Полюби меня

За бетонными стенами корпуса оказывается очень даже просторно. Приятный глазу закат медленно сменялся на ночное покрывало, которое своей красотой лечила разбитые сердца и сломленные души. На улице было еще тепло, в ночь не обещается никаких гроз и низких температур. Природа была благосклонна по отношению к двум давним знакомым. В самый последний момент Гокуу вспоминает про чертежи и отправляет сканы всех бумаг на почту Томато. Смс от надзирателя не заставляет себя долго ждать. Кролик доволен, значит и лапка у него счастливая, поэтому рыжеволосый до утра имеет полную неприкосновенность к собственной персоне. И стоит ему завтра показаться где-то рано как Ичиджоу сразу заберет к себе в корпус. Еще и с остальными поссориться успеет, только бы никто не забрал надзирателя 5 корпуса к себе по работе. Вторым действием был звонок Шину. Самон жутко извинялся за непредвиденные дела, но к его счастью Саузандо был только рад этому, поскольку не придется лишний раз видится с Сугороку. Выдохнув, рыжеволосый улыбнулся. Работа на сегодня была выполнена, большую часть которой он сделал, пока летел на вертолете. Все тревоги сходили на нет рядом с родным человеком, поэтому младший попытался просто насладиться всем происходящим. Спокойным прогулочным шагом они добираются до круглосуточного магазинчика на территории тюрьмы. Покупают блок сигарет Uruma's, две упаковки светлого нефильтрованного, немного еды и отправляются домой, чтобы сбросить лишний груз, а затем доехать до стен.

***

Время только перевалило за полночь, а по бокам надзирателей стоят пустые банки из-под пива. Морской воздух нежно обволакивал легкие, а дым от сигарет забирал последние нотки усталости. Они вспоминали забавные моменты из их подростковой жизни — работа, учеба и просто совместное проживание. Абсолютно все, что только можно. Смех одно из лучших лекарств по борьбе со страхом и тревогой, но не единственное. Спасательный эликсир желтоватого цвета с небольшими пузырьками был как глоток свежего воздуха. Горьковатый вкус хмеля скорее отрезвлял, чем пьянил. А средний градус только помогал расслабиться и выкинуть лишнее из головы. Самон несколько раз вскользь упомянул, что Ханами выдастся в этом году непростым из-за некоторых личностей, но постарался это связать со своим рассказом о том, что мелкие хотят приехать на праздник. — И получается мне нужно будет за ними приглядеть, если тебе понадобится отлучиться? — Да. Буду очень благодарен, если подсобишь в этом деле. Эти мелкие липучки хвостом будут бегать за мной — усмехнувшись Гокуу делает новый глоток из банки, полностью ее опустошая. — Ясно. Что-то мне подсказывает, что Нейд сделал это специально — Что? Зачем ему намеренно мне врать? — Ну-у… Как бы сказать… Пока Сугороку подбирает слова, яблочно зеленые глаза с большим недоумением и любопытством следят за каждым изменением на лице со шрамом. Парень и правда не мог понять вероятного смысла такого поступка. — Он скучает, остальные тоже. Сам ты не навещаешь их, а если и делаешь то, как правило, с какой-то определенной целью. И в этом я их понимаю. Ему ничего не оставалось делать, кроме как соврать тебе, чтобы увидеться с тобой. Для него ты как сын. Нейд переживает, что здесь с тобой могло что-то случиться, ведь ты не звонишь, не пишешь, не приезжаешь. А малышня, причем любая, всегда в восторге от тебя. Ты единственный кто может настроиться на их волну и быть с ними на равных. Это их радует, поэтому всякий раз когда тебя нет они безумно тоскуют. Спасибо, что не воют. Хотя… Кто знает. Хаджиме делает глоток и закуривает новую сигарету, пока рыжеволосый тщательно обдумывает все слова своего друга. Ведь и не поспоришь с этой гориллой. Все что он сказал сущая правда, но работа… Будь она проклята! Самон вздрагивает, когда чужая рука коснулась его плеча. Парень поворачивает голову и видит сочувствующий взгляд в темно-красных глазах. Такое нужное тепло от прикосновения буквально спасает от негативных мыслей, не давая в них утонуть. — Ты не виноват, что у тебя так много работы. Но из-за нее ты порой не замечаешь тех кто любит тебя и находится рядом с тобой. Пошли, а то от ветра весь мусор разлетится. Старший подмигивает и пытается приободрить обезьянку. Младший в ответ только сдержанно улыбается и начинает собирать все пустые банки. Природу надо беречь, да и этим жестом они смогут ее отблагодарить за хорошие погодные условия.

