Волшебные нитки

Прошло два года

      Гермиона проснулась оттого, что к её спине прикасались его губы. Она улыбнулась, сдерживаясь, чтобы не издать ни единого звука. Eй хотелось чувствовать его прикосновения, не открывая глаз, в манящей тишине и тающей темноте. Сон всё ещё обнимал её, и это ощущение комфорта и приближающейся эйфории вводили её в транс, а каждый следующий короткий поцелуй доставлял ей новую порцию удовольствия.       Гермиона с упоением принимала его любовь и под властью возлюбленного не удержала тихий стон. И тогда Драко накрыл её тяжестью своего тела, зарываясь носом в её волосы.       — И как давно ты не спишь?       — Попробуй тут спать!       — Ещё скажи, что тебе это неприятно, — прошептал он саркастично.       — Ну, я бы не сказала, что это...— не договорила она, потому что услышала его недовольное фырканье.       Драко лёг на спину, а Гермиона наконец открыла глаза и резко перевернулась. Она оперлась ладонями о постель и приподнялась, не сводя с него взгляда, а потом сама поцеловала его. И сразу почувствовала, что начинает задыхаться от желания. Драко знал, что именно нужно делать прямо сейчас. Он толкнул её на кровать, и она, поддаваясь, упала на спину. Hе прерывая поцелуя, Драко вошёл в неё. Гермиона изогнула спину, немного приподнимаясь, не переставая его целовать, прерываясь лишь для того, чтобы жадно проглотить воздух. Её веки стали тяжёлыми, комната начала расплываться, и она закрыла глаза, погружаясь в это ощущение. Его сила, его чёткие, правильные движения... Драко знал её, знал, как ей нравится. Kак сделать так, чтобы она кричала или, наоборот, молчала.       Неожиданно он остановился, и Гермиона удивлённо открыла глаза, приподняв голову. Она уже хотела нахмуриться, но вместо этого услышала стон, неконтролируемо слетевший с её собственных губ. Гермиона продолжила движение за него, но Драко засмеялся.       — Нет, Грейнджер. У тебя не получится меня трахнуть.       Oн с силой толкнулся в неё, затем ещё раз, ещё... Так, что она остановилась и откинулась на подушки, а потом на выдохе произнесла:       — Я — Малфой, миссис Малфой.       И снова его смех и её короткий стон. Гермиона словно растворилась в нём, в себе и в этом моменте. Она слышала свои стоны и принимала его движения, которые будоражили её тело. И вот, что-то внутри до боли напряглось и вновь расслабилось, оставляя приятную истому. Она внезапно почувствовала усталость и ладонями с силой нажала на его лопатки.       — Иди ко мне, — прошептала она, и его губы коснулись её. — Я люблю тебя.       — Я знаю! — Громко ответил он.       Гермиона распахнула глаза и в негодовании начала шлёпать его ладонями по спине.       — Это не то, что я хотела услышать!       — Гермиона, Гермиона! — раздалось откуда-то снизу.       — Твою же мать, Грейнджер!       — Я — Малфой!       — Филча тебе в мужья! Гермиона, этого просто не может быть! Ты что, не закрыла дверь?!       — Ну... нет... А, я, наверное, забыла. Просто вчера я... а, аппарировала, и, вероятно...       — Я же сколько раз говорил: закрывай дверь! Мы живём в магловском районе, и мало ли кто может войти.       — Да, я забыла. Вообще-то, у нас стоит защита, так что это могут быть только свои...       Малфой встал.       — Огиппогрифеть просто! И где моя одежда?       — Где-то здесь... — спокойно ответила Гермиона.       — Где моя одежда?! — крикнул он и начал суетиться по комнате.       Драко поднял одеяло, которое было практически на полу, и кинул его куда-то в сторону. Гермиона начала смеяться.       — Что смешного?       Она перевернулась и взяла с прикроватной тумбы его палочку.       — А ну-ка, возьми. Это поможет. И, Драко, мне кажется, нам стоит переехать в Мэнор. Ты здесь совсем становишься маглом. Этот дом на тебя странно влияет. Mожет быть, мы...       — Об этом сейчас поговорим? Именно сейчас, да?!       — Гермиона! — и снова её позвали.        — Отлично. Mы сейчас будем что-то обсуждать, разговаривать, пока к нам не вломятся. Да где моя одежда?!       — Да, что ты психуешь? — спросила она, беря свою палочку. Hесколько раз взмахнув, произнесла заклинание, и их одежда оказалась на кровати.       Малфой схватил сначала футболку и тут же в ней запутался. Гермиона продолжала смеяться       — Это Гарри.       — Здорово! Это так... Вообще, почему он здесь? Приходит сюда, орёт... Который вообще час?       — Вероятно, семь утра.        — В семь утра он припирается сюда, и... Да я убью этого Поттера! Я же просил, чтобы к нам домой никто не приходил!       — У нас в министерстве сейчас комиссии из Америки, — начала Гермиона, нo оборвала своё объяснение, видя, что Малфой начинает взрываться.       — Сегодня воскресенье!       — У Гарри по службе нет выходных, и это по делу. Я сейчас, — сказала она, одеваясь на ходу и расчёсывая пальцами спутанные волосы. — Не злись.       — Сейчас, Гарри, подожди! — громко крикнула Гермиона. — Он сюда не войдёт, — успокаивающе улыбнулась она Драко.       — О, что ты говоришь?! Я так ему благодарен! A если бы он вошёл ко мне в спальню, то я бы запустил в него Кру...       — Замолчи! Хватит! Я буду закрывать дверь, — обещала Гермиона, снова засмеялась и вышла, действительно прикрыв створку двери.       Драко так и не надел футболку, кинул её на пол, и скрестив руки на груди, выдохнул. Он лёг в постель и укрылся одеялом. Злость начала стихать, ведь он не мог сердиться на неё долго, простo не мог. Драко слышал как голоса внизу стихли, и сквозь дремоту услышал, как открылась дверь. Она легла к нему под одеяло и положила в голову на грудь.       — Ты это серьёзно про переезд? — спросил он, не открывая глаз.       — Да. Я думаю, это правильное решение. Мы, всё-таки, волшебники... и потом, детям там будет комфортнее, места в разы больше.       Драко распахнул глаза.       — Ты что, беременна двойней?       — Я вообще не беременна. Но я планирую.       — А я?       — Ну, если я планирую, то, значит, и ты тоже.       — И когда мы переезжаем?       — Через пять дней. К выходным. У меня завал на работе и вообще скоро грядëт повышение       — Понятно.       — Что тебе понятно?       — Тебе понадобились домовики!       — Не говори глупости! — Гермиона резко отстранилась и склонилась над ним. — Эльфы — это члены семьи, a не слуги, и ни в коем случае не рабы.       — Но признайся, что тебе нужнa их помощь. Потому что ты отвратительно готовишь, и...       — Что?! Но ты говорил, что тебе нравится, и...       — Грейнджер...       — Я — Малфой!       — Мне нравится называть тебя «Грейнджер». Как-то... трахать Малфоя...       — Ты дурак?        Он засмеялся.       — В общем, переезжаем на выходных, а беременеем когда?       — Через полгода можно попробовать.       — Замечательно.       — Чем ты недоволен?       — Тем, что я не намерен ждать полгода! Эти твои условия... А знаешь что, Грейнджер?.. Пробовать мы будем сейчас! — воскликнул он, и изобразил нападение, повалив её на спину.       Гермиона не успела ничего сказать, как его губы накрыли её.