Свободная пресса

— Джеки, будь другом, снимай носки, — пока ее дружок послушно разувается, Ви без особого энтузиазма заглядывает в вентиляционную шахту. — Залезать в трубу обязательно, да? — Да ну что ты, — Дум-Дум смотрит, как она обматывает носками колени. — Можешь пиздовать через дверь. Шахта соединяет техническое крыло с разделочным цехом и морозилками — чуть меньше ста метров, первый поворот сделать направо, второй — он не помнит, есть ли там еще одна развилка. — Я тут недавно чуть не умерла, когда Джеки мне случайно выключил свет в ванной, — это она Курту. Ссыт ему в уши всю дорогу, сюсюкает. — Ненавижу, если темно и тесно. Курт участливо кивает. Дум-Дума это веселит и бесит. Во-первых, Курта не нужно отвлекать и успокаивать — ему не страшно; ну разве что переживает, что не успеет снести кому-нибудь голову. Во-вторых, сюсюканье — это не педагогично. — Нарядилась? — она заканчивает с импровизированными наколенниками, но мнется на месте, все еще косится на шахту недоверчиво. — Лезь уже. Дамы вперед. — Не, давайте-как я буду первый, — Джеки примеривается к трубе, как будто проверяет, хватит ли там места такому стероидному мудаку. — А ты за мной, чика. — Подержусь за тебя? — Спрашиваешь. — Ладно, — она ждет, пока его ботинки исчезнут из поля зрения, опускается на корточки — и тоже ныряет в шахту. Дум-Дум слышит, как ее приятель волочит по вентиляции «Болта». Если на их скрытое передвижение не соберется весь Милитех, это будет большим успехом. — Теперь ты, — Дум-Дум хлопает по плечу Курта. — Я сразу за тобой. Вентиляционная труба липкая — то ли крысы разносят по ней всякую дрянь, то ли это выпот с жирного фабричного воздуха. Обладателям органических легких и неконтролируемого обоняния, наверное, приходится нелегко. — Слушай, — Джеки с трудом протискивается в нужный поворот. — Почему ты вообще нам помогаешь? — А ты пизди погромче, вдруг корпам тоже интересно. — Где они, кстати? — Ви вываливается из шахты с плохо скрываемым облегчением. Похожа на ершик, которым почистили фритюрницу в Джапан-тауне. Дум-Дум подключается к камерам — сеть взломана, контроль над большинством устройств потерян. Есть связь с глазком домофона — о нем как всегда никто не подумал. За контейнерами виднеется край милитеховского грузовика. Это плохо. — Где-то внизу. Пока что. Ви пытается отковырять от голого бедра налипшие вентиляционные говна. Оттягивает кожу. Удивительно, что при таком отношении к одежде у нее полный комплект ног. Они в диспетчерской, на третьем этаже — через коридор, у входа в морозильные камеры, должно валяться что-то из Р-17. Дурацкая защитка цыплячьего цвета, которую ребята отказываются надевать. — Пойдем-ка поищем тебе штаны, принцесса. Курт, посмотри, что там с камерами — вернешь все, отвезу тебя вечером пожрать бурито. Ну или что ты там хочешь. Ты, — Джеки по-прежнему вызывает у Дум-Дума ничем особо не мотивированное раздражение. — Прикроешь Курта, пока он там поколдует. — Ты так и не сказал, чего тебе от нас надо. Без обид, но вы не то чтобы чумбы моей мечты, — Джеки рассматривает Курта, у которого как раз начинает подергиваться башка. Курт с размаху заезжает себе в висок — пытается вернуть равновесие. — У нас просто хороший клиентский сервис. В коридоре тихо — он хорошенько обшит металлом, переложен термозащитным волокном. Ящики с P-17 свалены в углу. — Иди погляди себе чего-нибудь. — Р-17? Какая прелесть, — она тянет на свет огромный желтый комбез, похожий на те, в которые одевают младенцев. — И куда вы в этом выходите? В космос? — Не нравится — можешь воевать голой, — Дум-Дум пожимает плечами и оставляет ее копаться в нелепых шмотках — снова подключается к камерам. Курту удалось оживить парочку. — Слушай, а в Мальстрем вообще много детей? Это никак не влияет на их, ну, развитие? — Ты про Курта что ли? — Ага. Сколько ему, лет 16? — Не знаю, я у него документы не спрашивал. — Как он тут оказался? Бля. Она вообще затыкается? — Он своего рода знаменитость. Не, ищи еще, в этом ты наебнешься — ну он же огромный. Знаменитость, да — снимался в БД. — И? Блин, а этот тоже большой, да? Как они вообще регулируются? — Вон там справа ремень. Потяни. Да бля, дай сюда. Повернись. — Так что там с брейнами? — Ви поднимает руки — ремешки Р-17 у нее под мышкой безнадежно запутаны. — Мы забрали Курта