Как я приручил медведя

В понедельник утром я решил, что не буду откладывать разговор. Поговорю с Глебом Сергеевичем сегодня. Выберу подходящий момент, зайду к нему в кабинет и спрошу в лоб «Что это все значит для него». Я готов к любому ответу. Важно расставить все точки «i». С этими мыслями я и приехал в офис. Еще было рано. Сонные коллеги подтягивались на работу. Лениво бродили по офису с кофе, обсуждая прошедшие выходные. Начальника еще не было. - Здоров. Как ты? – коллега присел на край моего стола, - выздоровел? - Ага, - я включил компьютер и просматривал почту. Украдкой я поглядывал на дверь офиса. - Ну хорошо. Мы тебе звонили, но телефон был отключён. - Да. Я вырубился почти на два дня. Телефон разрядился. - Понятно. Напугал нас. - Да. Простите. - Ну ок. Рад, что ты в норме, - он похлопал меня по плечу и пошел на свое рабочее место. Я погрузился в работу. Просматривал задачи, которые успели накопиться за пятницу. - Всем доброе утро! Я вздрогнул. Глеб Сергеевич зашел в офис. Бросив на ходу приветствие, направился в кабинет. Внутри все сжалось. На мгновенье я растерял всю свою решимость. Возможно, не стоит затевать этот разговор. Можно же все оставить, как есть. Сделать вид, что ничего не произошло. Не думаю, что он будет против. Как только я об этом подумал, внутренний голос сказал жесткое «Нет». Разговор нужен. Нужно прояснить ситуацию. Дождавшись, пока коллеги займутся работой, я собрал всю свою волю в кулак, встал из-за стола и направился в кабинет. Ноги были ватными, в голове метались мысли, по спине пробегал холодок. Я поднял руку, чтобы постучать, но затормозил. Оцепенел, не решаясь постучать. Осознав, насколько нелепо и странно я сейчас выгляжу, я все таки стукнул костяшками пальцев по двери. - Да? – голос был немного раздражен. Видимо я отвлекал его от работы. Я постоял еще несколько секунд перед закрытой дверью - Заходите, - Глеб Сергеевич сделал голос громче. Я глубоко вдохнул и открыл дверь. Зайдя в кабинет, я прикрыл за собой дверь. Он бегло глянул на меня суровым взглядом и продолжил смотреть в монитор. - Какой-то вопрос по работе? Я рассматривал его лицо. Почему-то он уже не казался мне таким пугающим. За его суровостью, я увидел грусть и усталость. - Нет. Он вопросительно на меня посмотрел поверх очков. - Надо поговорить, - я постарался придать своему голосу чуть больше уверенности, но выходило не очень. - О чем? – Глеб Сергеевич снял очки и потер переносицу. - О субботе, - я немного напрягся из-за того, что мне приходиться проговаривать и так очевидную причину. - Не о чем разговаривать. Я допустил ошибку. Мне жаль, если задел тебя. Тема закрыта. Возвращайся к работе. - Нет, - я слегка опешил от своей напористости. Босс вопросительно приподнял бровь. - Вы меня не задели. Вам не нужно извиняться. Я же сам это сделал, - я постарался как можно четче дать понять, что я не испытываю никаких сожалений. Глеб Сергеевич вновь снял очки и потер переносицу. - Андрей, пожалуйста, давай закроем эту тему. Мне, правда, не хотелось бы это обсуждать. Возвращайся к работе, - голос его прозвучал гораздо мягче. Он впервые назвал меня по имен и сердце от этого бухнуло дважды сбившись с ритма. - Но мне важно об этом поговорить, - в моем голосе уже звучали нотки отчаяния, - может не здесь и не сейчас. Но обязательно нужно. Понимаете? Глеб Сергеевич ничего не ответил. Я молча вышел из кабинета и закрыл за собой дверь. Остаток дня я не мог сосредоточиться на работе. Без конца ошибался, из-за чего приходилось даже элементарные задачи переделывать по несколько раз. К шести вечера я настолько вымотался, что уже плюнул на работу и просто залипал в монитор. Мысленно возвращался к нашему неудавшемуся разговору. Мне все еще хотелось всё прояснить. Я так просто не сдамся. Я чувствовал, что Глебу Сергеевичу есть, что сказать. Или мне просто отчаянно хотелось в это верить. У меня был план. Я дождался, когда коллеги ушли домой и прошел на парковку. Я знал, где стоит автомобиль босса и решил дождаться его там. Время тянулось медленно. Я выкуривал уже четвертую сигарету. Глеб Сергеевич часто задерживался на час или больше. Я сильно замерз, но был непреклонен. Мне нужно выяснить все сегодня. Я чувствовал себя тупым подростком, но мне было все равно. Услышав шаги и увидев мужской силуэт в тусклом свете фонарей парковки, я вышел из-за колонны и подошел к машине. - Что ты здесь делаешь? – начальник окинул меня взглядом и пикнул сигнализацией, - ты уже давно должен быть дома. - Я же сказал утром, нам нужно поговорить, - голос немного дрожал от холода. - А я попросил тебя, чтобы мы закрыли эту тему. Ты теперь меня будешь преследовать? – он открыл водительскую дверь. - Нет, не буду. Не буду, если мы поговорим. - Садись в машину. Колотишься весь. Опять заболеть хочешь? Я залез в машину. Глеб Сергеевич завел двигатель и включил печку. Пространство машины казалось крохотным. Нас разделяло всего