубокий, спокойный сон.