Узники надежды

Внезапно Розали вздрогнула и ощутила, как какой-то предвечный ужас заставляет ее сжиматься в позе эмбриона. Тело девушки покрылось «гусиной кожей». Эммет, судорожно прижимая любимую к себе, рывком сел, слепо и безнадежно крутя головой. За стенами их подводной тюрьмы что-то происходило. Странные звуки, похожие то ли на шелест, то ли на шипение. Что-то легко сдвинуло многотонную массу «подводной лодки», приподнимая ее так, что Эммет и Розали слетели с дивана на пол. Послышался низкий гул, который быстро менял тональность, превращаясь в высокочастотный ультразвуковой писк, впивавшийся в мозг. В абсолютной темноте вдоль потолка и одной из стен вспыхнула ослепительная вертикальная линия, заставившая людей зажмуриться. А в следующее мгновение пространство как будто вывернулось наизнанку, и вырвавшийся вопль был мгновенно заглушен потоком соленой воды. Сознание померкло. Люди так и не успели понять, пришло ли спасение или же иная смерть, не та, к которой они готовились. *** - Эммет. Эмм… Ну, Эмм… очнись же… Дурак, идиот, очнись… Пожа-а-алуйста… Дыши, дыши же… Ну же… Ну же… - сбивчиво шептала Розали, старательно делая непрямой массаж сердца. Под ее руками мужчина наконец шевельнулся и скорчился, освобождаясь от жгуче-горькой морской воды. Повернулся на бок, продолжая трястись в судорогах, и девушка поспешила обнять Эммета со спины, прижавшись к нему обнаженным телом и делясь теплом. - Не пугай меня, - шептала Роуз. - Не оставляй… Я не смогу без тебя… Дрожь, сотрясавшая тело мужчины, понемногу стихала, Маккарти открыл мутные глаза и перевалился на живот, пытаясь встать на четвереньки. - Тихо ты, не торопись… Садись лучше, садись… Как же ты напугал меня… - Роуз? – прошептал Эммет. – Что… Где? Девушка откинула со лба влажные волосы и беспомощно пожала плечами: - Ничего не знаю… Не понимаю… Когда нас залило, я держала дыхание сколько могла, но потом все равно… Очнулась, едва огляделась… А ты… лежишь и не дышишь. Мужчина с ошарашенным видом крутил головой. Эммет и Розали, нагие, как Адам и Ева, находились посередине прозрачного цилиндра, диаметром в десяток ярдов. «Пол» покрывал белый морской песок с обломками ракушек. Стенки их нового обиталища, казалось, чуть колыхались, «потолок» возвышался на восемь-девять футов, и сам цилиндр явно находился на морском дне. Эммет поднялся на ноги, и стайка серебристых рыбешек вдали за стенкой рассыпалась от резкого движения, а затем снова собралась в строй. Полупрозрачный «потолок» светился, волнообразно меняя яркость и цвет от голубоватого до бледно-желтого. Мужчина подошел к стенке и коснулся ее, Розали неслышно следовала за ним. На ощупь больше всего было похоже, что обычная морская вода неожиданно сгустилась в шершавый упругий материал, сохранив прозрачность. Для пробы Эммет надавил на стенку, и та чуть прогнулась по форме мужской ладони. Но стоило мужчине убрать руку, как отпечаток стал быстро заплывать, и через десяток секунд от него не осталось и следа. Пройдя по периметру, Эммет обнял Розали. Та пристально вглядывалась в морскую глубь и казалась отрешенной от всего. - Да… неожиданный поворот, - с трудом разлепил запекшиеся от соли губы Маккарти. Роуз молча кивнула. - Кажется, наша трагическая гибель откладывается, - мужчина вновь пытался найти хоть что-то позитивное в событиях. - Да. Следующая смерть на повестке дня - от жажды. Истечь кровью было бы легче, - прошептала девушка. Эммет не нашелся, что ответить и лишь нахмурился, в свою очередь вглядываясь в мир за прозрачными стенками. Пить хотелось все сильнее, в горле все еще оставался горько-соленый вкус моря, но спустя пару часов мысли Эммета стала занимать другая насущная нужда. Отойдя к стенке за спиной Розали, мужчина стал руками копать песок. На глубине примерно фута он натолкнулся на ровную плотную поверхность, образующую дно их цилиндра. Девушка оглянулась на его