Полюби меня

Ранняя приятная прохлада с росой на траве, подобна недавно прошедшему мелкому дождю. Тишина тюремных коридоров, что напоминала тихие посиделки до утра с остывшим чаем в любимой кружке. Чувство свободы, легкости и умиротворенности, подаренные природой небольшого сада пятого корпуса и два спящих человека под деревом персика. Новые плоды уже ждут своего часа, чтобы вырасти на кроне и одарить сладостью и сочностью тех, кто захочет их сорвать и попробовать, а может и набрать целую корзину, чтобы угостить всех в округе. На удивление самому себе, Сугороку просыпается раньше вечерней звезды фестиваля. Улыбка сама появляется на лице, а на душе теплеет так, словно самые страшные снежные бури нипочем. Мужчина нежно двигает головой, поглаживая и бодая, подобно кошке, рыжие локоны, обладатель которых мирно дремлет на плече. Прошлой ночью они не заметили, как уснули в компании друг друга, настолько было хорошо и спокойно. В душе с виду грозного и бессердечного надзирателя вновь зарождается надежда, та самая надежда на светлое будущее в их отношениях. Хаджиме осознает, что на любое действие или ласковое слово с подтекстом неравнодушия к нему, как человеку. И эти слова будут значить не дружескую или братскую любовь, а нечто гораздо большее. Возможно это всего лишь мечты, но разве плохо о таком мечтать? Больше всего радовал тот факт, что младший никуда не ушел, а остался и продолжал спать. Это конечно могла быть просто усталость после всего случившегося накануне, но могло быть и внутреннее желание как можно дольше побыть рядом с кем-то, только бы не просыпаться в одиночестве. За всеми этими раздумьями надзиратель 13 корпуса упустил момент, когда проснулся Гокуу. — Доброе утро, — тихо промямлил только проснувшийся хранитель сада. — Да, доброе утро. Как спалось? — в голосе не было никакой серьезности или грубости, что для многих обитателей Нанбы было бы непривычно слышать. Лишь в кругу семьи Сугороку мог позволить себе такое. — М… — невнятное мычание вперемешку с потягиваниями, — Очень хорошо, а тебе? — не открывая глаз, парень трется макушкой о грудь и за это получает дополнительную порцию дофамина в виде поглаживания по голове. — Прекрасно, — тихо и с небольшой задержкой следует ответ. Обоим хотелось подольше насладиться присутствием друг друга и этим тихим утром, пока юные искатели приключений под командованием Маркуса не нашли их и не начали нарушать такую идиллию умиротворения. — Я рад этому. Безо всяких на то причин Самон берет ладонь Сугороку, грубость кожи от постоянного трения о материал перчаток, которые он носит большую часть времени на работе. И после недолгого поглаживания по тыльной стороне ладони, он начинает делать легкий массаж. При первом прикосновении надзиратель слега вздрогнул, но не одернул руку, хотя и несколько напрягся от такого неожиданного действия. И как бы он не хотел сохранить какое-то самообладание, однако, сердце в груди радостно затрепетало. От переизбытка положительных эмоций, глаза стали разглядывать все в округе, а улыбка - стала еще шире. По правилам жизни такой момент должен был оборваться еще в самом начале, но кажется им выпала большая честь просидеть в таком состоянии десять минут, прежде чем их нашли дети. Надзиратели к этому времени успели встать и даже начать разминаться. — Вот вы где! — радостно выкрикнул Маркус, определенно радуясь такой находке. А вслед за ним бежали еще более радостные Юми и Юни. — Ура! Мы наконец-то нашли тебя! — запрыгивая и чуть ли не падая вместе с Гокуу, выкрикнули близнецы. Хаджиме помог придержать падающего друга и пустить легкий смешок при виде такой картины — дети буквально повисли на нем, и не переставая говорили о своих впечатлениях от фестиваля, особенно, после выступления их старшего. Сложно было не заметить, что мужчина был просто счастлив, находиться здесь и сейчас, тихо наблюдая за всем.

