Последний этаж панельного дома

Ангелы убивают чертей

на небе, в воде и на суше,

Доказывая, что они сильне

Сильней, но не лучше

***

Весна. Вечер. Сережа неосторожно шагал по промокшим тротуарам и дорогам. Новое место жительства чем то напоминало ту самую старую «коробку» на отшибе города. Только было приличного вида и не на столько страшило. Сережа достал ключ из кармана и вошел в подъезд, сырой запах плотно въелся в ноздри. На нужном этаже, дверь лифта тихо открылась. Два оборота ключа в скважине и он дома. Тишина. Кир был дома, только по какой то причине признаки жизни подавать не хотел. Сережа тихо снял куртку и поставив пакет на кухню, зашёл в зал. За игровым столом сидел Кир, безучастно глядя в монитор. Кинул на Сережу взгляд через плече и развернулся к нему на стуле. — Мне уехать нужно будет завтра, в отцовскую квартиру, там покупатели чем то недовольны, надо обсудить. — Кир зевнул и откинул голову на кресло. — Хорошо, я тогда завтра в клуб схожу, там день рождения у… — Сережа запнулся и подбирая слова, закусил верхнюю губу. — У Вовы? — неожиданно снисходительно проговорил Кир ,— Вали, только до утра вернись. Сережа послушно кивнул и скрылся на кухне, в попытках что то приготовить. Кир… Любовь к нему не нашла выхода. Она осталась нетронутой и теперь выла, как обмороженный волк, оставшийся наедине со снежной равниной. Реальность отрезвила Сережу, нахлынув так стремительно, что он не успевал найти ответы. Что делать? Оставаться заложником правил Кира? Переживать его секс, не дающий ни малейшей возможности доказать свою любовь? Переживать, потому что все произошедшее отпечаталось в памяти как тяжелейший этап, битое стекло по рваному поролону, вольфрамовые нити, вживленные в нервы, вспышками — боль, вспышками — счастье, жуткий коктейль, от которого только слезы и этот ком в груди. Какие вопросы можно задавать Киру? Какие ответы можно получить? О чем он думал, взявшись доказывать право на выбор и мгновенно лишивший этого права? Раненый, предпочитающий забивать свои раны землей, не признающий бинтов? Сережа начинал понимать — его любовь не имела вектора, она довольствовалась присутствием Кира, но капризничала и требовала больше. Она была трусливой, эта любовь, хоть и самодовольно наслаждалась своим положением. Она смело бросалась в бой, уверенная, что от нее лишь отмахнутся… А что теперь? Теперь ей страшно. Сережа увлекся сравнениями и мелочами и пропустил тот момент, когда на экране телевизора появилась надпись «конец», залепетала какая-то река, а потом заскользили мелкие быстрые титры. Доев всю еду и отставив тарелки в раковину, он вернулся к Киру, только уже не в зал, а в спальню. Кир требовательно глянул на него и Сережа уловил просьбу, снял футболку и шорты, оставшись в трусах. Кир усмехнулся. — Ложиться будешь? Его голос прозвучал интимно-тепло, откровенней чем все, когда-то названное откровенным кем бы то ни было… Сережа потерял голову. Секс у них до сих пор был рваным и грубым. Вне зависимости от времени, места и настроя. Просто Кир по другому не умел. Он боялся нежности, для него это было страшнее чем насилие. Поэтому даже сейчас, дыша Сереже в ухо сбивчиво, нашептывая рванное «не бойся», он до посинения сжимал его шею. А Сережа не отказал бы, не отказал бы даже если пришлось бы умереть. Его любви к Киру выкололи глаза и за ноги подвесили на ветке дерева. Кир разжимает руку только когда кончает ,сняв презерватив, заваливается на свою половину кровати. Сережа кладет голову на подушку и задумывается. — Ты завтра когда будешь ехать в ту квартиру, зайди на 12-й этаж, там живёт …— Он не смог вспомнить имени ,— девочка… ну или девушка, до плеча волосы и она в целом такая… миниатюрная. Короче, передай ей что я забыл попрощаться… — Ты в себе? Кто блять живёт на цокольном этаже? — Кир вскинул бровь и посмотрел на макушку Сережи. — Ну это все так думают что он цокольный, но там есть квартира…— Сережа говорил сам сомневаясь в своих словах. А ведь и правда. Он что там был? — Нет, раньше там были две квартиры, одна закинутая, другая жилая, — Кир скривил губы в усмешке, — только не живёт там никто лет 7 так точно, не счастливая история. — Да как же! — Сережа вскочил на кровати и посмотрел на Кира ошарашено ,— Девочка там живёт, она тебя даже знает! Русые волосы по плече, ровный срез, лицо такое миловидное, глаза серые, губы тонкие и нос аккуратный. Я с ней несколько раз общался! Кир больше не улыбался. В голове всплыли воспоминания того времени. Резкая пропажа подруги детства, то как он не попрощавшись ушла. В горле появился ком. Он ничего не ответил Сереже. *** — Вы меня позвали в эту глушь, что бы я слушал сказки про призраков? — Кир устало потер переносицу и посмотрел на молодую семейную парочку. — Да нет же! Не сказки это! Нам кто то по ночам стучит в двери, в глазке никого нет! Ну как это возможно? — Мужчина нервно теребил в руках полотенце и поправлял спадающие очки, — А у меня жена между прочим беременна! Ей переживать нельзя!… Мы шаги слышим ещё, будто вверх по этажам кто то идёт. — Блять…— Кир добавил в пол голоса и кивнул, — Ладно, я схожу посмотрю. Выйдя из квартиры, он почему то остановился перед лестницей в верх. Осматривать каждый этаж? Бред. Ному надо по ночам стучать в двери? Бред же. Он резко зашагал. Пройдя 10 и 11 этаж он стал на ступенях пролета на 12 и замер. Страх обнаружился в уголках темных воспоминаний. Не может там никого быть. Демоны, призраки - чепуха. Кир сам для себя демон, призрак и кошмар во плоти. Не боится. Он зашагал в верх по лестнице и замер. Двери были опечатаны и заколочена на двоих дверях. Он подошел ближе к нужной квартире. Квитанция гласила: «Опечатно. Дата: 12.07.2017 Причина: неуплата счетов.». Снизу висел буклет: « Если вы знаете хозяев квартиры, позвоните по этому номеру». Кир замер. Как в июле? В октябре же. Опечатка? Он отдышался и быстрым шагом помчался вниз, не зайдя к новым жильцам и не попрощавшись. Темнело. Он сел на лавочку во дворе. Закурил сигарету, раскусил вишневую капсулу. Ветер сегодня был теплым, хотя и ранняя весна. Сбоку кто то подошел и сел рядом. Веяло мятной жвачкой. — Какие планы? — с вежливым любопытством спросила девушка, выдыхая мятный дым в небо. —Выпить кофе, сжечь к хуям этот дом и разбиться на своём мустанге. —Неплохо, — сдержанно ответила она.— Я тебя ждала. — Сука. —Кир оперся локтями в колени и судорожно выдохнул ,— Зачем ты меня мучаешь… Сука же. — Не мучаю, беспокоюсь, — Она улыбнулась и устало прикрыла глаза ,— Ты сильно изменился, а я ведь предупреждала ещё столько лет назад, мир жесток. — Нет тебя… тебя уже нет, такого не бывает…— он не слушал её, жмурил глаза и сжимал волосы на затылке ,— а он тогда как тебя видел? Нет же… не бывает, исчезла же ты… столько лет прошло. — Кир, прекрати, пока я тут, не трать время на пустые доводы ,— Мори снисходительно усмехнулась и потерла руками глаза. — Зачем ты к Сереже приходила? Почему тогда исчезла? Какого хрена на квартире дата опечатки на три месяца раньше чем всё случилось? — Он впервые за вечер посмотрел на неё, она совсем не поменялась. — Тише, тише… Вопросов много. — Она улыбнулась ,— Исчезла потому что захотела, пришла тоже потому что