Не все герои носят плащи

С трудом пробравшись через пикеты протестующих и поддерживающих, Эбилейль наконец оказалась в здании бизнес-центра. Обстановка накалялась с каждым часом, рискуя перерасти в открытое противостояние между сторонами. День начинался паршиво. — Мисс Паркер, будут какие-либо указания? — спросила Айяно, неслышно войдя в её кабинет. — Вызовите полицию. Пусть уберут людей от здания и нелюдей тоже, — сказала девушка, глядя в окно на собравшуюся внизу толпу. Эбилейль углубилась в работу. Девушка села за стол, посмотрев на экран компьютера. Нужно было отвлечься от всего происходящего за окнами офиса. На столе рядом с ноутбуком стояла кружка с горячим кофе, из которой доносился уютный аромат. Она открыла рабочий файл и начала изучать последние данные по кампании. Быстрым движением пальцев она прокручивала графики и отчеты, анализируя ключевые показатели эффективности. Рядом с ней находилась папка с ярлыками, в которой хранились идеи для новых рекламных акций. На экране мигали уведомления о предстоящих встречах с креативными командами. Девушка активно делала заметки, фиксируя свои мысли. Внутри нее зрела стратегия, основанная на собранных данных, которая обещала значительно повысить вовлеченность аудитории. Эбилейль переключалась между документами, подбирая слова для презентаций и создавая концепции. От привлекательности человеческого микрорайона зависело очень многое. Жильё, инфраструктура, работа. Всё должно быть удобно и доступно. Время от времени она проверяла почту, ожидая ответов от партнеров по проекту. Офис наполнялся тихим шорохом клавиатуры. Сотрудники «Эры» также были заняты своими задачами, погружая всех в рутину экономического мира. Близилось время обеда. Большинство сотрудников предпочитало обедать в столовой на первом этаже здания, но были и такие, кто предпочитал недалеко располагающиеся кафе. — Вам что-нибудь заказать, мисс Эбилейль? — спросила Айяно. — Нет, спасибо, ничего не нужно, — отказалась она. Аппетита, если честно, совсем не было. Она вышла в опустевшие коридоры офиса, увидела в концах коридоров мигающие красные лампы под потолком. Система безопасности автоматически включалась во время обеда и после завершения рабочего дня. Но на девушку это никак не повлияло, хотя она знала, что в её компании были сотрудники со слабыми причудами, те, кому не нашлось места в геройском мире. Она зашла в комнату отдыха и сделала себе кофе, вернулась в кабинет, устроилась на диване и включила большой плазменный телевизор, висящий на стене. Начиналась какая-то научная программа на английском с японскими субтитрами. — В студии нашей программы находится известный биолог-эволюционист, антрополог, генетик Вернер Шварцкопф. Ведущий ученый научно-исследовательского центра компании «Эра». Тема нашей научной беседы: «Изменчивость человека со времени появления первого ребенка с причудой». Как вы думаете, мистер Шварцкопф, насколько прогрессировало человечество в этом отношении? — говорила миловидная ведущая. Камера показала низкорослого немолодого лысеющего мужчину, который когда-то, по всей видимости, был брюнетом, в строгом темно-синем костюме, галстуке в тон и очках с толстыми линзами. — Тема, которую мы обсуждаем, становится не просто проблемой, а скорее угрозой для всего человечества, — начал свой диалог учёный. — И в чём же эта угроза? — спросила ведущая. — В том, что на планете стремительно сокращается численность носителей истинных человеческих генов. Тех, кто унаследовал их от тех, кто жил несколько веков назад, без каких-либо изменений, — говорил Вернер. Эби приходилось встречать его всего пару раз. Этот радикально настроенный гений предлагал запретить смешанные браки между «настоящими людьми», как он называл беспричудных, и «мутантами», как он называл всех остальных. Но «Эра» не несла в себе цель ставить какие-либо условия людям, проживающим на территории её микрорайонов. Она поставила себе цель построить островки безопасной