***

Вернувшись большой компанией в кабинет Гокуу, надзиратели переоделись в рабочие костюмы. В частности рыжеволосому необходимо было заглянуть как можно раньше в кабинет Момоко, чтобы получить разрешение на сопровождение троицы во время всего обратного пути домой. Первое такое разрешение на сопровождение было у него на руках благодаря Нейдчеру, мужчина решил сам связаться с Хякушики, чтобы Самону не приходилось тратить на это время. — Сугороку, отведешь их ко мне домой, чтобы они переоделись и собрали свои вещи? — Конечно. — Спасибо. Скоро вернусь. Постарайтесь собрать к этому времени, — обращаясь уже к ребятам, Гокуу открывает дверь и сразу же исчезает. — Нам тоже пора идти — положив руку на плечо Маркуса, Хаджиме намекает, что лишняя задержка только заставит нервничать их сопровождающего. — Да, конечно. Юми, Юни, вы уже все собрали, что оставили здесь? -Да — хором отвечают близнецы. — Отлично. Идем — с этими словами пропустив детей, Сугороку закрывать дверь и запирает ее на ключ. Этот запасной ключ у него уже давно, несколько лет кажется. Еще такая же копия была у Хитоши, который помимо своего брата, приходит навестить и надзирателя пятого. Нередко ему приходилось ждать его в кабинете, парнишка умел выбирать часы посещения, когда того не было в корпусе. Сначала младший Сугороку ждал его возле двери с Инори, но после раза пятого, Самон дал ему копию ключа, чтобы он с куда большим комфортом ждал его, а Хоккай - работал (тому лишь бы скачки смотреть или ничего не делать). — А вы давно знакомы с Самоном? — этот неожиданный вопрос от Юни буквально застал старшего врасплох. — «Кажется, в тишине идти не получится» — думает про себя надзиратель и устало выдыхает. — Да, очень давно знаком. — Поэтому у вас есть ключ от его кабинета? — вмешиваясь в разговор, задает следующий вопрос Юми. — Да. — А как давно вы с ним работаете? — Столько же, сколько и знаком, — уже более сердито, но так же быстро отвечает мужчина. Наставления рыжеволосого все-таки пригодились, чем быстрее ты отвечаешь, тем меньше им хочется лезть. Близнецы на какое-то время замолчали, будто не зная, что спросить или правильно отреагировать на такое раздражение в голосе. В прошлом, из-за своей любопытности, они не раз сталкивались с разгневанными людьми, некоторые из которых даже хотели их побить, только бы те перестали болтать и бесконечно расспрашивать. Такой способ заговаривания людей Юми и Юни применяли, чтобы забрать у человека все ценные вещи, деньги. За это и были посажены, когда они решили подобным образом ограбить полицейского, роковой ошибкой было пренебрежение возрастом. Ребята побывали в разных тюрьмах, переводили их из-за подстрекания и бунтарства. Во всей суете, где охранники пытаются успокоить заключенных, они успевали прихватить у них разные понравившиеся им вещи. В последствии таких умышленных дел, близнецы добрались переводами и до Нанбы, где уже там познакомились с Гокуу. Тюрьма только начинала набирать свою силу, работников, зеков, надзирателей. Попали Юми и Юни не в самые лучшие времена для этого места, но самые лучшие в своей жизни. Заместитель надзирателя пятого корпуса решил дать им второй шанс, а вместе с ним и новую семью. — А у вас есть семья? — внезапно решил поинтересоваться Юми. — Да, может быть, жена или ребенок? — Маркус решил поддержать вопрос младшего. — Нет, — после большой паузы тихо отвечает Хаджиме. Повисло напряженное молчание, троица не знала, как на такое реагировать. Им даже стало, как-то жаль его, ведь у любимого надзирателя 5 корпуса тоже никого не было. Нейдчер ворчал пару раз о том, что тому пора бы найти кого-то, иначе тот просто скопытится от постоянной работы. И вдруг, всем троим, в голову пришла одна мысль, может быть им попробовать свести этих двоих? У них обоих никого нет, так, может быть, им стоит начать дружить или жить вместе, чтобы было проще вести домашнее хозяйство? — А вам нравится Самон? Смельчаком вновь становится Юми, только никто не ожидал такой странной реакции. Сугороку, не успев, вставить ключ в замочную скважину, роняет связку ключей и хлопает глазами. Мужчина даже не знает что отвечать, от этого вопроса у него сжалось не только сердце, все тело напряглось, после этого мозг запускает процесс по выбросу адреналина в кровь. Хочется бежать, но куда? Да и зачем… — Он хороший коллега по работе, он мне нравится, — несвязно и, подбирая ключи, все же