захотела. Видишь как выходит, делаю что хочу, а ты? — Не смей меня упрекать, если бы ты… если бы ты только… — Он скривил губы в ухмылке и сжал зубы. — Если бы что? Если бы я не ушла, не бросила бедного тебя одного? — Она склонила голову неестественно в бок, у обычного человека наверное уже разорвалось бы сухожилие, — Ты мне не нравишься Кир, то кем ты стал. А если бы я осталась? Ты бы стал тем же, только меня бы больше расстраивал. Ты ведешь себя как уличное быдло, хоть и прикидываешься не таким. Да и тогда себя так вел, мне только себя с другой стороны открывал. —Не поверишь, — зло сказал Кир, - но я о том же. Мозги только включи... Ты мне не подруга была, потому что я уличное быдло, Сережа мне никто, потому что я имею привычку злиться вплоть до чужих летальных исходов, Никите я не друг, потому что не понимаю, зачем он меня поддерживал ... Все, блядь, хорошие кругом. Все! Ты - потому что тогда не бросила, хотя я вел себя как последняя сука...Хорошая же, да? Как ловко оберегала друга детства . К Сереже пошла, остерегла небось его, что бы он под меня не лег, все выжидала момента, чтобы меня застать и по стене размазать... А теперь что? Не нравится? Сережа тоже просто замечательный. Мастер по деланию наоборот, Алису не слушал, тебя не послушал. То ему умереть за меня хотелось, то жить. Сплошные благородные метания. Алиса- герой. Меня как на убой готовила, вечно про свою мораль и ценности, своё эго потешить хотела. И даже тут - давай, Кир, ты ей по гроб жизни обязан... Ты, быдло, всем этим хорошим людям чем-то обязан! Да оставьте меня, а! Оставьте в покое, хватит на мне свою человечность оттачивать. Тошнит. Ненавижу... — Соль в том, что тебе по настоящему никто не нужен. Не Сережа, не Алиса… Ты идиот, сам стал заложником своего двуличного «я». Не корчи из себя великомученика ,— Она встала на ноги и посмотрела на Кира— Думаешь ты такой бесподобный? Сам себе медали навесил и считаешь что все вокруг говно, ты один «не такой»… Вроде и не плохой, но и не сильно хороший. А ты пойди и скажи Сереже, что ты трахал его, потому что тебе кончить было некуда. Пойди и скажи Алисе, что ты был с ней, потому что больше было не с кем, потому что только она на тебя управу нашла, она из тебя даже что то на подобии человека самостоятельного вылепила. Ты её боишься, больше чем ненавидишь. Вот и думаю, кто на самом деле идиот. — За этим пришла? Высказать мне? Сука чем я занимаюсь… Допился блять, глюки вылезли, — Кир поднял голову на неё и заметил как неестественно она смотрелась на общем фоне, будто картинку очень небрежно прифотошопили, — Оставь меня, и так тошно… И хватит стучать в двери… — Это я что бы с тобой встретиться, они мне не сдались, — Она глухо прокашлялась и повернула на него голову, — Ещё увидимся как нибудь, не забывай. — Саш, не забуду — Кир поднял голову, но её уже не было. Вокруг царила мертвая тишина. Больше никакой травы в перемешку с бухлом, подумал он про себя. *** — Как прошла встреча с Вовой? — Кир язвительно ухмыльнулся и отпил глоток минеральной воды из бутылки. — Ты так говоришь, будто я с ним вдвоём гулять ходил… нормально прошло всё, я и не пил толком, так что особо ничего интересного,— Сережа равнодушно пожал плечами, — а у тебя как? — Я тут подумал, — Кир проигнорировал вопрос и сделал ещё глоток, — В Японию хочешь? На пару месяцев, отдохнуть там, туда сюда… — Япония? Чего резко так? — Сережа ошарашено посмотрел на сидящего на мягком диване Кира. — Ну а что? Ты же хотел уехать, вот тебя пожалуйста, исполню твоё желание, — Кир повернулся на него и закрутил бутылку крышкой, — Времени