Полюби меня

На часах было 17:01, Гокуу, одетый в свой самый любимый костюм для деловых встреч — черные брюки-карго, облегающая того же цвета футболка с короткими рукавами и маской на лице. Весь этот маскарад был подготовлен с одной целью — проследить, чтобы сделка прошла как по маслу, хотя все равно ему придется дополнительно играть роль телохранителя, но это уже остается как всегда за кулисами этого большого театра. Человек, чью сторону представлял парень, раздражал, являлся мерзкой и невыносимой персоной, оказался еще и абсолютно не пунктуальной сволочью. Пряди, что до этого висели по бокам и слегка обрамляли лицо, были собраны сзади в небольшой хвостик и для подстраховки, пигментным мелком рыжего цвета, закрашены зеленые концы волос. В таких переговорах важно, чтобы как можно меньше людей знали его личность. Татуировки на теле он спрятал под поддельной кожей, звучит мерзко, но выбора нет, а красную обводку глаз очень профессионально спрятал под новым макияжем — немного закрасил яркий красный цвет и поверх этого нанес зеленую подводку для глаз, а уголки рта были просто закрашены. За спиной красовался среднего размера меч, а на поясе имелись небольшие ножны для ножа, а по карманам были распиханы пистолеты, конечно дело не обошлось без излюбленных стальных карт, которые могли порезать собой не только бумагу, но и чье-то горло. «Еще пять секунд и я его больше не жду» — думает про себя Самон – и ровно спустя этот промежуток времени появляется Лейн. Мужчина, словно заранее погадал на кофейной гуще, чтобы знать когда стоит появиться. Несмотря на это, они молча поприветствовали друг друга, и парень передает бумаги. — Все, как и положено. Никаких подвохов нет, сами настроены серьезно и рассчитывают, что вы их не подведете. Парни они серьезные, так что, давайте без шуток, и будьте начеку. У меня дел еще выше крыши, поэтому особо марать руки не желаю — Ясно. В таком случае, постараюсь не спровоцировать кого-то на кровавую драку. Минуты через две они подойдут — для точности и спокойствия своего сопровождающего он взглянул на часы. — Отлично. Встретимся здесь, потом пойдем на территорию бара — надзиратель стал приглядываться к темному коридору, надеясь, что инвесторы придут раньше времени. — Твой любимый? — Это поможет как-то во время сделки? — пронзительный взгляд темно-зеленых глаз, благодаря специально подобранным линзам, чтобы радужка стала темнее, так и говорил, что данный вопрос был несколько не к месту. — Определенно — с расслабленной улыбкой ответил Лейн, словно говоря "я здесь победитель, смирись с этим." — Да — ответил Гокуу младший и перевел взгляд обратно на коридор, где в скором времени появились фигуры двоих мужчин в деловых костюмах. Кажется они были похожи на тех персонажей, о которых очень часто забывают зрители, ведь появляются всего на несколько минут, а потом их даже не считают нужным показать вновь. Есть небольшая разница в росте, цвете волос и даже костюмах, но все это было фасадом, на который особо не обращаешь внимания, пока герои оперы не сменят обстановку и положение дел не примет другой оборот. Внутри ты ждешь какой-то неожиданной битвы, как в боевике, — неожиданное и подстроенное нападение на одного из участников переговоров и люди, которые так хитроумно выдали себя за других, держа в руках Heckler & Koch G36, расстреливали все живое без всякой пощады. Они скорее забавлялись этим и упивались собственной непревзойденностью, а может быть и гениальностью. Этого нельзя было сказать наверняка, но где-то внутри Самон чувствовал, что так оно и должно произойти. В глубине души ему даже хотелось именно этого, чтобы выпустить эту ярость и злость, спустить это напряжение вместе с пусковым крючком, наблюдая как в ту же секунду тела людей пронзают пули и все телесные жидкости выходят наружу. Не самая приятная картина для многих, но за столько лет, она будто стала колыбелью для души рыжеволосого мальчишки. Ведь