и комфортной жизни во всех смыслах для обычных людей, которые часто страдают из-за разборок между героями и злодеями и просто от нападок тех, кто обладает причудой. — Разве это не означает эволюцию человечества? — задала вопрос ведущая. — Это означает регресс человечества. Посмотрите на некоторых представителей современного геройского мира. Они теряют человеческий облик! — говорил мужчина на повышенных тонах. На экране появилось изображение человекообразной касатки в обширном деловом костюме. — Но разве это плохо? Меняется одно, приобретается другое. По социологическому опросу, большинство людей сейчас мечтают о сильной причуде. Особенно те, кто её не имеют, — настаивала ведущая. — Это глупо, ну право слово. Назовите мне хоть одного учёного с причудой. Их просто нет. Даже костюм Всемогущего создан обычным человеком. И в кого мы тогда превратимся? В обезьян, зацикленных на полётах по воздуху, метании огненных шаров, увеличении объёмов своего тела? Мы перестанем читать и писать, говорить, а главное, мыслить, — с жаром произносил учёный. — Ну я думаю, что не всё настолько критично, — натянуто улыбаясь, произнесла его собеседница. — Поэтому так важно сохранить носителей исходной генной информации ради сохранения истинного человечества, ради существования человека на Земле в целом, — говорил Вернер. Эбилейль выключила телевизор и подошла к окну. Она печально посмотрела в окно, потом на остывший кофе. Хотела ли она быть такой, как все эти герои? Может быть, в далеком детстве. Она ждала, что у неё тоже появится причуда, даже после того как врач подтвердил, что она обычная. Думала, что это ошибка, надеялась, что, может, позже она всё-таки появится, но этого так и не произошло. И ей оставалось наблюдать, как редеет список её подруг после того, как они узнали, что она беспричудная. Было горько и досадно. Неужели оттого, что она не может швыряться огнем или проходить сквозь стены, она стала хуже? После сознания бесполезности бессмысленных надежд и самобичевания у неё появилась новая цель — стать лучше них, лучшей во всём. Она закончила школу с отличием и поступила в экономический университет, и это её труд, её заслуга. Эби гордилась собой как никогда. И когда её приняли в штат сотрудников «Эры», она считала это своей новой победой. Вторая половина рабочего дня обещала быть спокойной и размеренной. Эбилейль снова засела за компьютер, как дверь в её кабинет отворилась, и вошла побледневшая словно полотно Айяно. — К вам пришёл человек из столичного правительства Токио, — сказала она, и за ней зашёл темноволосый невысокий мужчина в чёрном деловом костюме. — Добрый день, мисс Портер. Я прошу прощения, что прерываю вашу работу, но мэр Токио Хироши Куроки просит вас посетить его офис, — сказал он с легким поклоном мягким, но настойчивым тоном. — И когда он просил посетить его? — в недоумении поинтересовалась девушка. — Сейчас, мисс Портер, — вкрадчиво ответил он. Белая «Toyota Alphard» следовала по дорогам города. Эбилейль сидела в просторном салоне и наблюдала в окно за меняющимися зданиями. Японский мегаполис простирался перед ней, словно бесконечная палитра ярких красок. Высотки с блестящими стеклянными фасадами сверкали на солнце, отражая его лучи в многогранных узорах. По улицам стремительно мчались велосипедисты, шли вереницы спешащих по своим делам людей, а между ними рисовались яркие рекламные щиты, наполненные жизнерадостными персонажами и таинственными предложениями. Сердце девушки немного забилось чаще, когда в голове прокручивались мысли о предстоящем визите к высокому чиновнику. Она старалась не поддаваться волнению, хотя догадывалась о цели её визита. «В худшем случае депортация», — в тайне опасалась она худшего исхода своего разговора с мэром Токио. Сигналы светофора сменялись, и с каждым мигом она чувствовала, как ставит себя на грань ответственности и ожидания. Всевозможные мысли закручивались в голове, смешиваясь с роскошью городского