Убийство разума

      Разбитый нос всё ещё болел, а дышать было немного трудно. Но Гриша не был ни капли расстроен такому печальному новому опыту. Он был несказанно счастлив и вместе с этим немного напуган. Незнакомое место, почти незнакомый человек, странная обстановка. Рофлер прикрыл глаза, улыбаясь своему безрассудству и бесстрашию. Парень сжал перебинтованную ладонь и та отозвалась лёгкой приятной болью. Как оказалось, хозяин дома имеет крайне скудные представления о человеческом организме. И это еще раз подчеркнуло для Гриши его иноземность! Мужчина мало того, что не знал о таком понятии, как бинтовка, так ещё и искренне недоумевал, почему же Рофлер так боится за раненую руку.       «Моя работа людей убивать, а не лечить. По сути я тоже доктор» С усмешкой ответил тогда Хейдвальд, протягивая Грише бинт.       На собственное удивление, Хейд не попытался стремительно придушить или обезглавить парня. Он просто был зол и недоволен. Ладно, он был сильно зол и недоволен! Тем не менее, очень «заботливо» уложил Рофлера спать на диване. Но даже этому Гриша был благодарен. Он очень бегло успел осмотреть небольшую квартиру одинокого мужчины-убийцы и сравнил его со стариком. Уж очень схожий был интерьер. Ох уж эта советская мебель. А ещё в квартире пахло булочками. Тоже очень странный и несопоставимый с образом маньяка пункт. Парень думал ощутить запах крови, но и тут ошибся. В комнате одиноко и шумно для тишины тикали часы. Они не раздражали. Их монотонное «тик-так» успокаивало.       Парень положил руку под голову. Ещё вчера обычный парень, спокойно живущий свою странную жизнь. А сегодня, он — сообщник с натяжкой, лежит в футболке и трусах на диване, в доме у неуловимого серийника.       Из-за задернутых штор проглядывался солнечный свет. На улице уже давно светло, но Рофлер никак не может уснуть. Он снова и снова прокручивает в голове вопросы которые он хотел бы задать днём Хейдвальду. Кто он? Откуда? Эта фиолетовая жидкость — кровь? Он демон? Или ангел смерти? Нет, глупость какая. Скорее что-то больше приближенное к науке. И эти бесконечно роящиеся в голове вопросы и мысли отвлекали от основной задачи — спать.       Но какими бы все его доводы не были интересными, усталость от длительной скоростной прогулки и адреналин, выработанный за день, всё же усыпили Гришу. Парень наконец-то смог заснуть.       А пока уставший человек мирно отдыхал от тяжёлой ночи, мужчина приводил себя в порядок после очередной «охоты». Так Хейдвальд любил называть свои вылазки. Весело и полезно. Но вот пройти такой километраж в мокрых ботинках было уже не так здорово. Как хорошо не иметь всех этих человеческих глупостей в виде болезней и жалких ранений. Поранился? Пару секунд и как новый! Но вот влагу из обуви выгнать к сожалению нельзя, а это крайне неприятно!       Мужчина взглянул в зеркало в ванной. Несколько секунд он рассматривал своё черноглазое отражение. Как хорошо, что этой черноты нет в его физическом теле, и присутствует эта деталь только в зеркале. Стильно конечно, но как-то уж слишком неестественно для людского мира. Хейд провёл мокрой рукой по коротким волосам. И зачем Грише такие длинные? Мешают же! Хейдвальд почесал свою не очень аккуратно подстриженную бороду. Задумался. Взглянул на рану на ладони. Никуда не делась. Ввязался же он. Ответить быстро на пару вопросов пацану и свободен! А потом уж он так легко и ловко не отвертится. Хейд мог бы запугать парня, чтобы тот устранил это недоразумение быстрее, но подумал, что тот либо от страха коньки отбросит, либо на панике ещё чего-нибудь такого вытворит. Кто ж знает то его дурную голову?       Мужчина хлопнул себя по щекам, улыбнулся зеркалу и вышел из ванной, направляясь к себе. Время отдохнуть. Сон ему конечно вряд ли нужен, но Хейду нравилось. Он таким образом сильнее вживался в роль обычного человека. Все же люди спят, верно? По пути он заглянул и к Грише, чтобы убедиться, что тот на месте и никуда не свалил. Удовлетворенный увиденным, Хейд ушёл.

