Ненависть, указавшая на свет

— Это… это что? — изумленно сказал Джереми, широкими глазами смотря на новую дверь в свой магазин. — Твой магазин, — просто ответил Люциус. Не было больше пустых окон и общей подкопченности, оставшейся после взрыва. Была новая краска фасада, новая табличка на светлой двери, которая вела в книжный магазин. Парню было прекрасно видны книжные стеллажи и кресла благодаря большим окнам витрин. Это был его магазин, невероятным образом отремонтированный за время его отъезда. И Джереми не нужно было гадать, кто так его облагодетельствовал.       Люциус стоял рядом, не пытаясь скрывать легкую улыбку в уголках губ. Лорд делал вид, что вокруг не происходит ничего необычного, пока Джереми кидал на мага нечитаемые взгляды. Парень всерьез боролся с желанием развернуться и уйти или войти внутрь новенького книжного. Был, конечно, еще вариант и поставить фингал под глазом Малфоя, но эта мысль была признана совсем уж неприемлемой. И все же Джереми понадобилось некоторое время, чтобы взять себя в руки. В конце концов вечно стоять на улице у самой двери магазина не хотелось по большей части из-за взглядом мимо проходящих магов. Парень еще раз посмотрел на Малфоя, а после решительно двинулся к книжному магазину.       Ремонт был выполнен идеально. Никакой ненужной роскоши. Все очень изящно и практично, а также очень похоже на то, что было до пожара. Стоило Джереми попасть по лестнице на второй этаж в его квартиру, что пострадала даже больше книжного на первом, как парня снова на несколько секунд захватила нерешительность. Будет ли очень самонадеянно предположить, что и квартира окажется с новеньким ремонтом, а не с подкопченными стенами? Конечно, можно было спросить об этом мага рядом, который без сомнения был виновником всех этих изменений, но парень все еще не знал как к этому относиться. Он вроде бы и был рад видеть свой книжный, но у него волосы вставали дыбом, когда он представлял в какую копеечку ему влетит этот ремонт. А он прекрасно себе это представлял, поинтересовавшись этим еще до отъезда у гоблинов.       Квартира тоже была отремонтирована. Явно кто-то пытался сделать точь — в — точь как было. Конечно, была пара недочетов, вроде другого рисунка покрывала на кровати или вида лопаточек на кухне, но общий посыл был ясен. Осмотр всех помещений закончился на кухне, где Джереми стоял перед плитой, очень похожей на свою злосчастную предшествинницу. А в проеме маленькой кухоньки стоял Люциус Малфой и явно никуда не торопился. Джереми же пока сверлил взглядом столешницу. Гриффиндорская часть билась о клетку мозга, желая то ли вспылить от самоуправства с его собственностью, то ли не желая благодарить именно Малфоя старшего. Джереми понимал, что должен спросить, кто все это оплатил и сколько он теперь этому «кому-то» должен. Понимал, но упорно молчал, потому что такой вопрос мог привести к нежелательным для него последствиям. Он не хотел подставляться. Совесть, конечно, взывала к его гриффиндорской смелости, но он прямо видел дальнейший диалог с Малфоем старшим. «Кто заплатил за все это? Я. Сколько я вам должен, лорд Малфой? Деньги мне не нужны. Берете натурой?»       Джереми аж вздрогнул. Он конечно, утрировал, но Малфой это Малфой. Этот павлин богаче его раз в сто и не преминет воспользоваться случаем, чтобы перевести денежный долг в услуги. А Джереми был к этому не готов, поэтому затолкал свою совесть куда подальше. Он Малфоя просил о ремонте? Нет. Так какой с него спрос? И вообще, а как удалось сделать ремонт в его магазине и квартире без самого владельца? — Ты долго молчишь, Джереми, — наконец отозвался Люциус. — Тебе что-то не нравится? Ответ «все» чуть не сорвался с губ Джереми, но тот сумел сдержаться. — Похоже на то, что было, — ответил Джереми, заглядывая в холодильник, что оказался до отказа забит едой. Джереми чуть ли не истерично захлопнул его. У него никогда не было столько еды в холодильном шкафе. Он не пустовал, но и не был набит до отказа. Вообще-то парень надеялся, что под предлогом необходимости сходить за продуктами, он отвяжется от Малфоя, но в связи со слишком умным благодетелем ему нужен другой предлог. — Не хочешь узнать, кто организовал тебе такой сюрприз? — задал вопрос Люциус, смотря в затылок Джереми и понимая, что что-то не так. Парень не светился от счастья, не высказал ни единой благодарности и кажется не был расположен к диалогу. А Люциус рассчитывал на совершенно противоположный результат. Он взялся за ремонт книжного и квартиры Джереми, когда тот был в Австралии. Времени отсутствия парня было достаточно, чтобы все закончить к его возвращению. Конечно, Люциус был бы более чем рад, если бы Джереми остался в Малфой-мэноре, не имея собственного жилья, но как показала практика в городе было