отвечает. — Прости, стоило по конкретнее спросить. Круто, что ты считаешь его хорошим коллегой по работе, — сразу же говорит Юми, чувствуя большую неловкость. — Да, это здорово. — Ага, ага, а то мы слышали, что он не очень хорошо ладит со многими тут. Здорово, что у него есть тот, кто может его прикрыть. — Или защитить, — говорит Маркус, перебивая Юни. Хаджиме остается только шумно выдохнуть и открыть дверь, чтобы ребята успели все собрать и переодеться. Застряв в своих мыслях, он не замечает ничего — как сел на диван, как весь сгорбился и нахмурился, даже Гокуу, который уже минуту машет рукой у него перед глазами. — Эй! Да что с тобой? — уже дергая за плечо, рыжеволосый пытается привести в чувства друга. — Ты уже пришел… — задумчиво и негромко говорит сидящий, пытаясь прийти в себя. — Давно как. Сколько он так сидел? — Не знаю, мы только мимо пробегали и собирали шмотки, — констатирует факт Маркус. — Ясно, — потирая брови, Гокуу обдумывает слова несколько секунд, прежде, чем сказать что-то еще. — Все собрали? Скоро вылет. Хочу предупредить заранее, что если вы достали его так, что он не сможет сегодня нормально работать, то каждому влетит. Все понятно? — Да, — хором отвечают трое и спускаются по лестнице с сумками. — Отлично. На выход. Пропустив всех на улицу, Самон подходит к сидящему в астрале и говорит ему на ухо. — Тебе поставили ночную смену на завтра, но если тебе охота ловить духов в моем доме, то у тебя осталось примерно… — смотря на часы, называет время, — 40 минут. Удачи, не думаю что их тут много, но ты можешь попытаться, — хлопает по левой руке надзирателя 13 корпуса — не знаю, чего они тебе там наговорили, но не бери в голову. Момоко дала мне два дня выходных с выходом в ночную смену с тобой в один день. К обеду вернусь, – рыжеволосый поднимается и собирается уходить. — Хорошего полета, — решает сказать Хаджиме вслед уходящему. — Спасибо. Теплая улыбка в конце и перед уходом греет душу, но не помогает прийти в себя. Надзирателя все еще беспокоит его реакция на вопрос. Он ведь мог с легкостью соврать или дать не совсем точный ответ, но почему же тогда возникло ощущение, будто от правильного ответа зависит его жизнь. Посидев минут 20 и не найдя ответа, мужчина встает с дивана и покидает дом, скоро начнется рабочий день. Может быть, у хозяина этого места и был сегодня выходной, но на дневном собрании тот должен был присутствовать, чтобы быть в курсе всех дел на неделю — в основном это отчеты, но иногда могут быть и внеплановые командировки.

***

Во время всего полета, троица не переставала задавать разные вопросы о финале вчерашнего вечера - как работает костюм, как давно Самон в нем выступает и не только... И как, ни странно, но надзиратель совершенно спокоен и даже несколько рад такому общению со всеми. Два часа пролетели незаметно, как и любая поездка за разговорами. Самон успел показать ребятам всплывшую стаю дельфинов и рассказать парочку легенд об океанах и морях. Маркус, Юми и Юни не смогли удержаться и не могли не попросить прилететь на новый год. У каждого были свои причины, по которым они хотели видеть его на этом празднике, но все сходились в одном - провести как можно больше времени с человеком, давшим им семью и надежду на будущее. — Прилетели, — доносится с кабины пилота, и все дружно выходят из вертолета, где их встречают Нейдчер и Фердинанд. — Мы дома! Ура! — кричали близнецы и наперегонки бежали к красному пикапу с потертой краской. — Спасибо тебе. Приятный на слух баритон, большая теплая ладонь на плече и добрые темно-зеленые глаза, смотрящие в яблочно зеленые напротив. Не столько слова, сколько само выражение лица Нейдчера выражало благодарность. В ответ Гокуу только кивает и улыбается, принимая такую искренность. — Пойдем, у меня есть парочка хороших новостей для тебя, — положив руку на плечо надзирателя тюрьмы, мужчина отводит того в сторону. Отойдя недалеко от вертолета, ближе к небольшому леску, они стоят возле деревьев. Грили по-прежнему не убирает свою руку и старается как можно тише сообщить некоторые новости о мальчишке. В то время как остальные складывают свои вещи в багажник пикапа и болтают о прошедшем фестивале. — У меня есть хорошие для тебя новости на счет Хару. — Слушаю, — стараясь так же тихо говорить, рыжеволосый напрягается, чтобы не упустить ни одного слова. — Как я уже говорил тебе в прошлый раз, у парня проблемы с оплатой больничных