***

      Время шло под вечер. Сегодня Хейдвальд вынужден остаться дома, из-за непредвиденного обстоятельства в роли Рофлера. Тот же в свою очередь активно мотал километраж по комнате рядом с мужчиной. То и дело выдавал обрывки мысли тут же замолкая, не посчитав её достойной для упоминания. Парень очевидно был сильно взволнован. А вот Хейдвальд первый раз в жизни был рад отсутствию одного глаза, ведь благодаря этому он видел Гришу на несколько доли секунд меньше. А от его походки туда-сюда становилось тошно.       Мужчина же сидел за столом. Подперев одной рукой голову, жевал яблоко, терпеливо, но нервно ожидая, когда же его фанат номер один придумает что спросить. И вот, Гриша наконец уселся напротив, всё ещё мелко дергаясь от переполняющих его эмоций. Это выглядело забавно. Парень положил перед собой руки, сложив их в замок. Глубоко вдохнул, и в уже более спокойной манере продолжил. — Та-а-ак, самый простой вопрос. Кто ты? Ты совершенно точно не человек, тогда какого ты вида или…       Гриша не договорил, боясь ошибиться. Взглядом он указал на ярко-фиолетовые линии на руках у Хейдвальда. Теперь, в нормальном освещении, их было можно рассмотреть детальнее. Например, можно было увидеть, что кожа от кончиков пальцев и до локтей была сильно темнее, и к концу предплечья заканчивалась градиентом к естественному цвету. От этого и сами по себе выраженные вены выглядели ещё заметнее. Мужчина на заданный вопрос хохотнул, выплевывая яблочную косточку. — Я волшебник. Желания исполняю.       Хейд небрежно бросил скудные остатки от яблока на стол. Это и огрызком назвать можно было с очень большой надбавкой. И потянулся за следующим. Собеседник же такого юмора не оценил и недовольно нахмурился, стискивая зубы. Гриша сильно нервничал, и потому любой уклон от его плана сильно действовал на нервы. — Ладно. Выдохнул мужчина пережевывая сладкий фрукт. — Существует такое место.. Очень тихое, темное и спокойное.       Хейдвальд откусил довольно большой кусок от яблока. Мужчина смотрел в стену за собеседником. Но из-за жуткого слепого глаза, Грише казалось, что смотрит он прямо в душу. И это было мягко говоря некомфортно. — Бездна. Там было очень пусто, пока вы не появились. Хейд указал пальцем на Рофлера, продолжая спокойно жевать как ни в чем не бывало. — Людские голоса слишком громкие для бесконечной тишины. Поэтому стали появляться мы. — То есть таких, как ты, здесь много?       На поставленный вопрос мужчина пожал плечами. Останки от уничтоженного фрукта отправились к предыдущим. Хейд убрал руку от лица и, копируя позу Гриши, сложил пальцы в замок. — А теперь ты. Как додумался до этого?       Хейдвальд выставил перед собой ладонь с порезом. Парень побледнел. Поправил воротник футболки, как будто бы в этом было много смысла. Он старательно пытался отмолчаться, поджимая губы и отводя взгляд. Рофлер не сильно хотел говорить о своём источнике информации, и своей паникой вызвал у мужчины смешок. Он убрал ладонь. Потёр переносицу, глубоко вздыхая. Не повезло так не повезло. — Я так понимаю, ты мне не скажешь. Да мне и не интересно сильно. Расколдовывай, отменяй, мне похуй. Я на вопросы ответил? Ответил! Так что давай, валяй.       