Узники надежды

Мерный стук капель отсчитывал последние секунды уходящей жизни. Кап… кап… кап… – всего лишь один разошедшийся сварной шов в крепкой стальной оболочке. Всего одно слабое место в медленно наполняющейся водой камере. Кап… кап… кап… – в абсолютной тишине, наступившей, когда стих шелест вентиляции, звук падающих капель разносился грохотом. Бу-буп… бу-буп… бу-буп – ритмично откликалось мужское сердце под крепкими пластинами грудных мышц. Кромешная тьма окутывала густым непроницаемым покрывалом, душила, путала мысли. Вдох-выдох, вдох-выдох. Пряный животный мужской запах, тонкий и дразнящий женский аромат… Два тела, сплетенных вместе, вжавшихся друг в друга, будто парили в одуряющем мареве вечного мрака. Надежное кольцо мужских рук, ее щека прижата к его плечу, ее волосы щекочут его нос. Лишь бы ощущать, что ты не одинок, что есть силы жить, когда жить уже незачем. Когда остается лишь ждать неминуемой и неприятной смерти, когда единственный остающийся смысл заключается лишь в них самих и их общем желании быть вместе до конца. Чтобы дарить и принимать в дар то, что сильнее смерти. Любовь – это и есть жизнь. А ведь, кажется, прошел год. Только год. Целый год. Мгновение жизни. Вечность ожидания. И не поймешь сейчас, везение или проклятие настигло их тогда. На дежурстве, в таком далеком и таком близком декабре две тысячи тридцать третьего. *** Капитан Эммет Маккарти, рассматривая график дежурства, мысленно облизнулся и потер руки. Да, так и есть. Его снова на сутки поставили парой к холодной статуе, отогреть которую мечтал каждый из офицеров связи объекта «Лима-Дельта-12-1». Неприступная, но такая прекрасная Розали до сих пор успешно отражала любые попытки мужчин сократить дистанцию в общении с сугубо рабочей. По мнению штатного психолога, которое тот неоднократно доводил до единственной женщины на объекте с допуском в особо охраняемую зону, именно такое поведение Розали было единственно возможным в коллективе умных, крепких, подтянутых военных, от которых зависела жизнь и безопасность миллиардов жителей планеты. В женском присутствии офицеры вынужденно следили за своей речью и внешним видом, а также, что доказывали многочисленные тесты, показывали существенно лучшие результаты, бессознательно или сознательно соревнуясь друг с другом. Однако если бы Розали хоть на чуть-чуть сократила дистанцию между собой и каким-нибудь счастливцем, в этом случае офицер-психолог прогнозировал всплеск неуставных отношений и, соответственно, существенный удар по боеготовности объекта. Эммет Маккарти, на его счастье, об этом не подозревал. Пост связи и мгновенного реагирования, где предстояло провести сутки Эммету и Розали, прозывался на офицерском сленге «подводной лодкой», а процесс дежурства, соответственно, «автономным плаванием». «Плавание» проходило в камере, растянутой на сверхпрочных тросах в огромной полости, вырубленной в скальной породе, и полностью заполненной вязкой амортизирующей жидкостью. По техническому заданию пост обязан был сохранить живучесть при прямом попадании десятимегатонной ядерной боеголовки в объект. Когда очередная пара дежурных заступала на пост, и за ними закрывались тяжелые металлические двери шлюза, то эти двое оказывались в такой же материальной изоляции от всего человечества, как если бы погружались в глубокий океан или оказывались в космосе. Зато с точки зрения доступа к информации дежурные обладали практически безграничными возможностями – не вставая с жесткого стула, офицер мог в мгновение ока окинуть взглядом многочисленных военных спутников любую точку на земном шаре, связаться с любым из аналогичных постов в любой из стран, подписавших протокол «Око Смотрящего». Информационные каналы были многократно продублированы, приемо-передающие антенны были разнесены на десятки километров, и, как казалось проектировщикам, были учтены все ситуации, которые только могут возникнуть на поверхности третьей от Солнца планеты. *** Эммет привычно натянул на себя шлем сенсовизора и активировал подключение. Розали, чья очередь наступала лишь через сорок пять минут реального времени, неторопливо прошлась по всем помещениям «лодки» – оперативному, релаксационному и санузлу. Обязанность поддерживать чистоту и порядок лежала, разумеется, на самих дежурных, так как специальных уборщиц со степенью допуска Альфа+++ в природе не существовало. И, само собой, понятия о чистоте с точки зрения Розали и предыдущей пары дежурных существенно различались. Ликвидировав пыль, раздавленный пластиковый стаканчик, крошки и прочие следы, оставшиеся от предыдущих мужских дежурств, Розали мельком взглянула на таймер, отсчитывающий допустимое время подключения Эммета к Сети. Еще десять минут… можно, наверное, покормить рыбок. Засыпав ложку сухого корма, девушка всмотрелась в плавные движения блестящих радужных жителей аквариума. Судя по тому как рыбы накинулись на еду, они изрядно изголодались. Поморщившись, Розалии сделала себе пометку выделить время на чистку