на подумать тебе до завтра, пока я не передумал. Сережа заторможенно кивнул и уставился в монитор компьютера. В такие моменты, когда мир, требующий ответов и заставляющий принимать горькие, обидные решения, поворачивался к нему спиной, оставляя наедине с равнодушными лунными облаками, Сережа думал о Кире. Невольно вспомнил что было год назад. Как они только познакомились. Как всё это могло так далеко зайти? Неужели это правда, по настоящему? Сережа снова посмотрел на Кира. Алиса говорила — он принесет тебе одни проблемы. Ему было горько и странно — все осталось на своих местах, все те люди, которые складывали головоломку его жизни, все так же рядом, но только теперь он остро ощущал свою оторванность от окружающих, начал осознавать свой собственный мир. Между ним и окружающими росли и крепли прозрачные стены — можно улыбаться и видеть искаженные отражением улыбки, но приходится читать по губам. Сережа понимал — Кир стал для него тайным смыслом всего, происходящего в мире. Все, начиная от ярких реклам-социалок в метро заканчивая последними словами в прочитанных книгах, имело один подтекст. В конце каждой книги стояла точка. Сережа подолгу сидел, глядя на пустоту, завершившую историю чьей-то жизни, и думал — поставил ли Кир свою точку или просто не нашелся второй том?.. Эта любовь сделала его эгоистичным лжецом — все, на что он был способен: говорить о Кире и врать о том, что все в порядке. Врать приходилось матери, которая с настойчивостью звала Сережу и Алису снова в гости и искренне недоумевала, почему тот не желает участвовать в этих мероприятиях. Сережа устал наблюдать за нервной секундной стрелкой, описывающей бесконечные круги по циферблату в углу стола. Прикрыл глаза. *** — Ты кто? — С порога на Кира смотрел парень лет 20, с ярко выраженными азиатскими корнями. Спортивное телосложение, достаточно высокий, короткие чёрные волосы, аккуратные, острые черты лица. — А ты кто, блять? Пройти дай. — Кир отпихнул его плечом, на что парень ответил захватном обеих рук и впечатыванием щекой в стену. Обычный человек бы подумал «сильный», а тот кто много раз дрался, поймёт «профессионал». Захват был отточен, одно движение и порванные сухожилия. — Эй, не надо, отпусти его, — Алиса вынырнула из другой комнаты, в домашней одежде, — Кир, проходи. Парень отпустил Кира и прошел в дальнюю комнату- спальню. Кир проводил его взглядом, увалися на диван и повернул голову на Алису, сидящую в вальяжной позе, на мягком кресле. — Чего пришел? — Алиса вынула из кармана домашних шорт электронку и закурила, — Скажешь что то в стиле «повидаться», вылетишь из квартиры. — Не совсем, — Кир опустил взгляд на стеклянный столик на котором было необычно пусто, — извини. — Извини? Принято, — спокойно ответила Алиса. — Но это ничего не меняет. Я пыталась тебя долго на хер слать — не вышло. Все равно по уши в грязь влипла. Сережа пытался от тебя сбежать — только себе хуже сделал. От твоего поклона, Кир, общая картина не меняется. У меня вроде и мозгов хватает, но вы с Сережей вдвоем настолько придурки, что похерили даже такой простой способ отвязаться друг от друга и слили все мои старания. — Читал недавно статью, — мстительно сказал Кир, — о том, что у гомосексуалистов уровень интеллекта ощутимо ниже, чем у натуралов. Алиса провокацию проигнорировала. — Вы с ним тупые по другим причинам. — Почему? — спросил Кир. — Потому что… — Алиса задумалась. — Я не видела еще людей, которые с таким упорством пытаются перегрызть собственные глотки и доставляют друг другу такое количество проблем. — Объяснимо. — тут же нашелся