Это что.. Снова шкаф?

      Маунтин самый огромный среди своих собратьев, самая загадочная особь. При своём немалом росте он умудрялся оставаться незамеченным и передвигаться почти бесшумно.       Ты была мягко говоря удивлена, узнав, что земной гуль тихий во всех отношениях. Быть может он и хотел бы заговорить с тобой, когда сверлил тебя взглядом на вечерних службах или в столовой, но просто не мог.       Как бы странно не звучало, учитывая ношение упырями масок, Маунтин всегда выглядел отрешенным и печальным, даже устрашающим. Многие сестры греха шарахались от него.       Но тебе его немота не казалась чем-то отталкивающим, наоборот, ты воспринимала это как его особенность, захватившую твоё внимание.       Ты пришла в его комнату, влекомая любопытством. Проникла туда, куда благоразумный человек бы точно не сунулся. Это началось как простая шалость, а превратилось в нечто большее...       Маунтин целует тебя нежно и неторопливо, будто опасаясь поранить тебя неосторожным движением. Твои мысли пустеют и ты млеешь под его воздействием. Этот упырь был настоящей загадкой для тебя, таящей в себе комбинацию противоположностей. Огромный, жуткий, немногословный гуль оказался невообразимо ласковым и осторожным. Маунтин отстраняется на мгновение и подцепляет когтем край твоего одеяния, вопросительно вскидывая бровь.       — Да. — отвечаешь ты взволнованно, сразу понимая его желание.       Он стягивает с тебя монашеское одеяние, оставляя его где-то на кресле и его тёплые руки возвращаются к тебе. Маунтин хватает тебя за талию, снова накрывая твои губы своими, ему приходится склониться вниз, слегка поварачивая голову из-за разницы вашего роста. Ты ощущаешь как растёт его нетерпение в этот момент, как сильно он жаждет тебя.       Маунтин отступает к кровати, утягивая тебя за собой, пока вы продолжаете самозабвенно целоваться. Он издает тихий стон, когда твои пальцы скользят по его плечам и груди. Ты стягиваешь с него рубашку, не особо заботясь о том, где она окажется.       Маунтин разрывает поцелуй и спускает с своих плеч подтяжки, а после откидывает свою рубашку в сторону, открывая твоему взору подтянутое тело. Его грудь тяжело вздымается в взволнованном дыхании, а глаза горят холодным голубым светом. Он подталкивает тебя к кровати, позволяя тебе упасть на простыни, и опускается на тебя, крадучась подползая ближе. Ты замечаешь как его мышцы перекатываются под серой кожей при каждом движении. Его хвост мечется позади, рассекая воздух.       Маунтин опускает лицо к твоей шее, оставляя смазанные поцелуи на коже. Он все ещё старается быть нежным, но то как он прижимается к твоему телу, как жадно целует каждый сантиметр твоей кожи, выдаёт жажду упыря. Земной гуль опускает свои огромные ладони на твою грудь, мягко сжимая её, и ты явственно ощущаешь разницу в ваших размерах. Он поднимает взгляд, внимательно наблюдая за твоей реакцией на каждое его действие. Когда он замечает, как учащается твоё дыхание, а твоё тело слегка выгибается, зрачки гуля резко расширяются и его движения становятся немного увереннее.       Маунтин восхищается тобой, как произведением искусства, будто сама Венера сошла с полотна картины в его объятия. Он находит изящество в каждом изгибе твоего тела. Его завораживает ритм твоего сердца, бьющегося все быстрее от волнения, создавая для барабанщика настоящую музыку твоего желания и страсти, сплетенную с дрожащими вздохами. Гуль чувствует как созерцание твоего обнаженного тела, так соблазнительно выгибающегося под ним, распаляет пламя в его сердце сильнее, распространяя в его теле настоящий пожар. Но он не хочет давать волю инстинктам. Ему важно показать какое удовольствие он может подарить только для тебя, показать как хорошо с ним может быть.       