слишком много отелей, куда парень мог убежать в поисках личного угла. Люциус не понимал, почему Грейнджер так упорно не желает надолго оставаться в его мэноре, но решил, что уж лучше он возглавит то, что не может остановить. Если Джереми пока некомфортно в Малфой-мэноре, то он мог жить в своей квартире. Эти две мелкие комнаты над книжным как нельзя лучше подходили под описание личного угла. А главное, что Люциус всегда мог прийти сюда. Это был не безликий и неизвестный отель. Это была квартира Джереми, к которой он был привязан. — Как вы смогли обойти тот факт, что у вас не было разрешения владельца на ремонт? — задал встречный вопрос Джереми, проигнорировав толчок Малфоя. — Это то, что тебя волнует? — приподнял бровь Люциус, которому так и хотелось развернуть Джереми к себе лицом. Парень лишь пожал плечами, а лорд Малфой подавил в себе искру раздражения. Джереми явно что-то не нравилось, но у Люциуса было одновременно слишком много предполагаемых причин и ни единой достойной для такого поведения гриффиндорца. — Владельцем магазина на первом этаже и жилплощади являешься ты, но Гарриет не составило труда обойти это препятствие на пути к сюрпризу, который твои друзья и другие люди, которым ты не безразличен приготовили для тебя, — сказал Люциус, несколько лукавя. Его невестка действительно помогла ему, но не обойти факт отсутствие владельца в стране, а показав внутреннее убранство квартиры своего друга. Люциус принципиально занимался этим лично, выбирая каждую вещь и расплачиваясь деньгами из своего кармана. Но, видимо, Джереми был не готов к такому знаку внимания, поэтому Люциус приврал, сказав, что инициатива и ее исполнение были не его личным проектом, а сюрпризом от друзей гриффиндорца. — О, — только и сказал Джереми, поворачиваясь полубоком. Несмотря на то, что пришлось приуменьшить свою роль, Люциус заметил, что услышав ложь про друзей, парень тут же расслабился и даже перестал стоять к нему спиной. — Я должен поблагодарить Гарри и Рон. Такое внимание к деталям, — сказал Джереми, у которого камень с души упал. Ну, конечно. Конечно. С чего он решил, что Малфой решил таким образом его впечатлить, отвалив денег ему на магазин и квартиру? Нет, он, конечно, имел средства, да и мотив, но как хорошо, что все обошлось. Действительно же. У него все еще есть Гарри и Рон. Есть близнецы, Луна, Невилл, Лаванда, да и еще немало знакомых. Фух. Какое же облегчение.       Люциус же заметил, как поднялось настроение Джереми, когда он услышал, что это не исключительно его инициатива. И эта деталь заставила лорда Малфоя мысленно поджать губы. Еще недавно он радовался, что лед тронулся и отношение Джереми к нему изменилось. Но вот такие «детали» доказывали магу, что его выводы были несколько поспешными. Хотя все нутро аристократа просто пылало недовольством, но все же больше в Люциусе Малфое было непонимания. Любой был бы рад такому вниманию. Но не Джереми Грейнджер. От знаков внимания к своей персоне он нервничал и что хуже закрывался. Маленькие подарки не принимал, сам поводов для встреч не искал, в Малфой-мэнор его можно было только арканом затащить. А ведь все должно быть не так. Да, момент, когда они узнали, что соулмейты, был, мягко говоря, не располагающим к дальнейшему общению. Но это время прошло и все изменилось. Первичная настороженность Джереми была вполне понятна, но Люциусу никак не удавалось избавиться от нее совсем. Он умел очаровывать и обольщать. Это Джереми должен был кидать на него тайные взгляды, мечтательно вздыхать. Приглашение в ресторан должно было вызвать потрясение. Хорошее потрясение! И принести удовольствие обоим. Он даже не намекал, а прямо говорил о своей заинтересованности, а Джереми Грейнджер только бежал от него прочь. Когда не получилось влюбить в себя парня, то Люциус решил перейти сразу к обольщению. Еще никто не уходил от него неудовлетворенным. И опять же Джереми выдал абсолютно другую реакцию. Он не кинулся в объятия сам, не пошел на поводу у страсти, не строил из себя недотрогу. Он устроил истерику и сбежал. И что казалось реальностью, не собирался возвращаться в Малфой-мэнор. И даже сейчас, когда отношения между ними потеплели, когда о ненависти больше никто не говорит, когда от его прикосновений не отскакивают в панике… Джереми Грейнджер все еще не доверяет ему. — Ну, что ж. Спасибо, что проводили, мистер Малфой, — сказал Джереми, оборачиваясь к мужчине. — Не за что, Джереми, — не показал расстройства Люциус, отметив, что они опять вернулись к «мистеру» и «лорду». Настроение мага неминуемо упало. Подарок, который он готовил, не был оценен в должной мере. И либо это он делает что-то не так, либо проблема снова в мировоззрении гриффиндорца. В любом случае ему нужно время, чтобы переосмыслить свое поведение. Снова.