аквариума. Накопившийся на дне слой продуктов жизнедеятельности колыхался и кружился при быстрых движениях рыбок. Сигнал зуммера призвал ее в оперативную, и в течение пятнадцати минут Эммет и Розали находились в сети одновременно, передавая и принимая контроль над виртуальной реальностью информационного пространства Земли. Ритм альфа-волн оператора в течение работы ускорялся в несколько раз, и требовалось определенное время для активации этого режима и выхода из него. Затем для Розали виртуальный образ Эммета рассыпался с легким хрустальным звоном, офицер отключился от сети и с наслаждением почесал ежик коротко стриженых волос, вспотевших под сенсошлемом. Выпрямившись, Эммет бросил взгляд на напарницу, чья восхитительная головка скрывалась под полированной поверхностью шлема, и потянулся, разминая затекшие мышцы. В отведенные ему для релаксации сорок пять минут Маккарти собирался изрядно потрудиться. С облегчением он увидел, что Розали не стала открывать контейнер с вещами, оставленный рядом с дверью шлюза. Подготовленный мужчиной сюрприз в виде небольшой сборной елочки ждал своей участи непотревоженным. Перетащив журнальный столик в центр комнаты отдыха, Эммет, поглядывая в инструкцию, торопливо собирал на нем елку. Дюжина красных блестящих шариков повисла на ветвях, а внизу, на полированной поверхности столика, занял свое место подарок в золотой фольге, перевязанный классическим аккуратным бантиком. Только тогда Маккарти позволил себе чуть расслабиться и глянуть на таймер. До зуммера оставалось несколько минут, и офицер опустился в кресло рядом с аквариумом, переводя дух. Взгляд Эммета лениво скользил по комнате, проверяя, чтобы ничто не ослабило эффект от неожиданной смены привычной обстановки на праздничную. «Стоит подкатить потом к психологу с просьбой дать запись первой реакции Розали с видеокамеры, - решил Маккарти. - Пока я буду в Сети, девушке хватит времени подумать, прежде чем что-то делать или говорить в ответ. Может… - офицер улыбнулся, - удастся даже сорвать поцелуй? В худшем варианте, - решил Эммет, - Розали не отреагирует никак. Но даже в этом случае мои шансы, если они вообще, разумеется, есть, должны повыситься». Пиликанье прервало его мысли, и он, вытерев внезапно вспотевшие ладони, направился к своему рабочему месту. Передавшая вахту Розали не чувствовала ни усталости, ни особого желания выходить из виртуальной среды. Однако регламент вахт и отдыха был разработан ведущими специалистами, которых мнение непосредственного пользователя всей этой системы интересовало меньше всего. Конечно, девушка могла при необходимости подключиться напрямую, но затем ей пришлось бы писать объяснительную, что именно, на ее взгляд, требовало одновременного виртуального присутствия двух операторов в нарушение установленного порядка. Сняв шлем, Розали продолжала сидеть перед многочисленными экранами, наблюдая за действиями Эммета. Ей показалось, что он слегка нервничал, принимая пост, хотя ничто не говорило об этом напрямую. Даже сейчас - девушка покосилась на широкие плечи Маккарти - он казался каким-то зажатым. Розали чуть прикусила нижнюю губу и представила, как ощущались бы эти бугрящиеся мышцы под ее ладонями. Помечтав еще чуть-чуть, мисс Хейл с сожалением одернула свое воображение и встала, испытывая иррациональное раздражение на Эммета. Поймав себя на этом, девушка решительно приказала себе прекратить дурить и заняться чем-нибудь. Так ничего и не решив, блондинка встала, бросив последний взгляд на экраны, и бездумно направилась в комнату отдыха. Сдвижная дверь почти бесшумно прошелестела вбок, и Розали застыла на пороге, удивленно подняв брови и улыбаясь. Да, этого девушка не ожидала. Начать с того, что до Рождества было еще три дня. Во-вторых, она же… нет, она никак не давала Эммету никакого повода дарить ей подарки. И, черт, что это должно значить? Обернувшись, Розали прищурилась в сторону Маккарти. «Потребовать объяснений? Войти в Сеть и отвлечь его? А… собственно, что он сделал, и как мне потом объяснять, почему я нарушаю регламент? Потому что это он… ммм… нет, ну как-то это по-детски получается. Черт, черт… Ну а, собственно, ну елочка, ну некоторые и за месяц до Рождества елку ставят… Подарок. Видимо, мне. Кому же еще. Притвориться, что этого ничего нет? И голову под подушку спрятать заодно - что я не вижу, меня не съест. И что же этот… - подходящий эпитет никак не приходил на ум, - решил мне подарить? Ммм… бриллиантовое колье? Да-да, заверните два. Мадагаскарского таракана в коробочке? Взять, открыть и не мучиться? Но если открыть подарок, то его уже либо принимать, либо швырять в лицо, безучастной и бесчувственной остаться не выйдет. А не открывать, так я с ума сойду». Розали хмуро пронзила взглядом спину Эммета, но тот оставался полностью неподвижен. Решительно шагнув к столику, девушка опустилась перед ним на колени, осторожно подвинув к себе подарок. «Достаточно тяжелый, - отметила она. - Книга? От Эммета книга? Очень сомнительно… да и формат не