действия и привстала, собираясь подойти к нему. Мужчина, немного покраснев, был вынужден попросить: - Роуз, пожалуйста, отвернись. Розали кивнула, понимающе улыбнувшись, и сделала несколько шагов, уперевшись в противоположную от Эммета стенку. Не успел тот закончить свои дела, как девушка предостерегающе подняла руку, а затем и окликнула, не поворачиваясь: - Эмм, у нас гости. Плавные движения гибких силуэтов, исполненные силы, выдавали в появившихся существах безжалостных морских хищников. Так охотятся косатки, так морские леопарды грациозно догоняют своих жертв. Но неестественно длинные передние конечности с многосуставчатыми пальцами не могли принадлежать ни одному из земных обитателей, так же как и сегментированные хвосты, помогавшие чужакам совершать сложные маневры в водном пространстве. Не останавливаясь, трое пришельцев в разных направлениях обплывали цилиндр, в центре которого, прижавшись спинами друг к другу, молча стояли обнаженные мужчина и женщина. Один из силуэтов исчез, два других о чем-то, казалось, заспорили, открывая пасти, усеянные ярко-белыми треугольными зубами. Роуз напрягала слух изо всех сил, но слышала лишь серии непонятных щелчков и что-то похожее на шелест. Видимо, часть звуковых колебаний, издаваемых пришельцами, лежала вне диапазона человеческого восприятия. Эммет, стряхнув оцепенение, нахлынувшее при виде чужих, попробовал завязать контакт, помахав руками. Однако существа снаружи не обращали на людей внимания, продолжая свои непонятные переговоры. Не сдаваясь, мужчина попробовал универсальными жестами показать голод и жажду. Изобразил пантомиму умирания, но так как ничто из этого не заинтересовало пришельцев, Эммет потряс кулаками и выругался. Молча наблюдавшая Розали решила попробовать другой метод. Она подошла к самой стенке и, находясь лишь в нескольких ярдах от внушавших ужас своим видом чужаков, широко развела руки, надеясь, что это жест дружелюбия, и защелкала языком. Одно из существ, замолчав, одним плавным движением оказалось прямо перед женщиной и стало пристально изучать ее лицо. Не переставая щелкать языком, Розали повторила пантомиму Эммета, имитируя процесс питья жидкости из ладоней. Повторив ее трижды, Розали сделала вид, что умирает, опустившись на песок и скрючившись в позе эмбриона. Внезапно она ощутила, как неведомая сила ставит ее на ноги и принудительно выпрямляет, поднимая ей руки. Тело девушки напряглось, распинаемое на невидимой дыбе, но она не могла произнести ни звука. Розали оставалось лишь беспомощно смотреть, как чужак, находясь по-прежнему вне стен их тюрьмы, одной конечностью как будто держит ее, а другой медленно водит вверх и вниз каким-то неизвестным предметом. Чужой контроль пропал так же неожиданно, как и появился, и девушка, не удержавшись на ногах, больно приземлилась задницей на морской песок, изобилующий острыми ракушечными обломками. Эммет торопливо подскочил к ней, помогая подняться и отряхнуться. - Ты как? – почему-то шепотом уточнил он. - Нормально, - немного зло ответила Роуз. - Похоже, это было что-то вроде медосмотра. - Меня тоже парализовало, - Маккарти, видимо, извинялся за то, что ничего не мог сделать, и Розали усилием воли подавила раздражение извечным мужским стремлением считать себя ответственным за все происходящее. Чужак распахнул пасть, полную острых зубов, и выдал серию раскатистых щелчков. Продолжая щелкать, он одним мощным движением хвоста развернулся и вскоре исчез из вида. Оставшийся пришелец проводил его взглядом, поворачивая голову почти на сто восемьдесят градусов, и в свою очередь приблизился к цилиндру, небрежно держа в одной из конечностей тускло-серый предмет. Длинные нечеловеческие пальцы другой конечности провели какую-то манипуляцию с неизвестным пультом, и в центре цилиндра возник серебристый струящийся столбик жидкости примерно с руку толщиной. Жидкость вытекала из потолка и