все понятно, все очевидно, все так… предсказуемо. Не в этом ли счастье, когда ты знаешь что будет наперед? Ответ и да, и нет. Такая жизнь может сильно наскучить, а так же, мешать сосуществовать с другими, ведь неосознанно, но ты делаешь все, чтобы случилось именно так. С другой стороны ты начинаешь чувствовать себя в безопасности, когда знаешь последующую цепь событий, пусть не всех, но, все же, это лучше, чем абсолютно полная неизвестность. — Добрый вечер, господин Лейн — Добрый вечер Пока главные шишки приветствовали друг друга поклонами, остальные пешки кивком. После нескольких небольших любезностей в стиле " будем рады работать с вами " и " приятно вас видеть ", все дружной толпой отправились на нижний этаж 5-го корпуса — бар. Само по себе помещение не отличалось особенными вещами — камнями, золотом, стилем или набором напитков. Но все же атмосфера в нем была не такая, как во многих барах — спокойная, расслабляющая, богатая даже в некотором роде, словно это было триумфальное место победителей всех миров и народов. Черные тона мебели вперемешку с желто оранжевыми цветами на стенах напоминали некую картину заката. Незамысловатые люстры, большая барная стойка, кресла, диваны, даже имелись кофейные столики - и те были черного цвета. — Неплохое место — отозвался самый высокий американец с пшеничными прилизанными волосами. — Соглашусь с тобой — ответил второй, словно младший брат, который старается всячески подражать старшему. — Замечательно, тогда нам стоит как можно скорее ко всему приступить — Конечно же, не стоит тянуть время — проговорил блондин и уселся в кресло спиной к запасному выходу, а лицом - к большой барной стойке. Как только Лейн и брюнет уселись на свои места, охранники, словно следуя написанной программе для компьютера, встали позади своих начальников. И в тот момент Гокуу попался на глаза с виду тощий мальчишка, наверняка он был молод, но больно щупловат для такой работы. " Каждому свое " — думает про себя рыжеволосый, но продолжает следить за ним. Начались мучительно долгие переговоры, но так казалось только одному человеку. Пока трое бурно обсуждали детали и общую картину, надзиратель все больше испытывал внутренне беспокойство, словно что-то вот-вот произойдет. А тот самый щуплый малец с каждой секундой все больше казался предателем. Самон без конца отбрасывал эту мысль и игнорировал свое непревзойдённое чутье, длилось это до тех пор, пока не случилось убийство, точнее лишь покушение. Седоволосый мальчишка обошел диван и остановился в шаге от человека высокого чина, достал пистолет и только успел навести дуло на Лейна, как его кровь забрызгала стол и остальных, а мертвая туша с характерным стуком, упала на стеклянный кофейный столик, на который чуть было не разложили все бумаги. К этому моменту временный телохранитель-надзиратель аккуратно протер свое холодное оружие от крови и убрал его обратно в ножны. Следом приказал убрать тело и привести все в порядок. — Я же тебе говорил проверять людей лучше — воскликнул брюнет. — Это была твоя забота — огрызнулся блондин, что сразу же замолчал и не стал далее вести спор: Лейн смотрел на них не очень ободряющим взглядом и рявкнул, чтобы оба замолчали. — Кто бы не был виноват, мне это не интересно, меня интересует только заключение договора, который поможет развивать мой бизнес. В любом случае, я верю, что никто из вас не желает мне смерти, будь это так, птичка бы мне все напела — хитро улыбнувшись, он слабо намекнул на рядом стоящего надзирателя, что решил пропустить слова мимо ушей и занял прежнюю позицию — по левую сторону сзади кресла. — Да, вот бумаги и, думаю, на этом мы можем закончить — ответил блондин и протянул необходимый пакет документов. Как только все было подписано, они пожали друг другу руки и Гокку сопроводил их на выход из бара, там его люди помогли инвесторам по тихому выйти, а так же привести себя в порядок после небольшого инцидента.

