Театр порока 2

21 Зрение Лэсли сфокусировалось на алых гортензиях на черном фоне — такие были обои в этой комнате. Гортензии казались необычайно яркими и насыщенными, что даже резало глаза. В ушах стоял ужасный шум, который издавали стрелки часов. "Тик-так", — шептали они, будто находясь уже в его голове. Лэсли услышал собственный сладострастный стон. Чьи-то руки приподняли его и насадили на что-то внушительное и необычайно твердое. — Лэс, ты очарователен, я люблю тебя... — прошептал вампир, скользя по изгибу его спины языком. Лэсли совсем тихо вздохнул и съежился. Отто уже несколько часов кошмаром его яростными ласками и беспрерывным сексом. Парень порадовался про себя, что сидит сейчас к нему спиной и хотя бы не видит его лица. Лэсли сидел на нем и ощущал его в себе с каждой минутой глубже. Отто откинул волосы с его спины и снова провел по ней языком, словно мечтая обрисовать малейший ее изгиб. Он мягко надавил на плечи Отто, плавно опуская его на себя до самого упора. — Ах, — не выдержал Лэсли. В этот момент вампир прикусил мочку его уха, а затем облизал ее. Лэсли почувствовал сильнейшее возбуждение, будто разряд тока пробежался по всему телу. — Ну ты будешь двигаться или нет? — шепнул Отто ему на ухо, не спеша облизнув ушную раковину, будто она была ярморочным леденцом. Его язык забился в ушное отверстие Лэсли и сделал там пару круговых движений. Лэсли не выдержал и глухо простонал. — Хорошо, я помогу тебе. Отто приподнял его за бедра и снова насадил на себя. — А-ах... — не выдержал Лэсли. Но сколько бы он ни кричал, Кей в соседней комнате спал, как убитый. — Тебе нравится? — склонился вампир к другому уху, потеребив языком его мочку. — Не мучайте меня, хватит этого... — жалобно проскулил парень. — Ну хватит притворяться, твое тело говорит само за себя. Голова Отто пролезла к нему под мышку и язык коснулся левого соска. — А-ах! Ну хватит! — вскричал Лэсли. — Я выучил все твои эрогенные зоны, — прошептал вампир, снова приподнимая его за бедра и насаживая на себя до самого упора. — Хватит, прекратите! Вампир вышел из него и, опустив Лэсли на четвереньки, снова вошёл. — Пожалуй, так удобнее. Гортензии на стенах казались совсем громадными и будто поплыли перед глазами. Отто яростно и беспощадно толкался в него с сумасшедшим темпом. Лэсли почти сорвал голос от крика, но вскоре он облегчился и затих. Он не мог до конца переварить то, что с ним происходит. Этот вампир приходит каждый день и подолгу совокупляется с ним и от этого никуда нельзя деться. Лэсли совсем обессилел. Отто вымотал его, заездил. Это юное, невинное создание, неискушенное в плотских утехах. Слишком быстро все это произошло, слишком много и слишком долго. Он не привык к этому и не мог прийти в себя. Парень безмолвно лежал, отвернувшись от Отто, слышалось лишь его сбивчивое дыхание. Вначале, Отто воспринимал его как Лэмюэля, но теперь почувствовал, что это была лишь оболочках и внутри Лэсли совсем другой. Пока он ещё все тот же чистый и невинный мальчик, мучающийся угрызениями совести из-за измены любимому. Мучился ли хоть раз угрызениями совести Лэмюэль после очередной измены? Вряд ли. Своими изменами Лэмюэль подталкивал его к взаимным изменам. Хотя Отто по своей натуре был однолюбом и с удовольствием бы хранил верность своему возлюбленному избраннику. Все, чего ему так не хватало в Лэмюэле, было в Лэсли. Он казался идеальным. Отто начал испытывать новые чувства, относиться к Лэсли как к индивидуальной, отдельной от Лэмюэля, личности. — Лэс... — тихо шепнул ему Отто, обнимая под одеялом. Лэсли не ответил, он тяжело дышал, как маленький зверёк, которого загонял охотник. Лэсли испытывал к нему откровенную неприязнь. — Лэс... — не отставал Отто, поглаживая его по волосам. — Оставьте меня в покое, вы не нравитесь мне, — сказал парень, не поворачивая головы. — Отчего же так? — улыбнулся вампир улыбкой Кея. Только более холодной, отчужденной. — Ещё спрашиваете! — взорвался Лэсли. — Вы — эгоистичный, самовлюбленный тип, живущий только своими удовольствиями. Делая меня вампиром, вы даже не удосужились спросить, хочу я этого или нет. ВЫ ТАК ЗАХОТЕЛИ и поэтому просто сломали другому человеку жизнь! Отто выглядел совершенно спокойным и задумчивым. Лэсли мог и не озвучивать эти мысли, вампир и так знал их. — Лэс, прежде, чем судить других, узнай мотивацию их поступка, — он нежно погладил парня по виску. — Я просто боялся потерять тебя, боялся, что с тобой что-то случится и я не успею тебя спасти. Я уже потерял твоего отца, не хочу ещё потерять и тебя. А сейчас, когда за нами охотятся вампиры, может произойти все, что угодно, ты даже не представляешь, до чего опасны эти существа! Если тебе наплевать на меня, то подумай хотя бы о Кее, разве сможет он пережить, если с тобой что-нибудь случится? — при этих словах вампир ласково перебирал его волосы, пропуская их между пальцами. — А то, что вы принудили меня спать с собой, удовлетворяя свои сексуальные фантазии с моей помощью? — Ну, Лэс, если бы твое тело не откликнулось на мои ласки, я бы не стал насиловать тебя. Чего греха таить, ведь ты и сам сгорал от желания? Вампир склонился над Лэсли и наградил его глубоким долгим поцелуем. Глаза парня широко раскрылись — на стене висели все те же алые гортензии. — А за моральный ущерб будет компенсация, — прошептал Отто. — Я исполню какое-нибудь твое сокровенное желание, хочешь? Ничего не говори, просто закрой глаза. Глаза Лэсли сами собой закрылись. Отто легонько коснулся его висков. Парню показалось, что пространство стало не властно над ним, он ощутил себя лёгким, невесомым. Ему казалось, что он стремительно летит в неизведанном водовороте, как гонимый ветром осенний лист. Через какое-то время все окончилось и он открыл глаза — совершенно незнакомая, но весьма уютная комната с деревянными стенами. За окном — шум, о Господи...океана! Лэсли помчался к окну и распахнул его: на него попали брызги воды. Домик на берегу океана! Это то, о чем он всегда мечтал в детстве!