тот. Видео? Э-ээ… порно? Я что, давала к этому повод? Не, это я что-то не о том думаю…» Розали мысленно перебирала варианты, заранее тоскливо склоняясь к мысли, что обречена открыть этот подарок, нарушая тем самым кристально ясные предписания психолога о полном запрете любых сближений с сослуживцами. «Это же ничего не значит», - на пробу соврала она сама себе и мысленно саркастично и злобно расхохоталась в ответ. Собрав волю в кулак, Розали решительно вернулась в оперативную и снова опустилась на стул, отметив, что провела в мучительных раздумьях целых четыре минуты. До момента погружения в Сеть оставалось больше получаса, и в это время по регламенту ей следовало отдыхать и расслабляться. Раздражение в ней бурлило все сильнее, а виновник этого находился и здесь, так что его можно было коснуться рукой… а лучше пнуть ногой, и одновременно очень далеко отсюда. Судя по терминалу, Эммет обрабатывал сводку информации с сейсмических датчиков тихоокеанского побережья. По экрану быстро пробегали полотнища текста, какие-то диаграммы, записи роликов, проматываемые на максимально доступной скорости для активированного оператора. На глазах Розали ИПО (индикатор потенциальной угрозы) сменил цвет с фиолетового на синий, а затем сразу на голубой. Управляемые мыслями Эммета, на экране стали разворачиваться картины побережья, в которых девушка опознала панамские пляжи. Картинка с головокружительной быстротой меняла масштаб в плюс и в минус, виртуальная камера неслась вдоль линии прибоя, затем внезапно остановилась и с точки зрения стороннего наблюдателя стремительно понеслась вниз. «А… ну теперь понятно…» - возникшие было нехорошие предчувствия Розали, почти заставившие ее забыть злость на Эммета, немедленно развеялись, сменившись презрением к мужскому полу в целом и Маккарти в частности. В фокусе камеры красовались прелести нескольких загорающих нагишом бронзовокожих девушек. Невольно сравнив их с собой, Розали, раздражаясь все сильнее, боролась с искушением огреть чем-нибудь сидящего рядом с ней самца. На счастье Эммета, мисс Хейл обладала выдержкой, изумляющей иногда ее саму. Встав и отметив, что камера вернулась к полету над побережьем, девушка решительно направилась в комнату отдыха. Теперь в ней не осталось ровным счетом никакого желания ни открывать подарок, ни иметь хоть что-то общее с этим вуайеристом. Мрачно разглядывая аквариум, мисс Хейл обнаружила, что одна из самок гуппи явно беременна, а вот одного из самцов вроде бы не хватает. Через некоторое время Розали заметила пропавшего - тот валялся на дне за камнем вверх брюхом и признаков жизни не подавал. Не обнаружив в себе никаких сожалений по этому поводу, мисс Хейл вооружилась сачком на длинной проволочной ручке и с четвертой попытки выудила трупик, безжалостно отправив его в унитаз. Включив аудиосистему, девушка под приятную музыку растянулась на кресле-массажере. Находясь в Сети, Эммет покосился на обратный таймер своего подключения. Оставалось около двадцати минут виртуального времени до активации Розали. Стараясь не думать о том, как девушка восприняла подарок, офицер мысленно набирал сводный вахтенный отчет. Уровень опасности было повышен по предложению самого Маккарти. Ряд фактов, которые по отдельности не представляли угрозы для человечества в целом, в совокупности насторожили как Эммета, так и других наблюдателей. Необычно высокие приливы на тихоокеанском побережье. Зарегистрировано уже три – поправка – четыре случая массового самоубийства морских животных - дельфины и киты выбрасывались на пляж. Тюлени и морские котики, нарушая привычные ритмы охоты и отдыха, вылезали на берег. Что-то странное происходило в глубинах Тихого океана. Расплывчатый образ Розали возник рядом с его виртуальным местом работы и стал обретать четкость, по мере того как увеличивалась скорость работы ее мозга. К моменту полной активации напарницы Эммет уже поставил виртуальную подпись в отчете, завершая обязательную часть вахты. Сбоку от него возникло виртуальное окно чата с единственной сухой протокольной строкой: «Хейл: К передаче вахты готова». При всех успехах науки в плане работы с человеческим мозгом операторы не могли общаться мысленно напрямую. Сверхчувствительная аппаратура сенсошлемов по-прежнему воспринимала лишь четко сформированные в мозгу картинки, «рисовать» которые операторы специально тренировались. Хотя напарники сидели в метре друг от друга, они не могли разговаривать - в режиме активации мозг был не в состоянии управлять мышцами тела и голосовыми связками на той же скорости, с которой неслись мысли. С точки зрения стороннего наблюдателя активированный оператор пребывал в глубокой коме. «Маккарти: К передаче вахты готов, - так же протокольно отреагировал Эммет. – Вот отчет. Обрати внимание на эти ролики». Офицер перебросил напарнице ссылки на видео мертвых дельфинов на безжалостном белом песке. «Хейл: И это все основания для поднятия ИПО?» «Маккарти: Пока да. Голубой уровень предложил я, вот голоса по всем