Часть 1
16 февраля 2023 г., 14:10
Осень 1895 года, Лондон.
Колокольчики над входной дверью мелодично зазвенели, извещая хозяина книжной лавки о новом посетителе. Дэвид поднял взгляд от своих записей в журнале для учёта приобретённых и проданных книг и удивлённо воскликнул:
— Бен! Здравствуй, дружище! Не ожидал тебя сегодня. У тебя что-то есть для меня?
Бенджамин Уотерс, его давний знакомый, помощник старьёвщика из антикварного магазина на Оксфорд-стрит, устало улыбнулся и достал из-за пазухи увесистый свёрток.
— Сегодня не так уж много, приятель. Наш старик — жуткий скряга, не желает расставаться даже с тем, что ему не нужно, — разворачивая бумажный пакет, ворчал Бен. — Ну скажи, вот зачем ему эти книги, он ведь даже не любит читать, а продавать так и подавно не станет?
Дэвид рассмеялся и похлопал его по плечу.
— И на этом спасибо, Бен. Что бы я без тебя делал? Передавай Харви привет и скажи, что я его должник, ладно?
— Знаешь, друг, ты и мне задолжал, если по-честному. Сам подумай, мне-то оно зачем нужно — мотаться на Пикадилли и обратно по два раза в неделю? — усмехнулся Уотерс.
Дэвид покачал головой и поднял ладони в примирительном жесте.
— Хорошо, хорошо, я понял. В конце недели идём в паб, я угощаю. Идёт?
Бен одобрительно кивнул и направился к выходу:
— Так и быть. Ну, бывай. Элис тоже от меня привет.
Звон колокольчика снова нарушил тишину лавки, щёлкнул ключ в замке, на двери перевернулась вывеска, сменившись на «Закрыто». Дэвид прошёл вглубь магазина, и через несколько стеллажей, в самом углу комнаты, где уютно устроился крохотный диван и старый кофейный столик, обнаружил свою младшую сестру, увлечённо читающую какую-то книгу. Она даже не подняла голову, будто не слышала его шаги.
— Элис, милая, там Бен принёс нам кое-что. Посмотришь со мной?
Девушка моментально оживилась, оторвавшись от страниц, и спросила:
— Что-то интересное?
— Ещё не знаю. Думал, ты мне поможешь.
— Ох, не прикидывайся! Ты же знаешь, у мистера Пирсона что ни день, то находка.
— В прошлый раз ты сказала, что нам отправляют один хлам, — вздохнул Дэвид.
— Ну, может я погорячилась. И вообще, это Бен сказал, а я его решила поддержать.
— Бен просто наговаривает на беднягу Харви, а ты ему поддакиваешь.
Элис недовольно фыркнула, закрыла книгу и, быстро поднявшись с диванчика, вышла из-за стеллажей, нарочно задев брата плечом.
— Ещё скажи, что я ему в рот заглядываю! Идём уже смотреть, что он там приволок.
— Ты сама это только что сказала, — едва сдерживая смех, ответил Дэвид и последовал за ней.
***
Вечером того же дня, когда под тёплым светом газовых ламп старший брат заканчивал вносить в свой реестр новые книги, Элис, взяв последнюю, изрядно потрёпанную книжицу и повертев её в руках, спросила: — А это что? Ни названия, ни автора. Кажется, чей-то дневник. Дэвид нахмурился: —Дай-ка взглянуть. Нет, не похоже. Видишь, тут на форзаце написано «До последней страницы». Видимо, чья-то рукопись. Но всё же странно, зачем мистер Пирсон вообще их принимает? В них же практически никакой ценности. — Чтобы потом перепродать вместе с другими книгами таким простофилям, как ты, — съязвила девушка. — Очень смешно. Ты прекрасно знаешь, что он их вообще не продаёт. — Знаю, знаю. Так что будем с ней делать? Её брат, закрыв журнал и отложив его в сторону, рассеянно ответил: — Не знаю. Ты же у нас эксперт по этой части. Смотри сама. Я пойду к себе, спать пора. И ты не задерживайся. Элис, задумчиво рассматривая серую обложку, кивнула, пожелав ему спокойной ночи. Сама же, бережно взяв свою новую находку, потушила свет в нижних комнатах и тоже отправилась к себе.***