Правая рука барабанщика медленно скользит по твоему телу, почти невесомо касаясь кончиками когтей нежной кожи, распространяя мурашки по ней. Ты рефлекторно выгибаешься и у тебя перехватывает дыхание, когда пальцы упыря соскальзывают между ног, мягко поглаживая внутреннюю поверхность бёдер. В глазах Маунтина вспыхивают искры любопытства и желания угодить. Он неотрывно наблюдает за тобой, пока его пальцы небрежно раздвигают твои ноги немного шире и начинают медленно ласкать горячую плоть круговыми движениями.       Ты сходишь с ума от того, как он касается тебя, с каким трепетом он это делает. И сама не в силах удержаться от соблазна прикоснуться к упырю. Маунтин вздрагивает и испускает сдавленное урчание, но продолжает удерживать зрительный контакт, когда чувствует как твои руки касаются его обнажённой груди, обводя пальцами ритуальные татуировки.       Происходящее кажется чем-то нереальным, чем-то сокральным и мистическим, далёким от пошлости. Вы полностью поглащены друг другом. Комнату заполняют только звуки вашего обрывистого и громкого дыхания и твой тихий скулеж наслаждения.       Ты ведёшь руку ниже к паху упыря, и Маунтин не двигается с места, но издает низкое, угрожающе рычание. Этот животный звук будоражит тебя, но не пугает. Ты знаешь, что он не хочет причинить тебе вред и подобные моменты являются лишь проявлением его нечеловеческой природы. Тебе тяжело сдержать восторженный вздох, когда рука достигает напряжённой плоти упыря, которая болезненно дёргается от ощущения твоего касания. Маунтин падает на локоть, упираясь им в кровать рядом с тобой. Его тяжёлое и хриплое дыхание наполняет твои уши, опаляя шею и щеку.       Это кажется чем-то диким, то как вы ласкаете друг друга, пытаясь сохранить хоть каплю самообладания. Ты расстегиваешь брюки гуля, высвобождая его член. Пальцы барабанщика ускоряются, его ласки становятся интенсивнее, заставляя тебя дрожать и стонать в полный голос. Маунтин прикусывает кожу на твоей шее с тихим рычанием, когда ты сжимаешь бедра в спазме оргазма. Тебя накрывает, волна удовольствия сносит последний бастион твоего здравого рассудка.       Пока ты приходишь в себя после пика наслаждения, рука гуля перемещается на твою ногу, чтобы чувственно сжать её. Маунтин мягко гладит твою щеку тыльной стороной ладони, вглядываясь в твоё лицо, наполненное удовлетворением и весельем. Ты снова тянешься к паху гуля, чтобы приласкать его нуждающуюся плоть, и притягиваешь Маунтина для нового поцелуя. Упырь издает тихий стон, обвивая хвостом твою ногу, отвечая на поцелуй с страстью и нескрываемым наслаждением.       Ты мягко сжимаешь его плоть, совершая пробные движения вдоль ствола. Дыхание Маунтина становится все чаще и тяжелее, а из его горла иногда вырываются жалобные стоны, отражающиеся вибрацией на твоих губах. Черт возьми, ты готова поклясться, что нет ничего более горячего и крышесносящего, чем звук его голоса, наполненного наслаждением! Ты обводишь подушечкой пальца чувствительную головку, размазывая предэякулят, и продолжаешь свои неспешные ласки. Вверх и вниз. Немного надавливая и отпуская.       Внезапно Маунтин отрывается от поцелуя с рычащим стоном и хватает тебя за руку, останавливая. Он крепко сжимает твоё запястье, глядя тебе в глаза тёмным и прожигающим взглядом.       — В чем дело? Я... Я сделала что-то не так? — взволнованно спрашиваешь ты.       