Рофлер выпрямился, как будто пару секунд назад не пытался стать таким же заметным как пылинка. Парниша точно знал свои сильные стороны и где у него было преимущество. Гриша подперев лицо руками, сделал жалостливый вид. — Ой, а я не могу. Совсем забыл как. Да и ты не на всё ответил. Думаешь, одним вопросом отделался? Мне нужна информация, а не клочки из контекста.       Грише сильно не нравилось в каком тоне с ним разговаривал мужчина. У них вроде как деловое соглашение, а не встреча с кумиром. Хотя в глазах Хейдвальда уместнее был второй вариант. Конечно, Рофлера пугал тот факт, что мужчина в два раза крупнее и сильнее его самого. Но сейчас, опьяненный верой в свою неприкосновенность, он позволял себе говорить то, на что бы в первую встречу не решился. Ведь тварь из другого мира точно не набросится на него. Хейдвальд испугается случайно прибить человека.       По крайней мере, парень думал так ровно до тех пор, пока мужчина молча не поднялся. Сомнения в своих же убеждениях начали появляться, но внешне виду парень не подал. Из-за того, что он слишком уж расслабился, резкое появление чужой руки на своей шее выбило из легких достаточно кислорода, чтобы возбудить желание как следует прокашляться. Ещё одно столь же быстрое телодвижение мужчины, и парень уже оказывается прижат спиной к полу. А Хейд присел на корточки над Гришей, достаточно крепко удерживая его за шею. С такого ракурса Хейдвальд казался ещё больше. Рофлер вцепился пальцами в сильную руку, царапая кожу ногтями, пытаясь освободиться. Но это от этого результат был такой же, если бы он попытался пересчитать песчинки в пустыне.       Мужчина для большего удобства телу, встал на колени, где одно из них расположилось между ног Рофлера, опасно близко к паху. Хейд склонился ближе к лицу наглого парня, сильнее сжимая его горло. — Странно, я совсем не чувствую удушья.       Спокойным хрипловатым тоном выдохнул Хейдвальд, наблюдая, как человек под ним безуспешно пытается высвободиться. Он царапал кожу, пытался разжать чужие пальцы, бил кулаком в локоть. — Давай кое о чем договоримся. Ты просто ведешь себя уважительно, и на этом все наши конфликты будут решены. Окей?       Рофлер подозрительно для Хейда перестал предпринимать попытки свалить ещё с первого его слова. Наоборот, он совсем прекратил двигаться, да и вообще дышать. Старался он это делать минимально: короткими вдохами и глубокими выдохами. И лицо у него было красное, хотя Хейдвальд не то чтобы сильно давил тому на горло. Скорее просто держал, чтобы тот не вырвался, и не выкинул какой-то дебильный поступок. Мужчина, пытаясь, выяснить причину такого странного явления, окинул парня взглядом, от лица и ниже. Незнание человеческой анатомии с прошлого раза никуда не делось, и внимание Хейда привлекли лишние складки на штанах у Рофлера. А вместе с этим и наличие бугорка в области паха. Мужчина не думая ни единой секунды, довольно нагло, кладёт туда руку, немного сжимая. Чистый интерес! После такого действия, Рофлер сразу же начинает яростно вырваться. — Та-а-ак блять, ладошки свои собери и не трогай где не просят!       Немного удивленный такой реакцией, Хейдвальд отпускает Гришу, и тот поспешно ретируется в уборную, оставляя мужчину сидеть на полу и додумывать, что вообще случилось. Но одно было ясно, что так делать очевидно не нужно.