Дэвид Холт, хотя и продавал редкие книги, к рукописям и, тем более, к дневникам, попадавшим в его руки, относился довольно скептически и никогда не выставлял их на продажу. Такие экземпляры он отдавал в распоряжение младшей сестры, зная, что она любит подобные вещи. Сам Дэвид считал, что было бы лучше от них избавиться, так как это слишком личное, пусть и кем-то беспечно забытое или безвозвратно утерянное. Но Элис от него только отмахивалась, и вечерами, когда лавка закрывалась и брат поднимался к себе в комнату, открывала очередное «сокровище» и, влекомая историей незнакомца, засиживалась до поздней ночи. Рукописи, очевидно не опубликованные по каким-то причинам, ценились ею не меньше дневников. Она не могла спокойно думать о том, что нерассказанная история так и не найдёт места в чьей-нибудь душе, и не разделяла взглядов Дэвида по этому поводу, утверждая, что раз кто-то решился написать о своих мыслях и переживаниях, значит хотел бы ими с кем-то поделиться. Просто не нашёл подходящего человека. Тонкая книжка, именуемая интригующим названием «До последней страницы», выглядела если не совсем старой, то повидавшей жизнь во всех её проявлениях. Искорёженная, словно пострадавшая от воды, жёлтая бумага была испещрена мелким почерком от корки до корки. Пыльная тканевая обложка была на удивление крепкой, несмотря на свой ветхий вид. Внимательно поискав возможные отметки загадочного автора о самом себе, что хоть приблизительно дало бы ей представление о нём, Элис нашла только одну короткую странную запись в верхнем уголке на заднем форзаце: «А.Д.Г, 18..г.» «Инициалы? Наверное, так и есть. Но почему не указан год?» — подумала девушка и вернулась к началу. — Ладно, таинственный А.Д.Г, о чём же ты мне расскажешь? – вслух спросила она, аккуратно разровняла страницу и принялась читать. «Неважно, сколько времени нас с тобой разделяет, мой дорогой читатель, но я искренне надеюсь, что ты поймёшь меня. Моя история не совсем похожа на те, что ты привык видеть в других книгах, будь то приключения или романы. Вымысел пред тобой или правда — решать только тебе. Однако, прошу тебя лишь об одном — не закрывай книгу, когда прочтёшь её. От тебя зависит моя жизнь и память обо мне. Я помню столько всего, что хватит на много жизней, и чувствую себя так, будто мне не достанет сил рассказать всё это, но в то же время мои воспоминания так слабы и разрозненны, словно не я прожил их, а кто-то другой. Я же, как едва заметная тень, бреду по тропинкам прожитых им дней и надеюсь не сбиться с пути. В детстве я очень любил слушать мифы о страшных чудовищах вместо сказок на ночь. Мой старший брат учился в Даремском университете, на факультете гуманитарных наук, и иногда, приезжая домой, рассказывал мне о древних, далёких странах и легендах разных народов. Няня позже часто жаловалась, что меня не угомонить обычными историями о Джеке и бобовом стебле, ученике чародея и проказничающем брауни. Томас только посмеивался и обещал пересказать ей несколько легенд, чтобы я не скучал в его отсутствие. Когда я накладываю детские впечатления на своё настоящее, мне кажется, что я стал тем самым трёхглавым псом из древнегреческих мифов. Только если раньше эти три головы смотрели в разных направлениях, то теперь взгляд каждой из них устремлён к звёздам, в мольбе, что ты, мой читатель, сможешь разгадать мою незатейливую загадку и понять, что со мной произошло на самом деле». Элис подняла глаза и застыла, слушая тиканье часов. «Выходит, сказочник. Детский писатель. Только сказки какие-то… странные. Нужно будет поискать на полках с детской литературой кого-нибудь с такими же инициалами. Вдруг у нас всё же каким- то чудом оказался дневник настоящего писателя?» — подумала она, переворачивая страницу. Дальше небольшая часть текста оказалась нечитаемой из-за следов свечного воска. Кто-то пытался очистить бумагу, но чернила уже расплылись, так что Элис оставалось только со вздохом продолжить чтение с того места, где чужой почерк был более или менее разборчив. «Мне кажется, я не знаю точно, существовал ли я когда-то на белом свете. Я не слышу стука своего сердца, не вижу рук, что старательно выводят эти строки в полумраке комнаты, не чувствую, устал ли я или всё ещё могу вести тебя за собой, милый читатель. Или…читательница? На случай, если я растворюсь в своём безумии, знай, Алиса — белый кролик уже в пути…» Элис вдруг стало не по себе. «Да не может быть. Совпадение, правда же? Конечно, оно и есть. Что я, в конце концов, единственная Элис? И потом, ясно, как день, что тот, кто это писал — либо сам любитель сочинять небылицы, либо не прочь был послушать чужие небылицы, точно как его герой. Что же, в любом случае, завтра я попробую что-нибудь узнать о тебе, А.Д.Г», — решительно подумала девушка, отложила рукопись в сторону и задумалась о том, с чего начнёт поиски.
