Когда погаснет солнце

      — Он не впускал горничных убираться внутрь. И после каждого посещения комнаты кем-либо тщательно проверял, все ли его вещи на месте. Требовал охранять его вход в номер по ночам. О том, что он пропал, мы узнали случайно. Одна из сотрудниц зашла в комнату Мистера Хейза. Его там не оказалось, но она увидела что-то ещё… К сожалению, не рассказала, что именно, но уволилась в тот же день.       Если бы здесь не было Киллиана, Амала бы убила. Она испепеляла эту «актрису» взглядом. Тараторит так, словно заучивала этот текст всю ночь.       Глупая девчонка.       Как сплетни распускать, так она тут как тут! А сейчас, когда реально пригодилась, облажалась! Что за ненастье? Мадху заметила, как госпожа рассержена, отчего стала заметно нервничать и заикаться.       Амала уже пожалела, что предложила побеседовать с сотрудниками этого отеля. Конечно, они должны были быть марионетками, которые сказали бы то, что им велел господин Дубей. Но не так же…       Басу пришлось перевести слова служанки, не коверкая сказанное. Любая несостыковка может отразиться потом на ходе дела. Вдруг Лайтвуд не поверит переводу Амалы и попросит другого? Тогда всё вскроется. Поэтому девушка перевела всё дословно. Киллиан, явно разочарованный рассказом, устало вздохнул и скрестил руки на груди.       — Амала, что ты думаешь об этом? — вскинув брови, спросил мужчина.       Басу тут же приподняла подбородок, заглядывая в глаза Мадху с полным презрением. Теперь ей ещё выкручиваться из-за неё.       — Думаю, дипломата кто-то преследовал, — спокойно проговорила девушка, не сводя взгляда со служанки. — А может, он просто сошёл с ума.       — Сомневаюсь, — тут же оборвал её Киллиан, отрицательно мотнув головой. — Подозреваю, что местные хотели запугать Хейза, — Лайтвуд полностью повернулся к «индологу», сощурив глазки. — Но зачем?       Амала облизала губы, делая вид, что задумалась. «Горничная» тем временем исподлобья смотрела то на Басу, то на атташе. Ей было так страшно, что она начала дрожать. Она уже поняла, что облажалась, и теперь могла только догадываться о том, какое наказание ей подготовит господин Дубей. Или сама госпожа Басу…       — Вряд ли чтобы ему понравится, — парировала Амала, широко улыбнувшись. Киллиану шутка явно не понравилась, что читалось в его пустом выражении лица. Девушка прикусила нижнюю губу, убрав руки за спину. — Может, он переступил дорогу кому-то из местных?       — Кому? — фыркнул Киллиан, строго смотря в янтарные глаза напарницы. — Вам?       Басу закатила глаза и раздражённо всплеснула руками, отворачиваясь от Лайтвуда.       — Так невозможно работать, Киллиан! — довольно грубо сказала она, заставив стоявшую рядом Мадху подпрыгнуть на месте. — Если вы подозреваете во всём меня, то тогда давайте я уйду из группы и не буду мозолить вам глаза! — Амала поджала губы и махнула рукой «горничной», моментально переходя на хинди. — Уходи. Спасибо.       Мадху, с широко распахнутыми глазами, по привычке поклонилась госпоже Басу, а после поспешно удалилась. Этот жест не остался без внимания военного атташе. Киллиан нахмурился, смотря вслед горничной. Потом он покосился на «индолога», которая смотрела в спину девушки с нескрываемой злобой. Он видел, как запульсировали вены у неё на висках, как глаза налились кровью, а её дыхание стало рваным.       Амала была в бешенстве. Эта идиотка поклонилась. Хотелось догнать её, вырвать язык, волосы, отрубить её тупую голову… Басу не могла себя контролировать. Она чувствовала, как реальность меняется, как духи чувствуют её гнев и идут на зов. Они хотят помочь ей. Хотят выполнить желаемое…       Но Лайтвуд всё ещё здесь.       Басу закрыла глаза, замирая. Ей нужно успокоиться. Ей нужно отпустить ситуацию. Она займётся Мадху позже. Не сейчас. Амала глубоко вздохнула, гася в себе внутреннего демона. После этого девушка медленно повернулась к напарнику, приоткрыв глаза.       