отреагировавшим постам». «Хейл: Разброс мнений достаточно велик. Многие считают это преждевременным». «Маккарти: Интуиция. Я буду рад ошибиться». «Хейл: Понятно. Ты не стал включать в ролики съемку с нудистского пляжа?» Эммет замолчал на несколько виртуальных секунд, соображая, что сказать в ответ, и в итоге изобразил в чате смущенный смайлик. На самом деле мужчина не столько смутился, сколько приуныл: «Нет, вот надо же ей было именно в этот момент подсматривать. Что супервайзеры контролируют записи - с этим все мирятся, никто потом доставать не будет. Если не всю вахту пялиться, конечно. А вот Розали… Может, она открыла подарок и вернулась в приливе теплых чувств? А там попа во весь экран. Неудобняк». Сбоку от основного виртуального экрана развернулось новое окно – кто-то из постов отправил сообщение в общую рассылку под заголовком: «Метеорологи фиксируют зарождение тайфуна». Маккарти потянулся было открыть сообщение, но тут же уступил это Розали. Вахта Эммета заканчивалась, а ее уже началась. «Хейл: Если коротко: тайфун несколько необычен, некоторые предполагают, что реакция морских животных может быть связана с ним». «Маккарти: Или это еще одно необычное событие в ряду других». «Хейл: Я прослежу за этим». Эммет немного подождал, ожидая, что Розали напишет что-нибудь еще, но тщетно. Мысленно вздохнув, офицер отправил свой отчет в центр и запустил процедуру деактивации. Когда напарник вышел, мисс Хейл мстительно добавила в виртуальный чат картинку могучего обнаженного секс-символа мужского пола. Полюбовавшись мгновение, девушка захлопнула окно и вернулась к аналитике. Даже если Эммет сейчас пялился бы в экран, он ничего бы не успел заметить, а жаль… Следующие три виртуальных часа пролетели без особых происшествий. Планета жила своей обычной жизнью, порождая информационные потоки, мощные компьютеры формировали сводки, просеивая инфомусор в поисках возможных корреляций фактов. Немногочисленные люди, которым планета доверила сжигающий нейроны неограниченный доступ к этой информации, во время своей вахты были обязаны: воспринимать и анализировать отобранные компьютером данные, изменять критерии для их отбора, совещаться друг с другом, выносить предложения на общее голосование и предлагать готовые решения центру, связанному с правительствами всех стран, включенных в программу «Око Смотрящего». Медики сходились на том, что если тщательно соблюдать разработанный регламент отдыха и активации, влияние на организм сверхвысокой скорости мышления сводится к минимуму. По крайней мере, так считалось официально. Сами операторы думали иначе, и это косвенно подтверждалось тем, что в их контрактах каждая вахта трактовалась (и оплачивалась) как неделя активных боевых действий. Вернувшийся в Сеть Эммет заявил о своей готовности. Розали, поняв, что уже больше не злится на него, позволила себе чуть смягчить свою речь: «Хейл: Лови отчет. Тайфун формируется, новых мертвых тюленей, китов и прочих котиков не обнаружено. Были предложения понизить ИПО, но большинство постов не согласно. Я тоже. Сейсмодатчики фиксируют колебания, 4 балла, эпицентр в районе Тихоокеанского огненного кольца, приблизительно 150 миль от Мидуэй». Перед Эмметом возникла карта материковых плит с отмеченным пульсирующим пятном подземных толчков. «Маккарти: Нанеси на карту точку рождения тайфуна». «Маккарти: Хм… нет, далеко. Значит, не связаны. Ок». «Хейл: Да. Я отключаюсь». «Маккарти: Погоди». «Хейл: Да?» Эммет еще раз вернулся к одному из пунктов новостной ленты, приложенной к вахтенному отчету Розали. «Маккарти: Это уже не котики. Спелеологи в Андах сообщают, что летучие мыши в пещерах словно сошли с ума». «Хейл: Южноамериканский пост занимается этим». «Маккарти: Это еще одно звено». «Хейл: Возможно. Я голосовала оставить голубой уровень». «Маккарти: Не пора ли поднимать до зеленого? У меня плохие предчувствия». «Хейл: Предчувствия к отчету не приложишь. Центру нужно что-то более весомое». «Маккарти: Я боюсь, когда весомое произойдет, мы так же будем колебаться, достаточно ли тяжело. А потом будет колебаться центр. Предпочитаю быть немного паникером». «Хейл: Твое право. Я все-таки отключаюсь, а ты взвесь еще раз аргументы. Обгадившиеся летучие мыши и пара дохлых китов». «Маккарти: Давай. Приятного аппетита, Розали». «Хейл: Красивых сисек, Эммет», - девушка, не удержавшись напоследок от ехидной шпильки, вышла из Сети. Эммет дописал в чат нецензурную фразу и поспешно закрыл окно. Вскоре его внимание привлекло новое сообщение по общей рассылке, и он погрузился в работу. Мисс Хейл действительно не торопилась покидать свое рабочее место, наблюдая за экранами. Впрочем, для неактивированного оператора на них слишком быстро менялась картинка, позволяя лишь предполагать, чем именно занят вахтенный в данный момент. Вспыхнуло и пропало стандартное окно общего голосования. Виртуальная камера неслась над Андами, затем вдруг переключилась на Японию, режимы отображения карт менялись - термограммы, барограммы, метеокарты. Сдавшись, Розали