Кир. — Ладно, обменялись любезностями и хватит, вторая причина, — Алиса выжидающе постучала по колену, — Зачем пришел? — Ты уезжать собралась ведь? Я подумал… Тоже уеду. — Кир откинул голову в бок. — Боже, только не говори что хочешь со мной, у меня случиться траур. — Алиса наигранно ужаснулась. — Да сдалась мне твоя Корея, я в Японию хочу, на пару месяцев съездим, а там будем решать, — Кир задумался, — А кстати, почему именно Корея? Только не говори что из твоего азиатского ебаря. — Пошел нахуй, Курседов, — Алиса усмехнулась, — Во первых, я еду туда потому что мне предложили там открыть своё дело, долго объяснять. Второе, он всю жизнь в Украине прожил, корейский знает от отца, как переводчик будет ехать. Кир усмехнулся и саркастично кивнул. — Ага, переводчик, ночами будет тебя подтягивать в знании языка. — Закрой ебло! — послышалось из соседней комнаты и Алиса звонко рассмеялась. Кир вспомнил как когда то, они так же смеялись, когда только встретились. До того как появилась эта липучая ненависть. — И когда вы едете? — Кир задумчиво протянул и перевел взгляд на Алису. — Послезавтра, решили не затягивать…— Она опустила глаза и недолго думая, пересела на диван к Киру, — Ты Сережу береги, умоляю, он хороший мальчик… Хотя бы ради меня, относись к нему нормально, а? — Да нормально я к нему отношусь,— Кир устало выдохнул и кивнул, — А этот твой парень, нормальный? Херни не творит? — А это… Нет, он и мухи не обидит, просто когда на грубость натыкается, может что то такое выкинуть. — Алиса устало улыбнулась и приобняла Кира ,— И береги себя, не знаю когда ещё встретимся, просто будь аккуратнее, ладно? — Ты тоже. *** — Алло? Сереженька, ты чего не приезжаешь? Взял бы Алису и… — Мам, ты не ругайся только и не расстраивайся, хорошо? — Сережа услышал как женский голос на том конце ели слышно пропищал «Хорошо», — Вообщем, я хотел сказать, я с девушками ну… я могу там секс, дружба и всё такое, но люблю я другое, другого. — И как, — спросила она, — все попробовал? Сережу стегнуло жгучим хлыстом стыда. Он ожидал чего угодно, но не атаки на эту территорию — ранимую, оберегаемую личную территорию, на которой таким матерям, как его, делать нечего. Но и сдавать ее нельзя. — Все, — прямо ответил Сережа. — Понравилось? Не надо, не надо вот так… Сколько обдумывалось, сколько находилось объяснений, и все они были над и выше этой стороны отношений, все они подходили для разговора, но эта, болезненная часть, стыдливо пряталась за подготовленными словами, а теперь ее наружу, крюками, через все заслоны, по колючей проволоке. И как теперь смотреть матери в глаза? — Понравилось, — выдохнул Сережа скорее из упрямства, чем из желания стоять на своем до конца. — Значит, ты ненормальный. Есть ли в мире хоть один человек, который поймет? — Стыдно, Сережа? — спросила женщина, наблюдая за изменением тона сына. — Сейчас и передо мной стыдно. А что будет дальше? Перед кем еще будешь стоять так, не зная, что сказать? Всю жизнь на это положишь? На метания? На стыд? Видеть тебя не хочу. Мне за тебя стыдно — так стыдно, что впервые хочется на тебя руку поднять. Была бы рядом — грохнула бы тебе об голову тарелку! Если бы она не повысила голос, Сережа так и молчал бы, придавленный свалившимся на него непониманием родного человека, но ее крик моментально разомкнул все сдерживаемые заслоны, все ограничения. — Тогда… — Сережа задохнулся, еле справился с удушьем. — Тогда ты мне не мать! Раз стыдно, то и забудьте обо мне, усыновите кого нибудь и вырастите из него «нормального»! — Если я сейчас признаюсь, что многое упустила в твоем воспитании… — начала