***

      Так как вечер интервью был прерван трудным для понимания инцидентом, Хейдвальд решил всё же сегодня провести ночь с пользой. Брать с собой Гришу конечно было опрометчивым решением, так как в отличие от мужчины, того вполне могли поймать. Или вообще убить во время самой «охоты». Во избежание первого, Хейд выбрал место, где государственные собачки в лице полиции, не будут долго думать и искать виноватого. «Порешали друг друга за дозу»       И на том конец. Ведь вряд ли кто-то захочет полноценно работать и разыскивать убийцу парочки торчков. До таких людей никому не было дела. Поэтому Хейд сегодняшней целью выбрал заброшенную недостройку, на другом конце города. Там всегда были если не компании любителей веществ, то хотя бы один или два. Когда совсем было в лом людей просто так выманивать, убийца творил беспредел здесь. Он с большим удовольствием крошил в капусту самый жалкий типаж человечества.       Но если с поиском улик проблем не возникает, то вот что насчёт смерти напарника. Это было уже реальнее. Вместо того чтобы разбегаться, видя постороннего, зачастую наркоманы сами бросались с ножом на застукавшего их маньяка.       Но Хейдвальд чисто физически никаких травм от таких психов получить не сможет. А Рофлер вполне себе. Но почему-то на этот факт Хейд предпочел забить. Конечно, можно оставить парня посидеть на ступеньках у входа, пока Хейдвальд быстренько избавит мир от лишнего груза. Но разве так интересно?       Перед входом в здание, мужчина вручил Рофлеру нож. «На всякий случай». Лезвие у него было длиннее и шире, чем имелся у самого Гриши, так что очевидно это было полезнее.       В самом здании было угрюмо. На полу валялись шприцы, зипки, использованные презервативы, баночки из-под таблеток и, конечно же, бутылки. Целые и битые, разумеется. На стенах красовались уродливые полустершиеся граффити, подтёки краски и грязной воды, пятнышки от потушенных бычков. Гриша старался идти аккуратно и внимательно смотрел под ноги. Не хватало ещё напороться на что-то. Благо сам Хейд никуда не торопился, а значит и Рофлеру не приходилось. Со второго этажа здания донесся неразборчивый пьяный говор. Было понятно куда идти. Хейдвальд пошёл по лестнице первым, Гриша же в нескольких шагах был позади. На втором этаже на удивление было чище. Тут уже не валялись шприцы и изобилие стекла от бутылок поубавилось. Остались зипки и презервативы. А вместе с этим добавились поломанные банковские карты и более крепкие визитки магазинов. Жестом мужчина попросил парня остаться на месте, а сам же зашёл в комнату рядом. Туда, откуда исходили голоса. — Здорова мужики!       Весело усмехнулся Хейдвальд. В комнате сидело трое мужчин и девушка. Она выглядела сильно младше остальных. Лет может 18-19, в то время пока её товарищи выглядели на добрые 40. Сетчатые колготки, глубокий вырез на груди. На её плечах висела куртка, которая явно принадлежала одному из мужиков. Видимо тому, который сидел рядом с ней, запустив свою ладонь между её ног. Рядом стояли свежие пивные бутылки и пустые блистеры от таблеток.       Вся компания недовольно обернулась на вошедшего. Хейд продолжал стоять улыбаясь. Один мужчина хохотнул, поднимаясь с места. Его рука сразу же скользнула в карман. — Тебе чего надо, дядя?       Голос у него был невероятно хриплым и грубым. Неприятный как скрежет тормозящего поезда. От отброса воняло чем-то кислым, вперемешку с запахом перегара и сигаретным дымом. Чем ближе он подходил, тем сильнее становился смрад. Хейдвальд скривился от отвращения. — Хотел присоединиться, но воняет от тебя хуже сгнившего бомжа. Поэтому я передумал.       На это, мужик скривил губы, краснея от злости. Он вытянул из кармана руку, щелкая раскладным ножом. Хейд понимающе кивает. Взмах. И рука наркомана почти отделяется. По самый локоть. Висеть часть конечности осталась на недорубленной кости и лоскутах кожи. На пол падает нож, громко звякнув. Хейдвальд покрепче сжимает топор. Неприятный тип успел осознать, что произошло, но прежде чем из его глотки вырвался бы истошный вопль, лезвие острого топора с глухим «тук» врезается в его шею. Убийца пинает тело ногой в живот, и булькающий, хрипящий труп сваливается на пол, неестественно дергаясь в конвульсиях. Пол начал заливаться тёмной кровью. Тот явно был ещё жив, но долго у него оставаться таковым не выйдет.       