прикрыла уставшие глаза и неохотно встала. Мозг, работающий в полную силу, требовалось кормить, хотя организм, не рассчитанный на подобное, сигналов голода не подавал. Вода и глюкоза, клюквенный сок и антиоксиданты. Рационы вахтенных подбирались лучшими диетологами. Личные пристрастия в еде при этом не учитывались. Ты в армии, сынок, жри что дают. Проходя в пищевой блок, Розали с легким любопытством покосилась на елочку. Та стояла ровно по центру столика, а сдвинутый девушкой подарок снова аккуратно прятался под искусственными ветвями. Рядом лежал сложенный вдвое лист бумаги. Без аппетита разделываясь с куском красной рыбы, мисс Хейл строила предположения, что же написано в этой записке: «Хорошо, хоть в конверт запечатывать не стал. Ведь не открыла бы. А так…» Девушка заставила себя допить положенное количество жидкости, убрала за собой и только потом вернулась в комнату отдыха. Короткая записка гласила: «С Рождеством, Розали! Это для тебя. С наилучшими пожеланиями, Эммет». - Вот гад, - вслух сообщила мисс Хейл. Потом пожала плечами и, покоряясь неизбежному, решительно сорвала обертку с подарка. И тут же слегка разочаровалась, потому что усмотреть хоть что-то неприличное в плитке дорогого горького шоколада не смог бы даже их психолог. Хотя нет. Тот бы все равно усмотрел. И все же немного жаль, что Эммет был так неоригинален. С другой стороны, самокритично признала она, иначе бы у нее были основания обрушиться на бедного парня с негодованием. Точнее, вконец заморозить презрением. Вот и гадай, то ли этот подонок - знаток женской души, то ли он просто подарил шоколад без всякой задней мысли. О том, что Роуз предпочитает горький, Эммет вполне мог и узнать. А вручить подарок на вахте - ну так вне дежурства она бы точно этого не допустила. Отломив дольку шоколада, Розали опустилась рядом с аквариумом. За прошедшее реальное время количество живности в воде значительно увеличилось. Беременная гуппи родила, и, присмотревшись, можно было увидеть миниатюрных мальков. К удивлению и даже возмущению девушки, взрослые гуппи, включая даже, кажется, бывшую беременную мамашу, охотились за мальками, пожирая их. Малютки прятались в водорослях, спасаясь от каннибализма родичей. Мисс Хейл выпрямилась, поискав глазами емкость, в которую можно было бы отсадить мелочь ради ее спасения, но в этот момент раздался резкий звук зуммера, и ИПО загорелся даже не зеленым, а желтым. Желтый уровень тревоги! В этот момент военные переходили в режим полной боевой готовности, пилоты истребителей стремглав бежали к своим машинам, расчеты ракетных войск и ПВО занимали свои места согласно боевому расписанию, звуки сирены на авианосцах, крейсерах, эсминцах и подводных лодках сопровождались топотом множества ног по железным палубам. Правительства cпускались в бункеры, а люди с ядерными чемоданчиками бежали бок о бок с президентами. Для операторов "Ока Смотрящего" желтый уровень означал переход на режим одновременных вахт с полным погружением на неопределенный срок. До сих пор Розали делала это только на тренировках, но теперь, когда над планетой, по всей видимости, возникла реальная угроза, настала пора действовать и действовать быстро. Загнав испуганную маленькую девочку в самый темный угол своего сознания, офицер Хейл ринулась в оперативную комнату. Экраны мерцали с немыслимой скоростью, индикатор уровня альфа-волн горел на 70% от максимума. По нажатию кнопки рядом с операторскими пультами распахнулись ниши, в которых виднелись неприятного вида трубки. Призвав на помощь весь свой профессионализм, Розали стащила с неподвижного тела Эммета одежду и белье. Морщась, вытащила соответствующую панель, превращая операторское ложе в медицинскую кровать для лежачих больных, и натянула трубку мочеприемника на вялый член. Острая игла вошла в вену с первой попытки, подача глюкозы и медикаментов в кровь переведена на автоматику, датчик кислорода и давления надет на палец, кардиодатчики заняли положенные места. Все. Укрыв тело напарника одеялом с терморегуляцией, Розали поторопилась к собственному сиденью. Краем сознания она порадовалась, что это случилось не во время ее активации, и что эти действия не проделывает с ней Эмметт. Раньше она не задумывалась о таком возможном эпизоде совместной мужской и женской вахты. Потом, когда все кончится, им будет неудобно смотреть друг на друга… ЕСЛИ кончится, вдруг с неприятным холодком осознала она. Руки работали независимо от сознания. Сброшенная прямо на пол одежда, писк автоматики, трубки, датчики, игла в вену, сенсошлем. Все, клавиша нажата. Старт активации. Вход. Ощущение падения в бездну, заливающий сознание свет, в котором медленно проступают контуры виртуального пространства. Интенсивность информационных потоков в Сети измерялась терабитами в секунду. Внимание всех операторов по всей планете было сконцентрировано на одном. Том, что множество раз силились представить фантасты. На контакте с чем-то, что не укладывалось в земные представления о