***

Уже будучи в тихой гардеробной, Самон нехотя снимал с себя всю одежду и готовился к одной из торжественных и важных частей этого дня — вечер историй кицуне. С некоторой грустью он снял с себя меч в ножнах и с большим вздохом и задумчивыми глазами смотрел на это все. — Так неохота расставаться с ним? — решил прервать тишину мужчина средних лет. — Не твое дело — Гокку хотел было ещё что-то сказать, но решил, что это будет лишним и продолжил переодеваться и в очередной раз менять свой образ. — Так расстроен, что все прошло гладко? Парень сначала несколько помедлил с ответом, но все же тихо ответил "нет", сдирая с рук искусственную кожу, которая тут же улетела в мусорное ведро. — Моя настоящая фамилия — Фишер… Взял фамилию жены… На секунду Самон застыл, словно оценивая и обдумывая все слова. Едва ощутимо, ему душевно стало легче, словно парню дали надежду на доверие и хорошие взаимоотношения, тот час как у лучших друзей. — И к чему это? — не поворачиваясь лицом, спросил Гокуу. — Подумал тебе стоит знать с кем ты на самом деле работаешь, да и разве у нас с тобой настолько плохие отношения, что я не могу сказать что-то настолько откровенное? — Нет… Будь надзиратель волком взвыл бы давным-давно. " Ну зачем? Ну зачем ты это сказал? " — все крутилось в голове, пока яблочно зелёные глаза полные печали, сверлили взглядом небольшой туалетный столик. Он же привяжется так, надзиратель это знал, точнее уже привязался, просто отрицал этот факт. Признаться честно, Гокуу младший был благодарен ему, что помог тогда немного замять дело с убийством, которое совершил его брат. Да и в целом Фишер не раз выручал его, как когда-то делал его отец. Боль утраты такого близкого человека до сих пор оставалась глубоким шрамом на душе. Что бы Самон не говорил про него, но отрицать любви к такого суровому человеку просто не мог. Ему было всего пятнадцать лет, когда в адских муках умер Хихи Гокуу, но больше всего его восхищало абсолютное спокойствие на лице старика. — В таком случае я воспользуюсь твоими людьми, чтобы они помогли мне и принесли сменную одежду – и пойду на фестиваль. Не разочаруй меня — Как скажете — все так же стоя спиной, ответил рыжеволосый и продолжил подготовку. Дверь тихо закрылась, он обессиленно присел на пол и закрыл ладонями лицо. Глаза заслезились, пару горячих слез успели скатиться по щекам, и, как назло, в таком состоянии его нашел Хаджиме. " Кажется я не вовремя " — с грустью мелькнула мысль, и мужчина старался как можно тише подойти к любимому. — Что случилось? — от такого обеспокоенного голоса, надзирателю пятого корпуса лишь сильнее захотелось плакать, так оно и произошло. — Нич-чего — рыдая и задыхаясь в пучине эмоций, ответил младший и в момент, когда его голова коснулась тела, с силой прижался к груди Сугороку, будто это единственное что его спасет. Старший бережно приобнял плачущего и, поглаживая по голове, шептал, что все будет хорошо. По истечению пяти минут, рыдания прекратились. И двое надзирателей отлипли друг от друга. С заплаканным лицом Самон надевал свое тёмно-синее кимоно с веточками сакуры, на которых были цветы, а некоторая часть этих лепестков, будто под дуновением ветра, разлетались по ткани, лисьи хвосты, которые могли двигаться и такие же уши рыжего цвета, как и мех на искусственных хвостах. Вытер старый макияж и нанес новый, обул сандалии — гета. Образ был готов, осталось перечитать и освежить память с заученными историями о екаях на вечер.