пейзажа. Гладкие линии дорог вели её к назначению, а она, сконцентрировавшись, впитывала в себя атмосферу таинственной столицы. Каждый новый поворот, каждое новое здание всё ближе приближали её к цели. Прибыв в мэрию и поднявшись на нужный этаж, её проводили в кабинет мэра. Она ожидала грозного, а может надменного взгляда высокого чиновника. Но вместо этого, как только за ней закрылась дверь огромного кабинета, он улыбнулся, встал из-за стола и направился к ней. — Какая честь для меня познакомиться с вами лично, мисс Эбилейль Портер, — сказал он, вцепившись в её ладонь, и стал активно трясти её. — А как я счастлива, господин Куроки. Простите за доставленные неудобства. Я не хотела нарушать покой вашего города, — поспешила извиниться Эби. — Ну какие неудобства. Вы принесли благо в наш город, стали хранителем порядка и мира в нём, за что я приношу свою искреннюю благодарность, — сказал мэр, провожая её до дизайнерского стула, предлагая присесть. — Что ж, лестно такое слышать, — немного растерялась она. — Мне горько сознавать, что некоторые граждане моего города неправильно понимают ваши поступки, и я хочу это исправить, — продолжал мэр. Тем временем зашла изящная девушка с подносом в руках, на котором были чашки с зеленым чаем. Одну он тут же передал девушке. — Мне жаль, но вы вряд ли сможете повлиять на общественное мнение, — сказала она, пригубив ароматный напиток. — Повлиять нет, но оградить от него вполне могу, — ответил Хироши. Эбилейль вопросительно взглянула на него. — С этой минуты самые лучшие герои будут неотступно охранять вас, мисс Эбилейль Портер, как самое дорогое сокровище столицы, героя без плаща, — торжественно заявил он. — Постойте. Охрана? Уверяю вас, в этом нет необходимости, — поспешила отказаться она. Перспектива того, что за ней теперь будут таскаться два ряженных клоуна, её не прельщала. — Не спорьте! Я уже обо всём распорядился. Я не хочу, чтобы с вами что-то случилось в моём городе. Мировой общественности это не слишком понравится. Вы спасли граждан моего города, моей страны, и я не могу не ответить добром на добро. Всё уже обговорено и оплачено, — настаивал мэр. И как ответ на его слова дверь его кабинета снова открылась, и Эби услышала размеренные шаги за спиной. Девушка, еле сдержав тяжелый вздох, обернулась. В кабинете стояли два парня лет двадцати, двадцати с небольшим. Оба в деловых классических костюмах, чего она не ожидала. Блондин с глазами вишневого цвета, взъерошенными короткими волосами в черном костюме недовольно посматривал в сторону то ли оттого, что предстоящая работа ему не нравилась, то ли оттого, что был просто не в духе. Второй в светло-голубом костюме привлекал необычной внешностью. Волосы по пробору разного цвета: правая сторона белого, левая — алого. Также и глаза были разных цветов: серого и голубого. Красный шрам от ожога ничуть не портил его миловидное лицо. Оба атлетически сложенные, стройные, хотя блондин ей казался немного шире в плечах. — Вот самые лучшие герои из офиса Старателя, героя номер один в Японии, которые будут охранять ваш покой день и ночь. Шото и Динамит, — назвал он их геройские имена. Парень в светлом костюме слегка поклонился, когда мэр назвал его Шото. Блондин же лишь неодобрительно покосился. «Ну замечательно. И что теперь с этим подарком судьбы делать?» — подумала она, переводя скептический взгляд с одного молодого человека на другого. — Позаботьтесь о нашей гостье, — повелительным тоном произнёс мэр, обращаясь к парням. — Слушаюсь, господин Куроки, — ответил Шото, поклонившись мужчине. — Аха, — пробубнил блондин. В офис Эбилейль возвращалась уже на другой машине, красном «Nissan Elgrand». За рулём сидел Шото, хотя было заметно, что сидящий рядом с ней Динамит не слишком был этому рад. За всю поездку парни не произнесли ни слова. «Интересно, у них человеческие имена есть?» — невольно подумала она. Проблем становилось всё больше. Как она объяснит их присутствие в офисе и как к этому