реальности. Непроницаемо черная, поглощающая все виды излучения, доступные человеку, огромная сфера идеальной формы вспухала в центре Тихого океана. Она была зафиксирована метеорологами, наблюдающими за, как им казалось, рождением необычного тайфуна. Центр сферы, уже получившей обозначение «Объект», находился приблизительно в полутора километрах над уровнем океана и за время наблюдений не перемещался. Скорость роста наблюдатели оценили в 5-6 м/с, и пугающая чуждая область пространства уже превышала шесть километров в диаметре, поглощая с одинаковым безучастием и воздух, и воду, и небольшой атолл. Военные корабли и подлодки мчались со всех сторон океана к Объекту, авиадиспетчеры уводили прочь все гражданские борта, сажая их на ближайшие аэродромы. Первое звено «фантомов» уже описывало круги вокруг сферы, объективы орбитальных спутников метались, повинуясь командам наблюдателей. Спешно сформированная команда ученых неслась на посадку в сверхзвуковой транспортник, теряя на бегу очки и домашние тапочки, подгоняемая военным патрулем в полном вооружении. Повинуясь приказу, один из истребителей прошел на бреющем полете над сферой. Потом снова, еще ниже. Когда Розали завершила активацию, Эммет как раз рассматривал покадрово запись третьего захода «фантома». Вот кончик изящного крыла новейшего истребителя шестого поколения, гордости человеческого гения, касается абсолютно черного страшного гигантского нарыва. Вот могучие двигатели несут матовое треугольное тело дальше, но безупречная геометрия самолета уже нарушена. Яркое солнце блеснуло на отполированном косом срезе тонких пластин, созданных из прочнейших и легчайших композитных сплавов. «Фантом» завалился на поврежденное крыло и беззвучно вошел в сферу целиком. Телеметрия с борта истребителя прервалась мгновенно. Пилот не успел сказать ничего. Перед Маккарти было открыто больше двадцати виртуальных окон. Не сразу заметив активированную Розали, Эммет молча, небрежным жестом перебросил половину из них напарнице и немедленно открыл еще несколько. В центре тщетно пытались блюсти видимость порядка, однако некоторые гражданские лица (многочисленные сенаторы, представители палат, наблюдатели от разнообразных комиссий) уже впадали в панику, требовали принять какие-то меры, угрожали и делали все, чтобы еще более усложнить ситуацию. Хотя официальные СМИ уже были взяты под контроль, в гражданском сегменте Сети взбивался вонючий коктейль из крох реальной информации, перемешанной со слухами и откровенными выдумками. Истерия размножалась как рак, обильно пуская метастазы в частных блогах и массово заражая социальные сети. Новостная лента обновлялась несколько раз в секунду реального времени. В мире, который стремительно сходил с ума, операторы, чьи беспомощные тела поддерживались медицинской аппаратурой, но чьи активированные разумы стремительно неслись в безбрежном информационном пространстве, оставались спокойны и рассудительны. Это было то, к чему их готовили. Они были нервной сетью созданного человечеством совершенного инструмента познания. В ситуации, когда весь накопленный на Земле опыт мог оказаться бессилен, операторы связывали воедино лучшие научные умы планет в надежде, что это окажется достаточным для правильных решений. Прибывшая научная группа частично развернула бурную деятельность на ближайшем к сфере атолле, частично погрузилась на самолет радиолокационной разведки. Объект продолжал расти, достигнув уже десяти миль в диаметре. Подошедшая подводная лодка рапортовала, что нижняя часть сферы поглощает грунт. Кольцо военных кораблей сужалось, все действия, предписанные уставами, доктринами, срочными приказами, указаниями, меморандумами выполнялись с максимальной четкостью и похвальной быстротой. Неизбежные случающиеся травмы, инциденты и вскрывающиеся халатности не превышали обоснованного теоретически процента. Но с каждым новым рапортом у тех, кто отдавал приказы, возникало чувство беспомощности. Время шло, но никакой новой информации не поступало. Объект не реагировал ни на лазеры, ни на жесткий рентген, ни на многочисленные попытки продемонстрировать готовность к контакту. Игнорируя геометрические фигуры, гармонические ряды, закодированные константы, передаваемые с помощью колебаний, гигантских экранов и лазерных шоу, черная сфера не замедляла свой рост и поглощала все на своем пути. Рождались и опровергались гипотезы, яйцеголовые, надувая щеки, говорили об инверсии пространства-времени, о сходстве с «черными дырами», о глюонах и кварках, о коллапсе межатомного пространства, но не могли дать ответа, что же будет дальше. Прошло несколько часов. Счетчик жертв, открытый пилотом «фантома», стал активно пополняться за счет гражданских лиц. Люди, узнавшие из блогов о наступлении апокалипсиса, штурмового десанта инопланетян, пришествии Антихриста и очередном конце света в результате тайного научного эксперимента, уже штурмовали супермаркеты и гибли в давке. Транспортные артерии мегаполисов встали в многомильных пробках - горожане пытались вырваться из каменных джунглей. Поступала информация о столкновениях с полицией, пытавшейся навести порядок, а также о пожарах и мародерах. В отдельных странах правительство уже отдало приказ на закрытие гражданского сегмента Сети, поэтому там люди паниковали просто потому, что оказались отрезаны от информационной пуповины, с которой не разлучались с момента появления на свет. В других странах правительственные киберотряды изо всех сил пытались взять ситуацию в Сети под контроль, но встречали активное противодействие мигом самоорганизовавшихся отрядов защитников свободы информации. В этой ситуации, проведя несколько экстренных заседаний на самых высших уровнях, правительства стран Ядерного блока приняли согласованное решение: использовать самое мощное оружие, доступное человечеству. Разумеется, эта мысль была вынесена на обсуждение сразу после того, как военные выяснили, что обычное оружие абсолютно бесполезно. Но политики выжидали до тех пор, пока ученые не проверят любые другие способы воздействия на Объект, и лишь затем, с положенной случаю важностью, президенты пяти стран разблокировали ядерный арсенал. Процесс с пафосом транслировался в Сети и в видеоканалах по всей планете. Естественно, что под прицелом камер были ненастоящие чемоданчики, к которым склонились двойники президентов, но все уже привыкли, что существует две версии реальности: та, что является правдой, и та, что правдой считается. С разных точек планеты стартовало пять ядерных ракет с тщательно рассчитанными интервалами стартов так, чтобы встретиться в одной точке одновременно. Человечество застыло, зависнув в Сети, прильнув к видеоокнам, на которых в прямом эфире транслировался их полет. Эммет повернулся в виртуальном пространстве, посмотрев на образ Розали. Перенапряженный мозг рождал розовые всполохи на краю сознания, и стоило Маккарти чуть расслабиться, как четкость виртуальной картинки размылась. Спустя почти минуту виртуального времени где-то там, снаружи, медицинская аппаратура, реагируя на снижение альфа-ритмов измученного человеческого сознания, впрыснула в вену очередную дозу стимулятора нейронов. Вновь обретя фокус, Эммет высветил окно личного чата для напарницы: «Маккарти: Как ты?» Розали поставила на паузу какой-то бесконечный инфо-ролик и тоже с явным усилием переключилась на чат: «Хейл: Справляюсь». «Маккарти: С момента твоего последнего отдыха-без-выхода прошло больше 5 виртчасов, отдохни». «Хейл: Я знаю регламент». «Хейл: Ты провел больше времени на посту. Отключайся сам». «Маккарти: Я…» Офицер подыскивал слова и не находил их. «Хейл: Не пытайся доказать свое мужское превосходство в виртуале. Здесь сила твоих мышц и наличие члена не важны». Эммет сверлил взглядом окно чата, пытаясь сформулировать возражение. Розали почувствовала легкую жалость к напарнику и постаралась смягчить свои слова: «Хейл: Эммет, пожалуйста, извини меня. Мы оба напряжены, но тебе досталось больше. Все равно никто из нас не сможет отключиться, зная, что он может пропустить самое фееричное зрелище на этой планете». «Маккарти: Да. Верно. Просто сейчас затишье и самое время… Но да, ты права. Ты веришь, что это поможет?» «Хейл: Верю. А Санта каждое Рождество спускается по камину и дарит всем подарки. Кстати, спасибо за шоколад. Я тронута твоим вниманием». Несмотря на всю трагичность ситуации, Эммет ощутил радость и гордость за себя. «Маккарти: Всегда пожалуйста. С Рождеством, Розали!» Офицер вывел в окно чата изображение украшенной светящейся гирляндой рождественской елки. «Хейл: С Рождеством, Эммет. Бум!» Розали изобразила схематичный фейерверк и тут же подумала, что ее шутка, пожалуй, отдает весьма черным юмором. Напарник отреагировал немедленно, подписав ее картинку строчкой с техническими данными: «Маккарти: Энерговыделение 140 +/- 5 Мт в тротиловом эквиваленте, высота взрыва 2000 +/- 25 м, эпицентр в точке с координатами…» «Хейл: Ловишь на лету, засранец», - высветилась следующая строчка в чате, сопровождаясь подмигивающим смайликом. «Маккарти: Сэр, да! Cэр!» - Эммет беззвучно и безостановочно хохотал, натянутые нервы разряжались в смехе. Розали осознала, что тоже истерично хихикает. «Хейл: Напарник… Держи себя в руках», - вывела девушка, стараясь успокоиться сама и впервые радуясь, что аватар оператора не передает эмоции. «Маккарти: Да. Я в норме». «Маккарти: Насколько это возможно», - чуть погодя честно добавил Эммет. «Хейл: Хорошо». Виртуальное время, казалось, замедлилось в несколько раз. Ракеты ползли к цели как улитки. Розали стала просматривать лог своих действий, формируя вахтенный отчет. Эммет занялся формированием ролика, посвященного панике среди гражданского населения в подконтрольном регионе. «Маккарти: Этой штуке даже не нужно взрываться самой. Еще немного, и человечество пожрет само себя в страхе», - вывел офицер, обработав очередной видеофрагмент. «Хейл: Это самое страшное. Нас пугает неведомое и непредсказуемое. Мы даже еще не знаем, зло ли оно, мы просто еще