Киллиан выглядел озадаченно. У него с каждой минутой было всё больше подозрений на счёт Амалы. Не зря, конечно, но с этим надо кончать.       — Простите. Я слишком… разозлилась, — шумно выдохнула девушка, опуская взгляд. — Я не хочу больше быть подозреваемой в этом деле, а потому я покину расследование, — серьёзно проговорила она, сомкнув губы. — Сделаю это сейчас же, — Басу двинулась в сторону, но молниеносно была остановлена крепкой хваткой Лайтвуда.       Он прижал её к себе. Очень близко. Слишком. Амала в ужасе осознала, что чувствует его дыхание у своего лба, в то время как она уткнулась в его мускулистую грудь. Это непозволительно. Басу сглотнула, боясь пошевелиться.       Киллиан подцепил пальцами подбородок коллеги, заставив её посмотреть себе в глаза. Амала уставилась на него так, будто он — приведение. Она испугалась. Это даже забавно. Ему казалось, что эту барышню ничто не может сломить или напугать.       — Не стоит, — хрипло произнёс он, убрав волнистые пряди волос ей за ухо. — Это я должен извиниться перед вами, Амала, — наклонил голову Лайтвуд, разглядывая её утончённые черты лица. Аккуратный носик, губы, острые скулы и лисьи глаза… Она будто воплощение хитрости и обмана. — Мне не стоило сразу начинать вас подозревать, — Киллиан криво ухмыльнулся. — Сначала мне нужно найти доказательства, — его взгляд изменился, стал более требовательным, жёстким, заставив Басу напрячься. — Поэтому, Мисс Кхан, вы остаётесь в расследовании. За вами так следить гораздо проще, — широко улыбнулся Лайтвуд.       Амала вырвалась из хватки атташе и, не отстраняясь от его тела, влепила ему смачную пощёчину, заставив Киллиана отступить на шаг назад. Басу осталась стоять на месте. Она сжала челюсти и выпрямилась, гневно смотря на «коллегу». Этот Лайтвуд посмел к ней прикоснуться без разрешения. Этот Лайтвуд посмел вызвать в ней страх. Этот чёртов военный атташе посмел ей дерзить.       Снова неконтролируемая агрессия. Чёрная дымка начала сочиться из ладоней девушки, а голоса потерянных душ стали эхом отражаться в сознании… И она бы с радостью убила Киллиана, если бы мягкая хватка на плече не заставила её успокоиться.       Она громко выдохнула и быстро обернулась, видя за собой Рэйтана. Шива хмуро смотрел на Киллиана, который только что оклемался от сильного удара Басу. Лима, подоспевшая вместе с «проводником», заботливо поинтересовалась самочувствием коллеги. Лайтвуд ничего ей не ответил.       — Что у вас произошло? — в недоумении спросила Берг, посмотрев на Амалу.       Басу сглотнула и аккуратно убрала ладонь Рэйтана с плеча. Она была благодарна ему за то, что он усмирил в ней демонов. Иначе Киллиан и вправду был бы уже мёртв.       — Мистер Лайтвуд не умеет обходиться с девушками, — прошипела девушка, изогнув одну бровь. — Он сомневается во мне. И решил, что это позволяет ему прикасаться ко мне и угрожать…       — Мисс Кхан, — резко перебил её Лайтвуд, проводя по щеке ладонью. — Это наше с вами дело, — ровно проговорил атташе. — Давайте не выносить его на общее обозрение.       — Почему же, Киллиан? — развела руками Амала. — Это разве не угрожает расследованию? — Басу состроила угрюмое выражение лица. — Лайтвуд думает, что я к чему-то причастна. Из-за этой… — она скривила губы. — Паранои, он не может нормально вести дело.       Лима обеспокоенно посмотрела на коллегу, обняв себя руками.       — Киллиан, мы же вчера это с тобой обсудили… — тихо начала она, но была тут же услышала Рэйтаном и Амалой.       — Что вы обсудили? — строго спросил Шива, приподняв подбородок.       Лайтвуд устало вздохнул, проводя по лицу рукой.       — Вас, — продолжила Берг. — Мне Киллиан высказывал свои опасения. Но я с ним не согласна, — поджала губы Лима. — По крайней мере пока, — уточнила она. — Всё-таки мы ещё плохо знаем друг друга, чтобы делать какие-то выводы. Обвинять человека беспочвенно нельзя.       — Я знаю, — резко прервал её Киллиан. — Всё. Я понял. Оставьте меня в покое, — он раздраженно повел плечами, бросая взгляд на Амалу. — Прости.       Амала закатила глаза, скрещивая руки на груди. Эти англичане такие… эмоционально-нестабильные.       Они простояли в тишине около минуты, прежде чем Рэйтан прервал молчание.       — Давайте обсудим, что нам удалось узнать.       — Согласна, — тут же кивнула Лима и улыбнулась. — Мы расспросили официанта — Рави. По словам персонала, только он заносил Хейзу еду…       Дальше последовал обмен информацией, которая Амале была совершенно не интересна. Она до сих пор не могла отойти от ситуации с Киллианом. Этот атташе опаснее, чем кажется. Он не оставит её в покое, пока не докопается до правды.       Всё же была плохая идея — внедрятся в группу расследования.       Вернуться в прошлое нельзя, а потому придётся мириться с тем, что уже есть. Рэйтан чувствовал напряжение Басу, но пока как-то поддержать её не мог. Всё, что ему оставалось, это держаться рядом и сдерживать её энергию, которая буквально витала в воздухе.       С течением времени, их диалог завершился. Киллиан и Лима вызвались доложить Мистеру Роузу о ходе дела, а Амалу с Рэйтаном они отпустили, посчитав, что их помощь сегодня не понадобится. Басу, конечно, хотела была возмутиться, но её остановил Вайш.       Покинув отель, группа разбрелась в разные стороны. Амала хотела очень сильно обернуться, чтобы напоследок уничтожить Лайтвуда взглядом, но Шива не позволял. Он держался чуть позади неё, поэтому какое либо своеволие было невозможно. Оказавшись вне зоны видимости «коллег», Рэйтан быстро переместил Басу в резиденцию.       Они оказались в её кабинете и Амала, не успев толком оклематься, с криком схватила настольную лампу и кинула её в стену. Осколки разлетелись в разные стороны, заставив Шиву брезгливо отступить в сторону.       — Госпожа…       Басу рычала. Она схватила что-то ещё со стола. Похоже, это была какая-то статуэтка. Кинула её следом за лампой, а затем, просто сбросила все свои вещи со стола. Она вцепилась руками в дерево, глубоко дыша, склонив голову.       Всё было очень плохо. Этот Лайтвуд пробудил в ней зверя. Голодного, дикого зверя, который был готовить убивать, крушить всё на своём пути… Ещё эта Мадху…       Амала была в ярости. Всё было неправильно. Всё ломалось. Вся эта «секретность» постепенно крушилась. И из-за кого? Из-за неё же самой! Из-за её поведения, из-за её силы, что таится в душе.       Появилось желание перерезать горло Киллиану. Принести его головушку Тёмной Матери на блюдечке… Пусть насытится этим…       Ублюдком.       Это лишь одно слово из тех, что крутят в голове у Амалы. А у неё словарный запас большой!       — Госпожа Басу, успокойтесь, — спокойный тон Шивы был словно инородный. Чужой в этой комнате. — Мистер Лайтвуд того и добивается. Вывести вас из себя, дабы вы показали своё истинное лицо.       — О, у него отлично получается! — взревела Амала, подняв голову. — Атташе поплатится за это. Клянусь, Рэйтан, я убью его.       — Конечно, но позже, — Шива приблизился к девушке и, потянув за плечо, заставил выпрямиться. — Не забывайте, Амала, это всё ради культа.       Девушка тяжело вздохнула, зарываясь рукой в свои волосы, сильно сжимая их. Она прикрыла глаза, успокаивая бушующий ураган в душе.       — Да-да, разумеется… — быстро пробубнила она, нахмурив брови. — Всё ради культа, — повторила она себе. — Кстати о нём… — Басу приоткрыла глаза и посмотрела на Рэйтана. — Дюжина хоть что-то делает против британцев? На последнем заседании совета мы решили, какие меры будут приняты в случае их приезда…       — Да, но Господин Дубей сказал, что им не стоит доверять такую работу, — спокойно сказал Шива, отведя взгляд в сторону. — Поэтому дюжина занимается своими привычными делами, никак не связанными с появлением группы расследования.       