отнесутся её работники, а главное, как к этому отнесется правление компании и Эрик. Когда они добрались до места и вошли в здание, их провожали изумлёнными и восторженными взглядами. Отовсюду слышалось шушукание, и то и дело до её слуха доносились их геройские имена. Они вошли в лифт, поднялись на нужный этаж и вошли в её кабинет. — Ну как всё... — Айяно не смогла закончить фразу, не мигая уставившись на одних из самых известных героев Японии. Эбилейль села за свой рабочий стол и вызвала секретаршу. Та незамедлительно явилась. — Айяно, этих молодых людей мэр города назначил моими телохранителями. Оповести весь персонал, чтобы не было эксцессов, — произнесла она. — Так... слушаюсь, — отчего-то покраснев, ответила девушка и спешно удалилась. — Ну теперь, думаю, стоит и познакомиться. Меня зовут Эбилейль Паркер, а вас? — сказала девушка, посмотрев на парней. — Шото Тодороки, — представился разноцветный. — О, так Шото - это имя, — притворно удивилась она. — Кацуки Бакуго, — ответил блондин, плюхаясь на диван, закинув ногу на ногу. — Мы должны осмотреть здание, изучить его план, наличие видеокамер, сигнализации, — сказал Шото. — Ну, кое-что можно узнать у моего секретаря, кое-что на посту охраны, — ответила девушка. — Я отлучусь. Ты останься здесь, — обратился Шото к напарнику. — А вот хрен тебе. Я пойду. Раскомандовался тут, — заворчал Кацуки, поднимаясь с дивана. Вскоре он покинул кабинет, а Шото подошёл к окну, посмотрел на противоположное здание, откуда вполне могли нанести удар. Эби изредка посматривала на него. Шрам от ожога на лице наводил на размышление, где он получил его и почему не избавится. При современных достижениях в пластической хирургии это было довольно просто. Хотя он не портил его правильные черты лица. Может, он был напоминанием о чём-то. Вскоре Тодороки отошёл от окна и сел на диван. Вскоре вернулся Бакуго и сказал, что всё в норме. До конца рабочего дня оставалась всего пара часов. Но девушка никак не могла сосредоточиться на работе. Присутствие посторонних очень раздражало. Телохранители просто сидели молча на диване, их подтянутые фигуры занимали пространство, заставляя её чувствовать себя как в клетке. Каждый взгляд парней в её сторону начинал казаться ей настороженным и осуждающим. Им явно мало нравилось, чем им приходилось заниматься. Одна мысль о том, что их присутствие теперь будет постоянным, приводила в уныние. Её кабинет был оформлен с заботой и уютом, но теперь даже самые приятные детали казались серыми под бдительными взглядами её охранников. С каждым вздохом она ловила себя на мысли, как легко строгий приказ отгородил её от обычной жизни. Она понимала, что отказаться она по сути не могла, не навлекая на себя и свою компанию гнев местных управителей, неизвестно к каким последствиям приведший. Жизнь Эбилейль казалась ей вполне безопасной, и необходимость в защите лишь подчеркивала, насколько нелепо выглядит вся эта ситуация. Всё это казалось ей абсурдным и излишним, как ненужный аксессуар, который лишь отвлекал её от необходимости завершить важные проекты. Спустившись на первый этаж, их встретила восторженно гомонящая толпа. Эбилейль недовольно покосилась на Айяно, стоящую в первых рядах. Та только бессильно пожала плечами. Люди то и дело тянули руки к её телохранителям, говоря им комплименты, чуть ли не признаваясь в любви. — Извините, я на работе, — тихо отвечал Шото. — Отвалите, придурки! — орал Бакуго. «Да они, оказывается, знаменитости. Вот повезло-то», — усмехнулась про себя девушка. Они сели в тот же автомобиль, видимо, выделенный мэрией, на котором приехали. Проезжая по улицам города, она их не узнала, хотя дорогу до своего дома запомнила хорошо. — Куда вы меня везёте? — возмутилась Эби. — На старой квартире вы больше не живёте, — коротко ответил Шото. — Кто дал вам право так себя вести! Вы не имеете права! Это насилие! Немедленно остановите машину! — продолжала в том же духе она. — Остынь, милочка,— обратился