пару десятков сантиметров. Он откинулся на спинку сиденья, снял очки и закрыл глаза. Я сжал свои руки, чтобы скрыть дрожь. Машина быстро прогрелась, но дрожь в руках не проходила. На парковке было пусто, увидеть нас никто не мог. Меня это слегка заводило. - Я гей, - я выпалил это так, как будто признаюсь своим родителям. - Я знаю, - Глеб Сергеевич слегка улыбнулся. Лишь на пару миллиметров уголки его губ поднялись и снова вернулись в прежнее положение. - Вы тоже? Я же не ошибся? - Нет, не ошибся. И что с того? Я молчал. Вероятно, я действительно выглядел глупо, потому что ощущал себя именно так. - Я вам не нравлюсь? – я решился задать свой главный вопрос, чтобы не тянуть «кота за хвост». Начальник открыл глаза и выпрямился. Он слегка озадаченно посмотрел на меня. Я смотрел ему в глаза, ожидая ответа. - Андрей, - он сделал паузу, вероятно подбирая слова, - Андрей, дело не в том, нравишься ты мне или нет. - Значит, все-таки нравлюсь, - я слегка кивнул и облизал пересохшие от волнения губы. Он поймал этот жест взглядом, но быстро отвел глаза. - Андрей, сколько тебе лет? Я слегка растерялся от такого вопроса. Серьезно? Проблема в возрасте? - Двадцать шесть. Двадцать семь через четыре месяца. - А мне почти сорок. А еще я твой начальник. - Мне не важна разница в возрасте. Или для вас я слишком молод и глуп? - Ты не глуп. Я этого не говорил. Но ты действительно очень молод. И я твой начальник. Это важно. - И в чем проблема? – я с трудом понимал, к чему он ведет. - Проблемы будут, если что-то пойдет не так. Я долго шел по карьерной лестнице, мне важна моя работа. Тебе тоже нужно многое сделать, чтобы вырасти в своем направлении. Я не смешиваю работу и личную жизнь и тебе не советую. Что будет, если через какое-то время ты решишь, что тебе это все надоело или захочешь чего-то другого. Как нам после этого работать вместе? Просрать все из-за мимолетного увлечения? Я не готов. Я уже совершал эту ошибку однажды, и повторять её не буду. Ты найдешь себе подходящего по возрасту и интересам человека. Того, с кем тебе будет комфортно. - А вы? - Я уже взрослый мальчик. Со своей жизнью как-нибудь разберусь. Он потер переносицу. Видимо он всегда так делал, когда нервничал или что-то обдумывал. Я молчал. Я понимал, о чем он говорит. В его словах был смысл. Взрослый человек, который многого добился. Ему было, что терять. Он не безрассудный мальчишка, готовый поставить все на карту ради своих чувств. Но ведь и я не собирался ему вредить. Нет. И в мыслях такого не было. Даже если бы ничего не получилось, мы бы остались в отношениях начальник-подчиненный. Но он не готов рисковать и я это понимал. - Я отвезу тебя домой. Пристегнись. Я послушно застегнул ремень. Ехали молча. Я пялился в окно, обдумывал его слова. Он сосредоточенно следил за дорогой. Внешне спокоен, он выглядел уставшим. Я видел синяки под глазами, видел, как он хмурит брови. Он уже не казался грозным. Скорее измотанным и каким-то одиноким. Подъехав к дому, я отстегнул ремень, но никак не мог решиться выйти из машины. Повернувшись к нему, смотрел вниз, разглядывая свои руки. На заднем сиденье заметил спортивную сумку. Значит, был прав, ходит в качалку. - Вы сейчас домой? – зачем-то спросил я. - Поеду в зал. Нужно выпустить пар. Поколочу немного грушу. Я вглядывался в его лицо. Мне не хотелось уходить. Хотелось остаться рядом. Хотелось попросить его остаться сегодня со мной. Я знал, что он не останется. Нет смысла просить об этом. - Андрей, пожалуйста, иди домой. Уже поздно. Мы оба устали. Нам завтра рано вставать. - Хорошо, - я кивнул. Я уже взялся за ручку, чтобы открыть дверь, но в последний момент рванул к нему. Я не смог сдержаться. Я вновь поцеловал его. Неуверенно, ожидая, что он тут же оттолкнет меня. Но он не оттолкнул. Я почувствовал, как губы приоткрылись в ответ на поцелуй. Язык скользнул по моим губам. Я провел рукой по щеке и почувствовал, как он слегка прижался к ладони. Щетина приятно покалывала кожу, сердце бешено колотилось. Он снова слегка прикусил мою нижнюю губы и отстранился. - Может поднимешься ко мне? - я сказал это практически беззвучно, шепотом. Я все еще прижимал свои ладони к его лицу. - Пожалуйста, Андрей, иди домой, - голос был тихий. Дыхание участилось, - очень тебя прошу, не надо. - Хорошо, - я отстранился от него. Открыв дверь машины, я задержался еще на несколько секунд,- будь аккуратен на дороге и выспись, пожалуйста. Нам нужен отдохнувший и здоровый босс. Я увидел, как он улыбнулся. Опять лишь уголками губ. Было приятно, что я смог заставить этого сурового и хмурого человека хоть немного улыбнуться. Настроение было приподнято. Я знал, что это не конец. Да, сказано было много. Да, меня попытались отшить. Но я получил ответы. Чувства взаимны, а препятствия не такие уж и сложные, чтобы их не получилось преодолеть. У меня уже был план. Я вообще парень находчивый, и ради своей любви готов многое сделать.