счетов матери, вот только, выплачивает их он уже после ее смерти. – Что? — Дай договорить. Так вот, за подработки в городе получает копейки, возраст не позволяет устроиться на полный рабочий день, но, с горем пополам, Хару выкручивается. Нашел его вчера в саду, решил поговорить. Сказал ему, что если устроится жить и работать к нам, то получать будет больше, чем на всех своих подработках. — Согласился? — Не уверен, но думаю, он хочет лично с тобой об этом поговорить. Раньше-то, он прибегал просто так все чинить. Сам помнишь. — Помню, как в первый день встречи испугался так, что аж ударился лбом о передний бампер и спрятался под пикапом. — Да, было дело. Ты еще тогда предлагал его официально трудоустроить. — Но он отказался. — И вот почему. Отец бывший зек и сказал, что не желает, чтобы его сын работал на какого-то надзирателя с неизвестной тюрьмы. — Серьезно? Только поэтому? — Да. Отец у него суровый мужик. — Бил? – Ну, так, это, замахивался больше. — Ясно. — Сейчас его снова посадили. На этот раз думаю, парнишка согласится принять твое предложение. — Отлично. В кустах послышался небольшой шелест, откуда стала показываться фигура человека — Хару. Грязный, в черном плаще лет 14 парнишка, кряхтел и отряхивался, словно до этого за ним была устроена погоня, и только сейчас ему удалось оторваться собственных преследователей. Уставший и потрепанный, как уличный пес, от неожиданных и наблюдавших за ним гостей, тот присел, ожидая чего-то. Нейд убирает свою руку с дружеского плеча и позволяет пройти вглубь небольшого леса. Второй рукой показывает Хару, что беспокоиться не о чем, Гокуу хочет только поговорить с ним. Уже стоя рядом с мальчишкой, Самон видит небольшую боевую стойку, как из фильма, что-то здесь было явно не так и велика вероятность, что он сам искал его. — Послушай, времени у меня осталось мало, но предложу тоже, что и в прошлый раз. Предлагаю тебе работу здесь, на меня, на этой ферме. Я видел как ты работаешь с техникой и насколько хорошо можешь ее отремонтировать, возможно, даже улучшить ее. Работая здесь, будешь работать официально, и получать гораздо больше, чем на своих подработках, если надо, подделаю бумаги и устрою тебе хоть полный рабочий день. Выбор за тобой. Мужчина протягивает визитку с номером телефона на ней, которую Хару тут же выхватывает и съеживается еще сильнее. — Как решишь, позвони. Получив кивок, ему остается только наблюдать, как парнишка тут же убегает с выхваченной визиткой в руках, ни говоря ни слова. Ничего не остается кроме как вернуться к остальным, попрощаться и сесть в вертолет. — Ты уже улетаешь? — с грустью в голосе, Юми надеется, что он передумает. — Уже пора. Дела никто не отменял, а отчеты сами себя не напишут. Постараюсь разузнать, будет ли свободный денечек, чтобы прилететь к вам и отметить новый год. — Обещаешь? Все разом с удивлением посмотрели на Маркуса, он не из тех, кто легко способен показать привязанность к кому-то, даже наедине. Серьезный настрой, волнение в глазах, затаенное дыхание, еще немного подождать - и отрицательный ответ заставит его рыдать. — Обещаю, — с уверенностью в голосе, Гокуу дает обещание, что найдет свободный день для него и всех них. — С нетерпением ждем тебя, ворчун. — Как всегда в своем репертуаре, Нейд. Надзиратель подходит ближе к Маркусу и проводит пальцем под носом. — Только нюни не распускай. — Я не… Еще слово и по загорелому личику потекут слезы, поэтому Самон решается обнять его. Парнишка от волнения, радости и грусти, мертвой хваткой обнимает его в ответ и дает небольшую волю слезам. Не менее чувственный Фердинанд, при виде такой картины не удерживается и тоже обнимает этих двоих, а к этой кучке присоединяются и все остальные, чтобы не только успокоить одного человека, но и попрощаться таким образом с другим. — Ребят, все. Вы скоро меня так задушите, — хриплым голосом, уезжающий просит освободить его из этих обжимательных тисков. Все тут же расходятся, позволяя вздохнуть полной грудью. Любимец этой семьи машет на прощание рукой и садится в вертолет, еще пару часов полета - и он уже будет в Нанбе. Нейдчер приобнимает заплаканного Маркуса, Фердинанд машет рукой с серьезным лицом, а Юми и Юни машут обеими руками и выкрикивают напутствия на спокойное возвращение. Так бы и остаться ненадолго с ними, но время поджимает, и все же, полный надежды и хорошего настроения, младший Гокуу возвращается в тюрьму.