так же таинственно исчезала в полу, не растекаясь и даже не смачивая песок рядом. Эммет первым коснулся столбика. Жидкость оказалась всего лишь водой. Прозрачной, прохладной и – он коснулся языком влажной ладони – пресной. Стоило подставить руку под столбик, и вода стекала с человеческой кожи обычным образом, капая, брызгая и оставляя следы на песке, теряя свои магические свойства. - Так, - повеселев, Эммет позвал Розали. – Кажется, у нас появился душ. И питьевая вода заодно. - Здорово, - откликнулась девушка. – Потереть тебе спинку? - А чужак посмотрит? Чужой за стенкой в самом деле пристально наблюдал за действиями людей. Убедившись, что те утолили жажду, чужак на время удалился, а затем вернулся с большой серебристой коробкой. Подплыв к самой стенке, пришелец каким-то неуловимым для человеческих глаз движением переместил коробку внутрь цилиндра. Внимательно следивший за его действиями Эммет не смог понять, как ящик прошел через стенку. Розали уже склонилась над распахнувшейся крышкой, без особого удивления прокомментировав: - Милый… Ты ведь ужасно соскучился по армейским рационам, правда? - Что… Наши рационы? О нет, только не это! - Да, они самые. Похоже, эти ребята покопались на нашем складе. Хотя… - Что такое? Розали доставала одну аккуратную упаковку с саморазогревающимся содержимым за другой и сравнивала маркировку на них. - Это не просто наши рационы. Это один наш рацион. - Как понять «один»? – Эммет взял коробочку, тоже рассматривая черные цифры. - А так. Это один из рационов. А остальные – его копии. В точности продублированные. Посмотри, на всех упаковках цифра «девять» в дате пропечатана не полностью. И складки рядом со штрих-кодом, вот здесь, одинаковы. - Круто… Значит, можно не волноваться, что корм у питомцев закончится. Как понадобится, сделают еще. - Питомцев? - Ну да… Ты разве не замечаешь аналогий с аквариумом? Это не контакт представителей двух цивилизаций. С нами не то что не общаются - нас даже не пытаются изучать. Мы слишком долго отсиживались взаперти, и теперь мы просто лишь еще два найденных сохранившихся экземпляра. - Да, - откликнулась Розали грустно. - Хорошо сохранившихся. *** Прошло около двух недель. Приблизительно каждые двенадцать часов потолок гас и снова загорался, имитируя смену дня и ночи, позволяя узникам вести календарь. Обладая лишь морским песком в качестве материала, люди сделали себе более удобное место для сна, полностью освободив упругую поверхность пола на участке, достаточном, чтобы с относительным комфортом улечься двоим. Насыпанный ими курганчик с плоской вершиной служил обеденным столом, а невысокий бархан, отгораживающий максимально удаленный от «жилой зоны» участок позволял хоть как-то имитировать уединение при известном интимном процессе. Раз в трое суток невидимое излучение уничтожало все остатки органики, оставляя «клетку» чистой. Во время этого процесса, к счастью очень недолгого, люди оказывались беспомощно прижатыми к стенке, будучи не в состоянии даже дышать, и покрытыми блестящей полупрозрачной пленкой. Чтобы не зачахнуть, Эммет и Розали возобновили физические упражнения «днем», а когда наступала «ночь», любили друг друга. Попытки установить контакт с существами за стенами камеры оставались безуспешными, но люди уже научились различать чужаков по окраске, размеру и рисунку пластин. Постоянное обслуживание их «клетки» проводило двое пришельцев, сменявших друг друга раз в трое суток, и один из них проявлял заметно больше интереса к поведению людей. Другие чужаки появлялись редко, часто просто проплывая мимо, но иногда останавливаясь и обмениваясь сериями щелчков между собой и со смотрителем. - Смотри, Джейкоб сегодня выглядит каким-то возбужденным, - Эммет тяжело дыша, восстанавливал силы после спарринга, лениво разглядывая чужака. По предложению Розали, люди давали имена всем пришельцам, которых научились