Маунтин сохраняет серьёзность лица и отрицательно качает головой. Он сплетает пальцы ваших рук и прижимает к кровати, в то время как сам гуль перемещается к твоим ногам. Он не может больше терпеть, ты понимаешь это по его взгляду. Барабанщик прижимается своими бедрами к твоим, немного двигаясь, создавая скольжение его твёрдой плоти по твоей киске. Он наблюдает немигающим взором за тем, как ты вздрагиваешь и корчишься, желая поскорее ощутить его в себе. Ох, он тоже этого хочет. До безумия сильно хочет.       Маунтин замечает как ты капризно виляешь бедрами и наконец даёт тебе желаемое. Он медленно входит в твоё жаждущее лоно, срывая с твоих губ крик. Гуль замирает, ожидая пока ты привыкнешь и в случае, если тебе больно или неприятно, остановишь его.       — Пожалуйста... Маунтин, пожалуйста. — твой шёпот доводит его до грани. Гуль чувствует как что-то первобытное клокочет в его груди, когда ты произносишь его имя.       Он начинает двигаться, осторожно, но ритмично. Ваши тела соприкасаются, ваше дыхание смешивается. Маунтин постепенно ускоряется, слыша твои восторженные возгласы. Он закидывает твою ногу себе на плечо, больше раскрывая тебя для него, и входит под новым углом, заставляя тебя выгнуться всем телом, вцепившись пальцами в мятые простыни и вжавшись лицом в подушку. Ощущения переполняют тебя. Тебе хочется выть от наслаждения. Но неожиданно гуль останавливается.       Ты чувствуешь как его рука нежно сжимает твои щеки и разворачивает лицо обратно к нему. Ты замечаешь во взгляде упыря беспокойство. Маунтин подносит руку к своей груди, указывая на себя, а потом на свои глаза и отрицательно качает ребром ладони. В этом жесте ты понимаешь, что гуль хотел донести до тебя. Он хочет видеть твоё лицо, иначе он не поймёт что ты говоришь и что испытываешь.       — Всё хорошо. Просто... Продолжай... Пожалуйста, Маунти, мне так хорошо. — твой ответ прерывается удивлённый вздохом, когда Маунтин касается губами твоего бедра в нежном жесте.       Он возобновляет движения, но теперь ты стараешься не отворачиваться. Вы смотрите друг другу в глаза и адское пламя, отражающееся в них, заражает вас обоих снова и снова. Есть в этом что-то более интимное и привлекающее, то, как он смотрит на тебя. Со временем его толчки становятся сбивчатыми и быстрыми, а твой голос срывается на крики, совсем не волнуюсь о том, что вас могут услышать. Оргазм настигнет вас почти одновременно. Маунтин следует сразу за тобой в эту пропасть греховного удовольствия, когда ты сжимаешься вокруг него и содрогаешься. Последний толчок завершается протяжным, дрожащим стоном гуля, прежде чем он быстро реагирует и покидает твоё тело, изливаясь на твои бедра.       Маунтин ложится рядом с тобой, опираясь на руку. Вы оба вымотаны и счастливы, пытаетесь привести в норму сбившееся дыхание и пережить последние ноты оглушительного финала. Барабанщик улыбается, рассматривая твоё покрасневшее личико, твои изогнутые в довольной улыбке алые губы, твои дрожащие ресницы. Он берет твою руку и самозобвенно припадает губами к костяшкам твоих пальцев, оставляя мягкий поцелуй.       — Знаешь...ты мне очень нравишься, Маунти. Можешь научить меня языку жестов? Я бы хотела лучше понимать тебя. Упырь удивлённо смотрит на тебя, не ожидая такой просьбы. Он обвивает хвостом твою талию и кивает, счастливый и влюблённый, прежде чем подарить тебе ещё один головокружительный поцелуй.       Маунтин научит тебя многому, и не только языку жестов. И вскоре ты узнаешь, что такое "горячее чтение по коже", когда он выводит буквы своим языком или пальцами на твоём теле.       Эта ночь только начинается....