Амала сильно нахмурилась, приоткрывая в возмущении рот.       — То есть… они… — у неё не было слов. — Они тут же послушались Дубея? Опять? Не спросив меня?       Рэйтан пожал плечами.       — Увы, авторитета Амрита выше вашего, к тому же, его боятся куда больше, чем вас, — честно ответил Шива. — Поэтому они, конечно, сделают то, что он скажет, а не вы.       У Басу уже не было сил злится. Она тяжело вздохнула, проведя по лицу рукой.       — «Им не стоит доверять такую работу»… А ему стоит?! — вскрикнула она, грубо отпустив свои волосы. — Он решил, всё делать сам? Какой молодец! Может, тогда и в расследовании будет участвовать он, а не я! — девушка обошла стол и упала в кресло, закинув ногу на ногу. — Чертов Дубей! Зачем я только доверилась ему? — она сжала свою переносицу.       — Госпожа Басу, я ни в коем случае не защищаю Господина Дубея, но поверьте, он знает что делает, — серьёзно проговорил Вайш. — Он у власти дольше вашего. И ему проще контролировать такие процессы самому, чем довериться кому-то. Это уже вышло ему боком, в случае с собственным братом.       — Дюжина — не Риши! — махнула рукой Амала. — Наши люди везде. Они могли бы отслеживать передвижение британцев. Они могли бы… не знаю, помочь нам запутать их дело!       — Господин Дубей уверен, что справится без них.       Амала стиснула зубы, сжимая подлокотники кресла. Происходит что-то невозможное. Почему все мужчины такие идиоты? Почему они такие… слов нет, чтобы описать, какие они ужасные.       Самовлюбленные, наглые, подлые…       И чертовски привлекательные.       Басу обреченно вздохнула, пытаясь справится с потоком мыслей, которые не давали ей покоя. Впереди ещё столько нерешенностей, а она уже не справляется.       Какая из тебя Басу, Мала?       В сознании появились образ Индиры. Тогда, четырнадцать лет назад она выглядела чуть моложе, но не менее суровее, чем сейчас.       — Амала! Какого дьявола, ты не на занятиях?!       Басу дрогнула от неожиданности, роняя на пол куклы. Девочка боязливо покосилась на бабушку, поджав губы.       — Я… Я… Не хотела идти. Я говорила маме, она разрешила пропустить.       Голос ребёнка дрожал, а в глазах читался невиданный прежде страх… Но Индира не видела этого, либо просто не хотела этого замечать. Так было всегда.       — О, это с какой стати?! — яростно всплеснула руками женщина, подходя к внучке и грубо поднимая её за волосы с пола. — Ты забываешь своё место, Мала!       — Бабушка не надо! — всхлипнула девчонка, пытаясь оттолкнуть Индиру, но та была в сто крат сильнее.       — По какой причине ты обратилась к своей матери?! Почему не спросила меня?! Что тебя не устраивает в занятиях с Господином Бхаргава?!       — Он трогает меня! — жалобно заплакала Амала, зажмуриваясь. — Он прикасается ко мне!       Индира закатила глаза, резко отпуская внучку, что та неуклюже упала на пол, рядом со своими куклами.       — Опять ты несёшь эти бредни! Никто не осмелится тронуть тебя! Ты — Басу! А потому прекрати сочинять эту чушь! — твёрдо заявила женщина, нахмурив брови. — И даже если это так… Даже если это возможно, ты должна быть сильной, — Индира сжала руки в кулаки. — Ты обязана давать отпор. Плевать, кто перед тобой. Помни, Амала. В этом мире нет места жалости и сострадания.       — Но… Но… Мама говорит…       — Твоя мать идиотка! — прервала её Басу, стиснув губы. — Она… опозорила честь семьи, — фыркнула женщина. — Но я не позволю тебе встать на те же грабли. А потому иди сейчас же на занятия! — серьёзно проговорила Индира. — Иначе ты не увидишь своих кукл.       Амала несколько раз моргнула, прогоняя неприятные воспоминания. Её будто окатило холодной водой, когда она заметила напротив стола уже не Рэйтана, а Равена. Верный слуга стоял, опустив услужливо голову.       — Равен… — прокашлялась девушка, поводив глазками по кабинету. — Не заметила твоего появления.       — Простите, Госпожа. Рита-Шива ушёл, попросил меня присмотреть за вами…       — Будет он ещё приказывать моим людям… — буркнула Басу. — Есть новости? — вскинула брови Амала.       Равен пожал плечами, обводя комнату взглядом.       — Ничего нового, Госпожа. Ваш брат спокойно учится, Джотсана помогает в благоустройстве сада. Индиру не видно с самого завтрака.       — И слава Кали, — выдохнула Басу, поднимаясь с кресла. — В таком случае пойду отдыхать. Сегодня был тяжёлый день, — она обошла свой стол, бросая брезгливые взгляды на остатки лампы и разбросанные вещи, что были на столе. — Равен, пожалуйста… — Амала открыла дверь. — Уберись здесь и… — внезапная мысль посетила светлую голову девушки, — возьми себе выходной.       Равен поклонился своей госпоже и, когда та покинула комнату, стал выполнять её поручение.       Может, принять участие в проведении ритуала?       Мысль поучаствовать в жертвоприношении не то чтобы была совсем необоснованной. Амала просто хотела бы выплеснуть пар. Она до сих пор чувствует затаившуюся злобу, которую необходимо куда-то деть. Перерезать несчастному горло, представляя Лайтвуда — вариант удачный.       Насколько это понравилось бы Дубею, Басу совершенно не волнует. Она имеет полное право присутствовать во время ритуала. Может его проводить. Конечно, это обязанность Дубеев, и уже давно. Но и запретить ей никто не может.       Там же Амала может спросить у Амрита, почему тот решил не привлекать к насущным делам дюжину. Всё-таки их стоит держать в курсе этого дела. Вдруг эти британцы выйдут не на них с Дубеем, а на каких-нибудь Банерджи, Прасад или Чаухан.       Однако к своему стыду Басу даже не знает, где будет проводиться ритуал. И, если быть уж откровенной, она очень устала. А потому она не будет даже пытаться поучаствовать в сегодняшнем жертвоприношении.       Ей лучше следует знать больше деталей, дабы не облажаться. Снова.       Нельзя перед Киллианом снова показаться глупой, беспечной, никчёмной. Нельзя.       Он может выиграть, а я этого не могу позволить.       Амала не заметила, как упала на свою большую кровать. Она раскинула руки и ноги по матрасу, расслабленно улыбнувшись. Точно так же она делала после скучных занятий. Только тогда в спальне её ждала мама. То были несколько минут их уединения. Индира старалась не подпускать Джотсану близко к внучке, но та всё равно находила способы быть с ней рядом.       Она считала, что их общение вредит будущей наследнице рода. Амала никогда так не считала. И до сих пор вспоминает каждый разговор с мамой с улыбкой на лице. Ведь только с ней девочка чувствовала себя счастливой и любимой.

***

      Амрит вернулся домой ближе к рассвету. Он выглядел бодро, но на самом деле был сильно истощён. Потребовалось много энергии и сил, чтобы связаться с потусторонним миром, и Тёмная Мать приняла жертву.       Это был какой-то торговец. Его, вроде… Амир звали. Он был неплохим человеком, но обманывал людей на довольно крупные суммы денег. Он мог продать дешёвку, представив её за бесценок. Он мог украсть из кармана нищего последние монеты, заговаривая тому зубы.       Конечно, эти грехи и в сравнение не идут с теми, какие совершает Амрит. Да и вся дюжина в целом. Однако в качестве жертвы он был идеальным кандидатом. К удивлению Дубея, старик принял смерть достойно. Милая Лалит смогла заговорить несчастного, убедив его в необходимости этого ритуала.       Амрит всегда восхищался способностям сестрицы. Она могла любого заставить думать то, что хочет она. Она могла внушить человеку, что он — избранный, и тот переставал сопротивляться.       Дубей брезгливо снял с себя красный плащ, который был испачкан кровью Амира. Он кинул его куда-то в сторону, уверенно шагая в сторону ванной комнаты. Служанки уберут, всё равно до начала их смены осталась пара минут. Амрит двигался быстро, но не заметить мелькающие тени в саду не мог. Он замедлился и нахмурился, меняя своё направление к окну.       