***

Настало время выхода главной звёзды этого фестиваля — кицуне, великого сказителя историй. Гости других тюрем уже покинули территорию Нанбы, поскольку самая торжественная часть предназначена исключительно для работников и заключённых этого места. Гокуу давно обозначил эту позицию с целью уменьшения нагрузки на тюрьму, особенно ближе к вечеру. И вот, образцовые заключённые, горстка выбранных сотрудников и, конечно же, ребятня в лице близнецов и старшего из них, с замиранием в сердце, ждали появления надзирателя пятого корпуса. — Я слышал, что каждое его появление это всегда что-то новое, а главное – очень эффектное. Один раз кто-то от испуга даже в обморок упал — Ты в этом уверен? — переспросил Юни Маркуса. — Конечно! — воскликнул тот, подпрыгнув. — Эти ребята Дайсен все разболтали — Ого! — удивлению близнецов не было предела, и вот сейчас они судорожно выискивают глазами место, откуда мог бы появится главный гость. И внезапно погас свет, все сразу же притихли, а после замешкались, поскольку наступила гробовая тишина. — Бом! Раздался первый удар по барабану, где-то неподалеку от восточного выхода из сада. — Бом! Прозвучал ещё один удар по инструменту, а следом началась торжественная барабанная дробь, которая с каждой секундой становилась все быстрее и громче. На территории сада появился туман, а тишину прервал шепот. По-прежнему ничего не происходило, кажется прошло около минуты, как вдруг, со всех сторон раздалось протяжное звучание струнного музыкального инструмента, и раздался голос. — Давным-давно, когда моря и океаны не были обузданы человеком, множество разных екаев не раз губили жизни моряков. Об одном я вам сейчас и расскажу. Умибодзу – это существо – кошмар всех мореплавателей представляет собой огромное (несколько десятков метров), черное, как морское дно, существо со светящимися глазами. Имя этого ёкая дословно можно перевести, как «морской монах», связано это с тем, что голова существа напоминает многим начисто бритую голову буддистского монаха. Ими становятся утопленники, погибшие при кораблекрушении. Согласно рассказу старых моряков, Умибодзу, появляясь перед кораблем, просит мореплавателей выкатить бочку, которую он наполнит водой, а затем, после этого потопит судно. И вы, наверное ,можете задаться вопросом – "А как избежать такой участи?" Все просто — неожиданно загорается свет, направленный на небольшую полянку. А вскоре за этим, выкатывается бочка без дна и крышки. — Чтобы избежать этого, нужно выкатить для него бочку без дна. Легко не правда ли? Сразу появляется гам и большинство соглашаются с таким ответом. Ведь все и правда проще некуда. Свет погас, а затем появился на дереве — сакуре, самой важной фигуре этого праздника. Стояла тишина. Небольшой туман гулял понизу, где и были искусственные лучи света. Медленно они карабкались по стволу, а на глаза зевакам стали показываться рыжие кончики хвостов. Барабанная дробь нарастала, подготавливая зрителей к появлению чего-то неожиданного. Все с интересом наблюдали за происходящим, и вот! Прожектора осветили фигуру молодого мужчины обличенного в кимоно и имеющего шевелящиеся уши и хвосты. Яблочно зеленые глаза хитро сверкнули под лучами желтого света и такая же улыбка приветствовала всех. — Для тех кто меня не знает — Самон встал со своего места, ухватившись за толстую ветвь — меня зовут Великий Сказитель Историй. Думаю, вы уже поняли, что я за ёкай. Представившись, Гокуу спрыгнул с дерева и стал расхаживать возле сакуры. Затем он открыл свой небольшой зонтик и решил, что самая пора рассказать новую историю. — Каса-обакэ. Как вы могли заметить, у меня есть с собой небольшой дух. Он является разновидностью Цукумогами, дословно переводится, как «духи вещей». Визуально он неотличим от простого бумажного зонта, за исключением лишних деталей: ног, глаз, а иногда – рук и длинного языка. По поверьям, духами становятся предметы, существующие длительное время после своего создания. Особой опасности для людей они не несут, не переживайте, однако могут начать проказничать, если вы обидите их. Но мой друг, конечно же, не собирается никого из вас обижать, да и показываться пока не очень хочет — сказал лис, хихикнув, а после спрятался в тумане, где передал помощникам шоу этот незамысловатый атрибут. А вся малышня в этот момент была готова визжать от восторга и начала шоу. Как никогда, они были просто счастливы съездить куда-то и посмотреть на подобное зрелище. Ребята даже успели обсудить как громко будет ворчать Нейдчер, когда они будут без умолку рассказывать обо всем, что увидели и узнали. А Фердинанд, как обычно, просто бы молча улыбался и радовался за мальчишек.

