Это что.. Снова шкаф?

      Ты скользишь тенью по узким каридорам, быстро пробираясь к заветной двери. Если верить гулям, Маунтин должен сейчас находиться на репетиции как минимум ещё пол часа. Этого времени вполне хватит, чтобы совершить задуманное.       Всё что тебе нужно — маленькая шалость. Всего лишь безобидная шутка над барабанщиком. И хоть главная причина всего этого — неугомонная любовь гулей к дурачеству, которой они заразили и тебя после долгого прибывания в их компании, было место простому любопытству. Может хоть розыгрыш разгневает хмурого великана или заставит его хоть раз улыбнуться?       Однако, не успела ты приступить к задуманному, как услышала шаги в каридоре. Не долго думая, ты забежал в первое попавшееся укрытие — шкаф, стоявший напротив. Дверь распахнулась с тихим скрипом и быстро захлопнулась. Тяжёлые, размерянные шаги становились все ближе. Ты едва не вскрикнула от неожиданности, когда рядом с твоим убежищем мелькнула огромная тень. Стараясь унять учащенное дыхание, вызванное адреналином, ты выглянул в небольшую щель между дверцами. Маунтин, вернувшийся сильно раньше обычного, расположился в кресле. Рядом стоял журнальный столик с книгами. Земной гуль любил читать, причём всё подряд: начиная от научной фантастики и заканчивая мангой.        «Блять! Да он сел лицом ко мне! Так. Сейчас он начнёт читать и...Может уснёт? Дьявол! Ну за что мне это?» — вились мысли в твоей голове.       Но упырь не притронулся к книгам. И следов чужого присутствия, видимо, так же не заметил. Маунтин снял очки, отложив их на столик, и откинул голову на спинку кресла. Он казался пугающим своей понурой миной и молчиливостью. Особенно, когда он смотрит на тебя каким-то странным, испепеляющим взглядом с высоты своего роста. Сейчас, наблюдая за расслабленным гулем ты поймала себя на мысли, что находишь его очень симпатичным.       Маунтин закрыл глаза и его руки медленно заскользили по чёрной ткани рубашки. Это зрелище приковывало тебя к месту. Взгляд внимательно следил за его руками, опускающимися все ниже. Длинные пальцы гуля напряглись, согнувшись так, чтобы дразнящим движением провести когтями по твёрдой плоти, выпирающей бугром в узких штанах. Ты почти задыхаешься, когда вторая рука музыканта забирается под рубашку, задирая её вверх, а губы гуля раскрываются в тяжёлом выдохе.       Когда-то хмурое лицо Маунтина сильно изменилось: изогнутые в нетерпении брови, краска смущения на щеках, блаженно приоткрытый рот — о, ты бы многое отдала за шанс видеть это выражение чаще. Не имея шанса на побег, ты погрузилась в предоставленной тебе «представление». Быть может подглядывать — это невежливо, но устоять было невозможно.       Пока одна рука Маунтина поглажтвала его член сквозь одежду, вторая ласкала кожу, поднимаясь к груди и опускаясь к бедрам. Из горла гуля вырвался звук, похожий на агрессивный рык, когда сильные пальцы сжали его грудь, будто не повинуясь собственному хозяину. Маунтин высвободил член из плена брюк и тут же обхватил его, начиная с неспешных поглаживаний. При виде оскала гуля, его терзаний и обрывистых вздохов, ты решила, что Маунтин намеренно мучает себя, оттягивая удовольствие. Он откидывает голову, выгибаясь навстречу ласкающей руке. С его губ слетают тихие, частые стоны.       Воздух вокруг, кажется, начал нагреваться. Зрелище мастурбирующего гуля пробудило твоё собственное желание. Вот бы прикоснуться к нему… Но тебе нельзя себя обнаружить. Ты с трепетом уставились на барабанщика, запоминая этот его образ, этот момент. Ты никогда не слышала его голоса, но теперь он стонет и мычит, так жалобно и чертовски горячо!       Гуль ускоряет движение руки, быстро набирая темп. Его ладонь скользит вверх-вниз, иногда увеличивая давление, в то время как хвост мечется по полу, постукивая по каменным плитам. Маунтин протяжно стонет, срываясь на частые, дрожащие вздохи. Он замирает в преддверии оргазма, всё яростнее ублажая себя. В последний момент он заглушает громкий стон свободной рукой, излившись в кулак. Ты кусаешь губы, сжимая в руках подол своих одежд, сгорая от стыда и возбуждения. На твоих глазах последние ноты экстаза постепенно отпускают Маунтина и он оседает в кресле, тяжело дыша. Вот он перед тобой — такой, каким его не видел никто прежде. Растрепанная одежда, покрытая испариной кожа, искры похоти в тёмных глазах. За ставшая его за самым сокровенным, видевшая его в самый фееричный миг наслаждения, ты едва могла поверить, что это все не сон.       Маунтин учуял чужой запах. Но ты поняла это только тогда, когда оказалась обнаружена им в шкафу. Беспомощная и обескураженная под его внимательным взглядом, ты так и замерла, глядя на гуля снизу вверх.       — Я. Я ничего не видела! — глупая попытка, это очевидно даже по недоверчиво вскинутой брови гуля. Ты краснеешь по самые уши, желая провалиться в ад.       Маунтин схватил тебя за руку и выволок из шкафа. Ты мысленно искала любые возможные оправдания, но твои мысли сразу опустели, стоило барабанщику положить твою руку себе на грудь. Это был такой нежный и неожиданный жест, что ты просто уставились на Маунтина в не понимании.       — М-можно? — в ответ гуль положительно кивнул и ты неуверенно опустила руку под его рубашку.       Немного осмелев, ты уже открыто гладила его и обводила рельеф мышц. Маунтин наблюдал за тобой, склонив голову как-то по-кошачьи.       — Значит ты не злишься, что я пришла сюда без спроса?       Уголки губ гуля вздернулись в милой ухмылке, и он показал рукой жест, который ты поняла как «ну возможно, немного злюсь». Маунтин склонился ближе и ты ощутила жар его дыхания на лице. Он замер в паре сантиметров от твоих губ и вопросительно взглянул на тебя, как бы спрашивая дозволения. Не удержавшись, ты сама подалась навстречу, сливаясь с ним в поцелуе.