было женщина, а потом прервала сама себя. — Я тебе вот что скажу, — отозвался Сережа. — Ты в моем воспитании не упустила одной детали — женщину я на хуй послать не могу. Хотя иногда очень хочется. Сережа выключил звонок и выкинул телефон на ковёр. Бесит. Почему то в жизни всё было так, если что то одно плохо то всё остальное хорошо и наоборот. Шум из коридора заставил его отвернуть лицо от стены. — Ты там че умер? Тихо как в склепе, — Кир зашёл в комнату и вопросительно посмотрел на Сережу, — Завтра вылетаем, ты точно всё сложил, ничего не забыл? Пока утро, проверь всё, а то забудешь, мне потом нервы мотать… Сережа сдавленно кивнул и ушёл в ванную. За последние пару дней, он многое успел сделать, со всеми попрощался, даже на кладбище к родственникам съездил. Теперь он словно начинал жизнь заново, дышал уже не вполовину, а во всю. В квартире было непривычно пусто, в голове тоже. Сережа словно вместе с вещами, запаковал и разум, оставив в голове пустые полки. Есть ли о чем сожалеть? Наверное о том, что так и не заехал к родителям, ибо теперь ему там не рады. Он тихо выглянул из ванной в коридор, где Кир пытался застегнуть чемодан. — Кир, а ты к отцу ездил, ну ,— он откашлялся ,— на кладбище. — Завтра утром поеду, вылет всё ровно в 5, можно отвлечься, — он хмыкнул и дал понять что разговор окончен. *** На кладбище непривычно тихо, даже утренние птицы не пели. Погода была туманной и хмурой, даже деревья съежились от зябкости и склонили ветки поближе. Свежая могила была заметна издалека, словно давно тут никого не хоронили. Кир сел на скамейку за оградой и посмотрел на портрет отца, весящий на лакированном кресте. — Ты извини, па, — Кир всунул искусственные цветы в землю и криво усмехнулся,— даже сорока дней не было, а я уже уезжаю, но ты не волнуйся, за могилой приглянут… Он посмотрел на свои руки и вновь на потрет отца. — Я, наверное, хорошим сыном не был ,— он хмыкнул,— да и человек из меня сомнительный… Но я старался, хотел помогать хотя бы, жаль что так всё вышло, даже не говорили с тобой нормально… Просто, хотелось что то доказать, сам уже не понимаю что… Странно вышло, умер ты, и то в одиночестве. Кир скривил губы в полуулыбке и встал со скамейки. —Не волнуйся, всё теперь хорошо, я буду стараться , честно. Я не разочарую больше, никогда. Он вышел за ограду, кинул прощальный взгляд. Могила была в конце кладбища, так что он заехал с другой стороны. Подходя к машине, он заметил чуть дальше, странный бугор, пустая могила. Подошёл ближе, а она вовсе не пустая, крест покосился от времени и потускнел, став почти черным. Кир удивился, что могила в таком состоянии, даже табличка и та на сопляк держалась. Всмотрелся. Не имени, не фамилии толком не разглядеть, только дата «12.07.2017». Он проморгал глаза, отпрянул, вновь потер табличку, дата была та же. Не может быть. Сверху виднелись инициалы « Д.А.А.», и к и откинул табличку в сторону. Он бы с удовольствием подумал что это растянутое слово «даа», но кажется он знал человека с такими инициалами. Глаза налились кровью. Он взял табличку, протер её от пыли, не боясь испачкать рукав, но ни инициалов, ни даты больше не было. Пустота. Кир положил её на насыпь земли и ушел, оставив после себя примятую траву и безмолвность. Кладбище вновь затихло. Лишь когда он проехал мимо дома, стараясь выкинуть из головы произошедшее, он поднял на окна дома глаза, больше инстинктивно чем от желания. На последнем-цокальном этаже горел свет. Это его приговор, теперь ему осталось только жить, ожидая, когда звонящий сам завершит вызов. Глаза ослепил свет фар.