к ней Бакуго. — Не волнуйтесь, там, куда мы вас везём, вы будете в безопасности, — заверил её Шото, снова сидя за рулём. — Я была в безопасности до вашего появления. Меня никто не преследовал, и мне никто не угрожал. Зачем вас вообще ко мне приставили? — продолжала возмущаться девушка. — Ну да, толпы штурмующих здание пикетчиков и репортёров вообще не докучают, — усмехнулся Бакуго. Эбилейль недовольно посмотрела на блондина и возмущенно молчала весь оставшийся путь, понимая, что бессильна что-либо сделать. Они подъехали к многоэтажному зданию и поднялись на нужный этаж. Бакуго открыл дверь квартиры и демонстративно отошёл в сторону. — Леди вперед, — усмехнулся он, пропуская Эбилейль. Она смерила его строгим взглядом и зашла в квартиру. Она оказалась довольно просторной, многокомнатной, выдержанной в европейском стиле. Входя, девушка сразу заметила высокие потолки, окутанные мягким светом, который пробивался сквозь большие окна, обрамленные тонкими, но элегантными гардинами. Пол, покрытый светлым паркетом. Аккуратные предметы мебели из натурального дерева, которые добавляли уют обстановке. В зале находился стильный диван с изящными линиями, устланный множеством подушек в нейтральных тонах. Остальная мебель выгодно с ним гармонировала. Рядом стоял низкий стеклянный столик, на котором лежали книги и журналы, обложки которых привлекали внимание яркими цветами. Стены были украшены современными картинами с абстрактными мотивами, создавая атмосферу неповторимого стиля. Кухня, расположенная по правую руку, отличалась минималистичным дизайном, с встраиваемой техникой и глянцевыми фасадами шкафчиков. В углу уютно стоял небольшой обеденный стол, окружённый стульями с мягкими сиденьями и спинками. Пройдя вглубь квартиры, она обнаружила спальни, каждая из которых сохраняла гармонию с общим стилем, обещая спокойствие и отдых после долгого дня. Шото завёл её в одну из них. — Это ваша. Мы будем в соседней, если что-то понадобится, просто позовите. Кто-то из нас будет постоянно дежурить. В шкафах есть кое-какая одежда, надеюсь, она подойдёт. Если что-то понадобится из старой квартиры, составьте список, и мы привезём всё необходимое, — спокойно ответил Шото. Представив, как они роются в её нижнем белье, Эби невольно покраснела. — Нет. Пока обойдусь, — сказала она. — Тогда отдыхайте, — сказал Тодороки и вышел из комнаты. С кухни уже доносились аппетитные запахи. — Хавать будешь? — спросил Бакуго, что-то размешивая в сковородке. — По-моему, мы ей не понравились, — произнёс Шото, садясь на стул. — Да плевать. Мы просто делаем эту чертову работу, — отмахнулся Кацуки. — Но если не найдем общий язык с тем, кого охраняем, то это может привести к беде. Может, тебе вести себя поприличнее? — размышлял Шото. — Ты чё сказал?! Я само приличие, — возмутился Бакуго. Шото спокойно посмотрел на напарника. Кое-что в нем никогда не изменится, а это дурной нрав. Оставшись одна в комнате, Эби набрала номер Эрика. — Рад слышать тебя, дорогая. Всё в порядке? — спросил он, отвечая на звонок. — Ну как сказать. Мэр Токио приставил ко мне телохранителей. Только это больше похоже не на охрану, а на заключение, — жаловалась она. — Это понятно, что они перестраховываются. Но не волнуйся, вредить тебе они не станут, — пытался успокоить её жених. — А вот в этом я как раз и не уверена. Быть постоянно с незнакомыми людьми в одном помещении не очень удобно, — продолжала Эби в том же духе. — Кого же к тебе приставили? — поинтересовался Эрик. — Шото и Динамита, — ответила она. — Известные личности даже за пределами Японии. Вот теперь тебе стоит опасаться армии их поклонниц. Не знаю, что они отдали бы за возможность быть со своими кумирами круглые сутки. Вдруг ты тоже падешь жертвой их чар. Я начинаю ревновать, — засмеялся Роджерс. — Издеваешься, — обиделась девушка. — Ну что ты. Пытался развеселить тебя. Я люблю тебя, — сказал он на прощание. — И я тебя, — ответила девушка и положила трубку.