Кактус

Этой ночью Чуя спал на диване, разрешив Осаму лечь на кровати. Дазай долго не мог уснуть. Он всё думал, какие отношения теперь между им и его бывшым напарником. Но это не единственная причина бессонной ночи. Кровать Накахары насквозь пахла им. Даже после стирки, на постельном белье оставался нежный винный аромат. И этот запах не давал сосредоточиться Шатену. У Кареглазого сразу же всплывали воспоминания о вчерашней ночи. Дазай долго сдерживался, но даже его терпению настал конец. Осаму приложил руку к своей груди и медленно начал опускать её. Проведя по животу он приостановился возле паха. И неспешно достал из штанов член, тот был твёрже камня. Шатен коснулся розоватой головки, поглаживая её Кареглазый начал переходить на основную длину. Перед глазами появился образ раскрасневшегося лица Чуи, которое он видел ещё вчера. Дазай ускорился и вскоре кончил в свою руку. Ещё несколько секунд он прибывал в шоке. И по немногу начал понимать. Он только что дрочил на своего бывшего напарника. Осаму подумал: — Я только что дрочил на своего друга? Но нет Шатен уже не мог думать о нём, как об обычном друге. Он лежал и думал, нравится ли ему Чуя? И может ли ему вообще кто-то нравится? А если и да, что будет дальше? Может ли он доверять Накахаре? — ответов он не знал. У Кареглазого было множество вопросов, но ни одного ответа. Он не знал обсолютно ничего. Лежать и думать было бесполезно. Он решил признаться. После этого у Шатена должны были появятся ответы на некоторые вопросы, которые неутомно появлялись один за другим. Правда же? *** На следующее утро. Дазай проснулся ближе к обеду. Из кухни доносился приятный аромат еды. Чуя готовил поздний завтрак. Да, он тоже не мог заснуть. Но встал пораньше Осаму и начал готовить. Шатен сомневался стоит ли идти к Накахаре. Он всё ещё чувствовал вину за произощедшее. Но желудок не дал времени всё чательно обдумать. Дазай редко испытывал голод, что даже позабыл каково это. Чувство не из приятных, поэтому поспешил избавиться от него. Проследовав на кухню. Первым делом Осаму бросился в глаза Чуя в фартуке, а потом тосты с яичницей. Шатену было не по себе. Но голод взял верх над совестью. И тот проследовал к столу. На что в ответ услышал: — Я уж думал будить тебя. Кто же так долго спит? Прозвучало довольно едко, но в этой едкости были слышны нодки заботы. Дазай же молча сел за стол. Накахара подал ему тарелку и столовые приборы. И сам сел на против. Оба молча доели вкусно приготовленный завтрак. Дазай встал и подошёл к Чуе. Рыжеволосый удивлённо посмотрел на Шатена. Тот за всё утро и слова не промолвил, с чего бы это? Осаму собрался с мыслями и сказал: — Ты мне нравишься. Но я ещё сам не до конца уверен. Прошу подумай над этим. Я уйду на день и вернусь только вечером. Если ты не хочешь об этом говорить — притворитсь, что этого никогда и не было… До вечера. Дазай быстро собрался и ушёл, оставив Чую одного наедине со своими мыслями. Чуя был мягко говоря в шоке. Да, и у него были неодназначные чувства. Когда-нибудь всё равно нужно было что-то менять, но Рыжеволосый даже и подумать не мог, что это произойдёт так скоро. Накахара сидел в раздумьях, делать нечего — надо принимать решение. Оставить прежние отношения с Дазем, он не то что бы не мог, точнее говоря не хотел, этот исход событий его котигорически не устраивал. Чуя решил приготовить чай. Он всегда его пил, когда нужно было принимать серьёзные решения. Особенно травяной, это чай его успокаивал и помогал сосредоточиться. Чайник уже закипел, Накахара осторожно заливает ромашковый чай. И приступает к раздумьям. Конкретного плана у него не было, но это ему не помешало. После долгих размышлений, Чуя всё-таки принял решение. *** Тем временем Дазай гулял в парке. Он сильно волновался по поводу утреннего признания. Можно ли это назвать признанием? — Дазай сомневался. Но больше всего его беспокоил ответ Чуи. Самое страшное для Шатена был совсем не отказ. Точнее Осаму и ожидал отказ, вряд ли его бывший напарник начнёт какие-то серьёзные отношения с ним. Для Дазая самым страшным было не получить ответа вовсе. Осаму решил утопить свои размышления в алкоголе. Он пошёл в ближайший бар и просидел в нём до самого вечера. После чего Осаму посмотрел на часы. Было 22:39. Время довольно позднее, осознавать это Шатен ринулся в квартиру к Накахаре. Он готовился к худшему. *** И вот Дазай уже на пороге знакомой двери. Думает заходить или всё же не стоит? Минут через пять, Осаму решается открыть дверь. В прихожей темно и тихо. Шатена охватило волнение. Быстро разбувшись, Дазай пошёл на кухню. Там в полусне сидел Накахара. Кареглазый включил свет и Рыжеволосый быстро взбодрился. Осаму неуверенно стоял у двери кухни. И Чуя заговорил первым. — Ну что стоишь в проходе? Заходи, садись. Дазай молча прошёл и сел на стул напротив Накахары. Суде по реакции Рыжеволосого, он всё же ответит на признание Дазая. А как именно, для него это было не так важно. Чуя понял, Шатен не собирается говорить первым. Поэтому берёт инициативу в свои руки. — Я… Подумал над тем, что ты сказал утром. — И что же ты решил? — Дазаю было интересно, что же решил Рыжеволосый. — Я тоже не до конца уверен в своих чувствах… В воздухе повисло неловкое напряжение. В глазах Осаму читалось любопытство и немного некай взволновоности. — Я думаю — Робко произнёс Чуя. — Можно попробовать начать встречаться. Дазай испытывал смешные чувства. Он не ожидал, что Накахара скажет нечто подобное. Но и был несказанно рад этому. Было довольно поздно, поэтому после небольшой паузы они пошли спать. И вдруг из темноты доносится голос Осаму. — Чуя, мы же теперь встречаемся? Из кромешной тьмы в ответ он услышал: — Да, а что? — Тогда можно нам вместе поспать на одной кровати? Небольшая пауза и Осаму вновь прилетает ответ. — Если ты так сильно этого хочешь… То ладно. Дазай встал и перелёг в кровать, теперь, его парня. Осаму приобнял рядом лежащего Накахару. И Чуя уткнувшись носом в грудь Шатена, начал засыпать. — Чуя ты спишь? — Кареглазый задал вопрос, надеясь услышать «нет». — Ещё нет, что ты хотел. — Раз мы встречаемся, можно тебя поцеловать? — Если ты так сильно этого хочешь, то ладно. Накахара пиподнял голову и закрыл глаза. Дазай медленно приблизился и коснулся губ Рыжеволосого. Губы Чуи были мягкими, в отличии от искусаных губ Дазая. Шатен облизнул губы своего парня, а затем начал просовывать язык внутрь. Чуя был немного удивлённым, но ответил на поцелуй. С не громким чмоком поцелуй закончился. Оба были слегка смущены происходящим. Дазай вновь обнял парня и они уснули.