не поняли, что это и зачем возникло у нас. Но погибшие уже исчисляются сотнями». Постепенно все операторы останавливали работу и молча следили за сходящимися в одной точке траекториями ракет. Таймеры реального времени до взрыва медленно и мучительно отсчитывали десятые доли секунд, секунды и минуты. Медицинская аппаратура вводила в кровеносную систему распростертых на ложах обнаженных тел кардиоингибиторы, пытаясь успокоить бешено бьющиеся сердца. Надпочечники, доставшиеся от далеких предков, реагируя на угрожающую смертельную опасность, исправно и бесполезно вырабатывали адреналин, стремясь помочь первобытному человеку спастись, преодолеть прыжком пропасть, огреть дубиной саблезубого тигра. Кровавое противостояние выработанных миллионами лет механизмов реакций и достижений медицины убивало организмы операторов. Естественная эволюция никак не подготовила представителей вида гомо сапиенс к тому, что человек разумный когда-нибудь сможет потребовать от самого себя много больше того, что задумала природа. Наконец, заветный миг настал. Активированные операторы зафиксировали, как все пять ракет подлетели к оболочке сферы на заданное расстояние с точностью до двадцати пяти метров и с разновременностью в десятые доли секунды произвели подрыв. Пять вспухающих ядерных взрывов общей мощностью около 140 Мт в тротиловом эквиваленте заключили черную сферу в огненное ожерелье. И Объект отреагировал. Под давлением выделившейся энергии сфера вогнулась, а затем, что зафиксировали приборы, стала уменьшаться с видимой глазу скоростью, став из непроницаемо черной абсолютно зеркальной. Инфопространство вспыхнуло потоком эмоций, реакций, запросов и подтверждений. В головах людей была лишь одна мысль: «Неужели сработало?!» «Фиксируем отрицательный рост, скорость 10 (поправка: 9.5) м/с». «Поправка: 8 м/с, фиксируем замедление отрицательного роста». «Отрицательный рост прекращен». «Радиус сферы зафиксирован на отметке 17500 +/- 50м». «Поверхность сферы теперь отражает любое излучение». «После воздушного взрыва формируются цунами, предполагаемые зоны поражения…» «Ударная волна достигла Австралии и Азиатского побережья, приход ударной волны в страны Северной и Южной Америки ожидается в течение…» «В верхних слоях атмосферы формируются облака с продуктами ядерного взрыва, предполагаемая зона выпадения осадков…» «Объект сохраняет свои размеры, кольцо блокады сужается». «Приборы фиксируют ЭМ-излучение от объекта, параметры уточняются». «Объект начинает светиться, спектр излучения затрагивает видимый диапазон». «………………………………………………………………………» «Спутник наблюдения зафиксировал ядерные взрывы энергетических установок кораблей, входящих в кольцо блокады». «Подтверждение: корабли с ЯЭУ из кольца блокады (эсминец DDG 101 «Гридли», фрегат FFG 57 «Рейбен Джеймс», ПЛАРБ SSN 776 «Гаваи») уничтожены, во всех случаях причина – взрыв реактора». «Взрыв реактора на авианосце CVN68 «Нимиц» по неустановленной причине… Расстояние до Объекта 57 морских миль. Гипотеза: реакторы взрываются под воздействием поражающего фактора неизвестной природы, исходящего от Объекта». «Взрыв реактора на ракетном крейсере CG 73 «Порт-Ройал», расстояние до Объекта 125 морских миль». «Дополнение: скорость поражающего фактора оценивается в 150-200 м/с. Предположительно излучение неизвестной природы. Гипотеза: регистрируемое ЭМ-излучение является паразитным к неизвестному». «Зафиксирован ЯВ на АЭС Японии. Поправка: зафиксированы множественные взрывы на всех АЭС Азиатского побережья. Большое количество жертв среди гражданского населения». «Посты наблюдения в Австралии и Китае вышли из Сети. Предположительно уничтожены. Ядерные взрывы продолжаются, последовательность согласуется с гипотезой о равномерном распространении излучения неизвестной природы от Объекта». «Дополнение: излучение распространяется независимо от наличия на его пути воды/воздуха или скальных пород. Временных задержек относительно идеальной шарообразной модели не зафиксировано. Гипотеза: излучение неизвестной природы влияет на фундаментальные свойства радиоактивных металлов, меняя параметры критической массы. Гипотеза: все радиоактивные металлы на планете должны перейти в надкритическое состояние и взорваться». «Уничтожены спутники наблюдения над тихоокеанским бассейном. Все из числа новейших, имеющих ядерные энергетические установки». «Индийский пост вышел из Сети. Предположительно уничтожен». «Хейл: Эммет, прощай. Было приятно работать с тобой. Хотя ты и говнюк». «Маккарти: Что?» «Маккарти: Розали!» «Маккарти: Я тебя…» Мощный удар потряс «подводную лодку», внутри которой покоились тела Розали и Эммета. «Североамериканский пост вышел из Сети. Предположительно уничтожен». «Восточноевропейский пост вышел из Сети. Предположительно уничтожен». «Множественные взрывы АЭС в европейских странах». «Западноевропейский пост вышел из Сети. Предположительно уничтожен». «Южноамериканский пост вышел из Сети. Предположительно уничтожен». «Пост ЮАР: сейчас наша очередь, проща…»