И каково же было его удивление, когда он увидел Вимала, который прижимал к дереву какую-то женщину. Из-за лучиков восходящего солнца Амрит не мог разглядеть, кто это был. Но и не оставить без внимания он это не мог. Дубей как-то хитро улыбнулся и вышел на задний двор.       Амрит не спеша стал приближаться к целующейся парочке. И когда оказался на достаточном расстоянии от них, то его негодование усилилось. Жрец прищурился, вскидывая одну бровь, как бы пытаясь заставить себя поверить в то, что видит.       — Я не хотел бы отвлекать тебя, дядя, — нарушил гробовую тишину Дубей, заставив Вимала просто отскочить от спутницы. — Да и вас тоже, Госпожа Басу…       Джотсана выглядела потерянной. Она приложила руку к губам, в страхе уставившись на Вимала. Дубей-старший стыдливо опустил взгляд и вытер свои губы рукавом. Он пытался показать омерзение, презрение… Но Амрит видел совершенно другое.       Вимал обеспокоенно косился на женщину, словно та для него была центром вселенной. Он боялся за неё. Амрит прежде никогда не замечал за дядей такого. За своих детей старший Дубей так не переживал, как сейчас — за Джотсану.       Басу неловко прикусила свою щёку, пряча красное лицо под волосами. Амриту было противно на это смотреть. Казалось, он застал каких-то подростков. Слава Кали, не раздетых.       Дубей усмехнулся себе под нос, качая головой. Вимал, явно оскорблённый этим жестом, нахмурился и сжал руки в кулаки.       — Амрит, уходи. Это наше с госпожой Басу дело.       — «Наше дело»? — вскинул брови жрец, широко улыбнувшись. — Ты серьёзно, дядя? Мне стоило заметить вас позже, когда Госпожа Басу осталась бы голой, например?       Джотсана шумно выдохнула, проводя руками по своему лицу. Ей было очень стыдно. Но как хорошо, что Амриту на это плевать.       — Амрит, я прошу тебя, просто уходи. Сделай вид, что ты ничего не видел, — сквозь зубы проговорил Вимал, а затем прикрыл глаза. — Пожалуйста.       — Нет-нет… — отрицательно помотал Дубей пальчиком, делая пару шагов к парочке. — Я хочу знать… — Амрит с головы до ног оглядел Басу, где-то в голове отмечая для себя, что она неплохо сохранилась для своих лет. — Как долго? — задумчиво надул губки мужчина. — Как долго ты её трахаешь?       Вимал закатил глаза и плотно сжал челюсть, не находя ответа на этот вопрос. Джотсана не выдержала такого напора. Она резко отстранилась от проклятого дерева, неловко поправляя на себе фиолетовое сари.       — Вимал, я лучше пойду… — быстро проговорила женщина, намереваясь поскорее улизнуть с места преступления.       — А госпожа Амала в курсе? — не сводя взгляда с Вимала, спросил Дубей. Джотсана тут же остановилась, покрываясь мурашками. — Если нет — я думаю, ей будет интересно узнать, что мама нашла себе парня…       — Амрит, прекрати, — Вимал грубо схватил племянника за локоть, сильно сжав. — Я… Умоляю тебя сохранить это в тайне, — ровно проговорил мужчина, вглядываясь в зелёные глаза Дубея. — Я сделаю всё, что прикажешь. Только… — он глубоко вздохнул, бросая взгляд на ровную спину Басу, — никому не говори. В том числе Амале.       Амрит прищурился, вглядываясь в позорные глаза Вимала. Жрецу эта ситуация была так противна, словно он сам целовал Басу, да ещё и лапал. Хоть это и можно отнести к одной из его сокровенных фантазий… Но воплотить их в реальность... Нет уж. Он ещё не настолько опустился.       А вот что касается его дяди…       У Дубея возникло море вопросов, на которые не было ответа. Возникло желание взять в заложники эту Джотсану и выпытать из неё всю информацию…       Но так было бы не интересно, а вот поманипулировать глупым дядей — дело заманчивое.       Амрит прикусил губу, как бы раздумывая над словами Вимала. Если его не устроит то, как дядя выполняет свои поручения, то он тут же доложит обо всём Басу. Да и не только ей. Вся дюжина узнает об этом непозволительном романе на стороне. И ведь им не стыдно, серьёзно…       Жрец скинул руку Дубея-старшего со своего локтя и повёл брезгливо плечами.       — Чтобы больше я не видел её в этом саду, — грубо сказал Амрит, указав носом на Джотсану, которая, кажется, уже дрожала. — В следующий раз я не буду таким добрым, — Дубей развернулся от них на пятках и направился обратно в дом.       Голова запульсировала от полученной информации. В мыслях стали возникать не самые лучшие образы, в том числе и обнажённые. Амрит высунул язык, ненавидя своё яркое воображение.       Хотелось стереть из памяти увиденное. Целовать Басу… Причём так вязко, сладко… гладить руками её мягкие щёки, наматывать локоны её шелковистых волос на палец… Трогать её идеальное тело…       Амрит ворвался в ванную комнату и, подойдя к раковине, вцепился в неё. Он закрыл глаза и сделал тяжёлый вздох, стараясь унять приступы тошноты. Ему было плохо от одной мысли, что Вимал лезет языком в рот этой…       Дубей зарычал, склонив голову. В голове не укладывалось, как дядя вообще допустил это. Буквально… предал семью. Басу — их соперники. Они всегда перетягивали одеяло на себя, пытались держать в узде весь культ. Старались всё контролировать, быть единственными…       Но они слишком импульсивны. Слишком… женщины. Амрит скривился, понимая, что был чересчур снисходительным с Индирой, а сейчас и с Амалой. Стоило послушать отца. Забрать власть, пока была возможность покончить с Басу. Чтобы забыть эти янтарные глаза, эту плавную походку и высокомерие…       Ты слаб.       Амрит резко выпрямился, отстраняясь от раковины. Он посмотрел на себя в зеркало, видя в себе отца. Он тоже был идиотом. Когда-то даже считал Басу партнёрами, принимал их как равных… Но четырнадцать лет назад изменил своё мнение о них.       И так и не сказал почему.       Дубей нахмурился, отводя взгляд в сторону. Сейчас ему эта информация стала казаться необходимой. Ему важно знать, что случилось, почему связь и сотрудничество с Басу прекратилось. В чём была причина?       Жрец хмыкнул и, задумавшись, покинул ванную комнату. Уже утро. Пора возвращаться к работе.

***

      Амала стояла на балконе своего дома. Она смотрела на Калькутту, которая с приближением Дурга-Пуджи всё более преображалась. Она становилась яркой, красочной, даже привлекательной. Басу качнула головой, как бы одобряя поток положительных мыслей в своей голове.       За ночь гнев ушёл. Ей стало гораздо проще дышать и рассуждать. Даже пропало желание прикончить Лайтвуда! Ну, по крайней мере, сегодня. Амала гордилась собой. Она всегда считала, что, как руководитель дюжины, она должна быть хладнокровной, расчётливой и до омертвения спокойной.       Точно не как Индира. Хотя бабушка не вела себя так… громко в присутствии других членов культа. Да и на собраниях она всегда была уравновешена и сроду не кричала. Быть может, её эмоции распространяются только на членов семьи.       У Амалы неприятно дрогнула губа, и она слегка нахмурилась, посмотрев на палящее солнце. День — на удивление — проходил спокойно. Ровно до того момента, пока она не почувствовала появление Равена за своей спиной.       — Уже вернулся? — удивлённо вскинула брови девушка, поворачиваясь к верному слуге.       — Да, Госпожа, — поклонился мужчина. — Я сообщил господину Дубею о вашем желании встретиться, на что он передал мне письмо для вас, — Равен достал свернутый лист бумаги и протянул Амале. — Он запретил мне читать, сказал, оно только для вас.       Басу нахмурилась, ведь это явно не предвещало ничего хорошего. Девушка развернула письмо и прочитала строчки, которые, казалось, состояли из яда.

Госпожа Басу, я искренне польщён. Мне приятно знать, что вы уже и дня не можете прожить без меня. И я бы рад согласиться на встречу с вами, но не могу. Всё-таки вы просили меня держаться от вас подальше, а желание женщины — закон. Мужчина ваших влажных снов — Господин Дубей.