***

На часах уже два ночи. На улице совсем темно, но вместе с этим и безумно красиво. Небо чистое и звезды видны как никогда четко. Две фигуры на крыше дома стоят рядом друг с другом, а вокруг них в воздухе витает табачный дым от сигарет. Он ведет себя как красная нить связывающая узы двух любящих людей навеки. Однако, у него есть небольшое отличие — весь этот смог не имеет в себе оттенки красного цвета. Дым густой, светло-серый, тяжелый, горький и местами противный, но именно это нравится им обоим. Внутри пробуждается платоническая любовь, которая под лишним выпитым градусом перерастает в противоположную ей. В скором времени разжигается огонь страсти, а влечение друг к другу только усиливается. Только сигареты сдерживают эти противоестественные позывы. Горький вкус, остающийся на губах, ненадолго отрезвляет, но этого недостаточно. Рациональное мышление берет отпуск на эти несколько часов, а воздух решает присоединиться к этой незабываемой поездке. Оба тушат бычок, который как град летит вниз на землю, быстро и незамедлительно. Надзиратели поворачиваются друг к другу лицом. Яблочно зеленые глаза с вожделением смотрят в, пропитанные желанием вкусить запретный плод, темно-красные. Крепкие и большие руки надзирателя 13 нежно прошлись по бокам напротив стоящего и задержавшись там слегка притянули к себе. Игра в гляделки не прекращается, парни чувствуют небывалую страсть и желание отдаться. Ладони младшего медленно продвигались с торса к груди. Оба прикрывают глаза, постепенно сокращая дистанцию между лицами. Они на пике внутреннего возбуждения, которое в любой момент способно перерасти в неудержимую похоть. А та в свою очередь быстро приведет в постель, где отдавшись животным инстинктам они разрушат все границы дозволенного между ними на данный момент. И вот как только желание слиться воедино соприкоснувшись устами достигло своего апогея. Самон рушит всю атмосферу, обходя лицо Хаджиме и начиная шептать ему на ухо. — Спасибо за все. Мне стало намного лучше — он убирает руки с груди, открывает глаза и вырывается из чужих рук. Сугороку в этот момент успевает приоткрыть рот и поднять голову наверх, размещая свои ладони на боках. Между ними повисла короткая, но весьма неловкая пауза. — Спокойной ночи! — мужчина напротив кисло улыбается и кивает головой. На лице сияет радостная улыбка, будто до этого не было никакой нарастающей похоти. Глазки хитро сверкают, а их обладатель, виляя бедрами, быстро удаляется. Гокуу конечно же не сильно собирался ложиться спать, но в глубине души надеялся, что второй надзиратель быстро придет, чтобы составить компанию. Однако, парень понимал, после такого вряд ли он прибежит, задорно виляя хвостиком. Старший готов поклясться на крови, что это был самый худший в его жизни облом на секс. Грусть и обида, приправленные недовольством накрывает с головой как беспощадное жадно поглощающее цунами, которое забирает всякую возможность дышать спокойно. — Сука! Звук металлической крышки зажигалки и новая сигарета не заставляют долго себя ждать. Мужчина делает первую затяжку, которая должна остановить весь ураган эмоций, бушующих внутри. — А ведь все так хорошо начиналось, твою мать. Ему ничего не остается, кроме как материть все недавно произошедшее, усмиряя дикое желание что-то сломать. В этому ему поможет новая открытая банка пива, которая в совместной работе с сигаретой, остудит его пыл. Хаджиме хватается за голову, понимая, что скорее всего всему виной чертовы внутренние демоны Самона, которые не дают ему переступить границы дозволенного. Однако, с другой стороны зачем ему так сопротивляться? Оба прекрасно знают и помнят, что между ними был секс и не один раз. Да, это был секс по дружбе, который удивительным образом не перерос в отношения, но почему именно сегодня надо было все испортить? Сугороку этого не понимал.