Увидев перед собой картину мертвого товарища, девушка закрыла голову руками и сжалась, начиная рыдать и бормотать мольбы о сохранении ей жизни. Мужик же, что сидел рядом с ней, выхватил нож из кармана, и бросился на убийцу, громко ругаясь матами. Второй же, быстро прошмыгнул мимо Хейдвальда, вылетел из комнаты. Тихо ругнувшись, хватая алкаша с ножом за руку, Хейд, понимает, что скорее всего не успеет убить обоих в стенах здания. — Ало пацан, давай за ним!       Громко обратился к своему новенькому помощнику мужчина. Гриша уже и до чужих слов бросился вдогонку за стремительно убегающим наркоманом. И потому перехватил его довольно быстро. Парень повалил мужчину на живот, и пока тот пытался приподняться, ударил ногой в затылок, отчего лицо жертвы очень тесно встретилось с бетоном. Рофлер хотел ударить ещё раз, чтобы притупить координацию сбегающего и для того, чтобы сам Хейдвальд успел бы его добить. Ведь лично заниматься убийством он не планировал. Но кто его спрашивал? Мужик резко схватил ногу парня, заваливая его вниз, спиной к стене. Гриша только и успел, что поймать чужую руку, сжимающую стекло, направленное в сторону шеи.       Оппонент громко скрипел зубами, по его лицу струилась кровь, он яростно пыхтел и немного превосходил в силе Рофлера. И когда осколок был достаточно близок, парень резко дернул чужую руку, заваливая мужика в сторону. Не успел Гриша порадоваться своей маленькой победе, как плечо пронзила резкая боль, от которой в глазах на секунду потемнело. Пока парень усердно боролся за выживание, оппонент успел вытащить нож из кармана Рофлера, и пырнуть его же в плечо. Матерясь сквозь зубы, Рофлер выхватил из рук жертвы оружие. Секунда, и новый труп с перерезанным горлом сваливается на пол. Мертвец дергается как рыба на суше, и парень на панике, что тот ещё жив, бьёт наркомана ещё несколько раз лезвием между рёбер. Дышать сложно, рука постепенно начинает отниматься от ужасной боли. Гриша нервно хихикает, зажимает рану ладонью. Парень упирается спиной в стену, медленно сползая по ней вниз. Ватные ноги совсем не слушались.

***

      Тем временем Хейдвальд искренне удивлялся, как это, человек, пьяный и под кайфом, умудряется так четко избегать точных резких движений. Это даже было интересно, потому что Хейд никогда не выкладывался на полную силу на кого-то подобного. Было интересно, насколько лишних секунд он продлит себе жизнь. И было забавно, до тех пор, пока пальцы непроизвольно разжались от непривычной боли. Топор упал, громко лязгнув об бетон. Пользуясь моментом, мужик резко набросился на Хейда. Но ранить ему того не удалось. Вместо этого, оппонент был схвачен за голову. Игры кончились.       С громким хрустом, все шейные позвонки скрутились в пружинку, заворачивая кожу. Хейд свернул наркоману шею. Голыми руками. Это было так просто, что даже поразительно. Конец. Ещё один труп украсил комнату. Девушка всё также ревела и дрожала. Мужчина поднял топор, и вылетел из комнаты, перепрыгивая тело у входа. Почти сразу он обнаружил сидящего у стены Гришу, рядом с которым мирно покоился сбежавший.       Хейдвальд быстрым шагом подошёл к парню. На плече, под его ладонью уже успело образоваться красное пятно. — Блять.       Парень закусил губу от боли, кусая её в кровь. Помимо боли, Гришу очевидно ещё и бил шок, судя по крупной дрожи. Хейд присел перед ним на корточки, положил руки ему на плечи и приблизился максимально близко к лицу парня. — Успокойся, всё хорошо. Всё нормально. Просто царапина, окей? Успокойся и скажи что делать, чтобы ты не сдох.       Мужчина чувствовал, как и его рука начинает неметь. А это явно было нехорошим знаком. Рофлер же, предвидя, но не надеясь, что подобное может случиться, попросил Хейда достать из своего кармана бинт, который он успешно прихватил вчера. После, дрожа, но максимально четко объяснял Хейдвальду, как и где именно правильно затянуть бинт. И судя по тому, что парень начал хотя бы нормально дышать, сделал все правильно. Но очевидно, что оставлять Рофлера с открытой раной не самая лучшая идея. И с этим нужно что-то делать.       Перед тем как покинуть недострой, комнату трупов пополнила последняя из выживших.       Хейдвальд сделал это быстро. И с одной стороны от отсутствия времени, с другой, она не сопротивлялась, и ужесточать её смерть не было смысла. Когда мужчина вернулся, она совсем перестала плакать, только тряслась и всхлипывала. Жалкое зрелище.