различать. Второго смотрителя, менее общительного, Роуз окрестила Эдвардом, а периодически появляющийся чужак с явно начальственным поведением по отношению к персоналу получил имя Аро. Раскрасневшаяся Розали, вытряхивающая песок из гривы своих волос, подошла к стенке поближе. - Что-то готовится, - полуутвердительно произнесла она. Рядом с цилиндром возникла блестящая выпуклая платформа, и «Джейкоб» что-то делал с ее поверхностью. Неожиданно из морских глубин стали появляться новые силуэты чужаков: по одиночке, попарно, целыми группами. Вновь прибывшие, возбужденно щелкая, описывали круги, разглядывая поднявшихся на ноги и неосознанно прижавшихся друг к другу людей в центре цилиндра. Количество пришельцев вокруг возрастало, но при этом они не сталкивались, гибкие тела с легкостью маневрировали в трех измерениях. - У меня сейчас голова от них закружится, - буркнула Розали, сжимая руку Эммета. - Да. Похоже на открытие выставки. С нами в качестве экспоната. - А мне скорее напоминает цирк. Или Колизей. Сейчас к нам запустят льва и будут делать ставки, - в голосе девушки звучали злость и тщательно скрываемый страх. Мужчина вместо ответа привлек ее к себе, обнимая за плечи. Мельтешение чужаков стихало, они выстраивались полукругом, формируя вертикальную стену вокруг цилиндра и непонятной платформы. - Смотри, вон Аро, - Розали показала на появившуюся фигуру пришельца. Тот выплыл из морской глубины и уверенно опустился на дно рядом с «клеткой», оказываясь в центре внимания аудитории. - Сейчас речь толкнет, - прокомментировал Эммет. – Узрите, ученики мои, этих отвратительных воздуходышащих чудовищ. Аро действительно защелкал, поднимая в сторону людей конечность с каким-то артефактом. Розали вздрогнула, прижимаясь к любимому, а тот, силясь оставаться спокойным, помахал рукой жутким молчаливым зрителям. В воде над загадочной платформой возникло свечение, быстро сформировавшееся в трехмерные фигуры Эммета и Розали размером в десяток футов. Аро защелкал без остановок, жестикулируя артефактом, заставляя голограммы двигаться и вращаться. Огромные люди выпрямлялись, приседали, ложились и вставали. Движение длинных суставчатых пальцев Аро, и с виртуальных человеческих фигур исчезли волосы и кожа. Обнаженные мышцы и сухожилия сокращались при движениях. Розали невольно поежилась в объятиях Эммета: - Ты прав, они хорошо нас изучили. Тем временем мышцы на фигурах исчезли вслед за кожей, и рядом с цилиндром теперь двигались два скелета, мужской и женский. Кости стали полупрозрачными, в черепе ярко засветился мозг, и в виртуальных телах вспыхнула сеть нервных окончаний с пробегающими по ним искорками электрических импульсов. Аро непрерывно щелкал и шелестел, комментируя происходящее. - Это не цирк, - Эммет нарушил, наконец, молчание. - Это анатомический театр. И я очень рад, что у них есть технология голографических изображений. У скелетов тем временем появились легкие и кровеносная система. Сердце пульсировало, легкие расширялись и опадали, обогащая перекачиваемую кровь кислородом. Аро стал делать паузы, отвечая на вопросы отдельных зрителей и укрупняя при необходимости образы отдельных органов. Лекция шла своим чередом. - Боже, только не это, - Розали, краснея, закрыла глаза, не желая видеть иллюстрирующийся во всех подробностях на их гигантских двойниках процесс поглощения еды, пищеварения и дальнейшей работы выделительной системы организма. Изрядно смущенный Эммет усиленно разглядывал аудиторию, стараясь не коситься в сторону происходящего на голограмме. Но, как он смутно и опасался, публичной демонстрацией актов, обычно совершаемых людьми в уединении, лекция не ограничилась. Фигуры их двойников выпрямились, вновь обрели кожу и волосы, а затем лектор перешел к описанию процесса человеческого воспроизводства, начав с демонстрации внешних половых признаков. Розали, ощутив судорожно сжавшиеся пальцы