      У Амалы отпала челюсть от такого нахальства. Она перечитывала эти строчки по несколько раз, не веря что Дубей вообще осмелился такое написать. Да ещё и так… бесстыдно.       Басу сглотнула и, посмотрев пустым взглядом куда-то вперёд, быстро разорвала бумагу. Она стиснула зубы и покачала головой, искренне не понимая, чего Амрит добивается таким поведением. Что он хочет этим сказать? Что так легко может отказать ей, поставить на место, заставить её смущаться и ещё сильнее желать избегать его?       Вот значит как? Решил держаться от меня подальше? Здорово придумал, бросив меня одну наедине с этими британцами!       Амала отвернулась обратно к балкону и пустила клочки бумаги по воздуху. Они стали разлетаться по заднему двору резиденции, но Басу было всё равно. Служанки уберут, им за это платят.       Разумеется, Амала это так просто не оставит. Она увидится сегодня с Дубеем, и плевать, хочет он того или нет. Если он не понимает, что эта встреча важна, то она ему объяснит.       — Что-то ещё от меня требуется, Госпожа?       Амала судорожно вздохнула, оперевшись локтями о каменные перила.       — Пока нет. Спасибо, Равен.       Мужчина поклонился и поспешно покинул Басу, понимая, что ей нужно побыть одной.       К сожалению, одиночество Амалы продлилось недолго. Все размышления о том, какой Амрит идиот, прервались, когда она почувствовала появление Рэйтана. При его появлении пространство всегда как будто меняется. Воздух становится не воздухом, а потустороннее становится частью живого.       Басу это ощущает очень остро.       — Махадева, ты как всегда… — фальшиво улыбнулась девушка, повернувшись к Шиве. — Не во время.       — Простите, Госпожа, — качнул головой Вайш. — Но нам пора на встречу в посольство.       — Ох, когда же это кончится, — захныкала Амала, состроив грустную гримасу. — Я не хочу в этом участвовать. Пусть Господин Дубей будет индологом! — развела рукой Басу, возмущённо уставившись на Рэйтана.       Шива сомкнул губы и пожал плечами.       — Вы же понимаете, это невозможно, — ровно произнёс он, обводя её взглядом. — Я вижу, вы готовы.       Амала скривилась, выпрямляясь в спине.       — Конечно, я ведь знала, что там без такого прекрасного индолога, как я, не справятся, — раздражённо проговорила Басу, цепляясь за плечо Рэйтана и уже через секунду оказываясь за стенами соседнего от посольства здания.       Она отстранилась от Вайша, поправляя свою причёску. В этот раз служанки сделали ей высокий хвост, оставив передние пряди по обе стороны лица. Ещё на ней в этот раз был голубой топ, тонкие штаны того же цвета в обтяжку и лёгкая прозрачная накидка на плечах.       Амала не привыкла видеть себя в брюках, однако образ её более чем устраивал. Так хотя бы ничто не сковывает её движения и, в случае чего, она легко врежет Лайтвуду прямо в…       — Госпожа, пора идти.       Снова Рита-Шива со своими наставлениями. Амала тактично промолчала, дабы не сорваться сразу же на него. Лучше приберечь своё недовольство для Киллиана. Выдвинувшись в сторону британского посольства, Басу тут же заметила у дверей Лиму, которая была, кажется, не в духе.       Заметив приближающихся «коллег», Берг тут же оживилась и метнулась к ним навстречу.       — Амала, Рэйтан, я очень рада вас видеть! — быстро проговорила она, нервно кусая губу. — У нас нет времени. Нам нужно найти Киллиана и Роуза.       Амала нахмурилась, не понимая, что произошло.       — Зачем нам их искать? — вскинула брови Басу и пожала плечами. — Я с радостью поработаю и без их участия, — криво ухмыльнулась девушка, но Берг явно не оценила её иронии.       — Здесь недалеко убили человека. Вчера Киллиан попросил полицию докладывать обо всех странностях, в том числе необычных убийствах. Так вот, это одно из них, — развела руками Берг. — Мистер Роуз и Лайтвуд уже там, а нас решили не приглашать, якобы мы девушки и не справимся, — злобно проговорила Лима, бросая взгляд на Вайша. — Без обид, Рэйтан.       Басу сглотнула, покосившись на Шиву, который выглядел не менее озадаченным, чем она. Произошло странное убийство, и группа расследования тут же ринулась его проверять.       Что ж, потрясающе! Амрит, ты опять облажался.       Амала прикусила нижнюю губу, задумчиво отводя взгляд. Это невозможно. Она не может так вести дело, когда всё, что творит Дубей, оборачивается против неё и культа. Может, он специально?       Это было похоже на издевательство с его стороны, иначе это никак не назвать.       Почувствовав легкий удар локтём со стороны Рэйтана, Амала состроила раздосадованное выражение лица и возмущённо произнесла:       — Да как они могли?! — ахнула она, нахмурив брови. — Следует доказать им, что девушки не боятся крови, — твёрдо заявила она, задрав подбородок. — Наверняка Эммет предложил Киллиану отправится без нас.       Лима закивала, поставив руки на пояс.       — Больше чем уверена.       Амала фыркнула, мысленно проклиная Роуза.       Он всё больше начинает действовать мне на нервы…       — Тогда вперёд. Не будем заставлять наших мужчин ждать.       Лима одобрительно улыбнулась и тут же направилась в сторону места происшествия. Амала ещё несколько раз оборачивалась к Рэйтану, безмолвно спрашивая его, известно ли ему что-то об этом.       К сожалению, Вайш понятия не имел.