у одного мудилы, который торчал нам денег. — В уплату долга? — Не. Мудила как раз держал студию — а отработанный материал сжигал у нас в крематории в Нортсайде. Ну знаешь, делал вирты для извращенцев. И мы еще конвоировали его труповозки. Только платил плохо — и за конвой, и за печку. Курт, в общем, валялся у него в холодильнике. Живой, ясное дело — хотя так сразу и не поймешь. — И этот чел вам его просто так отдал? — Да не, я его застрелил. Не крутись. — Из-за Курта? — Из-за бабла. Говорю же, он нам торчал. — И Курт после этого?.. То есть вы его сразу — что вы там делаете с глазами… — Да ну нет, он бы точно помер. Ты бы его видела, такой шашлык, — у Дум-Дума наконец-то получается соединить крепления Р-17 в правильном порядке. — Так нормально? — Пока болтается. Но если вы его не… — Он был у меня в бегунках — толкал наркоту в Кабуки. Типа мальчик-инвалид, людям такое нравится — никто не доебется. — А как он тогда стал одним из Мальстрем? — Захотел. Не туго? — Нормально. Длину еще подтянешь? Разумеется. Еще и шнурки ей завяжи, че уж там. Дум-Думу кажется, что последний раз он столько разговаривал, когда они нанюхались с Ройсом какой-то хуйни, предложенной на пробу начинающими предпринимателями из Пасифики. На реализацию это говно брать не стали. — И часто ты выручаешь сироток? — Я не выручаю сироток. — Ну Курта же выручил, — она переминается с ноги на ногу, потом ставит кроссовок ему на колено — вроде как хочет, чтобы ему было удобнее. — А хули с ним было делать? И его брейны, кстати, продали потом за нормальные деньги. — А что конкретно там было? — А я че ебу, я не смотрел. Курт же мне как брат. И вообще, за БД качали Брик и его команда — я больше по стаффу. Р-17 выглядит на ней не так ужасно, как на Мальстрем, хотя она все равно похожа на сраного Роналда Макдоналда. Сойдет — главное, что ноги будут целыми. Дум-Дум проверяет камеры: на связи 17 из 20. Дела у ребят внизу совсем плохи. Ви снова пялится на него — ее лицо расслабляется и расплывается — ласково. Дело не в стимуляторах, не в интересе, даже не в том, что она немного двинутая. Она это не специально — просто с таким лицом лезет ему в голову. Сигнал нечеткий, но в этот раз он ловит его обрывки. Сосредотачивается — и перехватывает. Ви смаргивает. — Ай. Лучше бы она продолжала выкручивать ему яйца — сверкала в камеру бледными ляжками и уродскими пестрыми кроссовками, подмигивала последним органическим глазом — у нее все это неплохо выходит. Но вопросы морали — не ее территория. Она в этом не сильна. — Думала наебать меня, а? — Скорее прикоснуться к прекрасному. Чудесная история, — она сдает аккуратно, надеется, что он не в обиде. — Может, я ее выдумал. — Может. Я не успела проверить. — А ты хороша в этом, да? Типа мозги людям трахать? — Считается, что так, — она снова смотрит на него приветливо. Пойди угадай, что в голове у нее самой. — А с машинами? Работаешь с кодом? Замки, охранные системы? Взрывчатка? — Если необходимо. Они слишком долго трутся здесь, у морозильной камеры — пора заканчивать это представление. — Ты же любишь кайфануть, да? Я ценю это — кое-что понимаю. Когда увидел тебя, подумал — девчонка в теме. Настоящая подруга. Хочешь, подогрею тебя немного? Даю что нравится, хоть черное кружево достану, если попросишь. В обмен на небольшую услугу. Лицо Ви немного мрачнеет. — Только я не продаю секс и органы. — Да нахуя мне твои органы? Мы просто познакомимся кое с кем, а потом ты об этом никому не расскажешь. Договор? — Я тут недавно потратила десять тысяч. Договор, если обещаешь компенсировать. — Не, не пойдет. Наркота на твой выбор на две штуки. — Две с половиной. — Две двести. — По рукам, — она протягивает ему ладошку. Дум-Дум отвечает — ее рука маленькая и легкая, он ее даже не чувствует. — Мы сейчас будем знакомиться? — Ага, — он кивает на подсобку, проводит ее узкими помещениями, потом снова забирается на вентиляционные трубы. — Не нервничай, тут только поверху. — Тут спускаемся? — Ну. Помещение, в котором они оказываются, мало отличается от предыдущих — Дум-Дум уверен, что Ви и не пытается их различать. Одна дверь ведет в серверную, вторая — к промышленным печам. Дум-Дум прижимается к ней зрительными модами, складывает ладони домиком. Потом постукивает по двери металлическим носком ботинка: — Здорово, Брик.