Эммета, открыла глаза как раз к моменту, когда под управлением Аро человеческие двойники с энтузиазмом приступили к самому интересному. - Твою же ж мать, - прошипел красный как рак Маккарти, не отрывая оцепенелого взгляда от голограммы. Розали, сглотнув, изо всех сил старалась уговорить себя, что человеческая мораль, стыд и смущение канули в бездну вместе с десятью миллиардами людей. К ее некоторому облегчению, лектор ограничился лишь парой вариантов соития из тех, которые, как припомнила девушка, они с Эмметом успели попрактиковать за прошедшую пару недель в «клетке», наивно считая, что в темноте за ними никто не наблюдает. Мужчина тем временем исчез с голограммы, и на ней крупным планом возникла пульсирующая картина сугубо женских органов воспроизводства. Это походило на научно-популярные фильмы о зачатии и беременности, и Эммет внезапно покрылся холодным потом, впервые подробно наблюдая процесс развития яйцеклетки. Маккарти полностью позабыл про то, в какой ситуации они находятся, жадно рассматривая происходящее на голограмме. Виртуальная камера «отъехала» назад, снова демонстрируя обнаженную фигуру Розали во весь рост, и лишь пульсирующая точка в ее животе указывала на место, где развивается зародыш. Роуз судорожно всхлипнула, из ее глаз уже давно катились слезы. Эммет проглотил вставший в горле комок и тихо выдавил из себя: - Ты… знала? - Заткнись… пожалуйста… Ничего не говори, - прошептала в ответ девушка, едва удерживаясь от рыданий. Между тем на голограмме, в ставшем прозрачным набухавшем женском животе, крупным планом шевелился и крутился, увеличиваясь в размерах, человеческий зародыш. - Боже… Это девочка, - не смог удержаться от восклицания Эммет, различив пол ребенка. Розали застонала, закрыв лицо руками и падая на колени. Растерянный мужчина неуклюже присел рядом, пытаясь приобнять, но это было явно не лучшей идеей. Роуз выплеснула раздирающие ее в данный момент чувства метким, хорошо поставленным ударом в челюсть Эммета, свалив того на песок. Мужчина, удержавшись от комментария, лишь потер лицо, вставая в паре шагов от девушки. Лекция явно подходила к концу, на голограмме демонстрировались фигуры уже двух растущих детей, мальчика и девочки, а рядом стояли и стремительно старели, седея и покрываясь морщинами, Эммет и Розали. Маккарти, криво усмехаясь, одиноко поаплодировал проекции голографического семейства, а чужак по прозвищу Аро, не обращая внимания на поведение людей, отвечал на возбужденное щелканье аудитории. Когда представление закончилось, Эммет и Розали по мановению суставчатой конечности Аро оказались обездвижены на полу клетки. Яркая вспышка лишила людей сознания, а когда они вновь пришли в себя, то обнаружили, что место их заточения сменилось. Новая клетка обладала даже подобием человеческой мебели все из того же неизвестного прозрачного материала. Существенно более обширная камера имела форму параллелепипеда, на одной из стенок которого сменялись визуальные образы Северной Америки, демонстрирующие виды планеты до апокалипсиса. Скалистые горы сменялись зеленью лесов, а затем картинками урбанизированных пейзажей: от захолустного городка до безумия мегаполиса. Мимо другой стенки временами лениво скользили редкие хищные силуэты чужаков. И, как убедились Эммет и Роуз, они были не единственными выжившими сухопутными существами планеты. В таких же клетках, образующих бесчисленные ярусы, теряющиеся в голубоватой мгле океанской воды, содержались не только люди разных рас и возрастов, но и, очевидно, приравненные к ним обезьяны: шимпанзе, гориллы и бабуины, раскачивающиеся на подобиях лиан в имитации джунглей. *** Колонизация третьей планеты от Солнца прошла успешно, хозяевами покрывшего сушу Всемирного океана стали неведомые чужаки, явившиеся из глубин далекого космоса в канун Рождества две тысячи тридцать третьего года по человеческому летоисчислению. Конец