***

И вот легенды, коих было немного, закончились. Свет снова освещал всю территорию, люди уже свободно расхаживали по территории, а некоторые уже заранее подыскивали себе лучшие места для просмотра фейерверков. — Давайте залезем на крышу! Так будет лучше видно — Да, да. Маркус, погнали — зазывали близнецы, на что старший со вздохом ответил. — Ладно, но если Самон увидит нас, то вина полностью на вас — указывая на обоих, ворчал старший. — Есть, сэр! — сказали одновременно мальчики и отдали честь. Настроение конечно было у всех на высоте. С горем пополам, но они смогли забраться на самый верх. Усевшившись, они весело обсуждали и представляли фейерверки, которые будут идти 15-20 минут. В это время Гокуу улизнул с чужих глаз в укромное местечко, тут же подошел и Киджи, который так любезно помогал снять костюм, ну, или хотя бы большую его часть. — Как никогда, ты выступил просто потрясающе! — нахваливал надзиратель 3 корпуса младшего. — А до этого будто хреново, что-ли?! — сразу же огрызнулся рыжеволосый, будто это его сильно задело. — Ну почему сразу так? Чего ты завелся? Не шевелись! Я не могу отстегнуть аппаратуру — на это Гокуу только закатил глаза и вздохнул. — Я не завелся! — криком на крик ответил надзиратель. «Прозвучало как-то громче обычного» — подумал тот. Словно сожалея о своем поступке, он опустил плечи. Мицуба, взглянув на это, почувствовал вину за произошедшее. — Извини. Просто я до этого хотел сказать, что твои выступления до этого, будто не имели искорки в твоей душе. Ты прекрасный актер, но глаза… Глаза раньше так у тебя не сияли — желтые глаза с теплотой смотрели в чужие напротив. Голос у старшего на удивление был таким мягким и успокаивающим, словно это был мамин голос, направленный на сына, которому так не хватало поддержки. В душе кажется должно было что-то сжаться, или сердце екнуть, но ничего такого не произошло. Кажется, парень был слишком эмоционально перегружен за сегодняшний день. Таким моментом Киджи насладиться не дал, будто чувствуя неловкость от происходящего, ведь малая часть той душевной пустоты и печали отразились на слегка загорелом лице. — И я наконец-то расстегнул этот ремешок — радостно напевая песенку, старший положил на комод все эти тяжелые хвосты и налил немного минералки, пока рыжеволосый снимал с себя уши. — Держи — фазан протянул стакан с водой и забрал оставшуюся, не самую удобную часть костюма, уходя обратно к мебели. — Спасибо… — глядя в пол, поблагодарил Гокуу. — М? — Правда, с-спасибо — слезы предательски, в который раз за день, собирались в уголке глаз. — Боже мой — закатив глаза, мужчина подошел к надзирателю 5 корпуса и взял его лицо в свои ладони, приподнимая голову. — Послушай. Мы все тебе здесь рады помочь. Вот только не начинай! Я прекрасно помню, что чужую помощь ты не терпишь, но прошу тебя, хотя бы нам троим говори, если тебе плохо. Я, конечно, не знаю, что ты там наговариваешь горилле — на последнем слове рыжеволосый пустил легкий смешок, что несколько обрадовало Мицубу. — Однако, я и Кенширо тоже имеем право знать, что с тобой, как твои друзья… Не знаю как ему, но мне очень не приятно, что только когда ты падаешь из крайности в крайность, то тогда что-то говоришь и то, не мне или этому плешивому псу, а горилле — Гокуу стоял с легкой улыбкой, пока не услышал последующие слова. — Хотя я уже и в этом сомневаюсь… — в этот миг парень перевел взгляд со стакана на говорящего. — Нет. А… — Не оправдывайся. Прошу лишь об одном — говори, если тебе плохо. И все же, глаза у тебя сияли — кокетливо сделав комплимент, мужчина покинул комнату. Не прошло и минуты, как в дверях уже появился Сугороку старший. В руках у него был не самый дешевый и низко градусный алкоголь, а из кармана как обычно торчала пачка любимых сигарет. — Идем? Твою любимое представление вот-вот начнется — Конечно — уже более весело отвечает младший и ставит полный стакан на комод, уходя вслед за высоким мужчиной.

***

На часах давно полночь, а небо озаряют яркие огни. Две фигуры, что притаились под ветвями персикового дерева, смотрят на все эти яркие цвета. Рыжая копна волос давно пригрела себе место на плече, пока второй медленно покуривая наслаждался такой идиллией. Где-то вдали слышались восторженные крики людей, в основном молодых людей и детей. Более старшее поколение предпочитало тихо наблюдать за салютом. Нанба еще не спала и до последнего отмечала Ханами. В голове Самона вовсю крутились слова о том, что Хаджиме и правда единственный близкий человек, которому он больше всех рассказывает о чем-либо, будь то состояние души или просто какая-то интересная новость за прошедший день. Казалось это единственный в мире человек, которому дозволено все — от несерьезных оскорблений до выслушивания рыданий. В голове постепенно строилась цепочка таких взаимоотношений и к чему она могла бы привести. Вот они просто знакомые, потом друзья, затем лучшие друзья, а сейчас будто родные братья, а что же будет потом? Вероятнее всего любовь, но… От этих мыслей Гокуу тряхнул головой, чем привлек внимание Сугороку. — Все в порядке? — Да — твердо отвечает рыжеволосый и обратно кладет голову на плечо, старший делает то же самое. В голове мелькнула мысль, чтобы так продолжалось вечно, однако, на душе скребут кошки и шипя говорят, что любви между ними быть не может. Такое просто невозможно. И ведь невозможно только потому, что так решил главный надзиратель 5 корпуса? Или потому, что их любовные отношения приведут к очередной трагедии в жизни, итак, покалеченного изнутри, и не только, Гокуу младшего? Одно ясно, все это – лишь мимолетная симпатия, но никак не любовь.